13 комната

Леон сделал глоток из тяжелого стакана с водой, позволяя девушке переварить услышанное, а затем заговорил вновь. Его голос звучал монотонно, как у судьи, зачитывающего приговор.

— Раз уж мы прояснили вопрос с охраной, есть еще несколько важных моментов, о которых ты должна знать.

Он загнул один палец.

— Первое: любое общение с другими сотрудниками категорически запрещено. Вы не заводите друзей, не пьете вместе кофе после работы и не пытаетесь узнать, кто скрывается под чужими масками. Для всех здесь ты — фантом.

Леон загнул второй палец.

— Второе: обсуждать клиентов не допустимо. Ни внутри клуба, ни тем более снаружи. Даже если в VIP-комнате ты увидишь то, от чего у тебя зашевелятся волосы на голове, ты держишь рот на замке. Ты не делишься этим ни с коллегами, ни с Мэтом. Твоя память принадлежит «GENESIS».

Он жестко посмотрел ей прямо в глаза.

— И третье, самое важное: любые фото-, аудио- и видеоматериалы под строжайшим запретом. На входе у тебя будут изымать все гаджеты. Если у тебя обнаружат скрытую камеру или диктофон — Мэт перестанет быть твоим защитником и станет твоим ночным кошмаром.

Пока Леон чеканил свои правила, Мэт, казалось, вообще его не слушал. Он продолжал изучать Арис, и его интерес теперь становился более дерзким. Мужчина медленно перевел взгляд с её маски на изящную линию ключиц, а затем прошелся глазами ниже, откровенно наслаждаясь каждым изгибом её фигуры под элегантным платьем.

Заметив, что девушка нервничает, Мэт лениво поднес к губам правую руку и чуть прикусил кончик большого пальца, не сводя с нее потемневших глаз. В этом жесте было столько неприкрытого, хищного превосходства и мужского азарта, что Арис почувствовала, как по спине пробежала волна жара. Он словно забавлялся ее смущением, прекрасно понимая, что в присутствии босса она не посмеет устроить сцену.

Но Мэт не до конца был в курсе, с кем связался, откинув смущение и чуть усмехнувшись внезапно возникшим смелым мыслям, Арис решила слегка подразнить его.

Чёрт знает, что на неё нашло в тот момент...

Медленным движением, не переставая слушать Леона, она повела пальцами по краю декольте. Тут же замечая, как этот невинный жест молниеносно приковал внимание к её руке. Мужчина, как чеширский кот, следил за движениями женских пальцев. Его тело было напряжено, словно сжатая пружина, которую вот-вот отпустят. Карие глаза поблескивали двумя каплями мёда из-под полуприкрытых век. Мэт смотрел на Арис с неумолимым испепеляющим желанием... Нарочито медленно она чуть раздвинула колени и специально подняв левую ногу выше, чем нужно, положила её на правую, слегка откинулась назад на кресле, стараясь сдержать победную улыбку, что норовила сорваться с губ. Потом девушка посмотрела на мужчину с явным вызовом в глазах. Тот усмехнулся, явно довольный увиденным.

Леон перевел взгляд с Арис на Мэта и его брови недовольно сошлись у переносицы. Хозяин клуба мгновенно считал этот слишком пристальный, оценивающий взгляд телохранителя и то, как тот двусмысленно прикусил кончик пальца. В «GENESIS» ценилась дисциплина, и подобная вольность со стороны сотрудника, пусть даже лучшего в своем деле, Леону явно не понравилась.

— Мэт. — негромко, но с ощутимой сталью в голосе произнес Леон.

Телохранитель тут же опустил руку и слегка выпрямился, вернув лицу бесстрастное выражение, хотя в его глазах все еще плясали опасные искорки. Леон задержал на нем тяжелый предупреждающий взгляд, давая понять, что границы дозволенного переходить не стоит, а затем снова повернулся к Арис. Очевидно, он решил разрядить обстановку и закончить официальную часть.

— На сегодня с правилами закончим, — уже мягче сказал владелец клуба, поднимаясь из-за стола. — Все остальные формальности, бумаги и подписание контракта мы уладим позже.

Он указал рукой на вторую дверь, ведущую из кабинета вглубь закрытого крыла.

— Сейчас я предлагаю тебе пройти в свои новые апартаменты. Осмотри комнату, освойся. Твоя маска — это лишь часть образа, наряды ты можешь выбирать сама, опираясь на свой вкус. Располагайся, Арис.

Когда девушка пошла на выход, она кожей ощутила, что, несмотря на недовольство Леона, телохранитель все равно проводил ее внимательным взглядом до самой двери.

Комната Арис. GENESIS

Суровый охранник, что встретился девушке на входе клуба проводил Арис до дверей её комнаты. И, как только она вошла, молча удалился.

Апартаменты превзошли все самые смелые ожидания, но настоящий шок случился, когда девушка толкнула раздвижную зеркальную дверь гардеробной. Оказалось, что эта скрытая комната размером превосходила всю её скромную съемную квартирку на окраине города.

Арис замерла на пороге, затаив дыхание. Перед ней открылся настоящий рай высокой моды, созданный под эгидой строгой роскоши «GENESIS». Стеллажи уходили под самый потолок. Ровными рядами висели изысканные вечерние платья из тяжелого шелка, бархата и струящегося атласа, все это было выдержано в глубоких, благородных тонах. На отдельных стеклянных витринах, подсвеченные мягким теплым светом, покоились ювелирные украшения — от лаконичного серебра до массивных колье, которые стоили как небольшой загородный дом. Чуть дальше красовались ряды шикарной обуви: безупречные туфли на шпильках, элегантные ботильоны и изящные босоножки.

Но больше всего Арис заворожил парфюмерный столик. На нем расположился огромный, поражающий воображение ассортимент ароматов в хрустальных флаконах самых причудливых форм. Здесь были и легкие цветочные экстракты, и тяжелые древесные амбре.

Девушка медленно подошла к столику, ведя кончиками пальцев по прохладному стеклу, пока ее взгляд не зацепился за строгий темный флакон. Она покрутила его в руках, сняла тяжелую крышку и сделала осторожный вдох.

Это было именно то, что нужно. Пряный, глубокий, обволакивающий аромат. В нем отчетливо читались дерзкие, согревающие ноты кардамона и пикантной корицы, которые спустя секунду раскрывались богатым, горьковатым шлейфом свежеобжаренного кофе. Этот запах заявлял о себе уверенно, но без лишней приторности — в нем чувствовались характер, тайна и легкая горчинка. Как раз под стать ее новому альтер-эго.

Прикрыв глаза, Арис поднесла флакон к шее и сделала пару нажатий, а затем нанесла капли парфюма на запястья. Кожу обдало прохладной влагой, и комната тут же наполнилась дорогим, манящим пряно-кофейным туманом. Этот аромат окутал её шлейфом, так тонко подходившим к образу девушки.

- Теперь платье...

Изучив масштабную коллекцию нарядов, Арис остановила свой выбор на глубоком, благородном сливовом цвете. Платье из тяжелого атласа в пол струилось в её руках, словно жидкий шелк. Приталенный, утонченный силуэт обещал идеально подчеркнуть каждый изгиб тела, а изящный вырез, доходящий почти до середины спины, добавлял образу смелой, чувственной элегантности. Вместе с пряным ароматом кофе и кардамона, который уже согрелся на её коже, это платье должно было создать сногсшибательный контраст.

Девушка скинула свою одежду, оставшись в одном нижнем белье, и уже потянулась к шёлковым бретелям нового наряда, как вдруг... по спине пробежал неестественный холодок. В воздухе едва заметно колыхнулся сквозняк, принесший с собой тонкий запах чуть уловимого мужского парфюма.

Арис замерла. Сердце пропустило удар. Она не слышала ни шагов, ни скрипа двери, но всем телом, каждой клеточкой кожи ощутила чужое, слишком близкое присутствие.

Она резко обернулась, прижав платье к груди, как щит.

В полумраке дверного проема гардеробной, небрежно оперевшись плечом о косяк, стоял Мэт. Его лицо по-прежнему скрывала маска, делая его образ еще более пугающим и загадочным, но Арис отчетливо видела, как за прорезями блеснули его потемневшие глаза. Он стоял совершенно бесшумно, засунув руки в карманы брюк, и его взгляд лениво, с откровенным удовольствием скользил по её телу, местами прикрытому спасительным платьем.

— Леон забыл упомянуть еще одно негласное правило, — тихо, с хрипотцой в голосе произнес Мэт, медленно делая шаг вперед, в её личное пространство. — Телохранитель имеет доступ во все помещения. Особенно туда, где его подопечная наиболее... уязвима.

Арис вспыхнула от возмущения и сильнее прижала к себе сливовый атлас, отчаянно пытаясь скрыться за тканью от его прожигающего взгляда. Сердце колотилось в самой груди, а по телу, смешиваясь с теплом пряного парфюма, разливалась волна злого бессилия.

Мэт, заметив её судорожную попытку прикрыться, лишь низко, хрипло рассмеялся. Этот смех прозвучал чертовски самоуверенно. Он сделал еще один ленивый шаг вперед, ни на секунду не отводя глаз от её обнаженных плеч и изящных ключиц. Его бесстыдный, изучающий взгляд буквально ощущался физически.

— И к чему это внезапное целомудрие, Арис? — с явной насмешкой спросил он, наклонив голову набок. — Почему ты вдруг стесняешься?

Он сделал короткую паузу, смакуя момент, и в его голосе прорезались опасные, дразнящие нотки.

— Еще пару минут назад в кабинете Леона ты так открыто флиртовала со мной. Рассматривала меня, ловила каждый жест... А теперь, когда мы остались наедине включаешь скромницу?

Мэт остановился всего в полушаге от неё. Арис отчетливо ощутила, как до нее донеслось тепло его тела, напрочь перебивая хладнокровие, с которым она пыталась войти в этот закрытый клуб.

Она стояла как вкопанная, парализованная его внезапной близостью и собственной беспомощностью. Разум кричал, что нужно бежать или хотя бы наговорить ему дерзостей, но тело отказывалось подчиняться. Хлесткие слова Мэта о флирте застали её врасплох, вынуждая пальцы судорожно дрогнуть.

И в этот самый момент платье предательски выскользнуло из её ослабевших рук.

Тяжелая ткань с тихим, шуршащим звуком опала к её ногам, оставив Арис совершенно беззащитной под пьянящим взором карих глаз. Щеки девушки мгновенно вспыхнули пунцовым румянцем, а к горлу подступил жар. Ей казалось, что Мэт сейчас воспользуется моментом, чтобы сделать что-то непоправимое, но парень лишь медленно, смакуя каждую секунду её замешательства, наклонился, чтобы поднять наряд с пола.

Вот только благородного жеста не вышло. Находясь внизу, Мэт намеренно задержался. За прорезями его маски полыхнул такой откровенный, хищный азарт, что Арис была готова провалиться сквозь землю от стыда. Он принялся неприкрыто, сантиметр за сантиметром, рассматривать её снизу вверх: изящные щиколотки, стройные линии ног, изгиб бедер... Времени у него было предостаточно, и он наслаждался своей властью над ситуацией на полную мощность.

Наконец, Мэт медленно выпрямился, держа платье в руках. Его дыхание было чуть более неровным, чем прежде, но в позе по-прежнему читалось абсолютное превосходство. Он не спешил отдавать шелк обратно, явно дожидаясь её реакции.

Вместо того чтобы сжаться или попытаться сбежать, Арис расправила плечи. Гордость взяла верх над смущением. Она подняла голову и посмотрела прямо в прорези его маски, встречаясь с ним взглядом. В его карих глазах сейчас горел совершенно отчетливый, распаленный интерес, смешанный с чистым мужским азартом. Ему нравились эти зубки, что как оказалось, у неё есть.

Заметив упрямый взгляд зеленых глаз, Мэт лишь шире усмехнулся.

— Не холодно, Принцесса? — с долей иронии протянул он, намекая на её весьма откровенный вид.

Арис не стала отвечать на эту колкость словами. Резким, наигранно-уверенным движением она буквально выхватила сливовый атлас из его рук. Проявив удивительную ловкость, девушка одним скользящим движением накинула платье на себя, позволяя тяжелой ткани обнять её фигуру. Бретели легли на плечи, но глубокий вырез на спине остался полностью открытым — молния сияла серебром где-то в районе поясницы.

Развернувшись к Мэту спиной, Арис слегка повернула голову профилем к нему и абсолютно спокойным, даже слегка приказным тоном произнесла.

— Помоги с молнией.

Мэт принял вызов. Он шагнул еще ближе, сокращая расстояние между ними до считанных сантиметров. Его большие, теплые ладони аккуратно легли на её талию, фиксируя девушку на месте, а затем пальцы коснулись молнии у самого основания.

Он делал это томительно, издевательски медленно. Бегунок едва продвигался вверх, дюйм за дюймом закрывая её обнаженную кожу. Находясь так близко, Мэт жадно улавливал аромат духов — этот пьянящий, пряный коктейль действовал на него безотказно. Его дыхание, ставшее тяжелым и горячим, обжигало её открытую спину и шею.

Арис почувствовала, как по всему телу нарастающей волной побежали мурашки. Сердце заколотилось где-то в горле, а дыхание напрочь перехватило. Каждое легкое прикосновение его пальцев к её позвоночнику отзывалось электрическим разрядом. Она изо всех сил старалась стоять ровно и не выдать своей дрожи, но Мэт, кажется, прекрасно понимал, какой эффект он на неё оказывает.

Наконец, он справился с непослушной застежкой. Платье идеально село по фигуре, но парень и не думал отпускать свою добычу. Вместо того чтобы сделать шаг назад, он резко, но аккуратно перехватил её за талию и в одно движение властно развернул к себе, напрочь ограничивая девушке пространство и зажимая в кольце своих крепких рук.

Арис тихо ахнула, когда её грудь уперлась в его крепкую грудную клетку. Там, где она была мягкой и податливой – он был тверд, как камень. В воздухе между ними, казалось, можно было высекать искры — настолько плотным стало напряжение.

Мэт обнимал её крепко и уверенно, и девушка мгновенно оказалась во власти его аромата. Его парфюм не просто ощущался — он окутывал, заявляя о силе и статусе мужчины, который её держал.

Арис первым делом почувствовала терпкие и глубокие базовые ноты дорогого табака и темной, великолепно выделанной кожи, которые ассоциировались у неё со строгостью и скрытой опасностью. Чуть позже, когда первое дыхание улеглось, раскрылся благородный шлейф: сквозь плотный аромат начали проступать тяжелые древесные аккорды черного дерева и уда, переплетенные с едва уловимым, пьянящим оттенком выдержанного виски.

Этот сложный, мужественный парфюм оставлял ощущение абсолютной власти Мэта над пространством вокруг, и в его объятиях девушка почувствовала, как этот аромат заполняет все её мысли.

Она попыталась упереться ладонями в его плечи, чтобы создать хоть какую-то дистанцию, и, с трудом сдерживая дрожь в голосе, произнесла.

— Мэт, мне кажется, мы слишком близко...

За прорезами маски его карие глаза опасно блеснули. Он лишь сильнее сжал пальцы на её талии, прижимая девушку к себе почти вплотную.

— А я считаю — недостаточно близко, — глухо и с хрипотцой ответил он, склоняясь к самому её уху.

Арис сглотнула подступивший к горлу ком, чувствуя, как земля уходит из-под ног от такой наглости, но все еще пытаясь защитить свои личные границы.

— Но я не разрешала...

Мэт на секунду замер, улавливая её прерывистое дыхание, а затем на его губах снова заиграла та самая дерзкая, хищная улыбка.

— А я не спрашивал.

Легкое волнение свело судорогой горло... девушка не могла вымолвить и слова. Вся её напускная уверенность испарилась, уступив место оглушительному стуку собственного сердца. Она лишь безотчетно впилась пальцами в его рубашку, не в силах ни оттолкнуть его, ни сделать полноценный вдох.

Мэт, почувствовав эту минутную слабость, низко усмехнулся. Его дыхание коснулось её шеи.

— Что, мысли путаются, когда я так близко? — вкрадчиво, с явным превосходством прошептал он, наслаждаясь каждым мгновением её замешательства.

Пряный шлейф её духов теперь смешался с его ароматом, сводя с ума обоих.

Сильные руки на её талии держали крепко, но без грубости — он просто не оставлял ей шанса притвориться, что между ними ничего не происходит. Мэт водил кончиком носа по нежной шее девушки, вдыхая кружащий голову аромат. Арис кожей ощущала эту торжествующую, хищную улыбку мужчины, который точно знает, какую власть имеет над женщиной в эту секунду.

Но тут в тишине гардеробной раздался настойчивый, резкий звук вибрации. Источник звука скрывался где-то в кармане брюк телохранителя. Мэт замер, его тело на секунду напряглось, а затем он тихо, сквозь зубы чертыхнулся. Потрясающая атмосфера, которая еще секунду назад была накалена до предела, мгновенно дала трещину.

Он нехотя разжал руки, выпускала Арис из своих объятий, отчего ей наконец удалось сделать глубокий вдох. Мэт полез в карман, достал оттуда аккуратный электронный браслет и раздраженно протянул его девушке. По его позе было понятно: он дико расстроен, что их так бесцеремонно прервали на самом интересном месте.

— Читай. — глухо бросил он.

Арис, все еще пытаясь унять дрожь в руках, опустила взгляд на светящийся дисплей устройства. На браслете лаконично значилось: «VIP-комната 2. Псевдоним Селена». Сообщение, которое означало только одно — её работа в «GENESIS» началась прямо сейчас.

Мэт заглянул ей через плечо, прочитал текст и молча усмехнулся своей фирменной, слегка циничной улыбкой. Напряжение ушло, уступив место его привычной профессиональной маске.

— Ну что ж, пора за работу, Принцесса. Желаю удачи, — произнес он, делая шаг назад к выходу из гардеробной. — До дверей VIP-зоны тебя проводит другой охранник, он уже ждет снаружи.

Развернувшись, Мэт бесшумно скрылся за дверью её апартаментов, оставив Арис наедине со своими мыслями.

VIP-комната 2. GENESIS

В комнате была очень приятная атмосфера. Играла ненавязчивая музыка, горели свечи... В центре величественно располагался чёрный рояль. У окна я заметила мужчину, стоявшего ко мне спиной. Когда я неуверенно сделала пару шагов, тот обернулся.

На его лице была изысканная маска, но даже сквозь нее угадывалась властная порода. Мужчина неторопливо повернулся всем корпусом, держа в руке бокал с шампанским.

В полумраке комнаты, согреваемой лишь мягким мерцанием свечей, благородный цвет платья девушки заиграл глубокими винными оттенками, а пряный аромат духов мягко вплелся в общую атмосферу дорогого уединения.

Мужчина окинул Арис долгим, оценивающим взглядом.

— Добрый вечер, — негромко произнес он, и его голос, низкий и бархатистый, идеально лег на тихие звуки играющей музыки. — Я ждал вас. Позволите узнать, как мне к вам обращаться?

Арис слегка приподняла подбородок, удерживая его проницательный взгляд сквозь прорези маски, и произнесла спокойным, чарующим голосом:

— Селена. Вы можете звать меня так.

Мужчина едва заметно улыбнулся, его глаза одобрительно блеснули в полумраке комнаты.

— Прекрасное имя для столь загадочной девушки, — мягко отозвался он, сделав глоток из бокала. — Что ж, Селена... В таком случае, для вас я — Маэстро.

Арис невольно окинула мужчину внимательным взглядом. Маэстро был высокого роста, с широкими плечами, которые безупречно подчеркивал дорогой черный костюм, дополненный бабочкой. Тонкая талия и узкие бедра делали его силуэт идеальным. Темные волосы средней длины были немного тронуты сединой и аккуратно убраны назад, на вид ему было чуть больше сорока пяти.

Маска скрывала черты лица мужчины, но взгляд этих проницательных синих глаз, казалось, видел Арис насквозь — так смотрят люди, привыкшие управлять чужими судьбами.

Маэстро сделал неторопливый шаг по направлению к ней, плавно сокращая расстояние под тихую, ненавязчивую музыку.

— Не хотите ли выпить, Селена? — предложил Маэстро, сделав легкий жест рукой в сторону изящного столика.

Он наполнил тонкий хрустальный бокал искрящимся «DomPérignon» и протянул Арис. Девушка аккуратно приняла его, сделала небольшой глоток и мысленно признала, что шампанское просто великолепно. Свежий, изысканный вкус дорогого напитка с легкими фруктовыми нотками приятно охладил взбудораженные рецепторы.

Удовлетворенный её реакцией, Маэстро поставил свой бокал на столик, выключил музыку и неторопливо подошел к величественному черному роялю. Он изящно отодвинул банкетку и сел, на секунду замерев над клавишами. Его широкие плечи расслабились, а длинные, сильные пальцы коснулись белизны клавиш.

В следующее мгновение комнату заполнили первые аккорды.

Игра была божественна. С первыми же звуками Маэстро будто забыл обо всем на свете — он отдавался музыке на все сто процентов, полностью растворяясь в каждой ноте. Мелодия то взмывала вверх, полная скрытой страсти и драматизма, то опускалась до интимного, едва слышного шепота, идеально резонируя с мягким пламенем свечей. Несколько прядей упали ему на лоб, пока мужчина слегка покачивался в такт собственному исполнению.

Девушка, затаив дыхание, медленно потягивала шампанское и искренне наслаждалась моментом. Не упуская возможности открыто, не таясь, рассматривать мужчину. В том, как Маэстро подчинял себе инструмент, было невероятно много магнетизма и скрытой мощи. Музыка раскрывала его с совершенно новой стороны, и Арис жадно фиксировала каждую деталь этого гипнотического зрелища.

За её спиной как будто выросли крылья И непередаваемое ощущение полета переполнило её. Маэстро играл как Бог. Девушка плавно покачивалась в такт божественной мелодии, полностью отдавшись моменту. Наслаждаясь глубиной звуков и мягким действием шампанского, она на секунду прикрыла глаза, позволяя музыке укутать её, словно невидимый шёлк. Эта восхитительная игра Маэстро было наслаждение для её ушей! А она похоже стала наслаждением для его глаз. Потому что музыка прервалась.

Арис открыла глаза. Маэстро сидел за роялем, застыв над клавишами. Его пальцы всё еще касались инструмента, но сам он неотрывно смотрел на неё. Он увлекся созерцанием того, как утонченная Селена растворилась в его игре, и просто не успел отвести взгляд, когда она открыла свои глаза. В полумраке комнаты, среди мерцающих свечей, повисла осязаемая, густая и немного неловкая пауза. Его проницательные синие глаза за прорезями маски блестели от явного, неподдельного восхищения.

Чтобы исправить это внезапное замешательство и разрядить обстановку, Маэстро плавно поднялся из-за рояля. Одним касанием пульта он включил тихую, чувственную фоновую музыку, которая мягко заполнила пространство VIP-комнаты.

Мужчина неторопливо подошел к Арис, его высокая широкоплечая фигура снова оказалась в опасной близости. Но в отличие от напористого и наглого Мэта, Маэстро действовал как истинный джентльмен. Он медленно протянул ей ладонь, уважительно склонив голову, и тихо, бархатистым голосом спросил:

— Вы разрешите прикоснуться к вам, Селена? Чтобы разделить этот танец?

Арис почувствовала, как по коже пробежала легкая дрожь, но на этот раз — от предвкушения. Память еще хранила недавние дерзкие слова Мэта «а я не спрашивал», и уважительный, галантный жест Маэстро подкупал. Она посмотрела на его протянутую руку, затем перевела взгляд в его глаза и с мягкой, загадочной улыбкой ответила.

— Вам — разрешаю.

Мужчина еле заметно улыбнулся своим мыслям, и эта едва уловимая, но невероятно теплая улыбка отразилась в его проницательных глазах. Он сделал шаг вперед, деликатно, но уверенно ложась широкой ладонью на её талию. Вторая его рука бережно заключила её пальцы в свои. Из-за ощутимой разницы в росте Арис пришлось подняться на носочки, чтобы их шаги совпали, и этот жест сделал её в его руках еще более хрупкой, утонченной и беззащитной.

Они двинулись в такт чувственной, обволакивающей мелодии. Танец с самого первого па стал до безумия интимным. Время словно замедлило свой ход в полумраке VIP-комнаты, оставив только мерцание свечей, тихий шорох сливового атласа и их затаенное, прерывистое дыхание.

Пара двигались под музыку легко и непринужденно. Время для них будто остановилось. Девушка смотрела на тёплую ладонь, сжимающую её пальцы. От мужчины пахло уникально. Аромат терпкого шоколада и сандала, так подходил ему и так кружил её голову.

Маэстро вел её безупречно — плавно, властно, но чутко, позволяя девушке балансировать на носочках и полностью подстраиваться под его размеренный шаг. Находясь так близко, он открыто, с эстетическим восторгом рассматривал её. Его взгляд скользил по идеальной линии её шеи, открытым плечам и изящным ключицам. Мужчина вдыхал её аромат и он, казалось, дурманил его сильнее, чем дорогой «DomPérignon».

Арис едва смела дышать. Каждое прикосновение его сильной руки через тонкую ткань платья отзывалось внутри волной тепла. Она смотрела на его темные пряди, подернутые сединой, упавшие на лоб, на безупречно сидящий черный костюм и элегантную бабочку, и чувствовала, как между ними натягивается невидимая, звенящая струна. Они не произносили ни слова, но этот танец, полный немого восхищения и затаенного дыхания, говорил за них гораздо больше, чем любые признания.

Маэстро чуть сильнее прижал её к себе, уводя в новый плавный поворот, и его низкий, бархатистый голос тихо прозвучал над самым её ухом, мгновенно рассеивая звенящее в воздухе напряжение.

— Знаете, Селена, музыка — моё дыхание, без неё я бы уже давно перестал существовать.

Арис чуть откинула голову, удерживая равновесие на носочках, и заглянула в его пронзительные чернильно-синие глаза.

— Вы так самозабвенно играли — искренне восхитилась она. — Кажется, для вас это гораздо больше, чем просто увлечение. Откуда такая страсть?

Маэстро тихо усмехнулся своей теплой улыбкой, увлекая её в очередной чувственный шаг.

— Мой роман с фортепиано начался, когда мне было всего шесть лет, — признался он, рассматривая утонченные черты её лица. — Родители думали, что это будет классическая детская пытка гаммами, но я буквально засыпал и просыпался у инструмента. Музыка — это ведь тоже наука, если вдуматься. Математика чувств. Каждая нота должна стоять строго на своем месте, чтобы вызвать нужную эмоцию.

— Математика чувств... — тихо повторила Арис. — Это потрясающе. Далеко не каждый способен сохранить такую чистую любовь к искусству с самого детства, особенно во взрослом, циничном мире.

— Мир вокруг может быть каким угодно, — его ладонь на её талии стала чуть горячее, — но, когда я сажусь за рояль, всё лишнее просто перестает существовать. Остается только чистая гармония.

Одна мелодия сменялась другой, еще более чувственной и тягучей, а они всё продолжали кружиться среди мерцающих свечей. Арис настолько увлеклась его рассказами о детстве, первых концертах и композиторах, которые его вдохновляли, что почти позабыла о своем смущении. И всё же её маленькая рука, надежно скрытая в его широкой, теплой ладони, время от времени едва заметно подрагивала — не от страха, а от того невероятного магнетизма, который окутывал их пару с каждой секундой всё сильнее.

Несмотря на то, что Маэстро был воплощением вежливости и благородства, его обходительные манеры и спокойный, утонченный тон ни капли не помогали Арис успокоиться. Скорее наоборот — эта безупречная сдержанность мужчины в сочетании с его внутренней силой пугала и восхищала одновременно.

Широкая мужская ладонь на её талии была надежной, движения — уважительными, а в глазах не было и капли той хищной наглости, с которой на неё обрушился Мэт. Но близость Маэстро, его глубокий бархатистый голос, шлейф его парфюма и легкий привкус алкоголя на губах действовали на Арис сокрушительно.

Она изо всех сил старалась поддерживать эту красивую, светскую беседу о музыке, но внутри неё бушевал настоящий пожар. Сердце девушки колотилось так бешено, что ей казалось, будто Маэстро чувствует эту безумную чечетку в её груди сквозь тонкий атлас платья. Дыхание то и дело сбивалось, а пальцы в его теплой руке продолжали выдавать её внутренний трепет мелкой, едва заметной дрожью.

«Возьми себя в руки, Арис...» - вела девушка внутренний диалог с самой собой, в надежде успокоиться и не испортить вечер.

Маэстро, заметив её состояние, не стал заострять на этом внимание, чтобы не смущать её еще больше. Он лишь слегка замедлил шаг танца, делая его еще более тягучим и убаюкивающим, словно без слов давая понять, что рядом с ним ей нечего бояться.

Они провели в компании друг друга еще очень много времени, полностью потеряв счет часам. Здесь, в мерцании свечей, у них был свой собственный, закрытый мир. Напряжение окончательно отступило, уступив место удивительной, легкой непринужденности. Арис и Маэстро много разговаривали, переходя от обсуждения искусства к забавным житейским мелочам, и то и дело искренне, тихо смеялись. Мужчина оказался потрясающим, тонким собеседником с безупречным чувством юмора.

С каждым новым бокалом шампанского девушка всё отчетливее улавливала тонкие, едва уловимые нотки флирта, исходившие от Маэстро. Это проявлялось в том, как надолго задерживался на ней его проницательный взгляд, как мягко менялся тембр его бархатистого голоса, когда он обращался к ней «Селена», и как он невзначай, словно подчеркивая свои слова, касался её руки. Этот флирт был утонченным, без капли пошлости, но от него по телу Арис разливалось сладостное, будоражащее тепло.

В какой-то момент, когда очередная беседа подошла к мягкой, интимной паузе, Маэстро слегка наклонился к ней. Несколько прядей снова упали ему на лоб, а за прорезами маски горел совершенно особый, глубокий интерес.

Он аккуратно взял её за руку, согревая её пальцы в своей широкой ладони, и тихо, но с абсолютной, звенящей искренностью произнес:

— Знаете, Селена в этом клубе много правил и условностей. Но сегодня вы заставили меня забыть о них. Я безумно хотел бы стать вашим Фаворитом. И я сделаю всё, чтобы увидеть вас снова.

От этих слов, сказанных с полуулыбкой, но полных решимости, сердце Арис снова пропустило удар, а по коже побежали знакомые мурашки. Статус «фаворита» в «GENESIS» означал эксклюзивное право на встречи, и то, что этот властный, невероятный мужчина так открыто признавал её власть над собой, кружило голову сильнее любого алкоголя.

Девушка почувствовала, как по телу разлилась приятная волна тепла. Общение с Маэстро было настолько легким, утонченным и притягательным, что все ее страхи просто растаяли. Она не стала колебаться. Заглянув в его глубокие синие глаза, мягко улыбнулась и без раздумий ответила согласием.

Мужчина заметно обрадовался. Его широкие плечи расслабились, а в глазах вспыхнул искренний, торжествующий блеск. Он аккуратно приподнял ее тонкую ладонь и, не сводя с нее взгляда, запечатлел на тыльной стороне руки невесомый, но обжигающе горячий поцелуй.

— Вы делаете меня счастливым человеком, Селена, — тихо произнес он.

Маэстро все еще держал ее пальцы в своей руке и уже открыл рот, собираясь спросить что-то важное — возможно, когда состоится их следующая встреча, — но в этот момент тишину комнаты бесцеремонно разрезал резкий жужжащий звук.

На руке Арис завибрировал электронный браслет. На экране загорелось холодное, бескомпромиссное уведомление: «Время визита окончено».

Маэстро разочарованно выдохнул, но не успел он произнести ни слова, как тяжелая дубовая дверь бесшумно отворилась. В комнату вошел суровый, подтянутый охранник в маске. Он не произнес ни звука, не сделал ни одного лишнего движения — просто встал у порога, заложив руки за спину, и замер в полном, давящем молчании, преданно ожидая, когда Арис покинет VIP-комнату. Романтическая магия свечей и музыки мгновенно рассеялась.

Девушка покосилась на замершего у двери охранника. Повернувшись обратно к мужчине, она сдержанно, но невероятно тепло улыбнулась ему одними губами. В этой улыбке не было фальши, только искренняя благодарность за этот удивительный, полный чувственности вечер.

— До встречи, Маэстро, — тихо, но уверенно произнесла она, заставляя его псевдоним прозвучать как обещание.

Высвободив свою руку из его ладони, Арис развернулась. Сливовый атлас её платья мягко зашуршал, когда она грациозно, стараясь сохранять королевскую осанку, направилась к выходу. Охранник бесшумно сделал шаг в сторону, освобождая ей дорогу, и последовал за ней, как тень.

Уже у самой двери девушка почувствовала на своей спине долгий, провожающий взгляд проницательных синих глаз Маэстро. Тяжелая дубовая дверь за её спиной закрылась с глухим щелчком, отрезая девушку от полумрака, свечей и божественных звуков рояля. Они вышли в холодный, бесконечно длинный и безликий коридор, где преобладала совсем другая атмосфера.

Кабинет Леона. GENESIS

Охранник молча довёл Арис до уже знакомых массивных дверей кабинета владельца клуба. Дверь открылась, и девушка оказалась внутри.

Леон сидел за своим широким столом, изучая что-то в планшете. При появлении Арис он отложил гаджет, и на его обычно суровом лице появилось подобие довольной улыбки.

— Ну что, поздравляю с боевым крещением, — хмыкнул Леон, откидываясь на спинку кресла. — Клиент безумно доволен вечером. Сказал, что ты само очарование. Для первого раза — просто блестяще.

Он выдвинул ящик стола, достал пухлый белый конверт и протянул его девушке.

— Твой гонорар за сегодня. Здесь даже больше, чем планировалось — Маэстро щедро доплатил сверху.

Арис приняла конверт, ощущая приятную тяжесть честно заработанных денег. Но не успела она убрать его, как Леон достал из того же ящика увесистую, толстую папку из черной кожи и с глухим стуком опустил её на стол прямо перед девушкой.

— А теперь пара формальностей. Мне нужна твоя подпись вот здесь, — он открыл папку на последней странице и ткнул пальцем в пустую строку, — и ты свободна. Мэт отвезёт тебя домой.

Девушка инстинктивно потянулась к началу документа, собираясь перевернуть страницы и внимательно ознакомиться со всеми пунктами. Но не успела она пробежать глазами даже пару строчек, как Леон резко отдернул папку назад, хлопнув ладонью по столу.

— Ничего нового ты там не увидишь — стандартный контракт «GENESIS» об обязательствах, конфиденциальности и твоем статусе. — заворчал он, недовольно хмурясь. — Не трать мое и свое время, подписывай.

Арис на секунду замерла, взвешивая ситуацию. Строгий, непреклонный тон Леона не оставлял пространства для споров, да и успешный вечер с Маэстро вкупе с увесистым конвертом в руках притупили былую бдительность. Девушка послушно кивнула, взяла протянутую ручку и уверенным почерком поставила свою подпись на документе.

— Вот и отлично, — Леон сразу же захлопнул папку, пряча её в стол. — На сегодня ты свободна. Отдыхай.

Девушка вежливо попрощалась и покинула кабинет.

***

Когда Арис подошла к лифту, она сразу заметила Мэта. Он стоял, прислонившись спиной к стене, и, как только девушка вышла, устремил на неё свой тяжелый, проницательный взгляд. Мужчина внимательно, с ног до головы, рассматривал её, словно пытался отыскать на её одежде или лице хоть какие-то следы того, что вечер пошел не по плану.

— Ну как? — негромко спросил он, отлепившись от стены и делая шаг навстречу. — Всё прошло хорошо? Ты в порядке?

В его голосе, обычно уверенном и дерзком, проскользнули непривычные, глухие нотки беспокойства. Арис, еще находившаяся под впечатлением от мягкого флирта с Маэстро и приятной тяжести конверта в сумочке, лишь тихо посмеялась в ответ.

— Ты что, переживаешь за меня?

Мэт тут же нахмурил густые брови, и его лицо мгновенно приняло каменное выражение. Напускная суровость вернулась к нему в ту же секунду. На её колкость он больше ничего не сказал — лишь молча нажал на кнопку вызова лифта, демонстрируя полное равнодушие.

Они вместе спустились на подземную парковку и сели в его автомобиль. Только когда машина миновала массивные ворота охраны и выехала за пределы территории клуба, они наконец-то смогли одновременно снять свои маски.

Всю дорогу до её дома в салоне царило плотное, осязаемое молчание. Музыка в машине не играла, и единственным звуком был тихий рокот мощного мотора. Мэт сосредоточенно вел автомобиль, крепко сжимая руль, но Арис то и дело ловила на себе его короткие, резкие взгляды в зеркало заднего вида. Она и сама изредка поглядывала на его суровый профиль, гадая, что на самом деле творится в голове у этого непредсказуемого мужчины.

Мэт аккуратно припарковался у её подъезда. Он не стал глушить двигатель, но и уезжать не спешил. Мужчина молча вышел из машины, проводил Арис до самых дверей, и в наступившей ночной тишине внимательно дождался, пока она повернет ключ в замке и зайдет внутрь квартиры. Только когда за ней захлопнулась дверь, снаружи послышались удаляющиеся шаги, а затем — тихий шуршащий звук шин его уезжающего автомобиля.

Девушка осталась одна в своей квартире, медленно вдыхая привычный домашний воздух, который теперь казался совершенно чужим после роскоши «GENESIS».

На его губах заиграла легкая, слегка дерзкая усмешка, контрастирующая с серьезным взглядом голубых глаз.

— Привет еще раз, — негромко произнес он, и его голос из-за осевшей пыли прозвучал с приятной хрипотцой. — Я Рик. Мы в прошлый раз как-то не успели познакомиться.

Арис на секунду растерялась, переводя взгляд с его обнаженного, покрытого строительной пылью торса на затихший перфоратор, но быстро пришла в себя. Она скрестила руки на груди и изобразила на лице максимум напускного возмущения, хотя внутри у неё всё так и трепетало от неожиданности.

— Привет, Рик, — ответила она, изо всех сил стараясь, чтобы голос звучал ровно. — Я Арис, твоя страдающая соседка напротив.

Парень тихо рассмеялся, отчего его мускулистые плечи слегка дрогнули... Затем виновато улыбнулся и аккуратно поставил инструмент на пыльный пол, вытирая тыльной стороной ладони пот со лба.

— Прости, правда, — искренне сказал он. — Дел навалилось выше крыши, вот и приходится крутиться с самого утра.

Девушка раздраженно вздохнула, потирая висок, где всё еще эхом отзывалось жуткое жужжание из кошмара.

— Мне от этого не легче. Я из-за тебя второе утро подряд нормально выспаться не могу, — пожаловалась она, недовольно жестикулируя руками. — Моё терпение официально на исходе.

Парень примирительно кивнул и сделал полшага вперед, обдав её легким теплом своего тела.

— Понял, осознал. Обещаю, в такое время шуметь больше не буду.

Арис прищурила свои зеленые глаза и неосознанно сделала шаг навстречу, сокращая дистанцию.

— Если ты меня обманешь, Рик, в следующий раз я приду, чтобы УБИТЬ ТЕБЯ! — выдала она со зловещей ухмылкой и для полной достоверности медленно, выразительно провела большим пальцем себе по горлу.

Сосед на секунду замер, оценивая её жест, а затем его лицо расплылось в широкой, дерзкой улыбке.

— У-уу, по соседству поселилась девочка-маньячка! Как занимательно...

Рик весело рассмеялся, но, заметив, что Арис в ответ чересчур гневно и серьезно сдвинула брови, тут же послушно поднял руки вверх, демонстративно признавая свое полное поражение перед грозной соседкой. Удовлетворенная его реакцией, она внимательно посмотрела в пронзительно-голубые глаза. Напускная веселость на миг исчезла из её голоса, уступив место настоящему любопытству.

— Раз уж мы теперь официально соседи, Рик... Может, расскажешь, от кого ты так отчаянно прятался в моей квартире в день переезда?

Парень на секунду заговорщически прищурился, а на его губах снова появилась та самая легкая, загадочная усмешка. Затем слегка наклонил голову набок, внимательно изучая стоящую напротив девушку.

— Ловко ты меня поймала, — негромко произнес он, и в его голосе послышались вкрадчивые нотки. — Но это слишком долгая и интересная история для пыльной комнаты без мебели. Обещаю, я обязательно расскажу тебе всё... как-нибудь за чашкой кофе. Идет?

Девушка не успела ничего ответить, как взгляд Рика медленно скользнул вниз, оценивая её дерзкую пижаму, которую она в спешке даже не подумала сменить. Он окинул её мягким, изучающим взглядом и с легким смешком добавил.

— Кстати... Клёвые шортики!

Только в этот самый момент Арис со всей отчетливостью осознала, что стоит посреди чужой квартиры перед полуобнаженным, мускулистым мужчиной в своей слегка помятой домашней одежде, с растрепанными после сна волосами. Щеки мгновенно обдало густым, жарким румянцем, а всё её напускное хладнокровие испарилось без следа. Она почувствовала такое сильное смущение, что язык начал заплетаться.

— Я... э-э... да, спасибо, — пробормотала она, теряя всю свою недавнюю уверенность. — В общем, я пошла. Кофе... то есть, не шуми больше!

Запинаясь на полуслове и едва успевая перешагивать через обрывки строительной упаковки, Арис начала поспешно пятиться назад, к выходу. Рик не двигался с места, демонстративно скрестив руки на своей блестящей от пота груди, и наблюдал за её внезапным бегством.

Уже вылетая на лестничную клетку и захлопывая за собой дверь, девушка услышала, как вслед ей донесся тихий, бархатный и чертовски довольный смех соседа. Оказавшись в безопасности своей прихожей, она прислонилась спиной к двери, прижала ладони к горящим щекам и попыталась унять бешено бьющееся сердце.

Но тут в тишину квартиры ворвался резкий звук мобильного телефона. На экране высветился незнакомый номер. Арис на секунду нахмурилась, но всё же провела пальцем по экрану и поднесла трубку к уху.

— Алло? — осторожно спросила она.

— Боже мой, неужели я до тебя дозвонилась! — из динамика раздался громкий, взволнованный и такой до боли знакомый голос.

Девушка не сразу сориентировалась в потоке чужих эмоций, но уже через секунду её лицо озарила искренняя, теплая улыбка.

— Тина? Как я рада тебя слышать!

— Арис, я вообще ничего не понимаю. Только сообщение о твоем переезде в другой город. И всё. Ты так резко сорвалась, уехала, буквально пропала с радаров! Я места себе не нахожу, постоянно переживаю, всё ли с тобой в порядке. Что у тебя происходит?

Слушая сбивчивую, полную заботы речь подруги, девушка почувствовала, как к горлу подкатил комок. Ей так этого не хватало

— Я всё тебе расскажу, обязательно, — попыталась она успокоить Тину.

— Хорошо. — подруга облегченно выдохнула на том конце провода. — Я так хочу к тебе приехать, Бусинка, и нормально обо всем поболтать! Но ты сейчас так далеко, а у меня на работе такой плотный график и завал с проектами, что вырваться прямо сейчас просто нереально... Но я обязательно приеду к тебе в ближайшее время, как только разгребу эти завалы, идет? Выдастся пара свободных дней — и я сразу примчусь!

Арис ни капли не возражала. Напротив, она была безумно рада слышать подругу и даже мысль о будущей встрече согревала душу.

— Конечно, Тина, я буду очень тебя ждать! Приезжай, как только сможешь, устроим девичник.

Они поболтали еще пару минут, после чего Тина, пообещав быть на связи, отключилась. Девушка отложила телефон, чувствуя, как на душе стало чуточку легче после разговора с близким человеком.

23:15. GENESIS.

Переступив порог своей комнаты в клубе, Арис на секунду замерла, так и не донеся руку до выключателя. Приглушенный вечерний свет, пробивавшийся сквозь тяжелые портьеры, падал на нечто совершенно грандиозное, чего здесь вчера попросту не было.

Посреди комнаты, на изящном лакированном столике, высилась огромная, невероятно шикарная корзина цветов. Она была настолько масштабной, что занимала едва ли не половину поверхности, а её тонкий, пьянящий аромат мгновенно заполнил всё помещение.

Это был настоящий шедевр флористики, созданный с безупречным, почти пугающим вкусом. Основу этой роскошной композиции составляли редкие, бархатистые черные розы — их лепестки казались отлитыми из дорогого темного велюра. Между ними контрастными каплями вспыхивали белоснежные орхидеи редкого сорта и нежные, едва распустившиеся бутоны пионовидных роз глубокого сливового оттенка, который так идеально гармонировал с вчерашним платьем Арис. Композицию дополняли веточки эвкалипта, покрытые легким серебристым напылением, и всё это великолепие покоилось в массивной корзине из темной, искусно переплетенной лозы, обвязанной широкой атласной лентой. Каждая деталь буквально кричала о баснословной стоимости этого букета.

Девушка медленно подошла ближе, завороженно разглядывая подарок. Внутри всё сжалось от странного предвкушения. Среди бархатных лепестков она заметила небольшую карточку из плотной, матовой черной бумаги с золотым тиснением по краям.

Сердце пропустило удар. Она аккуратно потянула её на себя, перевернула и прочитала написанные идеальным, размашистым каллиграфическим почерком слова: «Безумно жду встречи. Маэстро».

Арис невольно улыбнулась, еще раз перечитав текст. Ей был безумно приятен такой изысканный знак внимания со стороны её Фаворита. Этот загадочный мужчина, который изумительно играл для неё на рояле, а потом так неистово кружил в танце, определенно умел производить впечатление.

Какая женщина не растаяла бы от подобной роскоши?

От этого внимания её кожа покрылась мурашками, а сердце снова пустилось вскачь. Не выдержав этого безмолвного давления, девушка тихо, едва дыша, спросила.

— Мэт, почему ты так на меня смотришь?

Тот в свою очередь, не отвёл глаз. Напротив, он подался чуть вперёд, и его голос прозвучал низко, с лёгкой, бархатистой хрипотой.

— Ты очень красивая, Арис. Я это сразу заметил. Ещё в твой самый первый день здесь.

После его признания воздух в комнате словно сгустился, став осязаемым и горячим. Напряжение между ними достигло своего пика, расстояние казалось ничтожным, а затянувшийся зрительный контакт кричал о том, что профессиональная дистанция окончательно рухнула. Мэт медленно перевёл взгляд на её губы, и девушка замерла, готовая к тому, что сейчас произойдёт что-то непоправимое и долгожданное

Но в этот самый момент тишину комнаты безжалостно разорвал резкий, громкий звонок мобильного телефона мужчины.

Звук подействовал на обоих как ледяной душ. Очарование мгновенно рассеялось. Мэт резко отпрянул, шумно выдохнув сквозь зубы, и достал вибрирующий аппарат из кармана. Взглянув на экран, он заметно изменился в лице — снова вернулась привычная суровая маска.

— Прости, — глухо бросил он, поднимаясь из-за стола. — Мне нужно ответить.

Не дожидаясь реакции Арис, он быстрыми шагами пересёк комнату и скрылся за дверью спальни, плотно закрыв её за собой, оставив девушку наедине с её бешено колотящимся сердцем и ароматом мятного чая.

Она осталась сидеть в тишине кухни, вслушиваясь в приглушённый мужской голос, доносившийся из-за закрытой двери. Пытаясь унять внутреннюю дрожь и уложить в голове те эмоции, которые сейчас трепещут внутри, она грациозно положила ногу на ногу и сделала ещё один глоток уже немного остывшего мятного чая.

Вдруг её коленка с глухим стуком наткнулась на какой-то твёрдый, холодный предмет, скрытый под массивной деревянной столешницей.

Нахмурившись, Арис наклонилась и заглянула под стол. Сердце мгновенно ухнуло куда-то вниз, а дыхание перехватило. Там, в специальном скрытом креплении, привинченном к нижней части стола, покоился тяжёлый, матово-чёрный пистолет. Он был расположен так, чтобы хозяин комнаты мог выхватить его в любую секунду, едва заподозрив опасность.

Липкий страх и первобытный ужас новой волной окатили девушку. Оружие. Настоящее, смертоносное оружие находилось всего в нескольких сантиметрах от неё, там, где они только что пили чай и делились сокровенным. На мгновение комната Мэта снова показалась ей опасным, чужим местом.

Она зажмурилась и сделала глубокий вдох, заставляя себя успокоиться. Судорожно сжала чашку пальцами. «Это Мэт, — мысленно повторила она себе, пытаясь унять панику. — Это его работа. Он мой телохранитель. Он живёт в мире, где оружие — единственный способ выжить и защитить других. Защитить меня...»

Логические доводы помогли, но противный, липкий холодок страха всё равно пробрал её до самых костей, напоминая о том, кем на самом деле был мужчина, в чьей постели она едва не оказалась взглядом. Мэт не был обычным парнем. Он был опасным хищником. Она ничего о нем не знала.

Услышав, что шаги в спальне приблизились к двери, Арис резко выпрямилась. С колоссальным трудом удерживая маску абсолютного спокойствия, она расправила плечи, поправила влажный шёлк платья и сделала вид, что ничего не обнаружила, хотя её пальцы едва заметно подрагивали.

***

Пока его подопечная в гостиной пила мятный чай, мужчина, плотно прикрыв за собой дверь спальни, тут же прижал вибрирующий телефон к уху.

— Слушаю, босс, — сухо произнёс Мэт, стараясь, чтобы его голос звучал максимально ровно.

Но на том конце провода не было привычного вальяжного тона. Леон был в ярости. Он буквально содрогался от гнева, пробивая даже динамик телефона.

— Какого чёрта произошло?! Почему ты не уследил?!

Мужчина сжал свободную руку в кулак, подыскивая оправдания.

— Я среагировал сразу, просто ситуация вышла из-под контроля...

Леон резко перебил его, и в его вопросе проскользнула странная, пугающая одержимость.

— Её лицо сильно пострадало?

Мэт на мгновение замялся, вспоминая разбитую губу Арис и припухшую щеку, к которой он только что нежно прикладывал лёд. Он попытался смягчить углы, чтобы защитить девушку от лишнего внимания хозяина клуба.

— Незначительно. Я уже принял меры.

— Я в курсе, — вкрадчиво, с явным отвращением и неприемлемостью процедил Леон. А затем его тон забрезжил по-настоящему гневными, опасными нотками. — Почему она все еще у тебя?!

Мужчина внутренне выругался. «Чёрт. Он знает даже это. Знает, где сейчас Арис».И попытался быстро выкрутиться, хотя внутри всё сжалось от нехорошего предчувствия.

— Я как раз собирался...

Но босс не дал ему договорить. В трубке раздался такой оглушительный, яростный крик, что Мэту показалось, будто стены спальни содрогнулись от этого ультразвука. Хозяин «GENESIS» буквально брызгал презрением и яростью.

— Чёрта с два! Не нужно мне врать, Я ЭТОГО НЕ ЛЮБЛЮ!!!

— Я сейчас её отвезу, — быстро ответил телохранитель, понимая, что ситуация становится критической.

Но Леона уже было не остановить. Его голос превратился в чистый яд, он буквально вбивал каждое слово в сознание подчиненного, напоминая ему его место.

— Ты охранник. Понял меня?! Даже смотреть на неё не смей! Или, может, ты соскучился по «Мясорубке»?!

При упоминании «Мясорубки» мужчина замер. Его лицо исказилось от глухой, бессильной злости. Воспоминания на мгновение сдавили горло. Мэт промолчал, с трудом сдерживая рвущийся наружу рык.

Хозяин клуба, наслаждаясь его замешательством и своим полным триумфом, добил его презрительным, давящим вопросом.

— Я доходчиво объяснил тебе? Ты меня понял???!

Мэт зажмурился, его челюсти сжались с такой силой, что в ушах зазвенело. Он ненавидел этот момент, ненавидел свою зависимость, но ради безопасности — и своей, и Арис — он вынужден был подчиниться. Его глаза потемнели от ярости, когда он выдавил сквозь зубы.

— Да, босс.

В трубке раздались короткие гудки. мужчина медленно опустил телефон. Его тяжело штормило от гнева и адреналина.

Когда Мэт вышел из спальни, от его недавней заботливости и того обжигающего, откровенного взгляда не осталось и следа. Лицо превратилось в абсолютно безэмоциональную, глухую маску. Глаза стали холодными, как застывший лед, а фигура — неестественно прямой, словно он снова надел свой невидимый бронежилет.

Арис, всё ещё державшая в руках чашку с мятным чаем и помнящая о пистолете под столом, замерла. Её очень удивила и даже ранила эта внезапная, пугающая холодность. Минуту назад этот мужчина признавался ей в симпатии, а теперь смотрел сквозь неё, будто она была чужой.

— Я должен отвезти тебя домой, — коротко бросил Мэт. Его голос прозвучал сухо, механически, без единой живой интонации.

Арис послушно поднялась, чувствуя, как внутри нарастает обида и непонимание. Они молча вышли из его комнаты и направились по длинному коридору к лифту. Телохранитель шёл чуть впереди, чеканя шаги и, за всё время пути, ни разу не обернулся.

Когда матовые двери лифта сомкнулись, отрезав их от коридора, девушка не выдержала. Эта звенящая тишина давила на неё неимоверно сильно. Она сделала шаг к нему, заглядывая в его каменное лицо.

— Мэт, что случилось? — девушка отчаянно пыталась выяснить правду, вглядываясь в его глаза. — Кто звонил? Это из-за меня? Тебе влетело от Леона? Мэт, не молчи!

Но тот никак не реагировал. Он смотрел прямо перед собой, на зеркальную стену лифта, словно её не существовало. Это безразличие окончательно вывело Арис из себя. Обида, пережитый за ночь ужас и внезапная стена со стороны единственного человека, которому она доверилась, смешались в один безумный коктейль.

Потеряв контроль над эмоциями, девушка резко развернулась к панели управления и со всей силы ударила ладонью по большой красной кнопке «СТОП».

Лифт резко дернулся, раздался неприятный скрежет металла, и кабина намертво зависла между этажами. Вспыхнул аварийный свет, окрасив пространство в приглушённые тона.

— Пока ты мне не ответишь, мы никуда не двинемся! — тяжело дыша, выкрикнула Арис, разворачиваясь к нему лицом и преграждая путь к панели. — Я имею право знать! Посмотри на меня!

Это стало последней каплей. Внутренняя буря Мэта, которую он с таким трудом сдерживал после звонка Леона, прорвалась наружу. Его самообладание дало трещину. Мужчина резко шагнул к ней, вжимая в стену, и схватил её за плечи. Его глаза бешено блеснули в полумраке, а голос сорвался на опасный, хриплый полурык.

— У нас рабочие отношения. И не более того!

Телохранитель тяжело дышал, глядя на её испуганное, но упрямое лицо, на разбитую губу, которую сам же недавно мазал кремом, и этот вид заставил его причинить боль самому себе, чтобы спасти её.

— Я немного перегнул с нежностью, — уже тише, но с убийственной, финальной холодностью добавил он, отводя взгляд. — Этого больше не повторится.

Эти слова ударили наотмашь, выбивая весь воздух из лёгких. Арис застыла в полном шоке, у неё просто не нашлось слов. Вся та нежность, чуткость и забота, которую он проявлял в своей комнате, только что была безжалостно растоптана этой дежурной, сухой фразой про «рабочие отношения». В груди разлилась горькая, удушающая обида.

Мэт, глядя на её онемение, медленно разжал пальцы и сделал шаг назад, окончательно разрывая дистанцию. Его лицо снова превратилось в каменную маску, не выражающую абсолютно ничего.

— Теперь можем ехать? — холодно спросил он, даже не глядя на неё, а смотря куда-то поверх её головы.

Девушка ничего не ответила. Гордость и подступившие к горлу слёзы не позволили ей издать ни звука. Она лишь крепко сжала губы, резко развернулась к панели и молча нажала на кнопку отмены блокировки.

Кабина лифта вздрогнула, аварийный свет погас, и под мерный гул механизмов они наконец продолжили спуск. Но Арис казалось, что от его ответа стало только хуже. Замкнутое пространство лифта теперь давило на неё с утроенной силой, а звенящая тишина казалась ядовитой.

Всю оставшуюся дорогу до её дома они не проронили ни единого слова. Атмосфера в салоне автомобиля была наэлектризована до предела. Они даже не смотрели друг на друга: Арис демонстративно отвернулась к окну, разглядывая проплывающие мимо ночные огни города сквозь пелену стоящих в глазах слёз.

Мэт мёртвой хваткой вцепился в руль, упрямо уставившись на дорогу. Внутри него бушевал настоящий ад, а в голове ураганом проносились яростные мысли.

«Она расстроена, но я не могу иначе, и так позволил себе лишнего», — мрачно думал он, чувствуя, как вина и злость на самого себя завязываются в тугой узел. Его взгляд на секунду потемнел от бессилия. «Чёртов контракт! Чёртова работа!»

Мужчина больше не мог сдерживать это бешеное давление. С дикой злостью он наотмашь ударил кулаком по рулю.

Тяжёлый, глухой удар с грохотом разнёсся по салону машины, а сам автомобиль на мгновение качнуло.

Арис от неожиданности сильно вздрогнула и резко повернула голову, удивлённо и испуганно уставившись на него. Она никак не ожидала от всегда собранного Мэта такой яростной вспышки эмоций. Девушка снова отвернулась к окну, пряча лицо, а её собственные мысли зазвучали в голове горьким, полным самобичевания эхом. «Он злится на меня, зачем я полезла со своими расспросами?»— думала она, чувствуя, как к горлу подступает тяжёлый ком. «Кто меня просил? Теперь все то, что ощущалось между нами, кануло в прах».

Телохранитель больше не подавал знаков агрессии. Он ещё сильнее сжал челюсти, упрямо глядя на лобовое стекло, пока колёса глухо шуршали по асфальту. Каждому из них этот путь казался бесконечным.

Когда автомобиль наконец затормозил у её подъезда, Арис не стала ждать. Она рванула ручку двери, молча вышла из машины и быстрым шагом направилась к дому, ни разу не обернувшись.

Едва за ней захлопнулась тяжёлая входная дверь, Мэт резко нажал на газ. С сухим рёвом сорвался с места и молча уехал, растворяясь в темноте ночных улиц.

— Отличный выбор, сделаю в лучшем виде с нежной пенкой, — кивнула бариста и принялась за работу.

Арис не отходила от стойки, с интересом наблюдая за каждым её движением. Девушка работала с той завораживающей грацией, которая выдаёт мастера своего дела.

Сначала она взяла изящный питчер и налила в него сливки, добавив туда порцию ароматного лавандового сиропа — по воздуху тут же разнёсся тонкий, успокаивающий цветочный запах. Затем она установила холдер в кофемашину, и та отозвалась глубоким, утробным рокотом, наполняя чашку насыщенным, бархатистым эспрессо.

Девушка следила, как бариста аккуратно соединила кофе со сливочно-лавандовой основой, а потом взяла в руки паровой кран. Раздалось характерное шипение, и тонкая струйка пара превратила смесь в густую, однородную пенку. Она действовала уверенно и быстро: ловким движением она перелила готовый напиток в бумажный стаканчик, на ходу посыпав сверху парой сушеных бутонов лаванды, которые на тёмной поверхности выглядели как крошечные украшения.

— Ваш лавандовый раф, — с той же светлой улыбкой произнесла бариста, подавая Арис стаканчик.

Та приняла его, чувствуя приятное тепло через бумажные стенки, и на мгновение прикрыла глаза, наслаждаясь этим коротким, но таким гармоничным утренним ритуалом. Затем поблагодарила, расплатилась и толкнула тяжёлую стеклянную дверь, ведущую на улицу. Утренний воздух был свежим и чуть влажным, солнце было высоко, слух радовало щебетание птиц. Девушка сделала всего пару шагов по тротуару, как внезапно чьё-то мощное, стремительное движение сбило её с пути.

Столкновение было резким и совершенно неожиданным. девушка не успела даже охнуть — стаканчик выскользнул из пальцев, полетел вниз и с глухим шлепком ударился об асфальт. Крышка соскочила, и ароматный, густой напиток беспомощной лужей растекся по серой плитке, оставляя на её любимом кардигане несколько предательских пятен.

— Чёрт возьми, смотрите, куда... — начала было Арис, чувствуя, как внутри закипает праведный гнев. Она резко подняла голову, уже готовясь высказать всё, что думает об этом нелепом прохожем, но слова застряли у неё в горле.

Взгляд, полный раздражения, мгновенно сменился недоверием, а затем — настоящим шоком. Перед ней, слегка запыхавшись, стоял Рик. Его присутствие здесь в это тихое утро было очень неожиданным. Хотя она уже начала понемногу привыкать к тому, что ни одно утро не обходилось без этого неугомонного соседа.

Он выглядел также, как в первый день их знакомства, на этот раз был одет, что несказанно обрадовало Арис. Потому что воспоминание о его горячем торсе, блестящем капельками пота, было настолько свежо, что сейчас щеки девушки как по щелчку вспыхнули предательским румянцем. Весь её недавний утренний дзен, который она так старательно выстраивала, рассыпался так же быстро, как содержимое стаканчика под их ногами.

— Рик? — прошептала она, не в силах поверить своим глазам. — Ты... что ты здесь делаешь?

Мужчина, вместо того чтобы извиниться, расплылся в широкой улыбке, слегка склонив голову набок, и с интересом смотрел на девушку.

— Привет, Арис! — усмехнулся он, легко отряхивая руки. — Знал бы, что встречу тебя здесь, захватил бы с собой перфоратор!

Его соседка невольно рассмеялась, не в состоянии сдержаться. — Перфоратор? Серьёзно? Ты просто мастер по созданию хаоса на пустом месте, сосед! — парировала она, чувствуя, как вся тяжесть последних дней на мгновение испаряется.

Они обменялись еще парой колких шуток о ранних утренних подъёмах и соседской жизни. Смех, который девушка была не в силах держать, звучал так легко и естественно. Эта простая, теплая непринужденность была именно тем, чего ей так не хватало.

Рик, наконец, перевел взгляд на лужицу лавандового рафа и со вздохом, в котором смешались досада и теплота, покачал головой: — Жаль, кофе был отличный. Но мы обязательно исправим эту несправедливость и выпьем его вместе — как и договаривались раньше.

Сосед виновато улыбнулся, глянув на часы. — Прости, Арис, мне нужно бежать, — быстро добавил он, а затем тепло попрощался, легко коснувшись её плеча. Через мгновение Рик уже был на другом конце улицы, быстро скрываясь из виду. Девушка осталась стоять у кофейни, глядя ему вслед и чувствуя странную, непривычную лёгкость после этой короткой встречи.

23:40. GENESIS.

Наступил вечер. Мэт забрал Арис молча, и всю дорогу до клуба в машине царила звенящая, холодная тишина. Они не обмолвились ни словом, не встретились случайными взглядами — только работа, только дистанция.

Оказавшись в своей комнате, девушка сразу направилась в гардеробную. Ей нужно было подобрать подходящий наряд, который скрасил бы предстоящий вечер. Выбор пал на эффектное красное платье с замысловатой шнуровкой на спине — оно выглядело одновременно вызывающе и элегантно. Девушка тщательно поправила макияж, надела украшения и полностью погрузилась в процесс подготовки, не заметив того, как в комнату тихо, почти бесшумно, кто-то вошёл

Браслет на запястье завибрировал: пришло короткое сообщение: «VIP-комната 10». Арис вышла из гардеробной, чуть откидывая длинные волосы назад, и замерла посередине спальни.

На её постели, на самом видном месте, лежала роза с огромным, тяжелым бутоном алого цвета, и девушка была абсолютно уверена, что когда приехала и вошла в спальню, её не было.

«Кто мог оставить цветок, так незаметно проникнув в моё личное пространство?»

Арис осторожно приблизилась и поднесла его к лицу, касаясь бархатных лепестком кончиком носа. Аромат был терпким, сладким и глубоким. «Это точно не стиль Маэстро — здесь не было карточки, да и масштабы не те»

«Мэт?»Эта мысль показалась ей нелепой. Он сегодня вёл себя так, словно её не существовало — не удостоил ни словом, ни взглядом.

Сердце забилось быстрее, а вопросы множились один за другим. Витая в собственных мыслях и чувствуя странную тревогу, смешанную с любопытством, девушка вышла в коридор.

Прикрыв за собой дверь, девушка развернулась и буквально врезалась в Мэта. От неожиданности воздух в легких перехватило. Мужчина выглядел совершенно не так, как во время их молчаливой поездки: его обычная холодность сменилась явным волнением, а в глазах читалась неприкрытая тревога. — Арис, нам нужно поговорить! — выпалил он, преграждая ей путь.

Она попыталась обойти его, стараясь сохранять профессиональное спокойствие. — У меня работа, Мэт... — сухо бросила девушка, глядя прямо перед собой.

Но он не отступал, словно специально перекрывая ей дорогу раз за разом. Его голос звучал почти умоляюще, когда он добавил: — Я прошу тебя! Я не хочу, чтобы ты туда ходила!

Арис резко остановилась, уставившись на него. Она видела, как он обеспокоен, но внутри неё эта забота вызвала лишь вспышку ярости. — Ты издеваешься?! — воскликнула она, не в силах больше сдерживаться.

Не дожидаясь ответа, она оттолкнула его, демонстративно выставив вперед ладони. И, бросив негодующий взгляд на телохранителя, продолжила свой путь. Цокот её каблуков эхом разнесся по коридору, превращаясь в ритмичный звук, отбивающий её гнев. Она шла к VIP-комнате, где её уже ждал охранник, и даже не обернулась на оклик Мэта. Внутри неё всё закипало.

«Сначала он меня притягивает к себе, потом жестоко отталкивает, давая понять, что я — лишь работа, — проносилось у неё в голове с каждым шагом. — А теперь... Что это?! Я что, ИГРУШКА?!»

Поравнявшись с суровым охранником, она даже не замедлила шаг, просто пройдя мимо. Тот в свою очередь, став свидетелем всей сцены, бросил на Мэта короткий, едкий взгляд, полный недовольства и скрытой насмешки, пока Арис решительно направлялась дальше, стараясь не выдать, как сильно дрожали её руки от нахлынувших эмоций.

VIP-комната 10. GENESIS

Дверь за спиной с тихим щелчком захлопнулась, отрезая шум коридора, и девушка застыла, не в силах поверить своим глазам. Вместо привычного интерьера VIP-комнаты она будто шагнула в другой мир — настоящий райский остров, спрятанный в сердце клуба «GENESIS». Обстановка была необычной: большую часть пространства занимал огромный, подсвеченный лазурным светом бассейн, вода в котором едва заметно колыхалась. Лишь небольшой островок суши с парой шезлонгов напоминал о том, что она всё ещё находится в помещении.

Внезапно тишину нарушил посторонний звук — кто-то тихо кашлянул за её спиной. Арис вздрогнула и резко обернулась. В нескольких шагах от неё стоял невероятно красивый мужчина, на губах которого играла уверенная, слегка насмешливая улыбка. В руках он держал два высоких стакана с яркими коктейлями, украшенными крошечными бумажными зонтиками.

Он выглядел как воплощение опасного, но притягательного совершенства. На вид ему было от тридцати до тридцати пяти лет, и каждое его движение выдавало в нём человека, привыкшего к роскоши и полному контролю над ситуацией. Его тело — подтянутое, жилистое, с рельефной мускулатурой, которая эффектно подчеркивалась минималистичными облегающими плавками-боксерами, — говорило о том, что он уделяет немало времени своей физической форме.

Короткие, тщательно уложенные обесцвеченные волосы почти ослепляли в мягком освещении бассейна, создавая резкий контраст с глубоким, загорелым оттенком кожи. Лицо, частично скрытое дизайнерской маской, казалось ещё более загадочным, но всё внимание приковывали глаза: дерзкий, пронзительный взгляд не оставлял сомнений в том, что он привык брать от жизни всё. Когда он слегка приподнимал уголки губ, обнажалась безупречно белоснежная улыбка, от которой по спине Арис пробежал невольный холодок.

Детали его образа лишь подчеркивали статус: на запястье, которое он небрежно демонстрировал, располагались массивные дорогие часы, свидетельствующие о немалом состоянии. В левом ухе мужчины поблёскивала лаконичная серьга с крупным бриллиантом, который ловил блики от воды и вспыхивал холодным, чистым светом при каждом его повороте головы. Он стоял перед вошедшей девушкой, абсолютно уверенный в своём превосходстве, словно хозяин этого маленького райского уголка.

Красавчик внимательно изучал её, словно оценивая добычу, и, сделав шаг навстречу, прямо спросил: — Любишь секс на пляже?

Арис мгновенно поняла, что он говорит о названии популярного напитка. Однако тон и подача вопроса были выбраны слишком вызывающе, чтобы игнорировать этот явный подтекст. В этот момент злость на Мэта, всё ещё кипевшая внутри после недавней стычки, сменилась странным, опьяняющим чувством безрассудности. «Мне нужно было забыться! И я это сделаю!» — пронеслось в её голове.

Она подарила ему самую сладкую, самую соблазнительную улыбку, на которую была способна, и, глядя прямо ему в глаза, ответила с придыханием: — Обожаю секс на пляже!

В глазах мужчины сверкнул хищный огонёк. Он не отвёл взгляда, медленно протягивая ей один из коктейлей. На мгновение повисла напряжённая пауза, наполненная электричеством, а затем он, не разрывая зрительного контакта, сделал глоток из своего стакана. Арис, чувствуя, как внутри всё дрожит от дерзости собственного поступка, последовала его примеру.

Они медленно пили свои коктейли, и всё это время мужчина рассматривал девушку с обезоруживающей бесстыдностью. Его взгляд, тяжелый и настойчивый, словно осязаемо скользил по её силуэту, изучая изгибы фигуры в красном платье, которое теперь казалось её даже слишком вызывающим. В комнате царила особая, обволакивающая атмосфера: из скрытых динамиков доносилась приглушенная, расслабляющая музыка, переплетавшаяся с едва слышным плеском воды, а рядом с шезлонгами стоял изящный столик, уставленный вазами со свежими, сочными фруктами.

Мужчина вдруг перестал пить и протянул ей свободную ладонь. В этом жесте было столько властности и уверенности, что Арис даже не задумывалась о последствиях. Она послушно вложила свою руку в его — мужская ладонь была горячей и сухой, а прикосновение отозвалось легким разрядом тока. Он неторопливо, словно прогуливаясь по собственному пляжу, повел её к шезлонгам, не сводя с неё своих дерзких глаз.

— Здесь очень красиво, — тихо произнесла Арис, оглядывая лазурные блики бассейна, отражающиеся на стенах. Её спутник в ответ лишь едва заметно улыбнулся, не проронив ни слова.

Они не говорили, все диалоги заменяла густая, пульсирующая музыка, которая заполняла всё пространство, позволяя не искать слов. Девушка поймала себя на том, что подсознательно сравнивает этого незнакомца с Маэстро. Тот, кто сейчас держал её за руку, ведя к шезлонгам, казался полной противоположностью. Его абсолютно не интересовало ни её имя, ни то, чего она хочет на самом деле. Он даже не счел нужным представиться, словно её личность была второстепенной деталью в его игре. Это безразличие, смешанное с его уверенной властностью, одновременно пугало и заставляло Арис чувствовать себя странно свободной от любых обязательств.

Они опустились на шезлонги, стоявшие друг напротив друга, так что их разделяло лишь небольшое расстояние. Мужчина откинулся на спинку и лениво, с долей снисходительного любопытства изучил наряд девушки. Его взгляд неторопливо прошёлся по яркому шёлку, задерживаясь на деталях.

— Твой образ не совсем вписывается в обстановку, — произнёс он, и в его низком голосе проскользнула лёгкая ирония.

Арис почувствовала себя неловко под этим оценивающим взором и попыталась оправдаться: — Я не знала, что здесь бассейн и мне может пригодиться купальник... Если бы меня предупредили, я бы оделась иначе.

Она смущённо поправила подол, остро ощущая каждый сантиметр ткани на своём теле. Из-за того, что платье было достаточно облегающим, а спину украшала лишь замысловатая открытая шнуровка, девушка не надела бельё — только так этот наряд мог смотреться подобающе, без лишних швов и лямок. Но сейчас, в этой полупустой комнате-острове, под пристальным вниманием полураздетого незнакомца, отсутствие белья делало её положение ещё более уязвимым и будоражащим. Мужчина уловил её замешательство и лишь многозначительно приподнял бровь, наслаждаясь этой минутой.

Он полностью проигнорировал её путаные объяснения насчёт купальника. И даже не кивнул, словно оправдания Арис были лишь фоновым шумом, не заслуживающим внимания. Красавчик лишь слегка повёл плечом, откинулся глубже на спинку шезлонга и продолжил медленно, с мягкой вальяжностью хищника, покачивать в руке стакан с коктейлем. Лёд тихо бился о стекло, и этот звук странно резонировал в полупустой, залитой лазурным светом комнате.

Пока между ними тянулось это вязкое, двусмысленное молчание, девушка почувствовала, как её уверенность начинает трещать по швам. Безрассудный порыв, заставивший её дерзить минуту назад, улетучивался, а на его место упрямо возвращались мысли о Мэте. Нахлынувшие вопросы принялись терзать её с новой, пугающей силой.

О чём он так отчаянно пытался поговорить с ней там, в коридоре? Почему в его голосе, обычно таком контролируемом и ровном, было столько неприкрытой паники?«Я не хочу, чтобы ты туда ходила», — эти слова Мэта теперь набатом стучали в её висках. Откуда взялась эта резкая, пугающая перемена в его поведении? Он ведь твердил, что они здесь только ради работы. Но его взгляд... Мэт смотрел на неё так, словно знал о происходящем за этой дверью что-то такое, чего она даже представить себе не могла. Или он знал этого человека?

Пытаясь заглушить нарастающую внутреннюю тревогу и вернуть себе хоть какую-то видимость контроля, Арис заставила себя переключить внимание. Она подняла глаза и принялась медленно, дюйм за дюймом, сканировать сидящего напротив клиента, выискивая в нём хоть что-то, что могло бы подтвердить её худшие опасения.

Она скользила взглядом по его фигуре, подмечая каждую мелочь: то, как идеально ровно ложился загар на его подтянутые плечи, как размеренно вздымалась его жилистая грудь, как уверенно и расслабленно его пальцы сжимали стекло. Она вглядывалась в дорогие часы на его запястье, ловящие яркие блики от воды, в холодное мерцание крупного бриллианта в левом ухе, в безупречные линии маски, скрывающей половину лица. Девушка отчаянно искала фальшь, скрытое напряжение, затаённую угрозу или знак того, что эта встреча — ловушка. Она ждала, что он выдаст себя фальшивым жестом или нервным движением.

Но по итогу, сколько бы она ни всматривалась, не заметила ничего подозрительного. Мужчина был абсолютно органичен в этом роскошном, ленивом амплуа. В его позе не крылось опасности — только неприкрытая, сытая уверенность в себе.

Единственное, что становилось понятным даже невооружённым взглядом, — это его истинные мотивы. Красавчика совершенно не интересовал её внутренний мир, её мысли, страхи или то, кем она является на самом деле. Его привлекало исключительно её тело, скрытое под тонким шёлком красного платья. Этот откровенный, чисто плотский интерес он транслировал каждой клеткой своего тела, давая ей понять это с самой первой секунды. Для него она была лишь красивым, дорогим украшением этого вечера, и это осознание заставило Арис внутренне сжаться, хотя внешне она продолжала держать лицо.

Теперь всё целиком и полностью зависело от неё самой: позволит ли она этому незнакомцу перейти черту и впустить его в пространство настоящей, осязаемой близости?

Ещё каких-то сорок минут назад, когда за ней только закрылась массивная дверь VIP-комнаты, она была настроена решительно. Обида на Мэта, его холодность и непонятные эмоциональные качели так сильно ранили её, что внутри горело лишь одно желание — броситься в этот омут с головой. Ей хотелось совершить что-то безумное, дерзкое, наплевав на любые приличия, правила и рамки, которые до сих пор её сдерживали. Хотелось назло всему миру просто раствориться в моменте, забыться и заглушить тупую боль в груди.

Но сейчас, сидя на шезлонге под пристальным, раздевающим взглядом Красавчика, она почувствовала, как эта обжигающая уверенность начинает стремительно таять. Одно дело — злиться в коридоре, и совсем другое — находиться один на один с мужчиной, для которого ты являешься лишь безликим, хоть и чертовски привлекательным трофеем.

Внутри неё, вопреки первоначальному бунту, ледяной волной росло глубокое, липкое сомнение в правильности своего решения. Стоит ли этот сиюминутный побег от реальности того, чтобы отдавать себя человеку, который даже не спросил, как её зовут?Арис замерла, судорожно пытаясь расслышать собственный голос разума за шумом падающей воды и ритмичными басами музыки, понимая, что следующий её шаг изменит абсолютно всё.

Мужчина оказался слишком проницательным, чтобы не заметить перемену в её настроении. Он уловил момент, когда девушка перестала делать глотки, просто удерживая стакан в ладонях, и то, как её взгляд стал отрешённым. Это секундное сопротивление, едва заметное колебание с её стороны, явно задело его самолюбие — он привык к моментальной покорности. Однако на его лице не отразилось ни тени раздражения. Вместо этого Красавчик обворожительно, почти гипнотизирующе улыбнулся, и в этой улыбке промелькнул азарт охотника.

— Твой напиток уже согрелся, — мягко, с вкрадчивой хрипотцой произнёс он, поднимаясь со своего шезлонга. — Позволь, я сам приготовлю для тебя кое-что особенное. Коктейль, который заставит тебя забыть обо всём лишнем.

Его голос звучал так уверенно и обволакивающе, что Арис просто не нашла в себе сил отказать. Ей казалось, что любое резкое «нет» сейчас разрушит хрупкие рамки приличий, которые ещё удерживали эту сцену от хаоса.

Мужчина неторопливо подошёл к небольшому, роскошно оформленному бару, который аккуратно вписывался в интерьер этого искусственного острова. Его движения были точными, выверенными и завораживающе ленивыми. Он взял тяжёлый шейкер, сделанный из темнёного матового металла, и наполнил его крупными кубиками льда, которые с глухим стуком упали на дно. Затем его длинные пальцы потянулись к бутылкам. Сначала он точным движением отмерил порцию прозрачного, ледяного ликёра, затем добавил туда густой, как жидкий рубин, сироп экзотического фрукта.

Арис изредка поглядывала в его сторону, наблюдая, как он с лёгкостью профессионального бармена жонглирует бутылками, но её взгляд то и дело срывался и блуждал по комнате. Ей становилось всё более некомфортно находиться здесь. Лазурная подсветка бассейна, которая сначала показалась ей сказочной, теперь давила на глаза, превращаясь в неоновые тиски. Мерный плеск воды у ног больше не успокаивал, а монотонная, пульсирующая музыка, заполнившая пространство, казалась слишком громкой, бьющей по натянутым до предела нервам. Чужое, слишком роскошное пространство VIP-комнаты внезапно стало казаться ловушкой, из которой не было простого выхода.

Тем временем мужчина завершал свой ритуал. Он закрыл шейкер и сделал несколько резких, ритмичных движений, смешивая ингредиенты — металл мгновенно покрылся мелкой изморозью от холода. Достав изящный, расширяющийся кверху бокал на тонкой ножке, он аккуратно перелил в него получившийся напиток через ситечко. Коктейль получился сложным, градиентным: у основания он горел глубоким фиолетовым цветом, который ближе к поверхности переходил в нежно-розовую, почти воздушную пену. Сверху он украсил край бокала тонкой спиралью из цедры лайма и бросил внутрь несколько сушёных лепестков, которые медленно кружились на поверхности.

Взяв бокал, он повернулся к Арис, и его белоснежная улыбка в полумраке комнаты выглядела торжествующе.

Мужчина неторопливо вернулся к своему шезлонгу, держа в руке сотворённый шедевр. Он протянул девушке бокал, и когда она взяла его за тонкую ножку, слегка приподнял свой собственный. Раздался чистый, хрустальный звон при их соприкосновении.

Пытаясь заглушить неловкость и сухость в горле, Арис прильнула к краю бокала и сделала несколько больших, жадных глотков. Напиток оказался потрясающим: прохладная, цитрусовая свежесть мгновенно обожгла рецепторы, а следом разлилось мягкое, сладковатое послевкусие экзотических фруктов. Алкоголь мягкой волной тепла покатился по телу, немного расслабляя скованные мышцы.

— Очень вкусно, освежает, мне нравится, — искренне произнесла она, едва переведя дыхание и сделала ещё пару глотков.

Мужчина наблюдал за ней с явным одобрением. На его губах так и играла обворожительная, хищная улыбка. Он плавно подался вперёд, сокращая расстояние между их шезлонгами, и протянул руку к её лицу. Длинные пальцы коснулись кожи, и он аккуратно, почти невесомо заправил за ухо Арис выбившуюся из причёски прядь волос. Прикосновение было нарочито медленным, интимным.

Острое смущение и внезапная вспышка волнения заставили сердце девушки ухнуть в груди. Она снова поднесла бокал к губам и практически залпом, почти до самого дна, допила коктейль, прячась за стеклом от мужских пронзительных глаз.

Красавчик, кажется, именно этого и ждал. Он тихо усмехнулся, картинно поставил свой недопитый бокал на столик с фруктами и поднялся во весь рост. Обернувшись к Арис, игриво подмигнул ей из-под своей дизайнерской маски. А в следующее мгновение плавно оттолкнулся от пола и идеальным, выверенным прыжком вошёл в воду. Бассейн поглотил его тело практически без брызг — лишь лёгкая волна пошла по поверхности, пуская красивые блики по стенам комнаты.

Приятный хмель от крепкого, выпитого почти залпом коктейля, мягкой волной ударил в голову. Арис чуть перевела дух, откидываясь на спинку шезлонга и чувствуя, как лёгкое, обволакивающее головокружение наконец-то притупило грызущее чувство тревоги.

Вода в бассейне колыхалась, расходясь лазурными кругами, и в самом центре этого неонового сияния из глубины показалась голова мужчины. Мокрые обесцвеченные волосы потемнели и облепили лоб, а капли воды красиво стекали по контурам его маски и мускулистым плечам. Он мягко покачивался на воде, удерживаясь на поверхности без видимых усилий, и его дерзкий, манящий взгляд был прикован к девушке.

— Ну же, чего ты ждёшь? — низкий голос, усиленный акустикой комнаты, прозвучал бархатисто и призывно. — Вода потрясающая. Иди ко мне.

Девушка невольно сглотнула, чувствуя, как к горлу снова подступает волна смущения. Нахождение здесь, один на один с этим идеальным незнакомцем, и так нарушало все её внутренние границы, а его предложение и вовсе застало врасплох.

— Я... я не могу, — негромко ответила она, слегка запинаясь и пряча взгляд. — Я ведь уже говорила, у меня нет с собой купальника.

Мужчина лишь тихо рассмеялся — этот звук был ленивым и уверенным, словно он заранее знал, что любой её отказ будет лишь кокетством.

— Разве это похоже на проблему? — он подплыл чуть ближе к бортику, не сводя с неё глаз. — Здесь только ты и я. Сбрось своё платье.

От того, как легко и буднично он это произнёс, у девушки перехватило дыхание. Щёки обожгло густым румянцем. Она судорожно поправила подол шёлкового наряда, чувствуя, как под тонкой тканью предательски ускоряется пульс. Скрывать правду дальше не имело смысла, и, собрав остатки смелости, она тихо, почти шёпотом призналась.

— Дело не только в купальнике... На мне вообще нет белья. Из-за открытой спины платья пришлось его снять, чтобы всё смотрелось подобающе.

Девушка ожидала, что эта откровенность заставит его отступить или хотя бы сбавить напор, но клиента это признание ни капли не смутило. Напротив, в его глазах, блеснувших из-под маски, вспыхнул ещё более хищный, торжествующий огонёк. На его лице расплылась обворожительная, многообещающая улыбка.

— Вот оно как — протянул он, и в его голосе послышалось откровенное, будоражащее сознание бесстыдство. — Просто сними платье и иди в воду. Обещаю, я буду смотреть очень аккуратно... или нет.

От этих слов у Арис внутри просто взорвалось сознание. Мир вокруг неё на мгновение потерял чёткие контуры, сузившись до размеров этой залитой лазурным неоном комнаты. Нахлынувшие чувства смешались в безумный, оглушающий коктейль: она была до глубины души смущена этой порочной прямотой, и в то же время липкий, первобытный страх сковывал её тело. Пальцы, судорожно сжимавшие ткань платья, начали заметно дрожать, а голова от выпитого алкоголя и бешеного выброса адреналина кружилась всё сильнее, погружая её в состояние какого-то транса.

Но среди этого страха и неловкости девушка уловила совершенно иное, пугающее и одновременно манящее ощущение. Что происходит?В самом низу живота разлилось тягучее, сладкое и томное тепло, которое лёгкой судорогой потянуло тело изнутри. Ритмичные басы музыки словно вибрировали прямо у неё под кожей. Она с замиранием сердца ощутила, как под тонким, гладким шёлком красного платья, лишённого какой-либо поддержки, предательски и ощутимо твердеют её соски. Собственное тело вело себя невероятно странно, бунтуя против голоса разума и подчиняясь каким-то скрытым, животным инстинктам, которые она так долго в себе подавляла.

Девушка робко подняла взгляд и столкнулась с мужчиной глазами. Он не сводил с неё своего хищного, раздевающего взора. Островок бассейна вокруг него казался ареной, где он терпеливо ждал свою добычу. Заметив, как изменилось её дыхание и как она вспыхнула под его прицелом, Красавчик медленно, с откровенным, тягучим предвкушением провёл кончиком языка по своей верхней губе, словно уже пробовал её на вкус. Этот бесстыдный, гипнотический жест стал последней каплей, окончательно лишившей Арис способности трезво мыслить.

Она ощутила, как по её телу разлилась мощная, неодолимая волна сильнейшего возбуждения, которое накатило так резко и ошеломляюще, что у девушки перехватило дыхание. Арис совершенно не понимала причины такой внезапной, бурной реакции своего организма: то ли это был хитрый, дурманящий состав коктейля, то ли так подействовал первобытный страх вперемешку с её собственной затаённой обидой на Мэта, но сопротивляться этому влечению больше не было сил. Разум окончательно отступил, уступая место чистым, обнажённым инстинктам.

Словно действуя в гипнотическом сне, она медленно поднялась с шезлонга. Её движения стали плавными, тягучими. Завела дрожащие руки за спину и одним уверенным движением расслабила замысловатую шнуровку платья. Скользкий, прохладный шёлк мгновенно потерял опору и послушно соскользнул вниз по её бедрам, с тихим шорохом упав к ногам алым облаком.

И вот она осталась стоять перед мужчиной полностью обнажённой. В лазурном неоновом свете её фигура казалась выточенной из мрамора, а каждая линия тела была прорисована идеальными бликами воды.

Глаза Красавчика, наблюдавшего за этой сценой из бассейна, мгновенно полыхнули безумием. Его ленивая вальяжность испарилась, уступив место жёсткому, голодному натяжению хищника, который наконец получил то, чего так долго ждал.

Девушка, больше не сомневаясь и не пряча взгляда, сделала один уверенный шаг к бортику, затем второй, и мягко скользнула вниз, нырнув в прохладную глубину бассейна. Вода обволокла её горячую кожу, даря секундное облегчение, но внутри неё продолжал бушевать пожар. Она вынырнула на поверхность, откинув мокрые волосы назад, и остро ощутила, насколько до безумия странно, дико и в то же время правильно она чувствует себя в эту самую минуту.

Едва Арис успела привыкнуть к прохладе воды, как за её спиной раздалось близкое, учащённое дыхание мужчины. Он приблизился бесшумно, словно тень, и она ощутила кожей исходящее от него сильное, будоражащее тепло. Мужчина склонился к самому её уху, и в шуме лазурных волн она услышала его хриплый, едва различимый шёпот, от которого по телу побежали мурашки.

— Ты разрешишь мне прикоснуться к тебе?

Этот вопрос, заданный с призрачным намёком на уважение её границ, окончательно лишил её остатков воли. Всё её существо, охваченное необъяснимым, диким возбуждением, требовало этого контакта. Девушка, почти со стоном, выдохнула в ответ одно-единственное слово.

— Да...

Ему не нужно было повторять дважды. Мужчина мгновенно прижался вплотную к её спине и решительно, но аккуратно обхватил плечи Арис своими руками. Его тёплые, влажные ладони медленно скользнули вниз по её бархатной, покрытой каплями воды коже, заставляя девушку трепетать от каждого чувственного касания.

Горячее, прерывистое дыхание обжигало шею, посылая новые волны мурашек по всему телу. Обнажённой спиной Арис отчётливо чувствовала каждый мускул, каждый жёсткий рельеф его сильной груди. Изящные, но крепкие пальцы незнакомца оставляли на её коже невидимые пылающие следы, от которых внутри всё сжималось в тугой узел.

Дойдя до самых кистей рук, мужские ладони томительно, дразняще скользнули в обратном направлении, заставляя Арис выгнуться навстречу. Склонившись к её лицу и шепча на ухо откровенные непристойности, Красавчик медленно лизнул языком мочку её уха. Девушка окончательно потеряла опору под ногами и чуть откинулась назад, положив голову ему на плечо.

В этот момент мужчина коснулся её живота и маняще, неторопливо стал подбираться пальцами выше, к её груди. Добравшись до заветных вершин, он наклонился к её шее, легонько и требовательно прикусывая нежную кожу зубами.

Одновременно с этим он уверенно сжал обе её груди ладонями, вырвав у Арис протяжный, глубокий стон.

— Очень сладкая... — хрипло отозвался Красавчик, и его дыхание окончательно сбилось от страсти. — И так стонешь, что я начинаю терять рассудок...

Девушка чувственно потёрлась об него попкой, и в это мгновение между ними не осталось никаких тайн. Она всем телом ощутила, насколько велико и неодолимо было его желание, которое уже едва помещалось в тесных плавках. Мужчина прерывисто вздохнул, его грудь резко вздымалась, прижимаясь к её спине. Оставив одну ладонь на её груди, и дразня большим пальцев затвердевший сосок, вторую руку он направил вниз, между её ног.

Коснувшись её в самом интимном месте, Красавчик судорожно сглотнул от того, какой горячей и податливой она уже была, и тут же начал настойчиво, уверенно ласкать её. Его пальцы однозначно знали, что нужно делать, двигаясь с пугающей и одновременно восхитительной точностью.

Арис казалось, что вся её кожа горит и буквально плавится от этих умелых движений, а тело трепещет от едва сдерживаемого, рвущегося наружу вожделения. Теряя остатки контроля, она всё крепче сжимала его руку своими бёдрами, не переставая чувственно и ритмично тереться о его сильное тело, увязая в этом безумном моменте. И вдруг сквозь пелену собственного прерывистого дыхания она услышала его низкий, бархатный шёпот прямо у своего уха.

- Хочу, чтобы ты кончила для меня...

Мысли девушки превратились в хаотичный, раскалённый поток. В её голове не осталось ни одного здравого довода, ни одного воспоминания о Мэте или о том, как она вообще здесь оказалась. Всё её существование сузилось до одной-единственной точки внизу живота, где пульсировало дикое, мучительное желание оргазма. Она буквально сходила с ума от этой нарастающей лавины ощущений. Где-то на грани сознания вспыхивала слабая мысль, что всё это безумно, что это абсолютно не похоже на неё — скромную, привыкшую держать всё под контролем Арис. Сейчас она была сама не своя, словно её сознанием завладел кто-то другой, ненасытный и порочный. Но эта мысль тут же растворилась в новой волне удовольствия.

Девушка уже не пыталась сдерживаться. Она протяжно, самозабвенно стонала на всю комнату, полностью отдавшись во власть мужских настойчивых рук. Она ритмично и жадно терлась о его умелые, быстрые пальцы, ловя каждое движение и требуя ещё больше нажима. Потеряв всякий стыд, Арис плотно, до упора прижималась попкой к его напряжённому члену, чувствуя, как её податливость доводит мужчину до предела.

Красавчик за её спиной дышал тяжело, загнанно, словно сам находился в шаге от безумия. Он крепче перехватил её талию, практически фиксируя на месте, и принялся с голодной яростью покрывать поцелуями её плечи, то слегка покусывая, то жадно посасывая нежную кожу на шее. Этот контраст между прохладной водой бассейна и их обжигающими телами окончательно стирал любые границы реальности.

Голова Арис кружилась всё сильнее, и теперь, сквозь плотную пелену накатившего блаженства, она начала смутно осознавать: виной всему был тот самый градиентный коктейль. Но дело было далеко не в обычном алкоголе. В этом сладком, экзотическом напитке определённо содержалось что-то ещё — какое-то мощное, дурманящее вещество, которое безжалостно отключило все её внутренние фильтры, сломало волю и заставило потерять контроль над собственным разумом. Именно это заставило её забыть обо всём на свете и позволить чужому мужчине ласкать себя так бесстыдно, так открыто.

Сопротивляться действию афродизиака было уже невозможно — её тело полностью подчинилось нахлынувшей химии. Пальцы Красавчика сделали очередное, невероятно точное и сильное движение, попадая в самый центр её удовольствия, и Арис больше не смогла сдерживать этот напор.

Громкий, протяжный и невероятно чувственный стон сорвался с её губ. Этот звук, полный чистой, неприкрытой страсти, звонко прозвучал по всей комнате, отражаясь от мокрых кафельных стен и отдаваясь гулким эхом под высоким потолком VIP-зала.

Тело девушки свело мощной, непреодолимой судорогой. Долгожданный оргазм нещадно, как сокрушительная штормовая волна, накрыл её с головой, заставляя весь мир вокруг окончательно раствориться в ослепительной вспышке удовольствия. Она отчаянно задрожала в его руках, шумно выдыхая и цепляясь пальцами за бортик бассейна, пока по её бёдрам разливались частые, сладкие пульсации.

Но мужчина даже не думал останавливаться. Почувствовав, как её мышцы судорожно сжимаются, он лишь сильнее распалился. Не давая ей прийти в себя и перевести дыхание, тут же уверенно проник в неё пальцами, начиная ритмично и глубоко двигаться внутри её податливого, изнывающего от жара тела.

Длинные пальцы впились в талию ещё крепче, почти до боли фиксируя девушку у своего паха. Он не желал отпускать её ни на секунду, продолжая удерживать на самом пике этого безумного, химического блаженства и заставляя её тело вновь и вновь отзываться на каждое его настойчивое движение.

Каждый вдох давался Арис с трудом, грудь высоко вздымалась, а прерывистое, рваное дыхание тонуло в гулкой акустике закрытого зала. Голова была запрокинута назад, влажные пряди волос облепили шею и плечи, а перед глазами плыли размытые лазурные круги неонового света. Связь с реальностью истончилась до предела, уступая место чистой, концентрированной чувственности. Мощная лавина ощущений полностью подчинила себе её тело, и руки, повинуясь какому-то древнему, скрытому инстинкту, поднялись кверху. Пальцы с силой погрузились в собственную плоть, сжимая налившиеся округлости груди. Она чувствовала, как под её ладонями бешено, на пределе возможностей, стучит сердце, и этот контраст между прохладной водой бассейна и обжигающим прикосновением собственных рук заставлял её сознание плавиться.

А внутри неё, не зная жалости и пауз, продолжали ритмично и глубоко двигаться пальцы мужчины. Каждое его движение было пугающе, до дрожи идеальным. Он безошибочно менял угол и темп, заставляя нежные внутренние стенки судорожно, в сладких и мучительных судорогах сжиматься вокруг. Этот безумный ритм выжигал остатки мыслей. Арис окончательно теряла рассудок, полностью растворяясь в искусственно вызванной, бушующей страсти, которая заполнила всё её существо.

Каждым сантиметром своего обнажённого тела, каждым жёстким, требовательным толчком его таза сзади она осязала, насколько сильно, до дикого исступления он её хочет. Мужчина больше не сдерживал нахлынувший напор. Его горячее, прерывистое дыхание обжигало её мокрую от брызг кожу, заставляя вздрагивать от каждого выдоха. Склонившись к самому её уху, Красавчик изливал свой восторг в хриплом, сорванном шёпоте. Он без утайки, в самых откровенных и будоражащих подробностях шептал ей порочные пошлости, описывая то, как ненасытно принимает его ласки её тело, как бесстыдно и сладостно она звучит и как великолепно выглядит её нагая фигура в этой неоновой воде, целиком и полностью отданная во власть его рук.

В этот самый момент, когда напряжение между ними достигло своего пика, на запястье Арис внезапно ожил электронный браслет. Он начал настойчиво и резко вибрировать, посылая сквозь толщу воды частые, тревожные импульсы прямо в её кожу. Этот сигнал из реального мира должен был отрезвить её, но он лишь добавил сцене безумного, запретного колорита.

Красавчик, услышав это жужжание, даже не подумал отстраниться. Напротив, это словно подстегнуло его, сорвав последние тормоза. Мужчина стал действовать как обезумевший, только сильнее увеличивая напор и доводя свои ласки до предельной, исступлённой скорости. Его пальцы двигались внутри неё с неистовой, сокрушительной силой, заставляя воду вокруг них бушевать.

— Не отпущу тебя, пока не кончишь ещё раз, — хрипло, тяжело дыша ей в самую шею, прорычал он, и в его голосе звенела дикая, непреклонная доминантность. — Давай, детка!

Для Арис, чьё сознание и так было отравлено коктейлем и доведено до крайней точки чувственного изнеможения, этот приказ стал детонатором. Вибрация браслета, жёсткие толчки мужчины и его властный шёпот слились в один оглушительный аккорд.

Не выдержав этой пытки удовольствием, девушка взорвалась вторым, более ярким оргазмом. Её тело выгнулось струной, а из груди вырвался такой громкий, неистовый крик страсти, что она сорвала голос до хрипа, полностью растворяясь в разрывающих её ощущениях. В эту же секунду, пойманный волной её экстаза, мужчина резко до упора вжался своим напряжённым членом между её ягодиц. Девушка отчётливо ощутила, как его тело пробила мощная, крупная дрожь, и он кончил одновременно с ней, изливая всё своё дикое натяжение и шумно, изнемождено выдыхая ей в плечо.

Арис тяжело, надрывно дышала, пытаясь прийти в себя и унять бешеный стук сердца. Вспышка безумной страсти медленно угасала, оставляя после себя лишь фантомные покалывания на коже. Она ожидала, что мужчина прижмёт её к себе, скажет что-то чувственное или продолжит эти тягучие объятия, но Красавчик лишь едва заметно, почти невесомо коснулся губами её влажного плеча. Это был холодный, прощальный жест.

Затем легко оттолкнулся от неё и поплыл дальше, уверенно рассекая зеркальную водную гладь бассейна длинными, размеренным