Суперспособность не лениться

Глава 1:

Самое обычное утро самого необычного мальчика

Миша проснулся оттого, что солнце, пробившись сквозь щель между штор, нагло устроилось прямо у него на лице. Оно было тёплым и оранжевым, даже сквозь закрытые веки. Миша зажмурился крепче и попытался натянуть одеяло на голову. Одеяло, как назло, куда-то сползло.

– Р-р-р, – тихо пробурчал Миша, даже не открывая глаз.

Понедельник. Утро. Самое ужасное время недели. За окном чирикали глупые воробьи, которым явно не нужно было идти в школу. В коридоре уже раздавались шаги мамы – быстрые, деловитые, как будто она участвовала в соревнованиях по сбору портфелей и приготовлению завтраков.

– Миша! Подъём! – донёсся её голос сквозь дверь. – Через двадцать минут выходим!

Миша вздохнул и открыл один глаз. В комнате царил привычный утренний полумрак. На стуле висела школьная форма, приготовленная с вечера. На полу, возле кровати, валялись тапки. Один – прямо, а второй – почему-то под кроватью, словно пытался сбежать от своей участи.

– Как не хочется… – прошептал Миша, обращаясь к потолку. Потолок был белым и безразличным к его страданиям. – Так не хочется вставать, одеваться, чистить зубы, есть кашу… Не хочу-у-у…

И тут произошло то, что происходило всегда. Миша не просто почувствовал лень. Лень была его привычным состоянием в ранние утренние часы. Но сегодня, в этот самый момент, лень стала какой-то особенно густой, тягучей и… сильной.

Он мысленно представил, как было бы здорово, если бы тапок сам приполз из-под кровати и наделся ему на ногу. Как было бы здорово, если бы штаны сами на него налезли, а рубашка сама застегнулась.

И вдруг Миша почувствовал странный толчок. Не физический, а словно внутри головы что-то щёлкнуло. Как будто переключили тумблер.

Тапок, тот самый, что прятался под кроватью, сначала качнулся. Потом подпрыгнул. Потом, смешно переваливаясь с боку на бок, словно маленький увалень-пингвин, выполз на свет. Он подковылял к Мишиной ноге, свесившейся с кровати, и ткнулся в пятку.

Миша отдёрнул ногу и сел.

– Ого, – выдохнул он.

Тапок, будто обидевшись, замер. Но тут же, словно вспомнив о задании, подпрыгнул и ловко, как дрессированный тюлень в цирке, нацепился Мише на ногу. Второй тапок, видя такое дело, тоже не растерялся – он просто подкатился к другой ноге и замер в ожидании.

– Р-р-а-а-з, – медленно протянул Миша, натягивая второй тапок. Он уже привык к таким фокусам. Это была его тайна. Его суперспособность.

Суперспособность «не лениться». Только работала она наоборот. Чем сильнее Миша ленился что-то сделать, тем быстрее это дело делалось само. Конечно, это касалось только вещей, которые его окружали. Нельзя было полениться и получить пятёрку в дневнике, хотя Миша пробовал. Дневник просто захлопывался с таким видом, будто говорил: «Ну уж нет, дружок, учись давай сам».

Но со шнурками, одеждой, уборкой в комнате и даже с домашними заданиями по некоторым предметам это работало безотказно.

– Так, хорошо, – пробормотал Миша, глядя на брюки, висевшие на стуле. – Вставать и идти к ним? Или…

Он лег поудобнее и закрыл глаза, изо всех сил представляя, как брюки сами подлетают к нему.

– Я так устал, я так хочу спать, я такой ленивый, что даже пальцем пошевелить не могу… – шептал он заклинание.

Брюки на стуле зашевелились. Сначала они просто шуршали тканью, потом одна штанина дёрнулась и повисла в воздухе. Они явно пытались взлететь, но гравитация была против. Тогда брюки сползли со стула и поползли по полу, как большая синяя гусеница. Это было забавно и немного жутковато. Доползли до кровати, подпрыгнули, зацепились за край одеяла и, пыхтя (Мише казалось, что он слышит их пыхтение), вскарабкались на кровать.

– Умницы, – похвалил Миша, садясь и позволяя штанам натянуться на ноги. Следом прилетела рубашка, которая просто спикировала со стула, как голубь на хлебные крошки, и накрыла Мишу с головой. Пришлось помогать ей руками, просовывая их в рукава. Суперспособность суперспособностью, а пуговицы застегивать самостоятельно было быстрее.

– Миша! – голос мамы стал громче и тревожнее. – Ты почему ещё не в столовой? Каша стынет!

Миша вздохнул. Умываться и чистить зубы с помощью лени было сложнее. Зубная щётка, конечно, могла сама намазаться пастой, если очень сильно захотеть, и даже прыгать во рту, но чистила она при этом ужасно. Щекотно и неэффективно. Поэтому умываться и чистить зубы Миша предпочитал по старинке – своими руками.

Через пять минут, взъерошенный, но одетый, он сидел на кухне и с тоской смотрел в тарелку с манной кашей. Манка! Ну почему именно манка?! В ней были противные комочки, которые прятались, как шпионы. Только коснёшься ложкой – а он тут как тут, скользкий и противный.

– Мам, я не хочу кашу, – жалобно сказал Миша.

– Надо есть, сынок, – ответила мама, одновременно собирая документы в свою сумку. – В школе проголодаешься.

– А можно я просто… поленюсь её есть? – с надеждой спросил Миша.

Мама замерла на секунду, потом улыбнулась и покачала головой.

– Ленивый ты наш. Ешь давай. Сила воли тоже тренироваться должна.

«Если бы она знала, какая у меня сила на самом деле…» – подумал Миша и с ужасом представил, что сейчас каша сама начнёт прыгать ему в рот. Но нет, суперспособность, к счастью, работала только с желаниями самого Миши. Если он хотел, чтобы каша исчезла, каша исчезала. Но он-то хотел, чтобы каши не было, а не чтобы она оказалась у него во рту. Тонкая, но важная разница.

Он зачерпнул ложку и, зажмурившись, проглотил её, стараясь не жевать, чтобы не нащупать комочки.

В комнату влетел папа. Он был уже в пальто и с портфелем.

– Ну что, орлы, готовы? – бодро спросил он. Папа работал инженером на заводе и всегда был бодрым по утрам. Это раздражало Мишу ещё больше, чем воробьи. – Мишка, давай доедай, я тебя до школы подброшу, у меня как раз первая смена.

– Ура, не на автобусе! – обрадовался Миша и быстро, с удвоенной скоростью, расправился с кашей. Суперспособности отключились сами собой – когда Миша чего-то хотел по-настоящему, он делал это сам.

Мама чмокнула его в макушку, сунула в рюкзак яблоко и бутерброд, и они с папой вышли из квартиры. В лифте Миша смотрел на свои кроссовки и думал о том, как всё-таки здорово иметь такую способность. Ведь если бы не она, он бы точно опоздал, пока возился бы со шнурками и одеванием. А так – раз, и готово.

Папина машина была старой, но уютной. Она пахла бензином и папиным одеколоном. Миша устроился на заднем сиденье и смотрел в окно. За окном проплывал город, сонный и серый. Люди спешили на остановки, машины толкались в пробках, а дворники лениво мели тротуары.

– Сына, – вдруг сказал папа, глядя в зеркало заднего вида. – А ты чего такой задумчивый? Опять в школу не хочешь?

– Хочу, – соврал Миша. – Просто думаю.

– О чём?

– О том, что было бы, если бы всё всегда делалось само. Ну, если чего-то сильно не хочешь делать, оно бы само делалось.

Папа хмыкнул.

– Это называется лень, сынок. Лень – двигатель прогресса, говорят. Люди придумали стиральную машину, чтобы не стирать руками. Пылесос – чтобы не мести веником. Машину – чтобы не ходить пешком. Но если совсем ничего не делать, то и жизнь будет неинтересная. Главное в жизни – это преодоление.

– А если бы можно было преодолевать без усилий? – не унимался Миша.

– Так не бывает, – уверенно сказал папа. – Чтобы рыбку из пруда выловить, нужно потрудиться. Это закон природы.

Миша промолчал. Его способность была исключением из этого закона. И это было здорово.

Папа высадил его возле школьных ворот. Миша попрощался, хлопнул дверцей и побрёл ко входу. Школа встречала его привычным шумом, топотом ног и запахом булочек из столовой.

В гардеробе была давка. Все сдавали куртки и рюкзаки. Миша втиснулся в толпу, снял куртку и протянул её гардеробщице, тёте Наде. Тётя Надя была строгой и всегда говорила: «Не вешай как попало!». Миша терпеть не мог вешать куртку аккуратно. Это было скучно и долго. Надо было найти свободный крючок, расправить плечики, повесить…

Он отошёл в сторонку, дождался, пока толпа рассосётся, и применил свой главный приём. Он посмотрел на свою куртку, висевшую у него на руке, и сильно-сильно представил, как она сама вешается на самый лучший, самый удобный крючок. И как она висит там ровно и красиво, без всяких его усилий.

– Я такой ленивый, – прошептал Миша. – Такой ленивый, что даже куртку повесить не могу.

Куртка дёрнулась. Вывернулась из его рук, взлетела в воздух и… плавно, словно привидение, поплыла к вешалкам. Она ловко обогнула чью-то шапку, зацепилась капюшоном за свободный крючок и аккуратно на него опустилась. Мало того! Она ещё и поправилась, чтобы висеть ровно.

– Миша, ты чего тут стоишь? – раздался голос сзади.

Миша вздрогнул. Это была его одноклассница Алиса. Алиса была отличницей и всегда совала нос не в свои дела.

– Я? Ничего. Куртку повесил, – сказал Миша, стараясь говорить спокойно.

– А я видела, – вдруг сказала Алиса, и глаза её хитро блеснули. – Ты даже не прикасался к ней. Она сама полетела.

У Миши похолодело внутри.

– Тебе показалось, – буркнул он и быстро пошёл в класс.

– Нет, не показалось! – Алиса побежала за ним. – Я всё видела! У тебя что, куртка с моторчиком? Или это фокус?

– Отстань, Алиска, – огрызнулся Миша. – Просто ветром подуло.

– В помещении? – не унималась Алиса. – Нет, Миша, ты не ври. Я же не слепая.

Весь первый урок Миша просидел как на иголках. А вдруг Алиса всем расскажет? Назовут его чудиком или того хуже – начнут просить показать фокусы. А если кто-то из взрослых узнает? Его же могут забрать в лабораторию и изучать, как инопланетянина!

Но Алиса, к счастью, молчала. Только поглядывала на него с интересом, как на диковинного жука.

На перемене Миша решил проверить, как далеко может зайти его способность. Он сидел за партой и смотрел на свой пенал. До него нужно было дотянуться рукой, чтобы достать ручку, но Мише было лень. Он так сильно захотел, чтобы ручка сама вылезла из пенала и запрыгнула ему в руку, что даже зажмурился.

Пенал дёрнулся. Молния на нём зашевелилась и сама расстегнулась, как живая. Изнутри показалась синяя ручка. Она приподнялась, словно перископ подводной лодки, огляделась (Мише так показалось) и выпрыгнула на парту. Потом подкатилась прямо к Мишиной руке.

– Круто, – выдохнул Миша.

– Ага, круто, – раздался ехидный голос над ухом. Алиса стояла рядом и всё видела.

– Подглядывать нехорошо! – возмутился Миша.

– А фокусы показывать в общественном месте тоже нехорошо, – парировала Алиса. – Миш, колись. Как ты это делаешь? Это гипноз?

– Это не гипноз, – сдался Миша, понимая, что скрывать бесполезно. – Это… ну… это секрет.

– Я никому не скажу, честное пионерское! – Алиса даже приложила руку к груди. – Ну Миша, пожалуйста! Это же невероятно!

И Миша сдался. Он рассказал Алисе про свою способность. Про то, что она появилась сама собой года два назад. Сначала он думал, что ему кажется. Потом привык. Что она работает, только когда ему ну очень лень что-то делать самому. И что вещи слушаются только его.

Алиса слушала, раскрыв рот. Глаза её горели восторгом и любопытством.

– Вот это да… – протянула она, когда Миша закончил. – Суперспособность «Лень». Ты можешь всё на свете заставить делать за тебя?

– Ну не всё, – честно признался Миша. – Сложные вещи не получаются. Я пробовал однажды, чтобы домашнее задание по математике само решилось. Так учебник просто открылся на нужной странице и захлопнулся. Обидно даже.

– А если подумать о чём-то большом? – спросила Алиса. – Ну, например, чтобы машина сама приехала?

– Не знаю, – пожал плечами Миша. – Я не пробовал. Мне как-то и в голову не приходило. Я в основном по мелочи: одежда, уборка, ну или там чай налить, если лень вставать.

– Это же гениально! – заявила Алиса. – Это же экономия времени! Ты можешь стать самым великим лентяем в истории! Или наоборот, самым великим героем! Представь, если нападут зомби, а тебе лень с ними сражаться, они сами все перемрут от твоей лени!

Миша засмеялся.

– Какие зомби? У нас тут школа, а не фильм ужасов.

– Ну а вдруг? – не унималась Алиса. – В любом случае, это круто. Я буду хранить твой секрет. Но ты должен мне кое-что пообещать.

– Что? – насторожился Миша.

– Если тебе когда-нибудь понадобится помощь, чтобы разобраться с этой силой, ты сразу скажешь мне. Я буду твоим научным консультантом. Договорились?

Миша подумал. Девчонка-отличница в друзьях – это даже полезно. По крайней мере, списывать даст.

– Договорились, – кивнул он.

День прошёл обычно. Русский язык, математика, физкультура (тут уж лениться было нельзя, а то мяч сам в лицо прилетит). После уроков Миша пошёл домой пешком, чтобы сэкономить деньги на автобус и купить в ларьке жвачку с вкладышами.

Он шёл по улице и думал о своём разговоре с Алисой. А что, если правда попробовать что-то серьёзное? Например, чтобы в его комнате всегда был порядок, пока он спит? Или чтобы уроки делались, пока он мультики смотрит? Фантазия рисовала радужные картины беззаботной жизни.

Дома было тихо. Мама и папа должны были вернуться с работы только вечером. Миша кинул рюкзак в прихожей, пнул кроссовки, которые разлетелись в разные стороны, и пошлёпал на кухню. В холодильнике его ждал суп, оставленный мамой. Разогревать суп было лень. Миша постоял перед открытой дверцей, подумал и решил, что бутерброд с колбасой – это гораздо быстрее и вкуснее. Суперспособность тут была бессильна – суп сам не разогреется.

Он сделал себе огромный бутерброд, налил стакан молока и ушёл в свою комнату. Включил компьютер, чтобы немного поиграть, пока родителей нет.

Игра была интересная, Миша увлёкся и не заметил, как за окном стемнело. Очнулся он от звука входной двери.

– Миша, ты дома? – раздался мамин голос.

– Ага! – крикнул Миша, не отрываясь от монитора.

В коридоре послышался какой-то странный шум. Шорох, потом тихий мамин смех, потом папин голос: «Осторожнее, сейчас упадёт!». Миша навострил уши, но решил, что родители просто разбирают пакеты с продуктами.

Через пять минут в комнату заглянула мама. Она выглядела уставшей, но довольно улыбалась.

– Сынок, мы с папой хотим заказать на выходные пиццу и посмотреть кино. Ты как?

– Ура! – обрадовался Миша. – Конечно, давайте!

– Вот и славно, – мама взъерошила ему волосы. – Только убери, пожалуйста, в комнате, а то у тебя тут бардак.

Миша оглянулся. На столе валялись фантики от жвачек, пустой стакан, крошки от бутерброда, на полу – носки, а на кровати – раскрытая книжка, которую он так и не дочитал.

– Убраться? – переспросил Миша. – Ну, ма-ам, я потом…

– Миша, – строже сказала мама. – Я прошу тебя. Сделай доброе дело. Устала я сегодня.

– Ладно, – буркнул Миша, но когда мама вышла, он широко улыбнулся. Убраться! Да это же проще простого!

Он сел поудобнее в кресле, закрыл глаза и изо всех сил представил, как весь этот бардак сам собой исчезает. Как фантики летят в мусорку, стакан сам моется и ставится в сушку, носки складываются в корзину для грязного белья, а книга аккуратно закрывается и ложится на тумбочку.

– Я такой ленивый, – прошептал он. – Я настолько ленивый, что просто не могу сейчас встать и убраться. Сделайте это за меня, вещи!

Сначала всё пошло как по маслу. Фантики зашуршали и, словно стайка разноцветных бабочек, взлетели со стола и нырнули в мусорное ведро. Стакан качнулся, подпрыгнул и поплыл на кухню. Носки, лежавшие на полу, смешно зашевелились, подпрыгивая, как маленькие ленивые зайцы, и направились к двери, где стояла корзина. Книга захлопнулась, и от этого звука Миша даже вздрогнул.

Всё работало отлично. Миша довольно ухмыльнулся и уже собирался открыть глаза, чтобы полюбоваться результатом, как вдруг… он почувствовал странный толчок. Тот самый внутренний щелчок, но в тысячу раз сильнее. Это было похоже на удар тока.

Миша распахнул глаза. В комнате всё замерло. Носки замерли на полпути к корзине. Фантики, уже почти долетевшие до ведра, повисли в воздухе. И тут Миша понял, что дело не в уборке.

Что-то было не так. Воздух словно уплотнился. Стало трудно дышать. И в этой странной тишине он услышал голоса. Голоса из коридора.

– Ох, как же я устала, – это был мамин голос, но он звучал словно эхо, повторяющееся много раз. – Как же мне надоело мыть посуду… Вот бы она сама мылась…

– Да, – подхватил папин голос, тоже странный, многоголосый. – Вот бы ремонт сам сделался. Надоело долбить эти стены…

У Миши похолодело внутри. Он вскочил с кресла. Носки упали на пол, фантики дождём посыпались вниз. Он выбежал в коридор.

Картина, которую он увидел, заставила его сердце пропустить удар.

В коридоре, возле входа в кухню, стояли мама и папа. Они были неподвижны, как статуи. Их глаза были открыты, но смотрели в одну точку, ничего не выражая. А вокруг них… вокруг них происходило что-то невообразимое.

Мамина сумка, висевшая на крючке, сама расстёгивалась, и из неё вылетали документы, кружась в воздухе, как осенние листья. Папин портфель стоял на полу, и из него сами выпрыгивали какие-то чертежи и бумаги, складываясь в причудливые фигуры. На кухне, куда вела открытая дверь, Миша увидел, как губка для мытья посуды яростно скачет по тарелкам, оставленным в раковине, разбрызгивая воду. Тарелки, вместо того чтобы мыться, выпрыгивали из раковины и с грохотом падали на пол, разбиваясь вдребезги. Вода из крана лилась сама по себе, заливая пол.

– Мама! Папа! – закричал Миша. – Что вы делаете?!

Но они не отвечали. Они даже не моргали. Мамины губы чуть шевелились, и Миша расслышал тихое, бесконечное бормотание: «Сама… сама… пусть сама… я не хочу… я устала… сама…»

Папа бормотал что-то про дрель и стены.

И тут Мишу осенило. Это была его лень. Она вырвалась наружу. Она перестала слушаться только его и начала выполнять чужие желания! Самые сильные, самые заветные, самые усталые желания его родителей. Желание, чтобы всё делалось само.

Но механизм дал сбой. Вместо того чтобы помочь, желания родителей, подпитанные Мишиной неконтролируемой силой, превратились в хаос. Всё вокруг сошло с ума. Вещи жили своей жизнью, и жизнью это было назвать нельзя – это было безумие.

Миша стоял посреди коридора, а мимо него, громыхая, пролетела кастрюля с остатками супа, которую, видимо, мучила совесть за то, что её не разогрели. Суп выплёскивался на стены.

– Прекратите! – заорал Миша, но его никто не слышал. Родители были в трансе, а вещи обезумели.

Он понял, что это он во всём виноват. Его безобидная суперспособность, его маленькая тайна, которой он так гордился, вышла из-под контроля. Он слишком сильно хотел, чтобы убралась комната, и его лень, как радиоволна, накрыла всю квартиру, усиливая все «ленивые» мысли вокруг.

Мама покачнулась, и Миша подхватил её, боясь, что она упадёт. Папа тоже был как зомби.

– Мамочка, очнись! – тряс он её за плечи. – Папа!

Но в ответ он слышал только бесконечное, монотонное: «Пусть само… пусть само…».

В гостиной заиграл телевизор, включившись сам собой, и переключал каналы с бешеной скоростью. Люстра в коридоре замигала, как в фильме ужасов.

Миша в ужасе оглядывался по сторонам. Квартира превращалась в филиал сумасшедшего дома. И всё это из-за него. Из-за того, что ему было лень прибраться в комнате.

Он прислонил маму и папу к стене, они стояли, как куклы, и смотрели в пустоту. Глаза Миши защипало от слёз. Он был напуган так, как никогда в жизни. Его сила, которая всегда была другом, стала врагом. Самым страшным врагом, который напал на его семью.

В этот момент из кухни вылетела, разбрызгивая моющее средство, бутылка с «Фейри» и, вращаясь, как вертолёт, направилась прямо в гостиную.

Миша закрыл лицо руками. Что делать? Как это остановить?

И вдруг, сквозь шум и грохот, в его голове прозвучал спокойный и уверенный голос Алисы: «Если тебе когда-нибудь понадобится помощь, чтобы разобраться с этой силой, ты сразу скажи мне».

Он опустил руки. Паника – плохой помощник. Нужно думать. Нужно звать на помощь. Нужно спасать родителей от их же собственных мыслей.

Миша посмотрел на маму, которая всё так же беззвучно шептала про посуду, и крепко сжал кулаки.

– Я всё исправлю, – твёрдо сказал он. – Чего бы мне это ни стоило. Я больше не буду лениться. Я обещаю.

Но его обещание, казалось, только разозлило силу. Вспышка света ослепила его, и Миша почувствовал, как воздух вокруг сгущается ещё сильнее, словно готовясь к чему-то ужасному. Хаос только начинался.

Глава 2: Битва за тишину (или как я перестал бояться и чуть не сошёл с ума)

Миша зажмурился, ожидая, что сейчас произойдёт что-то совсем уж непоправимое. Может, люстра упадёт ему на голову. Может, пол под ногами разверзнется. А может, родители навсегда останутся этими странными куклами, бормочущими свои «пусть само».

Но вместо этого наступила тишина.

Резкая, звенящая, оглушительная. Телевизор в гостиной замолк на полуслове. Люстра перестала мигать и загорелась ровным, спокойным светом. Вода на кухне перестала литься. Губка замерла в воздухе над раковиной, а потом шлёпнулась в воду. Бутылка «Фейри» застыла на пороге гостиной и покатилась обратно, под стол.

Миша открыл глаза. В коридоре был полный разгром. Повсюду валялись бумаги, документы, на стенах красовались пятна супа, на полу хлюпала вода, перемешанная с моющим средством. Но главное – мама и папа стояли на месте. Они моргали. Живые, настоящие, моргающие родители!

– Ой, – сказала мама тоненьким голоском и схватилась за голову. – Что это было? У меня так голова закружилась…

– И у меня, – папа потряс головой, как собака после купания. – Будто сон наяву. Я только что думал о том, как хорошо было бы, если б дрель сама стены сверлила, и вдруг – бац! – и темнота в глазах.

Мама огляделась по сторонам и ахнула.

– Миша! Что здесь произошло?! Ты почему воду разлил?! И суп?! И документы мои! – она бросилась собирать бумаги с пола.

– Я… это не я… – начал оправдываться Миша, но голос его предательски дрожал. – Это само…

– Само? – папа поднял бровь. – Сынок, ты себя хорошо чувствуешь? Само собой суп из кастрюли вылетает, только если в доме ураган.

Миша понял, что сейчас начнутся расспросы, и он не выдержит. Он боялся, что расплачется, а плакать при родителях, когда тебе почти одиннадцать, – это верх позора. Поэтому он сделал самое трусливое, что мог придумать: развернулся и убежал в свою комнату.

– Миша! – крикнула мама вдогонку, но он уже захлопнул дверь и прыгнул на кровать, зарываясь лицом в подушку.

Некоторое время он просто лежал, пытаясь унять дрожь. Мысли в голове скакали, как те самые обезумевшие фантики.

«Что это было? Почему это случилось? Я сломался? Моя сила сошла с ума? Я теперь опасен для окружающих? А если это повторится, когда я буду в школе? А если я усну и моя лень разбушуется?»

Тысяча вопросов, и ни одного ответа.

Из коридора доносились звуки уборки. Мама с папой, ворча и удивляясь, собирали осколки, вытирали пол и гадали, что же могло стать причиной такого погрома. Они списали всё на странное стечение обстоятельств и на то, что, видимо, в доме скакнуло давление воды и электричества одновременно.

– Надо вызвать сантехника и электрика, – услышал Миша папин голос. – А то и правда, чуть квартиру не затопило.

Миша вздохнул с облегчением. Родители не догадались. Но легче не стало. Он понимал, что это только начало. Сила, которая всегда была его верным помощником, вдруг показала свой настоящий, ужасный характер. Она стала опасной.

Он вспомнил про Алису. Она обещала помочь. Она была умная, может, она придумает, что делать? Но как ей позвонить, если у него даже номера её нет? В голову пришла гениальная мысль: социальные сети! У Алисы наверняка есть страничка. Миша вскочил с кровати и включил компьютер.

Компьютер, который обычно загружался минуты две, на этот раз включился мгновенно. Монитор моргнул, и на экране высветилось: «Привет, хозяин. Чем могу помочь?».

Миша оторопел. Компьютер с ним никогда не разговаривал. Это было что-то новенькое.

– Ты… чего? – спросил Миша у монитора.

– Я просто подумал, что раз ты такой ленивый, что даже кнопку включения нажимать не хочешь, я могу сам включаться, – бодро ответил компьютер голосом, похожим на тот, которым дикторы объявляют остановки в автобусах.

– Но я нажал кнопку! – возразил Миша.

– А мог бы и не нажимать, – философски заметил компьютер. – Кстати, у тебя три новых сообщения в игре и одно письмо от учительницы твоей маме. Хочешь, я сам на него отвечу?

– Нет! – заорал Миша. – Замри! Не смей ничего делать без моей команды!

– Как скажешь, хозяин, – обиженно сказал компьютер и замолк.

Миша понял, что всё стало ещё хуже. Сила не просто вышла из-под контроля. Она начала наделять предметы разумом. Или, по крайней мере, подобием разума. Теперь любая вещь, которая могла бы выполнить чьё-то «ленивое» желание, пыталась это сделать. И самое страшное – она слышала не только его мысли, но и мысли других людей.

– Мне срочно нужна Алиса, – пробормотал Миша, открывая браузер.

Браузер открылся сам, даже быстрее, чем обычно. На экране появилась поисковая строка, и в ней сразу начал набираться текст: «Алиса Иванова школа 127 одноклассница найти контакты».

– Эй! – возмутился Миша. – Я ещё ничего не написал!

– Так ты же ленивый, – прокомментировал браузер. – Я решил тебе помочь. Ты же хочешь найти эту девочку? Я уже ищу.

– Спасибо, конечно, – растерялся Миша. – Но в следующий раз сначала спрашивай разрешения, ладно?

– Договорились, – легко согласился браузер. – О, вот она. Ссылка на её страницу.

Миша кликнул по ссылке. Страница Алисы загрузилась моментально. На аватарке была сама Алиса с котом на руках. Кот выглядел таким же умным, как и Алиса. Миша нажал кнопку «Написать сообщение». Открылось окошко чата.

«Привет, это Миша. У меня проблема. Срочно нужно поговорить. Это очень важно. Касается того, о чем мы говорили в школе. Помоги!» – напечатал Миша. Печаталось само, пальцы просто летали по клавиатуре, словно кто-то невидимый помогал ему нажимать на нужные буквы.

Отправил.

Через пять секунд пришёл ответ:

«Я знала! Я сразу поняла, что с тобой что-то случится! Где встречаемся? Могу выйти во двор через 10 минут.»

Миша удивился такой быстрой реакции, но списывать было некогда. Он написал: «Выходи, я сейчас».

Он оделся за три секунды – куртка сама налетела на него и застегнулась, шапка впрыгнула на голову, ботинки сами натянулись на ноги, даже шнурки завязались бантиком, хотя Миша никогда не завязывал бантиком, только узлом. Но сейчас было не до эстетики.

Он выскользнул в коридор. Родители возились на кухне, разбирая последствия потопа. Мама мыла посуду (вручную, потому что посудомоечная машина, видимо, тоже сошла с ума и отказывалась работать, требуя, чтобы её «пожалели и дали отдохнуть»).

– Мам, пап, я на улицу, погуляю немного! – крикнул Миша, не дожидаясь ответа, и выскочил за дверь.

В подъезде было тихо. Лифт, как назло, стоял на первом этаже и, видимо, дремал. Миша побежал по лестнице вниз. Ступеньки под ногами словно подталкивали его, делая шаги шире и быстрее. Перила ласково скользили под рукой.

– Спасибо, – машинально сказал Миша, вылетая из подъезда.

На улице было уже совсем темно. Горели фонари, падал редкий снежок – первый в этом году. Миша любил первый снег, но сейчас ему было не до красот. Он огляделся.

Алиса стояла под фонарём возле детской площадки. На ней была огромная пуховая куртка, из которой торчали только нос и глаза, и шапка с помпоном, который болтался на ветру. Увидев Мишу, она помахала рукой.

– Ну, рассказывай! – потребовала она, как только он подбежал. – Что случилось? Ты выглядишь так, будто за тобой гналась стая диких пылесосов.

– Почти угадала, – выдохнул Миша. – Только не пылесосов, а всего сразу.

Он рассказал ей всё. Про то, как он решил полениться и убраться в комнате с помощью силы. Про странный толчок. Про родителей, которые впали в транс и начали желать, чтобы всё делалось само. Про безумные вещи: летающие кастрюли, разговаривающий компьютер, губку-убийцу. И про то, как всё внезапно прекратилось.

Алиса слушала, не перебивая. Только глаза её становились всё круглее и круглее. Когда Миша закончил, она присвистнула. Свист получился тихим, потому что она была в шапке.

– Ничего себе у тебя дела, – сказала она. – Это же настоящий сбой программы. Твоя суперспособность – это как компьютерная программа. Она работала на одном уровне, а тут вдруг произошёл апгрейд, и она начала захватывать чужие сигналы.

– Какие ещё сигналы? – не понял Миша.

– Мысли, – терпеливо объяснила Алиса. – Ты же говоришь, что мама с папой думали о том, чтобы посуда сама мылась и стены сами сверлились. И твоя сила услышала эти мысли и начала их выполнять. Но она не умеет выполнять сложные желания правильно. Она делает всё буквально, как робот-недоучка. Посуда сама моется – это хорошо. Но если посуда при этом разбивается, потому что она «сама» не умеет мыться аккуратно, – это плохо.

Миша почувствовал, что голова идёт кругом.

– И что мне теперь делать? Как это выключить? Я же не могу всё время контролировать, о чём думают люди вокруг! А вдруг завтра в школе кто-нибудь подумает: «Вот бы доска сама писала»? И доска сойдёт с ума и начнёт писать всякую ерунду?

– В том-то и дело, – кивнула Алиса. – Нужно срочно учиться управлять своей силой. Ты же раньше как думал: захотел – сделал. А теперь она стала слишком мощной. Её нужно как-то ограничить.

– Как? – с надеждой спросил Миша.

– Ну… – Алиса задумалась. – Во-первых, нужно понять, почему это произошло именно сегодня. Что ты делал по-другому? Раньше ты тоже ленился, но такого не случалось.

Миша напряг память. Он перебирал в голове события дня: утро, школа, разговор с Алисой, приход домой, игра, попытка уборки…

– Я не знаю, – честно сказал он. – Всё было как обычно. Ну, может, я чуть сильнее обычного хотел, чтобы комната убралась. Потому что мама попросила, а я устал после школы.

– Сильнее обычного, – задумчиво повторила Алиса. – А может, ты не просто хотел, а чувствовал вину или ответственность?

Миша пожал плечами.

– Ну, может. Мама же уставшая пришла. Мне её жалко стало.

– Вот! – Алиса подняла палец. – Жалость, вина, ответственность – это сильные эмоции. Они могли усилить твоё желание. Плюс рядом были родители с их собственными «ленивыми» мыслями. И получился резонанс. Как когда две гитары рядом поставить и на одной струне сыграть – у другой тоже зазвучит.

Миша представил себя в виде гитары и поёжился.

– И что теперь, мне вообще нельзя ни о чём сильно думать?

– Думать можно, – успокоила его Алиса. – Нужно научиться думать правильно. Контролировать фокус. Твоя сила, похоже, работает как увеличительное стекло. Если ты ленишься сделать что-то для себя – это маленький лучик. А если ты ленишься, потому что хочешь кому-то помочь или из-за сильных чувств, – это уже лазер.

Миша с уважением посмотрел на одноклассницу. Она была не просто отличницей, она была гением.

– И как мне научиться управлять лазером? – спросил он.

– Нужно тренироваться, – уверенно сказала Алиса. – Но не здесь. Здесь холодно, и вообще, у меня уже нос замёрз. Пошли ко мне? Мои родители на работе допоздна. Никто не помешает.

Миша засомневался. Идти в гости к девчонке? Да ещё вечером? Но выбора не было. На карту было поставлено слишком много. Он кивнул.

Квартира Алисы оказалась удивительно чистой и аккуратной. На полках стояли ровными рядами книги, на столе – идеально сложенные тетради, на кровати – ни одной складочки. Миша почувствовал себя неуютно в этом стерильном пространстве. Ему захотелось хотя бы носок на пол бросить, чтобы нарушить эту идеальность, но он сдержался.

– Проходи, располагайся, – Алиса махнула рукой на кресло. – Сейчас чай сделаю.

– Сделаю? – переспросил Миша. – А может, лучше я попрошу, чтобы чайник сам вскипятился? Заодно и потренируемся.

Алиса замерла.

– А это идея! – сказала она. – Давай попробуем. Но осторожно. Я буду рядом и, если что, выдерну вилку из розетки.

Они прошли на кухню. Алисина кухня была такой же аккуратной, как и комната. Чайник стоял на плите, блестящий и важный.

– Итак, – скомандовала Алиса. – Закрой глаза. Сосредоточься. Представь, что ты очень-очень хочешь пить. Так сильно, что даже пальцем пошевелить не можешь, чтобы налить воды. Но чайник должен вскипеть сам. Только представь это чётко. Без эмоций. Просто факт: чайник кипит.

Миша закрыл глаза. Он представил, что он в пустыне. Что он умирает от жажды. Что перед ним стоит чайник с холодной водой, а ему так лень его включить, что сил нет.

– Я такой ленивый, – прошептал он. – Такой ленивый, что даже чайник не могу включить.

В чайнике что-то щёлкнуло. Миша открыл глаза. Чайник стоял на месте, но его носик слегка дёргался, как будто он принюхивался.

– Он думает, – прошептала Алиса. – Смотри!

Чайник покачнулся. Потом ещё раз. Потом его крышка приподнялась и выпустила струйку пара. Но пара не было, вода же холодная! Это был просто такой жест, обозначение кипения.

– Он делает вид, что кипит, – догадался Миша. – Он не понимает, что для кипения нужна вода горячая, а не просто пар из ниоткуда.

– Он пытается выполнить твоё желание самым простым способом, – кивнула Алиса. – Выпустить пар, чтобы ты подумал, что он кипит. Хитрый чайник.

Чайник, поняв, что его обман раскрыт, обиженно звякнул крышкой и затих.

– Не получается, – расстроился Миша. – Я не могу заставить его сделать что-то полезное. Он делает только глупости.

– Это потому что ты не конкретно мыслишь, – сказала Алиса. – Ты думаешь о результате, но не о процессе. Твоя сила слышит: «Хочу, чтобы чайник вскипел». А как именно он должен вскипеть, она не знает. Включиться в розетку? Нагреть воду? Но у него же нет инструкции. Вот он и импровизирует.

– И как мне дать ему инструкцию? – спросил Миша. – Я что, должен каждую вещь учить, как ей работать?

– Нет, – задумалась Алиса. – Но, может, нужно думать не просто «чайник, вскипятись», а представлять весь процесс. Как ты подходишь, нажимаешь кнопку, как вода нагревается, закипает. Тогда сила будет копировать твои действия, а не придумывать свои.

Миша попробовал снова. Он закрыл глаза и представил себя у плиты. Вот его рука тянется к чайнику. Вот палец нажимает на кнопку включения. Вот внутри загорается лампочка, вода начинает тихо шуметь, потом появляются первые пузырьки, потом бурление, и, наконец, щелчок – чайник выключается сам.

– Ну, давай, – прошептал он. – Сделай это.

Чайник дёрнулся. Его провод сам собой вполз в розетку и воткнулся в неё с лёгким щелчком. На корпусе загорелась синяя лампочка. Внутри что-то зажужжало. И через минуту вода действительно начала нагреваться!

– Работает! – закричала Алиса. – Миша, ты гений! Он включился!

Чайник тем временем добросовестно нагревал воду. Пузырьки появлялись ровно так, как Миша представлял. Когда вода закипела, чайник сам отключился от розетки – провод выдернулся и аккуратно свернулся кольцом возле плиты.

– Ура! – Миша подпрыгнул от радости. – Я смог! Я контролирую процесс!

– Тихо ты, – шикнула Алиса. – Не расслабляйся. Это только один чайник. А что будет, если ты случайно подумаешь о чём-то сложном и важном?

Она налила кипяток в чашки, бросила пакетики чая.

– Значит так, – сказала она деловито, размешивая сахар. – Мы должны разработать план тренировок. Во-первых, нужно научиться различать свои обычные ленивые мысли и те, которые могут вызвать резонанс. Во-вторых, нужно научиться отключать эту штуку, когда она не нужна.

– Отключать? – удивился Миша. – А разве можно?

– Должно быть можно, – уверенно сказала Алиса. – У любой силы есть выключатель. Может, нужно просто сказать «хватит» или представить пустоту. Давай попробуем.

Она огляделась в поисках подопытного. Взгляд упал на настенные часы. Часы были старые, с маятником, и мерно тикали.

– Сделай так, чтобы часы остановились, – предложила Алиса. – Представь, что тебе лень смотреть на время, и пусть они замрут.

Миша сосредоточился. Он представил, что время ему безразлично. Что он не хочет знать, который час. Что часы ему мешают своим тиканьем, и ему лень даже слушать этот звук.

Часы кашлянули. Маятник дёрнулся и замер. Секундная стрелка остановилась на цифре шесть.

– Ого! – восхитилась Алиса. – Супер! А теперь включи обратно.

– Включи? – растерялся Миша. – А как? Я же не могу захотеть, чтобы они пошли? Если я захочу – это уже не лень, а активное желание.

– Логично, – согласилась Алиса. – Значит, выключатель работает только в одну сторону. Чтобы включить, нужно действовать руками. Или попросить кого-то другого.

Миша подошёл к часам и легонько толкнул маятник. Часы нехотя качнулись, но стрелки не двинулись.

– Они обиделись, – сказал Миша. – Им, наверное, не понравилось, что я их остановил.

– Глупости, – фыркнула Алиса. – Часы не могут обижаться.

Но часы, словно в подтверждение Мишиных слов, издали скрипучий звук и выпустили из циферблата маленькую струйку пыли.

– Ладно, – поспешила успокоить ситуацию Алиса. – С часами потом разберёмся. Главное, мы поняли принцип. Ты можешь заставлять вещи делать то, что тебе нужно, если чётко представляешь процесс. И можешь их останавливать, если тебе лень иметь с ними дело.

– Но с родителями так не получится, – вздохнул Миша. – Я же не могу их остановить, как часы. Они люди.

– С людьми сложнее, – кивнула Алиса. – Но, может, и не нужно. Может, твоя сила на людей действует только через вещи. Родители не сами двигались, они просто были в трансе, пока вещи бесновались. Значит, если ты научишься контролировать вещи, родители будут в безопасности.

Миша почувствовал, что на душе стало немного легче. У него появился план, и появилась помощница, которая в этом разбиралась.

– Спасибо тебе, Алиса, – искренне сказал он. – Ты настоящий друг.

– Не за что, – смутилась Алиса. – Мне самой интересно. Это же как научный эксперимент, только живой. Кстати, а как твоя сила реагирует на животных? У меня есть кот Кузя.

– Не знаю, – пожал плечами Миша. – Я с животными не пробовал. А что, он у тебя ленивый?

– Ещё какой! – засмеялась Алиса. – Он может спать по двадцать часов в сутки. Если он услышит твою лень, он, наверное, решит, что это родственная душа.

– Лучше не надо, – испугался Миша. – А вдруг он начнёт разговаривать или летать?

– Ну, летать коты не умеют, – успокоила его Алиса. – Хотя, с твоей силой, может, и научатся.

Они допили чай, и Миша засобирался домой. Нужно было возвращаться, пока родители не хватились. Алиса проводила его до двери, взяв с него обещание завтра в школе рассказать, не случилось ли чего за ночь.

– И запомни, – сказала она на прощание. – Главное – чётко представляй, что ты хочешь. И не позволяй сильным эмоциям вмешиваться. Тренируйся на мелочах. И если что – сразу зови меня.

Миша вышел на улицу. Снег шёл сильнее, укрывая землю пушистым белым одеялом. Воздух стал свежим и чистым. Миша глубоко вздохнул и почувствовал, как уходит напряжение. Всё будет хорошо. Он справится. У него есть план и есть друг.

Он шёл по двору, и снежинки кружились вокруг него, словно приветствуя. Фонари светили мягко и уютно. Вдруг одна снежинка, крупная и пушистая, зависла прямо перед его носом.

«Интересно, – подумал Миша, – а если я сейчас сильно захочу, чтобы снег перестал идти? Нет, не надо. Это же красиво. И потом, дворники потом убирать замучаются».

Снежинка, будто поняв его мысли, одобрительно качнулась и упала ему на рукав.

Дома было тихо. Родители сидели на кухне и пили чай. Мама уже пришла в себя и даже улыбнулась, когда Миша вошёл.

– Нагулялся? – спросила она.

– Ага, – кивнул Миша. – Снег первый пошёл.

– Красиво, – мечтательно сказала мама. – Вот бы так всегда было чисто и красиво, и убирать не надо.

Миша напрягся. Мама опять думает про уборку! Он быстро представил себе, как все вещи в доме замирают и делают вид, что они не слышат маминых мыслей. Представил чётко, с картинкой: каждый предмет застыл и притворяется спящим.

Из коридора донёсся лёгкий скрип. Это швабра, стоявшая в углу, слегка покачнулась, но, вспомнив Мишину команду, замерла и сделала вид, что она просто палка.

Миша выдохнул. Сработало! Он смог заблокировать мамину мысль. Значит, тренировки с Алисой помогли. Он начал понимать, как работает его сила. Она как радио: можно настроиться на нужную волну, а можно создать помехи.

– Пойду спать, – сказал Миша, зевая. День выдался слишком насыщенным.

– Спокойной ночи, сынок, – папа погладил его по голове. – Смотри, не ленись завтра в школу вставать.

– Постараюсь, – улыбнулся Миша.

В своей комнате он разделся и лёг в кровать. Вещи вели себя смирно, притворяясь неживыми. Только компьютер тихонько мигал лампочкой в режиме ожидания.

– Спокойной ночи, – сказал ему Миша.

– И тебе не болеть, – шепнул компьютер в ответ и погасил лампочку.

Миша уснул почти мгновенно. Ему снились странные сны. Будто он стоит посреди огромного города, а вокруг него все вещи – дома, машины, фонари, скамейки – шевелятся, гудят и переговариваются. И все они хотят, чтобы он им сказал, что делать. А он стоит и не знает, потому что устал и хочет спать. И вдруг из толпы вещей выходит Алиса, берёт его за руку и говорит: «Не бойся, я с тобой. Мы всё починим».

Утром Миша проснулся от того, что будильник на телефоне играл бодрую мелодию. Миша потянулся, открыл глаза и… ничего не произошло. Одежда висела на стуле и не думала сама на него напрыгивать. Тапки лежали на полу мёртвым грузом. Всё было как у всех нормальных людей.

Миша улыбнулся. Он встал, сам надел тапки, сам сходил в ванную, сам почистил зубы и сам оделся. Ему даже понравилось. В этом была какая-то особая гордость: я сам, без всяких суперспособностей, справляюсь с обычным утром.

За завтраком он съел омлет (без комочков!), выпил какао и даже помог маме убрать посуду со стола. Мама с удивлением посмотрела на него, но ничего не сказала.

В школе он встретил Алису в гардеробе. Она уже ждала его, сияя любопытством.

– Ну как? – спросила она шёпотом. – Было что-то ночью?

– Нет, – так же шёпотом ответил Миша. – Тишина. Я сам одевался, представляешь?

– Круто! – обрадовалась Алиса. – Значит, ты учишься! Сегодня на большой перемене идём в лабораторию.

– В какую лабораторию? – удивился Миша.

– В школьную, химическую, – пояснила Алиса. – Я договорилась с учительницей, она дала мне ключ, сказала, что можно после уроков опыты ставить. А мы будем ставить опыты с твоей силой. Там много разных предметов, можно потренироваться по-настоящему.

Миша восхитился Алисиной деловитостью. Пока он просто переживал и боялся, она уже всё организовала.

День тянулся невыносимо медленно. На уроке литературы Миша чуть не уснул, слушая про спящую царевну. На математике решал задачи, но в голове крутились мысли о чайниках и часах. Физкультура прошла как обычно – бег, прыжки, Миша даже не пытался лениться, потому что боялся, что мяч сам полетит не в ту сторону.

И вот наконец большая перемена. Алиса схватила Мишу за рукав и потащила на третий этаж, где находился кабинет химии. В кабинете было прохладно и пахло чем-то непонятным, смесью реактивов и старых парт. На столах стояли колбы, пробирки, спиртовки.

– Итак, – Алиса закрыла дверь на ключ. – Начнём с простого. Вот спиртовка. Попробуй зажечь её силой мысли.

– Но это же опасно! – возразил Миша. – А вдруг я что-то подожгу?

– Не бойся, я рядом, – успокоила Алиса. – И вот, держи огнетушитель, на всякий случай. – Она вытащила из-под стола маленький порошковый огнетушитель. – Ты должен чётко представлять, как ты крутишь колёсико, как появляется искра, как загорается фитиль. Без паники, без эмоций. Просто процесс.

Миша подошёл к столу. Спиртовка стояла перед ним, маленькая и безобидная. Он закрыл глаза и представил свою руку, которая тянется к колёсику. Представил, как оно крутится, как высекается искра, как фитиль вспыхивает ровным синеватым огоньком.

– Я такой ленивый, – прошептал он. – Что даже не могу сам поджечь спиртовку.

Колёсико на спиртовке дёрнулось. Потом ещё раз. Посыпались искры. Фитиль зашипел и… загорелся! Ровно так, как Миша представлял, – синеватым огоньком.

– Есть! – тихо воскликнула Алиса. – А теперь погаси. Представь, что тебе лень смотреть на этот огонь, и пусть он погаснет.

Миша представил пустоту, темноту, отсутствие огня. Пламя дрогнуло, уменьшилось и погасло, словно его задул невидимый великан.

– Работает! – Миша был в восторге. – Я могу управлять огнём!

– Не огнём, а спиртовкой, – поправила его Алиса. – Огонь – это процесс. Но ты молодец. Давай дальше.

Следующим был опыт с водой. Алиса налила в стакан воды и поставила его на стол.

– Попробуй заморозить воду, – предложила она. – Представь, что тебе лень пить тёплую воду, ты хочешь холодную, со льдом. И пусть вода замёрзнет.

Миша сосредоточился. Представил кубики льда, холод, пар над стаканом. Вода в стакане сначала пошла рябью, потом на поверхности появилась тонкая корочка льда, которая быстро стала толще, и через минуту весь стакан превратился в кусок льда. Стакан даже треснул – лёд расширился.

– Ой, – сказала Алиса. – Про стакан я не подумала. Ну ничего, не страшно. Главное – получилось.

– А если я сейчас захочу, чтобы он обратно растаял? – спросил Миша.

– Попробуй, – разрешила Алиса.

Миша попробовал. Он представил, что ему лень есть лёд, он хочет пить. Лёд в стакане начал таять с бешеной скоростью, вода забурлила, как в кипятке, и через несколько секунд стакан был полон воды комнатной температуры. Треснувший стакан держался из последних сил, но воду не выпускал.

– Умница! – похвалила Алиса. – Ты быстро учишься. Теперь попробуй что-нибудь посложнее. Вот пробирка. В ней немного марганцовки. Попробуй заставить её перемешаться с водой, не прикасаясь к пробирке.

Миша уставился на пробирку. Вода была прозрачная, на дне лежали тёмные кристаллики.

– Как я это сделаю? – засомневался он. – Я даже не знаю, как они перемешиваются.

– Представь, что ты трясёшь пробирку, – подсказала Алиса. – Или что внутри вода начинает двигаться сама.

Миша закрыл глаза. Представил пробирку в своей руке, как он её встряхивает. Но руки-то нет, пробирка стоит на столе. Тогда он представил, что внутри пробирки начинается маленький ураган, который кружит воду и захватывает кристаллы.

В пробирке что-то забулькало. Вода закрутилась в воронку, кристаллики марганцовки оторвались от дна и затанцевали в этом водовороте. Через минуту вода стала равномерно розовой.

– Феноменально! – восхитилась Алиса. – Ты только что провёл химическую реакцию силой мысли!

Миша сиял от гордости. У него получалось! Он учился контролировать свою силу. Теперь он не просто случайно ленился и получал результат, он управлял процессом.

– А теперь, – сказала Алиса, – самое сложное. Представь, что ты хочешь, чтобы я подняла руку. Просто так.

– Но это же человек! – испугался Миша. – Я не могу управлять людьми!

– Не управлять, а попросить, – уточнила Алиса. – Твоя сила же слышит мысли. Может, она и мою мысль услышит? Попробуй. Я разрешаю. Если что, я буду сопротивляться.

Миша засомневался, но любопытство взяло верх. Он закрыл глаза и представил Алису, которая поднимает руку. Представил чётко, как её рука плавно поднимается вверх. При этом он изо всех сил старался не думать о том, что это приказ, а просто представить картинку.

Алиса стояла и ждала. Сначала ничего не происходило. Потом её рука дрогнула. Чуть-чуть приподнялась над столом и опустилась обратно.

– Ой, – сказала Алиса. – Я почувствовала, что мне очень захотелось поднять руку. Прямо непреодолимое желание. Но я сказала себе «нет» и не подняла.

– Сработало? – удивился Миша.

– Сработало! – подтвердила Алиса. – Но я смогла остановиться. Значит, на людей твоя сила действует как внушение, но если человек знает о ней и сопротивляется, он может устоять. А если человек не знает и не ждёт, он, наверное, поддастся.

– Это плохо, – погрустнел Миша. – Значит, я могу случайно заставить кого-то что-то сделать?

– Можешь, – согласилась Алиса. – Поэтому мы и тренируемся. Чтобы ты научился контролировать не только вещи, но и свои мысли. Чтобы случайно не послать сигнал кому-то. Представляешь, если ты на контрольной подумаешь: «Как бы мне хотелось, чтоб эта задача решилась сама» – и вдруг учительница встанет и начнёт её за тебя решать?

Миша представил эту картину и ужаснулся. Учительница математики, строгая Марья Ивановна, которая сама решает задачу за Мишу, – это был бы конец света.

– Ладно, с людьми пока не экспериментируем, – решила Алиса. – Давай лучше проверим, как далеко действует твоя сила. Попробуй заставить вот этот мелок на доске в классе написать что-нибудь. Класс же рядом.

Миша сосредоточился. Представил доску в соседнем кабинете, мелок, который лежит на подставке. Представил, как мелок сам подпрыгивает и начинает писать на доске слово «Привет».

Минуты две ничего не происходило. Алиса уже хотела сказать, что не получилось, как вдруг из-за стены донёсся скрежет. Кто-то (или что-то) явно писал мелом по доске. Скрежет был корявый, неуверенный, но вполне реальный.

– Ого! – Алиса подбежала к стене и приложила ухо. – Пишет! Слышишь?

Миша тоже приложил ухо. Скрежет прекратился.

– Пойдём посмотрим? – предложила Алиса.

Они выскользнули из кабинета химии и подкрались к двери соседнего класса. Дверь была приоткрыта. Миша заглянул внутрь. На доске кривыми, дрожащими буквами было выведено: «ПРИВИД». Без мягкого знака, зато с большой буквы.

– Ошибка в слове, – заметила Алиса. – Мелок, видимо, не грамотный.

– Зато честный, – улыбнулся Миша. – Написал, как услышал.

В этот момент из класса напротив вышла уборщица, тётя Зина, с ведром и шваброй. Увидев детей, она подозрительно прищурилась.

– Вы чего тут шныряете? – спросила она. – Уроки давно кончились. А ну марш по домам!

– Мы уже идём, тётя Зина, – вежливо сказала Алиса и потащила Мишу к лестнице.

Они выбежали на улицу и расхохотались.

– Привид! – хохотала Алиса. – Теперь в школе будут думать, что там привидение живёт, которое пишет на доске!

– Главное, чтобы Марья Ивановна не подумала, что это я, – отсмеявшись, сказал Миша. – А то влепит двойку за порчу имущества.

Они ещё немного постояли во дворе, обсуждая планы на завтра. Алиса предложила продолжать тренировки каждый день, чтобы Миша научился полностью контролировать свою силу. Миша согласился. Теперь, когда он знал, что это возможно, ему стало спокойнее.

Возвращаясь домой, он думал о том, как много всего произошло за последние сутки. Ещё вчера он был просто мальчиком с необычной способностью, а сегодня он – ученик чародея, который пытается обуздать свою силу. И у него даже получается.

Дома его ждал сюрприз. В коридоре пахло чем-то вкусным. Мама пекла пирожки.

– Миша, ты как раз вовремя! – крикнула она из кухни. – Помоги мне, пожалуйста, достать противень из духовки, а то я боюсь обжечься.