Квалификация

Очередная коллективная. Человек такое животное, он ко всему привыкает

После того, как зазвонил будильник, я сел на диване, закурил, и с удовольствием посмотрел представление сборы новобранца. Новобранец был приятный на вид, в меру всклокоченный, и заметив, что я наблюдаю, постарался порадовать меня, не теряя правда темпов сборов.

– Виктор-сан, можно я в этой миссии буду поближе к Вам?

– Посмотрим, – мне не хотелось обсуждать ничего важного здесь.

Но с любой стороны, верю я ей или не верю, пока строить буку неправильно.

Время действия портала Миссии № 3.4 (Тренировочная) 00.04.00

Я шагнул первым. Паршивка тоже рванула одновременно, нарушая порядок. Но сумела оправдаться. Когда я опять разослал всех ветеранов, просто сказав, что дублируем позавчерашние действия, она зашептала по-японски, торопясь, пока не пришли соотечественники.

– Пожалуйста, Виктор-сан, постарайтесь, чтобы потери были минимальны, я Вас очень прошу помочь, особенно японцам, их меньше всего в группе, а впереди ещё миссии.

Оценил, подумал ещё, потом нужно будет поговорить, а с кем удобнее всего уединяться, как не с признанной всеми, не думаю, что европейцев не поставили в известность, любовницей. Приобнял и шепнул, – «не порти мне репутацию сурового командира, просто держись чуть сзади как Кицунэ».

В высадке в целом не было ничего интересного, кроме того, что мне послышался шёпот Казака – «выжила, да ещё и в подстилки пролезла…»

Во двор выходили так же, и на первый перекрёсток тоже. Уже почти рутина. На этот раз, первыми вперёд пошли китайцы, Алекзандер с Дейнерис и своими бойцами, должны были идти с ними, но такой плотный контроль как раньше уже не был нужен. Всё сами, вторая группа – только наблюдение и поддержка, вступают только если позовут. Остальные держатся плотно, но вперёд не лезут. И теперь сразу идём глубже, туда, где воины. Главная задача передовых правильно оценить ситуацию и вовремя позвать следующую группу. А все следующие не должны дать возможности разделить колонну.

Два новых американца пойдут вместе со всеми, сейчас на них отдельно нет времени, а остальные достаточно сильны, чтобы их поддержать.

Японцы шли со мной в центре, только иногда поочерёдно я посылал их вперёд и назад, поинтересоваться как там.

На этот раз все были осторожнее, и за четыре часа мы даже не дошли до дороги. Но зато и обошлись не только без потерь, но и почти без ран. Хотя всё равно после каждого боя стягивались на перекрёсток, а потом начинали движение. Европейцы час назад сменили американцев и ушли назад. Видимо оживлённо обсуждая на что потратить полученный опыт, европейцы начали отставать, и я несколько раз посылал японцев их поторопить. Ещё пару часов, и нужно делать привал подольше, хотя можно подождать, пока все пройдут по кругу.

Вот наконец перешли дорогу, но останавливаться не стали, пошли дальше. Решение как решение, я вообще старался не вмешиваться. Два Меча вполне компетентен и осторожен.

А ещё через час американцы остановились, и мне передали, что Два Меча просит подойти. Кивнув японцам идти со мной, по уровням они выглядели не хуже, а Кицунэ вообще ветеран, прошёл вперёд.

Два Меча стоял во втором ряду, и сразу сказал, что впереди группа с костяным рыцарем, средним, шестого уровня. Засаду эта группа устроить не пыталась, а может просто сейчас все оттянулись назад. Гончих не видно, но воинов рядом с рыцарем семь. Для его группы – это не под силу. И упускать не хочется, а ещё хочется наконец по-настоящему попробовать взять рыцаря лично. И из его группы новички и ещё один игрок, опыт уже получили, и если идти по очереди, то уже пора японцам.

Какая интересная ситуация. А кто успел получить опыт? Вообще-то получил опыт Казак, он с самого начала хотел вперёд.

– Новичков сразу назад, им рано, они будут только мешать.

– Только мы нашли хорошее место, и опять эти ускоглазые, да ещё и с поддержкой, – Казак начал мутить воду сразу, как новички двинулись назад.

– Из тех, кто есть, пойдут только добровольцы, Куэсу за Алекзандером и Дейнерис, быстро, и останься там.

– А кралю свою бережёт, небось порубит воина и ей оставит! – логика, как и в большинстве такого плана выступлений, была не нужна и не важна, важно было просто создать некий «подъём» массы.

– Быстро решаем, кто хочет идти, пока нежить не скрылась. – подъём так подъём.

На всякий случай сканирование, нет, вроде действительно восемь единиц нежити и всё. Гончие, похоже вокруг не бегают, чтобы вступить, когда мы втянемся. В любом случае Дейнерис и Алекзандер прикроют с тыла, вот и они. Может зря я услал Куэсу, если сразу убрать рыцаря, то в присутствии всех ветеранов опасности минимум.

– А сам небось планирует с рыцаря опыт получить, пока остальные будут сдерживать воинов, а остальным по капле достанется.

– Ну да, мы вместо ваших умений невидимость взяли, и просто порубим его – поддержал вдруг Пёс-Призрак – «если воинов придержат, конечно»

Да это просто праздник какой-то. Я положил руку на плечо Двух Мечей.

– Если с добровольцами решили, то вы через одного с Двумя Мечами и Бен Гуром берёте справа на лево пять воинов, потом Кицунэ и… – оглянулся на японца, – «Вы с воином должны справится».

Японец кивнул, и вышел чуть вперёд. Я махнул рукой Дейнерис и Алекзандеру – «семеро идут первыми, потом двое, которые с невидимостью действуют, а мы с вами сзади, Анна-Лиза останется с остальными. На перекрёсток выйдут после боя, или если позовём.»

Кицунэ и Два Меча, когда я начал говорить, посмотрели на меня, потом на Казака с Псом и видимо что-то про себя решив промолчали и встали в плотную шеренгу, которая должна была начать расходиться, когда окажется на перекрёстке.

– Шеренга пошла!

Быстрым шагом с каждым метром перекрёстка расходясь в стороны первая семёрка двинулась вперёд. Расстояние до воинов было метров пятнадцать двадцать, костяной рыцарь стоял сзади. Воины вперёд не пошли, не знаю, план какой был, или главный не хотел давать возможность создать перевес, если какой-то из воинов окажется впереди.

Когда до столкновения осталась пара секунд, я кивнул всем – «Выходим на перекрёсток.»

Вышли сделали несколько шагов, рубка как раз началась.

– Давайте, Дейнерис и Алекзандер, подходим ближе, если прорыв закрываем, если добровольцы упустят рыцаря, не лезьте, мне будет нужно место.

– Да ничего сложного, давай бегом справа и слева от шеренги, пошли Пёс! – крикнул Казак, и побежав, сначала замерцал, а потом исчез.

Мне было любопытно попробовать поискать его сканированием, но в бою Ци лучше лишний раз не тратить несмотря на то, что шкала теперь была в четыреста двадцать единиц, а наполнена на триста пятьдесят, и голубая полоска почти зримо ползла вверх.

Ветераны заканчивали бой в три, редко в четыре удара, никто особо не напрягался, но и не мешкал, в шеренге не побегаешь и не попрыгаешь. После чего оставались на месте, готовые прийти на помощь. Остальные так пока не могли, то есть, ударов на поражение было примерно столько же, но сначала уже не новички, но ещё и не ветераны, примеривались, иногда не перерубали конечности с первого удара, в общем над чем работать ещё было. Но в целом всё было решено.

А что там с рыцарем? Ну, и с ним всё «нормально», первые два, а может и больше ударов он пропустил. Даже был слышен хруст. И в сторону шеренги воинов он не двинулся, отвлёкся.

– Все назад, дайте им закончить! – пусть повеселятся.

– Он же их убьёт, они не могут его прорубить! – Анна-Лиза не слышала разговора перед выходом на перекрёсток и закономерно волновалась.

– Назад все! Никому не подходить! Это их опыт, они не хотят им делиться!

Два Меча поймал за плечо Бен Гура, а Дейнерис Алекзандера, оба резко прокричали – «Все назад! Быстро! Японцы, пятясь смотрели, они с самого начала не собирались лезть на выручку.

Шеренга сдвинулась назад на несколько шагов. Я оглянулся, Куэсу стояла рядом с Анной-Лизой и что-то ей говорила.

Рыцарь довольно уверенно теперь отмахивался от пустоты, интересно, сколько времени они ещё останутся в невидимости? Откуда-то оттуда вдруг вылетел меч со сжимавшей его чёрной кистью. А перед рыцарем замерцал воздух, и он уже уверенно нанёс ещё два удара.

– Всем стоять на месте. Куэсу, ко мне!

Крикнув, я побежал к рыцарю, действительно шестой уровень, рывок, проекция, отрубить вооружённую руку, теперь спокойно обойдя его со стороны отрубленной руки, с проекцией рубануть по ноге. Когда подбежала Куэсу, протянул ей топор Гуннара, всё удобнее чем нагинатой. Рыцарь только хватался за мостовую оставшейся рукой.

– На, трудись, можешь начать с руки, приноровишься.

Подошёл к Двум Мечам, – «Извини, следующий будет твой, ну, в очередь, естественно.» И помолчав добавил, – «Раньше, когда я был молодой, девчонкам дарили духи там, цветы и ждали благосклонности, теперь всё не так как надо.»

Два Меча выпучился на меня, но к нему подошла Дейнерис и что-то зашептала на ухо, тихо, не разобрать. Но тот глянул оценивающе на Куэсу, покачал головой. Я подумал, что осудит, но тот прокричал – «Привал! Надо подождать», ещё раз глянул на орудующую топором как дровосек девицу и добавил – «через пару минут дорубит, здоровая.» Народ начал располагаться на камнях. Я тоже присел недалеко от покрасневшей и вспотевшей Куэсу, которая не послушала меня сразу. Первые несколько ударов пришлись в мостовую, рыцарь успевал уворачиваться, цепляясь рукой. Теперь она справилась с рукой, и принялась за шею.

Некоторые из новичков, ну уже не совсем новичков, сообразили, глядя на работу Куэсу, что у пары Казака и Пса не было никаких шансов, и теперь о чём-то допытывались у ветеранов.

– Ветераны, подойдите ко мне. – я помахал рукой.

Первый состав группы понемногу собрался.

– И зачем было устраивать этот цирк?

– У них же с самого начала не было никаких шансов.

– Они пытались убить мою сестру! – жестко отметилась Кицунэ

– Почему ей?

Я помахал рукой, и все затихли, глядя на меня. Похоже уважение я всё-таки заработал.

– Я плохой командир? Я кого-то из вас подставил и оставил без помощи? Я был несправедлив с опытом? Кто-то недоволен и хочет взять командование на себя?

Кто-то покачал головой, кто-то сказал – «нет». Подождав пока все отметятся, я продолжил.

– Передайте всем в своих группах, я больше не буду угрожать поединками, если кто-то недоволен, он имеет шанс попробовать свои силы. Сам! Один!

– Ваша вендетта меня не волнует. – я посмотрел на Кицунэ, – «Если кто-то недоволен кем-то, или подозревает в чём-то, собираемся и решаем. Вместе.»

Кицунэ опустила глаза.

– Ну, а ей, во-первых, потому что все должны увидеть, как всё непросто, даже если рыцарь уже лежит. Во-вторых, в прошлый раз она недополучила опыт, а сейчас её очередь. А в-третьих, она моя любовница, всё равно – это секрет полишинеля, так что перешёптываться не нужно. Могут у меня быть слабости? Можете и остальным рассказать.

Кто-то захихикал, Два Меча захохотал, и кажется сказал, что так и надо. Дейнерис с Анной-Лизой опять понизив голос то ли ругались, то ли обменивались мнениями.

– Ладно, давайте вы разойдётесь, ещё минут десять посидим, о, кажется, дорубила. Куэсу иди сюда.

Куэсу получившая седьмой уровень подошла, я не обращая внимания на остальных похлопал рукой рядом с собой, – «Садись девочка, посиди рядом со стариком».

Расходились ветераны под гогот Двух Мечей и Алекзандера, кто-то вроде и вполголоса, но так, что было слышно сказал: – «Красотка досталась, повезло, а если бы мужика пырнули?». Кто-то из женщин ядовито бросил: – «Вам только дай, ещё начните из новичков подбирать.» Алекзандер вдруг приобнял Дейнерис, а та раздражённо дёрнула плечом. Жизнь, она вежде своё берёт. Я обернулся к своей хафу.

– Утомилась? Хватит сил обнять?

Та, собирая в пучок на затылке растрепавшиеся волосы спросила, понизив голос, – «при всех, а стоит?»

– Не знаю, как хочешь, так-то все уже знают, что ты моя любовница, только раньше шептались, а теперь я объявил всем.

Обняв меня и прижавшись грудью к спине, она совсем тихо спросила – «А ты сам что думаешь?»

– Ну, мне с тобой понравилось в постели, и потом, где ты там ещё выделывалась. Ещё мне нравится, когда меня называют Виктор-сама и преданно смотрят, а если будешь ещё и сапоги с меня снимать, разрешу мылить меня в душе. А, да, ещё сидеть на кухне, если кого-то приведу.

Куэсу прижалась теснее, не думал, что ей удастся.

– А там посмотрим, нужно чтобы ещё и тебе нравилось. Сапоги там, может ещё что придумаю.

– Я даже постараюсь подружиться с Агатом. – Куэсу тихонько захихикала мне в шею.

– К старости я нашёл на мостовой мёртвого города почти идеальную женщину. – философски закончил я.

Минут, наверное, через десять, я взглянул на таймер 10.30.12, нужно идти, мне тоже нужен опыт, да и отдохнули более или менее все. Встав, я вышел на середину перекрёстка и помахал руками.

– Давайте все подходите ближе.

Народ подошёл. Я поинтересовался все ли подогнали свои боевые умения до третьего уровня. Кто-то отвечал уверенно, а кто-то отводил глаза. Объявив, что говорю это в последний раз, и выживут, скорее всего, только те, кто будет слушать, я опять для всех пояснил, что рыцарь, которого добивала Куэсу, был не слишком силён. Но, к сожалению, без третьего уровня, а потом и школы справиться с ним сложно. Все могли в этом убедиться.

Добавил, что не видел, как игроки тренируют полученные умения, а значит никто не поднимал владение оружием. И что у нас будет ещё одна остановка, и надеюсь, что все всё-таки решат эту проблему.

Пошли дальше. До следующей дороги не случилось опять ничего важного, я получил свои семьдесят пять ОИ и опять перешёл в центр. Джингуджи теперь ходила за мной как раньше Кицунэ. Остальные японцы не пытались сопровождать меня, встав в общую очередь. Китайцы тоже теперь держались своей группой. Споров по поводу очерёдности больше не возникало, а если и возникали, то до меня не доходили. Ветераны следили за порядком.

Похоже, если мы не двинемся глубже, моя роль сведётся к роли экскурсовода, или наблюдателя. Но для того, чтобы идти ещё глубже, нужны игроки, которые могут драться с рыцарями и побеждать. Можно кстати и в замок ещё раз пойти, посмотреть, что-там. Сейчас, если не брать в расчёт двух новых американцев, остальные догнали Алекзандера, каким он был в первой миссии. С другой стороны, мне это всё зачем? Это теперь не моя группа. А что нужно мне? Мне нужен рост в том, что есть, но этому мешают миссии. Другой путь противники высокого уровня, возможные карты с них, или какие-то трофеи, которые могли бы меня усилить. Пара уровней, если пока у меня нет группы, на которую можно положиться.

Ещё раз перешёл в начало, взял теперь девяносто, всего сто семьдесят четыре ОИ, вернулся в центр и к размышлениям, от которых отвлекла Куэсу, которая сказала, что набрала ОИ так, что если будет следующий бой, то возьмёт уровень, а я обещал совет. Посмотрел на таймер 05.20.22, прошло ещё пять часов.

– Сбегай вперёд, скажи, чтобы останавливались на ближайшем перекрёстке.

Куэсу убежала, а я продолжал думать, и чем дальше, тем больше приходил к выводу, что нужно раскачивать Ци, может попробовать вложиться в контроль, и это даст качественный толчок? Но это дорого и у меня столько просто нет, сейчас нет. Я даже пожалел на минуту, что вокруг нет скелетов.

Вышли на перекрёсток. Все, нет не все, ветераны оставили часть наблюдать, молодцы, искали место, где присесть. Я тоже нашёл, сел под какой-то сохранившейся стеной. Вернулась Джингуджи и присела рядом.

Я довольно коротко изложил ей сравнение Ци и маны, пока, не касаясь школы. Честно сказал, почему и что выбрал сам. И, ещё пообещал, что если Ци, то буду ей помогать, чем смогу. Но, у её сестры – мана. А ей нужно выбрать самой. Не в связи с отношением к кому-то, а надолго. Я не знаю, насколько, может уже через две недели проблем с маной на земле не будет. Может случится что-то ещё. Потом, через сколько-то уровней, можно будет взять и второй вариант. Но пока – это основа, и для выбора школы, тоже будет основой. Куэсу задумалась и закрыла глаза. Хорошая девочка, пусть почитает справку.

Я тоже решил потратить немного ОИ.

Улучшить умение «Отвод глаз» F+ (2 / 3) (20 ОИ)? / НетДа

Да. Всё, как всегда, когда это связано с Ци, картинки, колебание резерва, новое понимание, жаль, что нет ядовитого голоса, который пояснял поначалу тонкости.

Улучшить умение «Отвод глаз» F+ (3 / 3) (40 ОИ)? / НетДа

Да. И снова движение Ци. И некоторые новые знания, казалось бы, не об отводе, а о чувстве взгляда, ну да, они связаны, и сам отвод – это воздействие на чужую концентрацию. Самому-то не спрятать собственную энергию если она есть. Погоди-ка, как это не спрятать? А как же магия невидимости? А никак, она глушит в зависимости от уровня всякие излучения тела. В общем нужно пробовать.

Хорошо бы ещё и рывок до третьего уровня поднять, и длина, и контроль должны вырасти. Кстати, а что там вокруг? В центре перекрёстка несколько пар звенели оружием, хороший звук, уверенный.

Посмотрел на Куэсу, та ещё сидела с закрытыми глазами, иногда морщилась и даже стонала. Ну, первое открытие резерва не слишком приятно, думаю и в магии тоже.

Куэсу открыла глаза и похвасталась, что получила контроль и первый уровень источника Ци. И сейчас пока не ушли, возьмёт второй.

– Погоди, – на язык просилось «овца», но бараном был я, – «сначала возьми сканирование, и не торопись с развитием источника за опыт, я потом объясню.»

Минут через десять, Куэсу опять же ожидаемо, граблей вроде немного, но лежат на протоптанной тропинке, открыла глаза, моргнула, и схватилась за живот, громко застонав.

– Руки мне, быстро!

Куэсу с трудом оторвала руки от живота и дала мне, холодные как лёд.

– Теперь втягивай в правую и выпускай в левую. – подал ей потихоньку в правую руку небольшую волну.

Её лицо расслабилось, открыла глаза, – «Я очень бестолковая, да?»

– Ну, меня ты интеллектом и сообразительностью видимо не превосходишь. На опробованные мной грабли ты наступила, даже чуть быстрее. Потом объясню подробнее.

– А зачем мне сканирование, если я не могу его использовать?

– Приятно, если ты не специально, то ты продемонстрировала превосходство мужского, то есть моего разума. Правда мне давали подсказки. Давай потом объясню. Нормально себя чувствуешь?

Она кивнула. Ладно, пора идти, и так потратили почти час. Таймер показывал 04.28.20.

– Всем подъём, нужно идти.

Встал и дал руку Куэсу, она взяла и легко поднялась на ноги, кстати – «у рыцаря была карта?»

– Да была.

– Что-то интересное?

– Контроль нежити, – она смотрела спокойно, – «вряд ли пригодится»

– Если только Кицунэ отдать, но без нежити она не слишком нужна.

Дальше пошли так же, единственная озабоченность, которая была у меня, что все не получат поровну. Уходить, я думал опять с перекрёстка. Нет смысла заморачиваться с поиском места. К дому уже привыкли, да и другие места есть. Опять добрались почти до реки. О, вот мне машут руками, подошла очередь. Что там с таймером 00.27.30. Как по заказу. Вышел вперёд и вместе с Куэсу и ещё одним игроком, кажется, европеец, что-то он задержался, взяли свои ОИ. Теперь у меня было двести четыре ОИ.

– Всё, на сегодня хватит! Уходить будем отсюда! Располагаемся.

Я поискал место, где присесть. Куэсу исчезла. Ко мне начали подходить ветераны, с ними подошла ещё Леди Годива и один из китайцев. В целом все были довольны результатами, но зачем-то хотели переговорить. Начала Дейнерис, которая сказала, что все её товарищи получили достаточное количество опыта для завершения миссии. Некоторым осталось набрать ещё какое-то количество часов, но они посоветовались с Алекзандером, и хотят попробовать провести последнюю миссию сами. Не очень удивительно, что остальные высказались примерно так же. Даже японцы, которых по идее, для мисси было маловато. Но, хозяин барин. Я в свою очередь поинтересовался у всех, что будет с договорённостями.

Если они откажутся, мне будет нечем их держать. Это могло бы быть неприятно, но я тоже набрал достаточно, так что можно и отдохнуть.

Тем не менее, абсолютно все «представители», если Кицунэ, Анну и китайца можно было посчитать таковыми, подтвердили, что все договорённости в силе. И, возможно, появятся ещё предложения по созданию группы. Это должно выясниться до десяти часов по серверу, и я получу соответствующие письма. В свою очередь, все стороны ждут от меня к тому же времени указаний, куда доставить оговорённое ранее.

На этом официальная часть была завершена и почти все разошлись к своим решать текущие вопросы. Откуда материализовалась Куэсу и присела рядом.

– Можно, я опять пойду с тобой?

– Ты взрослая девочка, и сама можешь решать, когда и куда идти.

Не знаю, никакого решения нет, да и не может быть никакого решения. Самое простое слово – нет, хотя да на целую буку короче. Но да всегда требует чего-то дальше. А нет, чем дальше, тем сложнее произнести.

– Пожалуйста, мне Кицунэ принесла целый контейнер разных сортов чая, а то у тебя какая-то трава.

– Ну, только если из-за чая.

– Тогда выходим на базе.

– А это зачем? Там чайника нет.

– Там платье осталось, а если к тебе, нужно ждать, чтобы что-то привезли, и ты же не хочешь гадать, что на этот раз привезут?

Нет, в принципе, из футболки и треников можно создать ей что-нибудь, чтобы довести до магазина. Но у Джорджа есть ещё и машина. И получается, что это меньшее зло. Видимо до Куэсу примерно дошло о чём я думаю, и она решила бросить на весы ещё одну гирьку.

– А ещё я знаю где там взять женский костюм, строгий, почти офисный.

Это решило дело, большего с неё всё равно не добиться. Ладно, на крайний случай в Риге есть аэропорт, то есть не на улицу выгоню.

Перерыв. Если перерывы между заходами всё короче, может это праздник?

Вышли естественно в том же номере на базе, откуда и уходили. Я двинулся к дивану и журнальному столику, на котором так и стояла бутылка и пепельница и лежали сигареты. Замысел был простой. Я наливаю виски и закуриваю, типа пропуская Куэсу в душ первой, и под виски и сигарету наблюдаю за процессом обратным тому, который наблюдал перед выходом. Во, я одновременно и джентльмен, и гурман, и это без всяких усилий.

Куэсу, как и все женщины, сломала мужской план без проблем. Она улыбнулась, как будто извиняясь, и сказала, что ей нужно сбегать в её номер за платьем, а я пока могу идти в душ. А потом она вернётся, приведёт себя в порядок и сделает обещанный чай.

Вот так, ни виски, ни сигареты, ни зрелищ. А потом ещё будет, что виски к чаю не идёт, а сигареты портят вкус. Ну и ладно, отозвал одежду и расстёгивая пояс двинулся в ванную комнату.

Выйдя из душа, на всякий случай спросил не включить ли машину, чтобы к её появлению был кипяток. И теперь уже уверенно двинулся к дивану, виски и сигарете. На этот раз сложилось почти всё, только Куэсу исчезла в ванной не раздеваясь, и сказав не портить кипяток.

Появилась она не так быстро, но зрелище вполне окупило время на подготовку. Кицунэ принесла не только чай. Она принесла ещё и халат. Хотя для этого, халат, наверное, слишком длинное слово.

Хотя, пожалуй, это одеяние было вполне длинным, почти до пола. Но, чтобы не обольщаться, контейнер вообще-то величиной под два, может три бутерброда. А потому халатик, был белый шёлковый и прозрачный, с одной пуговичкой и пояском под грудью.

Справедливости ради, нужно сказать, что банный, висевший в ванной одел я, а полотенце, наверное, прикрыло бы не больше, хотя это как повязать. Впрочем, я ничего не теряю, конечно, если это не тот обещанный офисный костюм.

Да ладно, опущенные глазки явно свидетельствовали, что цель была, а мне оставалось только признаться, что цель достигнута. Смотреть на Куэсу приятно.

Дальше она что-то там делала с кофеваркой, пытаясь добиться какого-то там кипятка, и ругалась совсем как образованная современная девушка. Но чай был хорош. На журнальный столик она умудрилась его поставить, предварительно встав на колени, кажется, так должны подавать чай настоящие японские женщины. Оценить правильность я естественно не мог, но отрицать, что всё вместе мне понравилось тоже глупо.

Пусть эта миссия и была почти рутинной, но всё равно, контраст между там и здесь был разительным. И Куэсу это сумела подчеркнуть. И сегодня она была не безбашенной девчонкой, а чинной дамой, ну, дамой в таком халатике явно с большими кавычками.

Мне как-то удалось отодвинуть все мысли о доверии на потом и просто порадоваться. Куэсу чирикала что-то совсем бессмысленное, о чае, о погоде, ещё о чём-то. Ничего важного, но даже в номере базы, ей как-то удалось создать уют.

Единственное, что чуть-чуть нарушило атмосферу, это замечание о том, что по-настоящему взрослые мужчины не уходят от малолетних любовниц на диван. Ладно, она старалась и обижать её действительно не стоит.

Утром у корпуса была машина и шофёр. Джорджа я не искал, Анне не писал. То есть письма, после напоминания Куэсу я разослал. Причём Куэсу сказала адрес куда мы поедем, так как ей нужно туда попасть на час другой, а потом свободны. И я подумал, что общаться пока ни с кем не хочу, получу письма, может быть, а так, я пока отдыхаю.

В платье и чулках Куэсу сегодня выглядела почти прилично. Я думаю, что, добившись своего, она не стремилась меня дразнить. А может ей нужен был перерыв, чтобы следующая задумка получилась ярче.

Меня, конечно, занимала мысль, являются те черти, которые водятся в аккуратной головке с лицом чуть раскосого ангелочка собственными или натренированными? Но вторые сутки – это слишком много чтобы ни разу не сорваться. Хотя кто их знает эти восточные практики, то, что у неё стальные нервы, я уже имел шанс убедиться.

Да и мне что за дело, военной тайной я не владею, а значит во сне её не выдам, принуждать я её ни к чему не принуждаю, лично, то есть совесть свою я тоже успокоил.

Перед отъездом, я ещё раз занялся исцелением с Куэсу, никаких излишеств только проверка и немного воздействия. Когда сели в машину, разговор про исцеление продолжился. Я был убеждён, что исцеление – одна из обязательных основ. Конечно, в моём и в её возрасте, важность разная, но с учётом всего, что я получил от исцеления, и надеялся ещё получить, недооценивать его неправильно. От Куэсу я ничего не скрывал, но и не настаивал, у каждого свой путь. Но если я могу помочь, то почему нет. Рассказал и про медицину земли, я считал, что некоторые возможности без неё недостижимы.

Куэсу слушала и спрашивала, к месту и о важном. Голова у неё была не только для причёски, и разного другого. Иногда она задавала и вопросы о событиях, которые привели меня к тем или иным выводам. Врать я не врал, но и откровенничал не всегда, говорил, что не хочу это обсуждать. Девчонка не настаивала. А иногда, когда я замолкал брала меня за руку.

Нет, противоположностью вчерашней оторве она не была. И почему-то у меня всё больше зрело убеждение, что и тот и другой вариант Куэсу – это она. Посмотрим. Люди притираются годами, а расстаются, иногда, за пару дней. А нашему знакомству и двух суток нет.

Куэсу вдруг извинилась и прикрыла глаза, обдумывает, изучает, или просто устала от разговоров я интересоваться не стал. С девчонками её возраста я давно чувствовал себя не слишком уверенно, вроде и есть что сказать, но интересно ли им, или уже стоит оставить разговор, я понимал не всегда.

Сам себе я всегда был интересным собеседником, и в дополнительных нуждался редко, есть хорошо, а не хотят, переживу. Отвернулся к окну. В поездах и машинах всегда и разговоры, и молчание содержательное. И о чём подумать есть, о Куэсу, миссиях, будущем, развитии, ещё бы выбрать, что приоритетнее.

Доехали до города, покрутились по улицам, остановились. Прошли в здание, поднялись на лифте под крышу.

– И куда мы?

– Всё нормально. Сейчас.

Подойдя к мужчине, по виду явному охраннику, Куэсу по-японски, но без обычных вежливых оборотов потребовала какого-то господина Тошиду. Надо признаться, на охранника она явно не произвела впечатления. Я и сам бы не поверил, что девица с такой внешностью в рабочее время может заинтересовать какого-то, видимо важного чиновника. Тем не менее, охранник явно не хотел скандала, и попросив подождать, куда-то ушёл. По дороге он кивнул ещё кому-то, и я почувствовал несколько чётких точек внимания.

Я взял Куэсу за руку и спросил, не придётся ли нам срочно уходить, и не надо ли к чему-то готовиться. На это Куэсу ответила, что всё нормально и всё как обычно.

Охранник вернулся, не торопясь и в сопровождении ещё более явных специалистов по улаживанию проблем, и предложил Куэсу пройти с ним. Всё было очень похоже на мою встречу с американцами, может игроков по характеру тоже отбирают. Куэсу ситуация забавляла, и она решила повысить градус взяв меня под руку и барственно сказав, что я иду с ней. На нас начал оборачиваться народ и специалисты, взяв нас в клещи решили продолжить переговоры в менее людном помещении.

Довести всё до драки Куэсу не удалось, видимо господин Тошида посмотрел на неё, камер вокруг было достаточно, и встретил нас у дверей, в которые нас с дружелюбием носорогов пытались завести охранники.

Вызвав у охранников ступор, господин Тошида поклоном приветствовал госпожу Кузаки и господина Виктора. Я поперхнулся от смеха, в анимэ Кузаки и Куэсу не только были разными героинями, но и олицетворяли разные идеи.

– Может ты ещё и Ринко?

– Ринко – Кицунэ, а я Элизабет, но дразнили не её, а меня, она уже закончила школу. – обиженно проговорила Куэсу, то есть Элизабет.

– Господин Виктор с нами не идёт, пожалуйста, покажите ему чайную церемонию, он очень интересовался – с долей мстительности заявила Элизабет.

– Конечно, госпожа Кузаки, прошу Вас сюда, господин Виктор – Тошида указал куда-то вдоль коридора.

Охранники, отлипнув от Кузаки Элизабет, весь оставшийся день буду её так называть, прилипли ко мне, их старший пошёл по коридору вперёд. Я пошёл за ними. Надеюсь, что мне покажут короткий вариант, как я слышал длинный занимает около трёх часов.

Девчушка в кимоно с яркими красными цветами и таким же красным поясом, появилась в комнате куда меня проводили почти сразу. Пишут, что гейши разговаривают с клиентами, эта молча выполняла, какие-то малопонятные манипуляции с огнём, чайником, ещё одним чайником. Заснуть или помедитировать не удавалось, сидеть на полу вообще неудобно, а когда она показала правильную позу, все силы стали уходить на то, чтобы почувствовать ноги, которые затекли враз.

Когда в комнаты ворвалась Элизабет, я к этому времени её уже почти простил на сегодня, затёкшие ноги требовали тщательного обдумывания будущей мести.

Кстати, когда в комнату заглянула гладко уложенная девушка с идеальным макияжем, и в красном костюмчике, я её поначалу не узнал. Высокий воротник стойка, узкая юбка почти до колена, большая чёрная бабочка и красные туфли, вот что сначала бросилось в глаза.

– Ты всё смотришь, и даже не повёл её в комнату отдыха? – девица стремительно зашла за одну из ширм, – «да ты стоик,» – она захихикала, подошла ближе и крутанулась на каблуках.

Вот теперь узнал, вместо блузки или манишки под бантом бабочки был только воротник, пиджак имел только две пуговицы, может там и была какая-то потайная застёжка, чтобы он не распахнулся, но в вырезе было отчётливо видно, что с бельём мы всё так же не дружим, а обтягивающая юбка сзади имела разрез примерно до того же уровня, на котором был подол утреннего платья, то есть резинку чулок, если сделать чуть более широкий шаг было видно вполне отчётливо. Элизабет была абсолютно узнаваема.

– У тебя приличные костюмы есть? – у меня появилось стойкое убеждение, что платье тоже было её, только непонятно, как оно оказалось у Анны.

– Ринко подарила два кимоно, полевая форма, повседневный и парадный мундиры! – Опять захихикала Элизабет, – «с ними я даже бельё надеваю, не под кимоно, там не положено.»

Может она действительно такая, при переезде в Японию башню потеряла.

– А в этом нельзя, на юбке складочки будут. – она провела ладонями по бёдрам, поднимая полы пиджака.

А ты завидуй дурочка, а я сейчас пойду, с ним, ну ты понимаешь… – она мечтательно прикрыла глаза.

Девчонка в кимоно кажется перелила чай, и он полился из чашки на стол. Куэсу подошла и протянула руку, пошли, твой пакет у меня, от остальных должны быть на ресепшн. Я взял её за руку, призвал контроль чувств, нельзя при ней оступиться. Сделал шаг, другой.

– Потом расскажешь, что нужно изучить для таких подвигов, сейчас разойдёшься. Здесь рядом есть хороший ресторан и даже с верандой, где можно курить. Кстати, еда там тебе должна понравиться.

У «Арагаца» действительно была веранда, на которой мы и сели. Заказали. На удивление Куэсу сегодня вела себя без эксцессов, а если не присматриваться, то выглядела вполне прилично. Правда иногда, она не выдерживала и тянулась через стол, но результаты усилий мог лицезреть только я.

У нас продолжился разговор, который мы вели в машине, она что-то уточняла, переспрашивала. Чувствовалось, что она обдумала то, что говорилось раньше.

– Ты уже проверял, нам нужно идти?

– Письма есть, но обычно, я всё делаю перед самой миссией, ты же знаешь.

– Я очень хочу потренироваться с тобой, мне это нужно, ты сам говорил, но…

Как-то всё на неё не похоже. Хотя, я знаю её всего ничего и похоже, не похоже говорить рано. Но до сих пор, она или просто пыталась добиться своего, или отступала, а сейчас, как будто не может решиться на что-то.

– Но я хотела тебя попросить. Об одолжении.

– Это для тебя? – мне перестал нравиться разговор, и видимо это сразу проявилось в тоне.

– Нет, не для меня, если бы речь шла обо мне, я бы сказала сразу. – она почему-то отвела глаза.

– О чём идёт речь, и кто просит, а самое главное, зачем это мне, ты отлично знаешь, что благотворительность это не моё. – вот и всё, как и ожидалось, «сказка» продлилась недолго.

Я демонстративно достал полученные пакеты, четыре штуки, и надорвал один из них.

– Можешь не проверять, там всё и даже чуть больше, только придётся запомнить несколько длинных цифр, или написать на бумаге органическими чернилами.

Открыв пакет стало понятно, что там действительно больше того, что я просил. Кроме паспорта с моей фотографией, там была карта социального страхования, права и кредитная карта банка с тем же именем, что и в паспорте.

– Тебе восстановят любой из комплектов при обращении в соответствующие государственные органы, нужно только назвать номер страховки или паспорта, во всех конвертах одинаковый комплект, и желательно запомнить все.

Это было не просто больше, а намного больше. Госорганы стран, выдавших пакеты, были почти по всему миру – посольства.

– И тебя ещё раз просили подумать, не хочешь ли ты не только использовать документы, но и…

– Я ответил всем одно и то же – я подумаю.

– Своих не рекомендую, просто передаю предложение.

Будем надеяться, что предыдущий разговор рассосался сам собой. И хорошо, сейчас проверю письма, и, если миссия не соберётся, провожу девушку обратно в посольство и поеду домой, а может потренироваться с Агатом. Надо-таки заняться собой. А Куэсу, даже если ей ещё нужно какое-то время провести там, может и со своими сходить.

Первым открыл письмо Лао Ху. Тот благодарил за неоценимую помощь, которая выразилась не только в самом факте сопровождения соотечественников, но и в тех выводах, которые удалось сделать на основе анализа организации, и так далее и так далее. Красивые фразы ни о чём, настоящий китаец. А что там по сути? Ага, вот – никто от них не пойдёт, все войдут в другие группы. А что с обязательствами, теперь всё кончилось? Нет, они несмотря на изменения пойдут навстречу мне в надежде на будущее сотрудничество.

Может написать товарищу Лао, что-нибудь типа: – «Уважаемый товарищ Лао Ху, наши несомненные совместные достижения послужат прочной базой дальнейшей всё более растущей и расширяющейся дружбы, которая обязательно в будущем достигнет…».

Ответ от Лао Ху пришёл сразу – «Всё понятно, договариваться будем, когда будет о чём. Надеюсь, то, что мы пришлём тебе пригодится.» Проняло.

А что там Кицунэ? Кицунэ просила помочь сестре, она не слишком поняла письмо Куэсу, но уверена, что на полные глупости та неспособна. От них тоже никого не будет, но договорённости они выполнят. Впереди неопределённость и терять возможного союзника они не хотят. Ожидаемо, думаю, что так или иначе, все стороны знают о действиях других. В этом смысле неучастие в обмене информацией не только снизит вероятность дальнейшего сотрудничества, но и позволит другим повлиять. Информацию же можно подавать по-разному.

А не слишком ли я самоуверен? Ослеплён, так сказать, собственными достижениями. Посмотрим, пока мне везло, и в целом я угадывал ход событий. Да и некоторые «оговорки» Куэсу. Посмотрим, ещё чуть больше суток, и я увижу, что мне пришлют.

Дейнерис писала, что они просят сходить ещё. В письме был список и приписка, странная такая приписка, что на этот раз потери не играют никакой роли. Перечитал ещё раз, нет, Дейнерис писала ясно и определённо, ни на оплату, ни на предоставление информации потери не повлияют. Она что, намекает, что они сами просто не хотят возиться?

Письмо от Анны, то есть Леди Годивы, почти дословно повторяло письмо Дейнерис, за исключением того, что Анна извинялась от имени Джорджа, что тот не может встретиться со мной, то ли дела, то ли улетел домой для консультаций. Не очень-то и хотелось.

Раз уж начал, нужно принять претендентов и сформировать миссию. Рутинно принял по спискам Дейнерис и Анны, ни один ник не вызвал никаких ассоциаций. Бывает.

А это что за Анэхита Пэри. Уровень 3. Как вообще можно было не набрать уровней к сегодняшнему дню. Да и ник странный. Отдаёт сказками, которые читал в детстве, но вроде даже и не «Тысяча и одна ночь». Впрочем, получить арабский я так и не удосужился.

Вернулся к никам других, там все шестые и седьмые уровни, конечно, с «новичками» в группе сразу к воинам идти не стоит, но третий создаст проблемы для всех. Интересно было бы посмотреть, а такой уровень ещё есть у кого-то, но в общем списке не видно, а пока не войдёшь в группу уровни видны только у претендентов.

И вот ещё одна странность, нас в группе осталось только двое, я и Джингуджи, и та уже пометила эту Пэри согласием. Тогда не буду сразу отказывать.

Да, обычно претенденты со стороны пишут письма всем членам группы, ещё раз просмотрел письма, нет, там ничего нет. И рекомендаций тех, кому я мог бы поверить тоже нет.

– Элизабет, кто эта Пэри? И почему ты её пометила согласием?

– Ты меня дразнишь, или обиделся? – японка, или хафу, как там правильно, протянула ко мне руку.

Я на минуту завис. Для мне вообще все иностранные имена, и их сочетания с фамилиями кажутся сначала непривычными. Ну нет у меня большого опыта общения с их носителями. А ещё когда они из разных языков. Пока не привыкнешь, даже читаю бывает неправильно. Когда я читал этот фанфик, я только к середине второй книги обнаружил, что переставляю буквы в фамилии Джингуджи.

– Дразнить не дразню, дразнят близких, или… неблизких, кого не боятся обидеть. – как-то суховато прозвучало. А нам ещё идти в миссию. Да и ладно, выполню просьбу Кицунэ и всё. Кстати, Кицунэ что-то написала про глупости, это та глупость?

– И обижаться мне не на что, и незачем, обиды тоже связаны с отношениями, ты должна это понимать, а у нас сотрудничество…

– И всё-таки, не нужно меня обижать, я пока не могу объяснить всё полностью, будет только хуже, просто попробуй поверить, я тебя пока ни разу не обманывала. – Куэсу выглядела как искренний и грустный ангел, ну не считая того, что цвет костюмчика подкачал.

И даже руку протянула не наклоняясь. Серьёзная Куэсу даже немного озадачивала. Раньше использовались другие подходы. Но насчёт лжи, это всё вопрос трактовок и доверия. Может я сейчас действительно перегибаю.

– Давай так, ты говоришь, чего хочешь от меня сейчас, я обещаю, что прислушаюсь, только прислушаюсь. И если сочту, что могу и готов выполнить просьбу, то выполню. Постараюсь воздержаться от оценок до результата. А если буду не прав, постараюсь это признать

Куэсу покивала – «пожалуй, этого пока достаточно, но потом…»

– Наверное, я всё-таки староват для общения с тобой и… – я покрутил рукой, – «а может, мне просто нужно больше времени, чтобы привыкнуть».

И всё-таки, некоторые «воспоминания» мешают здраво оценивать ситуацию. Может включить контроль чувств? Да ладно, сомнительно, что меня могут подставить там, а настоящие игры здесь ещё даже и не начинались.

– Вернёмся к тому, чего ты хочешь, чтобы я сделал. – надеюсь на этот раз мне удалось произнести это нейтрально.

– Я прошу тебя принять в группу эту Пэри и уйти сегодня на миссию на три -четыре часа раньше, чем обычно.

– Там же ночь будет, три-четыре часа мы просто потеряем.

– Увеличь срок миссии до двадцати или больше часов.

– Давай конкретно, но надеюсь, что потом, ты мне сможешь объяснить зачем всё это.

– Пошли в десять по серверу, а уйдём как обычно, хотя … лучше тоже в десять, послезавтра воскресенье, рано вставать не нужно.

– Ты думаешь вернуться опять со мной? – сомнение в голосе скрыть не удалось.

– Я надеюсь, а на крайний случай, как ты говоришь, в десять ещё можно вызвать такси до аэропорта. – мелодичным и нежным, но сочащимся ядом голоском уела меня соплюха, мало её пороли в детстве.

Ладно, пообещал так пообещал, за удовольствия нужно платить, тем более плата не слишком велика. Но, тогда нужно срочно ехать домой и решать, что делать с двумястами ОИ. Это я так её, или себя проучить хочу? Четырёх часов там, более чем достаточно, чтобы решить вопрос. А здесь, до десяти можно было бы и более плодотворно время провести.

Хотя если идти в десять, то времени осталось только на то, чтобы поспать, больше суток без сна без причины – глупость.

Быстро принял странного игрока, за которого просила Куэсу, сформировал миссию, убедился, что она согласилась.

– Откуда будем уходить?

– От тебя, я хочу запомнить точку, чтобы иметь возможность пугать тебя по ночам. – к Куэсу явно возвращалась уверенность, а с ней и лёгкость.

Она права, тащиться на базу, а для этого как-то вызывать машину, это терять время, да и вообще зависимость от кого-то мне не нравилась. Я расплатился, убрал все пакеты в сумку, нужно не забыть выложить перед уходом, и вызвал такси. Куэсу сидела с закрытыми глазами, надеюсь она не изучение умений затеяла.

Приехали домой, вызывать Агата, чтобы тот мешал отдыхать не хотелось, переживёт ещё сутки, а будет бухтеть извинюсь.

Когда я закончил подготовку, поставил будильник и лёг, Куэсу явилась из душа, забралась под одеяло, повозилась и засопела. Вроде как обиделась, но оставляет мне решать, как быть дальше. Гордясь тем, что меня не купишь вот так запросто, хотя не уверен, что, если бы она приложила хоть капельку усилий, мне было бы от чего пыжиться, я заснул.

Девчонка выдержала характер до конца, успела встать и одеться до звонка будильника, и на этот раз шоу не было. Не думаю, что интересно смотреть, как одевается немолодой мужик.

До ухода я ещё успел выкурить на крыше сигарету. Паршивка даже чай не стала заваривать.

Ханом. Подбирая котят задумайтесь, от них потом не избавиться, корми их, лечи

Ушли и пришли уже совсем обыденно. Из других порталов появлялись игроки, осматривались, насколько это возможно ночью. Кто-то даже здоровался. Но в целом все оставались на месте.

Из одного из порталов, вышел, да нет скорее вышла, растрёпанная голая девчонка, тут же села на месте и закрылась руками и волосами. А вот и проблемы, всё, как и ожидалось, это, я ещё раз вгляделся в ник, Анэхита Пэри. Уровень 3. Куэсу коршуном кинулась к ней, и практически оттащив в угол, мне за спину, стала там возиться.

Осмотрев остальных, ну осмотрев, наверное, громко сказано, но и в свете одной из местных лун, луч которой пока попадал в одно из окон, кое-какие выводы можно было сделать.

Американцев было трое. Один белый, но скорее синий от покрывавших не только лицо, но и голову татуировок. Скорее всего этим он не ограничился, но под курткой было не видно, а руки он прятал. Ещё два негра, на них видно хуже, но у лысого, или бритого татуировки тоже были, просто не так заметно. Второй был с дредами, они-то как раз и здоровались, а теперь сидели у стены на корточках и о чём-то тихо переговаривались. Теперь ники Белый брат, Большой брат и Старший брат, наводили на мысль о том, что пришли они из камер. Все трое были здоровые, как показывают таких посидельцев в американских детективах, и вполне возможно, послужили прототипами. Ну не верилось мне, что силовики, а принять их за клерков было невозможно, могут так себя разрисовать. Хотя, это – Америка.

Мне припомнилось, что письма Леди Годивы и Дейнерис почти совпали по тексту, и, пусть предвзятость – это неправильно, но глядя на европейцев, я уже заранее искал что-нибудь такое. Но нет, да и я не знаток. Сразу бросался в глаза двухметрового роста негр. Но рост – это же не доказательство. Два остальных были обычного роста, один вообще какой-то стёртый, что ли, ни одной черты, которую запоминаешь. А второй тощий, и напрашивалась характеристика вертлявый, хотя стоял он спокойно.

– Господа, некоторое время придётся провести здесь, в одной комнате, возможно, всем вместе будет неудобно. Можно разойтись по другим, обычно там безопасно, во двор в одиночку лучше не выходить и не шуметь.

– Ты не волнуйся брат, мы не помешаем.

– Нормально всё, естественное дело.

– А потом девки достанутся всем?

Что-то шансы группы вернуться в полном составе упали почти до нуля. Вопрос только в размере потерь.

– Уважаемые, есть два варианта, простых и доступных. Всем! Вместе! Неудобно! И комнат достаточно! Второй вариант, все переходят в дальний от двери угол и кучкуются там! Есть те, кому нужно повторить?

За спиной возникла Куэсу уже с нагинатой.

– Куэсу, убери пожалуйста, никто не хочет иметь красный ник, лук гораздо удобнее.

Натянув перчатки и вызвав лук и наложив стрелу, поинтересовался – «кто-то верит, что успеет добежать?»

– Брат…

– Всем в угол! Куэсу унеси её в другую комнату.

Выходя из комнаты, добавил – «спасибо за благоразумие, когда соберёмся идти, я предупрежу, и не нужно бродить по дому, острые предметы, ранения, зачем оно.»

Судя по запаху непохожему на табак, которым потянуло по коридору через пару минут, народу было чем заняться.

Зайдя в комнату, положил в проёме коридоре несколько гнилых досок, всё какая-то вероятность, что наткнутся, если полезут и утроят шум. Маленькая, но всё-таки.

– Куэсу, что с ней, и забери у девушки острый предмет, и оружейные карты, я не хочу порезаться.

Ну, короткая версия была действительно короткой. У девчонки была сломана рука, которая уже начала неправильно срастаться, челюсть и рёбра, видимо были внутренние повреждения. Про внутренние повреждения Куэсу говорила как-то не слишком внятно.

– Ты можешь с ней договориться, чтобы я её осмотрел, отсюда я вряд ли могу что-то сделать.

Куэсу на ухо что-то зашептала девчонке на общем. Та из-под волос, которых было много, могли бы и в косы, или пучок какой собрать, смотрела откровенным зверёнышем. Договорились они через несколько минут. С волосами справились. Девчонка была мелкая. Ну может и не совсем, но на фоне Куэсу выглядела, скажем так, не крупно. Может как Кицунэ. Но на вид Кицунэ всегда накладывалось ощущение опасности, не сразу, но оно проявилось.

Осматривать мне выставили из-под капюшона челюсть, задрали рукав и немного куртку, напомню она выглядела как толстовка, на животе. Да и ладно, в принципе и руки достаточно, только Ци жалко.

Всё было не просто плохо, и даже не очень плохо, а совсем. Кроме переломов на руке были порваны связки, и как она ею вообще шевелила было непонятно. Рёбра и ливер, да-да, там с органами было плохо, девчонке оставалось не слишком долго. Дальше было не очень понятно, но и по женской части явно были проблемы.

Челюсть и половина отсутствующих зубов на этом фоне вообще не были проблемой, говорить, ну как говорить, что-то бормотать могла, а на жизненные функции это почти не влияло.

– И чего ты хочешь от меня? По сравнению с тобой в тот раз, она просто труп, у тебя была одна, очень плохая рана, но одна, и никаких костей. Кстати, не чувствую отсюда, но кажется ей ещё и ногу повредили.

– Ты можешь ей помочь?

– Куэсу, если выжить, то да, но… но с учётом костей нам потребуется много, очень много времени, и это очень медленно. Да, я боюсь, что это не всё, судя по уровню, всё упирается ещё и в необходимое время здесь, и в ОИ, так?

– Да, так.

– На это не хватит времени точно, и как это сделать, если она не сможет идти, я не знаю.

– Неужели всё безнадёжно?

Мне пришла в голову мысль, шальная, абсолютно шальная.

– У неё есть ОИ, хоть сколько-то? Ты меня понимаешь? – мне надоел обмен мнениями в присутствии обсуждаемого, и я обратился к ней.

Девчонка попыталась отползти и помотала головой.

– Если она будет так относиться ко мне, то всё вообще бессмысленно, договаривайся с ней, пусть терпит моё присутствие, закрывает глаза, всё-что угодно, но, если она не будет доверять, мы вообще ничего не сделаем.

– И ещё, прежде чем начинать, ты мне расскажешь в чём дело, мне хватит урок, которых мне подсунули союзнички.

Отойдя, я сел у стены и ушёл в себя. Способ действительно был, я его вспомнил, всё упиралось только в то, что мне было болезненно жалко тратить накопленные ОИ на этого зверёныша. Она мне никто, чистая незамутнённая проблема, решить которую будет дорого и абсолютно бессмысленно для меня. Я вообще отношусь к благотворительности плохо. Это кроме того, что меня никто никогда не жалел и не помогал просто так, Эржена не в счёт, там всё иначе. Я всегда считал, что сначала сам человек должен бороться, и тогда есть смысл помогать. Дело не в плате и не в выгоде, дело в воле, настоящей, которая заставляет барахтаться, и только тогда поможет соломинка. А если руки сложены, то брошенный спасательный круг может только утопить.

Куэсу подошла почти через десять минут.

– Она расскажет всё сама, может не сразу, но кое-что начнёт сейчас. И ещё, она мусульманка, по крайней мере считает себя такой, и … – японка замялась, – «для неё это важно, я кое-что обещала от твоего имени, ты будешь недоволен, но это, даю слово, неопасно… и, ну потом ты можешь отказаться, но сам ей скажешь об этом.»

Редкостная дурь, но я обещал японке поверить ей, и вот так из обещаний плетутся всякие путы.

– Ладно, пошли, это всё равно долго.

Когда вернулись к девчонке, та лежала голая, но привлекательнее не стала, наполовину синяя, ещё и в крови.

– Пожалуйста, дай мне руку. – девчонка говорила неразборчиво, шепелявила и хрипела.

Я протянул руку, и она так же неразборчиво начала бормотать что-то на непонятном языке, потом остановилась и посмотрела на меня – «неделя, да?». Это она о чём вообще?

– Да, на неделю, я за него обещаю. – Куэсу кивнула.

– Пусть лучше начнёт рассказывать. – вообще-то мне уже надоели эти игры, нужно быстрее начинать, раненная слабела на глазах.

Рассказ был не слишком длинным, но вполне похожим на правду, или на то, во что такой доверчивый баран как я мог бы поверить. Девчонка стала игроком почти по случайности, бывает. Она считала, что может всегда отказаться, ну эта кнопка есть у всех.

Потом она вдруг вернулась назад во времени, это обычно для таких спонтанных воспоминаний, когда что-то требует пояснений. Она выросла в Ираке. Отец был офицером, военным или ещё каким, она не знала в 2003 ей было пять лет, в этом возрасте такие вопросы не интересуют. Потом была война, всё кончилось быстро, а мама перестала ходить на работу и сидела дома. Мать была врачом, но после штурма больницы не стало, так говорила мать.

Попробую всё-таки по порядку, хотя она постоянно перескакивала в рассказе от сегодняшнего времени, в прошлое.

Отец отпустил бороду, а мать почти не снимала хиджаб, почему-то девчонке это казалось важным. Несколько лет она пропустила, но сказала, что теперь к отцу часто приходили его друзья, тоже ставшие бородатыми, а ещё отец требовал теперь, чтобы дома чаще говорили на арабском, и втолковывал ей правила, обязательные правила.

А потом опять была война, но сначала отец приходил радостный, а мама плакала, а потом отец стал мрачнеть, они несколько раз переезжали. Теперь они жили в Сирии, они с мамой в хорошем доме с садом. И к ним ходили дети, которых мама учила. А отец был в разъездах и приезжал редко. И они спорили с мамой о том, что нужно уезжать, лучше в Европу. Девчонка видимо стала взрослее и понимала о чём речь. Но отец говорил, что денег не хватит, а в Европе без денег они жить не смогут. А потом отца убили, или он исчез. Они уже жили в Афганистане, дом был попроще, но всё равно хороший.

В принципе, всё сходилось, я не слишком интересовался, но читал статьи про офицеров Саддама, бывших членами БААС, а потом воевавших на стороне разных группировок. И по годам примерно получалось. Только, сколько же этой пигалице лет.

В какой-то момент в дом пришёл один из друзей отца, и вот здесь, собственно, началась история, которая напрямую касалась девчонки. Этот друг сказал, что мать может хорошо устроиться у какого-то шейха, она врач, а шейх старый и в гареме ей найдётся место, там будет спокойнее, чем одинокой женщине с дочкой. А дочка станет женой сына шейха. Они живут вместе, и мать с дочерью смогут видеться очень часто.

Здесь было единственное тонкое место, но страна под оккупацией, да и ещё с действующими на территории совершенно по-разному организованными «партизанами» и «войсками» халифата – место, где может случиться почти всё, что угодно, особенно если мужчины в семье больше нет.

Дальше история кончилась быстро, девчонка стала игроком, прошла первую миссию зарубив пару гоблинов, которые не отнеслись к ней серьёзно, попытавшись сразу получить радость. Ну, привирает немного, но без деталей сойдёт.

А дальше, была глупость, обыкновенная девчачья глупость, в одной из групп она увидела имя отца, то есть один из ников звучал как имя и прозвище отца. Она написала. Ей ответили, что хотят встречи, страдают от разлуки. А сообразительности спросить что-то известное только ей и отцу не хватило. Уверенная, что встретит отца, она даже не подумала о том. Что её отсутствие заметят. Нет не так, она была уверена, что вернётся с сильным и умным отцом и тот решит любую проблему. А кроме того это был будний день, уходили они после заката, а прийти должны были до рассвета. Муж предупреждал, что они с отцом должны уехать.

Это опять был тонкий момент, но в то, что в таком возрасте можно кинуться к отцу, которого на видела три года, и найти оправдания себе, можно поверить. Может было и что-то ещё, что заставило её думать, что отсутствие дома сойдёт с рук. Для этого нужно лучше знать ситуацию. Возможно, она вообще хотела сбежать к отцу. Насколько я понял, отец только изображал верующего. Да и не поощрялось это в БААС.

В общем она пошла и попала к борцам за веру. Отца там не было, но было много мужчин, которые не привыкли себе ни в чём отказывать.

Конечно, люди разные, и кто-то защищал её, сначала защищал. Но у женщины на войне, а сильные говорили, что они на войне, роль незавидна. В это я поверить мог вполне. У неё отняли оружие, пояс и сумку, сломали руку. Подробности опустим.

При мне такого вроде не было, но кто-знает, что было бы с Кицунэ, если Пабло остался бы жив, а я нет. Люди разные, а сильный не то же, что справедливый.

Те, кто остался в большой комнате, тоже не упустили бы возможности, да и результат я вижу. Так не бывает, когда все согласны.

Впрочем, как выяснилось, с окончанием миссии всё не закончилось. Её нашли в комнате, оправдаться было невозможно, и на рассвете её должны были забить камнями. Ну, мужа в чём-то можно понять.

Короче, если я верю, то нужно решать проблемы по очереди, основная выжить, а там посмотрим.

Идея, которая пришла мне – использование усиления костей требовала определённой подготовки. Процедура не самая радостная, и нужно, чтобы она её пережила. Отсюда план. Довести девчонку до состояния, когда она выдержит усиление костей. Чтобы передать его придётся постараться. А потом, это будет уже потом.

Если я смогу на пустую карту записать умение ранга Е, она будет жить. Если нет, то всё будет намного сложнее, шанс выжить есть, но он минимален. Примерно это я и объяснил обеим девчонкам. Ещё ей несказанно повезло, что я не истратил ОИ. Карту мало записать, её нужно ещё и наполнить, а у неё ничего нет. А искать ещё одного костяного специалиста по костям, шанс почти нулевой.

У меня получилось 100 ОИ и 400 ИЕ, вот и ИЕ оказались совсем не лишними и карта с 98%-ной точностью записи оказалась у меня в руках. Две рассыпались, и съели по десять ОИ и по 100 ИЕ. Карта была пустой, то есть если у нас троих не будет сотни ОИ, а у меня осталось только восемьдесят четыре.

У меня тряслись руки. Куэсу слила в карту двенадцать ОИ и тоже тряслась. Пока я пытался записать карту, она что-то шептала Пэри. И сейчас та тоже смотрела не совсем здравым взглядом.

Теперь исцеление, за полчаса мне удалось довести Пэри до состояния, когда физически, она должна была пережить активацию. Дальше вопрос нервов. Я достал противошоковое и обезболивающее и сообразил, что под наркотиком, он может и не изучить умение.

Но девица была настоящим зверёнком, когда я дал ей в руку карту, она таки призналась, что семь ОИ у неё ещё осталось с первой миссии, она схватила её и прижала к груди. После чего вдруг заявила, что она запомнила их, всех, всех шестерых, и тех, кто сначала защищал, а потом решил, что она уже нечистая и всё можно, тоже запомнила.

А потом, она посмотрела на меня, и сказала, что я ей тоже обещал, и что свой договор она выполнит, но теперь верит, что и я свой выполню. Это она о чём? Я показал Куэсу за спиной кулак. Ладно потом узнаю, сейчас важнее следить за состоянием девчонки.

Мы решили так, она начинает изучать, а через пять минут я сделаю ей укол, я помнил, что боль приходит не сразу, но сколько проходило до этого времени я просто не знал, весь процесс занял полтора часа, а самая болезненная часть полчаса.

И вдруг эта пигалица сказала, что не нужно укола, у неё есть цель, ясная цель, а когда она есть, уколы не нужны. Она не потеряла сознание там и запомнила всех, а кости ерунда.

Я всё-таки сделал ей укол, когда она, заорав сжала зубы так, что несколько кажется сломались. После этого она затихла.

Куэсу смотрела на дело своих рук с ужасом.

– Довольна?

– Да, довольна, – заявила японка, – «и дело хорошее сделали, и вообще всё даже лучше, чем я ожидала».

– Это в каком смысле? До неё ещё окончательно не дошло, что случилось, физически мы Пэри поднимем, скорее всего, но остальное, депрессии там разные.

– Давай об этом потом, я, кстати, по твоему совету изучила медицину земли, только взяла психологию и психиатрию, пока, потом может и хирургию возьму, хорошо, что не успела, и излечение хотела, но не успела, но и это хорошо.

– Ну, частично да, иначе ОИ пришлось бы искать.

В коридоре послышался шум, отвлёкший меня от разговора, в дверном проёме появилась голова «вертлявого», я вызвал лук, и голова исчезла.

– Что вы с ней делаете? Я тоже могу поучаствовать.

– Двадцать секунд, и я выйду в коридор, после чего, ты даже мечтать о чём-то уже не будешь, может покричишь немного, но и это вряд ли. – мне всё легче давались угрозы. Может попросить Куэсу провести со мной сеанс психотерапии?

Пэри наконец перестала скрипеть обломками зубов. Я посмотрел на таймер, ещё минут пять и должна очнуться. Она очнулась через десять.

– Я…

– Лежи и молчи, нельзя менять положение костей.

Я взял ставшую мягкой сломанную руку и выпрямляя в местах переломов положил вдоль тела. Постарался как можно аккуратнее поправить челюсть, подавая небольшие порции исцеления, чтобы убедиться, что сложил правильно. С рёбрами ничего поделать не могу, но там вроде бы смещений никаких не было. Теперь нога, нет, здесь вроде только связки.

Теперь только ждать.

Говорить особо не хотелось, было ощущение, что нужно как-то поучаствовать, проследить, но следить можно было только за временем.

Прошло ещё сорок пять минут, в коридоре никто не появлялся, Куэсу засопела, заснула, наверное, молодость имеет свои преимущества. Я в очередной раз пожалел, что не купил и не взял с собой папиросы. Достал фляжку и выпил виски. Убрать не смог, цепкая рука японки забрала, и та тоже отхлебнула.

– Ты уверен, что всё будет нормально?

– У меня было, зубы немного задерживаются, но это у меня, хотя, я прошёлся языком, в течение недели и у меня всё восстановилось.

– Я уже могу поднять руку? – Пэри вмешалась в разговор.

– Попробуй, я к этому времени уже встал.

Встала она ещё через десять минут, во время первой попытки сломанная рука ещё была мягкой. Встав, сделала несколько наклонов, согнула ноги, а потом ойкнула и схватив одежду начала одеваться.

– Подожди, сначала нужно закончить с исцелением.

Девчонка легла, я пустил в неё волну исцеления, ну не идеально, но жить будет точно, ещё раз прошёлся по внутренним органам, проверил связки и мышцы, пока пойдёт. Резерв был около ста единиц, нужно ждать, когда наполнится.

– У тебя есть вода? И дай ей поесть. – я уже доставал свой контейнер с едой.

Куэсу достала свой, девчонка оделась, ещё раз закрутила волосы и собрала их в капюшон, не слишком удобно, но такую копну надо ещё придумать куда девать. Вообще-то я думал, что Куэсу даст ей воды, чтобы немного привести себя в порядок, но та съела всё из обоих контейнеров и выхлебала всю фляжку.

Я взглянул на таймер 19.25.40. Мы потратили почти пять часов, весь запас. Нужно идти.

– Сколько времени тебе осталось до минимальной продолжительности? – спросил я Пэри.

– Я набрала пятьдесят четыре часа.

– Это как? Ты говорила о тридцати. – мысленно я уже прикидывал, что нам с Куэсу придётся сразу по приходу уходить ещё часов на восемнадцать- двадцать.

– Я пошла сразу как появились миссии одна на всю ночь, а потом ещё два раза, днём двенадцать и ночью шесть часов, после ухода мужа. – Пэри отвечала просто, почти без интонаций.

– Днём не боялась?

– Это была пятница, муж и его отец по пятницам отсутствуют целый день, до заката.

– Ты смелая, но зачем всё это?

– Мне писали от имени отца, что это нужно, что нужно быть смелой, и… и я сначала не решалась пойти на долгий срок. – она смутилась.

Какая-то извращённая фантазия у её контакта, или может в чём-то она и обманывает, да и пусть её, всё в конце концов всплывёт.

– Какое у тебя оружие, извини, какое умение?

– Шашка. Сейчас мне Куэсу дала меч и копьё.

С её росточком и сложением шашка – идея неплохая, но не для нежити. Ладно, что-нибудь придумаем. А откуда у Куэсу дополнительное оружие?

– Я отдала ей копьё Казака и меч Пса, я должна была убедиться.

Да ладно, мне-то что. Ей нужна сила и для копья, и для меча. Но сначала умения, силу догоним. Хотя с третьим уровнем, боюсь она сначала возьмёт уровень.

– Без моего одобрения ОИ не тратишь, параметры не вкладываешь, поняла?

– Да, господин.

Блин, Гюльчатай на мою голову, кстати, – «а Анэхита – это что?». Гюльчатай покраснела, а в глазах появились слёзы.

– Они смеялись, что я Анэхита – безупречная, а потому ничего страшного не случится если…

Ну, вот и задавай вопросы, всё, нужно идти, потом поговорим.

– Куэсу, она на тебе, от меня не отходить, в бой её не пускать, хоть за руку держи, ты это затеяла. Я пойду позову остальных.

И где их держать, чтобы не напали, впереди нельзя, за спиной, только если остальных гнать впереди.

Часть проблем отпала сама собой. Европейцы кроме негра не были готовы идти в город нежити. Ну, с ножами я бы тоже не пошёл скорее всего. На вопрос про необходимость набрать опыт оба переглянулись и сказали, что это всё не важно. Вертлявый добавил, что гоблинят, он так и сказал, не гоблинов, а гоблинят в прошлый раз было достаточно. А про нежить никто не говорил, когда сказали войти в мою группу. А если не хватит, его не пугает красный ник. При этом он смотрел на негра. Не самый умный ход.

Негр сказал, что он пойдёт, и пошёл к двери, проходя мимо вертлявого он ударил того ногой. Один раз. Вертлявый захрипел. Судя по взгляду стёртого, красный ник вертлявому не грозил.

Американцам было всё равно, судя по мутноватым взглядам, после курева они готовы были и побрататься. Но пока всё-таки шли отдельно. Белый впереди, прямо за европейским негром. Остальные отставали от него на пару шагов.

Подходя к выходу, я выпустил сканирование, за стенами никого не было, до первого перекрёстка мы точно дойдём.

Во дворе негр-европеец преобразился, стал таким же собранным как в момент удара по вертлявому.

– Обходим дом справа и выходим на перекрёсток, там останавливаемся, лучше идти парами. – я всё-таки пытался дать им шанс.

Ерунда, шансов не было. Мы зашли на глубину скелетов и пошли вперёд, как и в двух предыдущих миссиях. Девчонки шли у меня за спиной. Опасности сзади я не ощущал. Оглянувшись, убедился, что Куэсу смотрит по сторонам.

Первый же перекрёсток со скелетами снова внёс коррективы в нашу численность. И скелеты были ни при чём, хотя и они поучаствовали.

Белый то ли пришёл наконец в себя, то ли внял очередному предупреждению и шагнул на перекрёсток в паре с негром-европейцем. Два удара в спину, почти синхронных, закончили его поход.

– Брат, тебе больше не помешает этот ублюдок. – кто из чёрных братьев решил помочь европейцу и когда они договорились, я не понял, да это и не интересно.

Скелету, который нацеливался на белого, и появился слева, видимо стоял у целой стены, тоже было наплевать, и он рубанул по шее ближайшего к нему помощника. Нас осталось пятеро.

Европеец закончил со своим в один удар топором, сила всё-таки немалое подспорье. А слева, с криком – «Он убил Большого брата», так и не выдернув своё копьё из белого, негр с дредами бросился на скелета с кулаками.

Сюрреализм происходящего завораживал. Не знаю, что они курили, может, у них было с собой и что-то ещё, но скелета этот с дредами просто забил и оторвал тому череп. Проблема в том, что перед этим скелет успел воткнуть ему ржавый меч в живот.

С такой скоростью мои группы не сокращались ещё ни разу. Это был серьёзный повод посовещаться и решить, что делать дальше. Этьен Алжирец. Уровень 6 – я наконец обратил внимание на ник. Интересно, хоть с ним будет какой-то шанс?

– Этьен, ты готов прислушиваться к тому, что я говорю? Какой у тебя уровень владения топором?

– Топор – это топор, Этьен знает куда рубить.

Видимо, скоро мы останемся втроём. Это случилось на третьем перекрёстке, когда я, сказав Этьену подождать меня, решил ещё раз напомнить Куэсу, что Пэри на перекрёсток пока пускать нельзя.

Он убил всех троих скелетов, но, когда я подбежал, шансов у исцеления не было, вскрытая шейная и бедренные артерии. Кровь должна была вытечь моментально. Мёртвых исцелить невозможно. Ник уже погас.

– Куэсу, ты как психолог, можешь мне сказать, это я такой плохой командир, или дело всё-таки не во мне?

– Если как психолог, то у нас есть гораздо более важная задача чем анализировать глупость.

А дальше начался абсолютно привычный конвейер, за исключением того, что скелетам не рубили головы, а сначала лишали конечностей, а потом выводили Пэри и давали ей в руки топор.

На первом перекрёстке она получила первый уровень владения копьём, который тут же проверила Куэсу. На втором взяла четвёртый уровень, и подняла владение копьём до второго.

На четвёртый перекрёсток со скелетами Пэри вышла вместе с Куэсу, я шёл за ними и страховал.

Через два с половиной часа, когда у Пэри был уже шестой уровень, мы остановились ещё раз. Она вложила очки в силу, ловкость, гибкость, в гибкость особо и не требовалось, в основном нужна была сила. Пришлось потратить на неё ещё один шприц обезболивающего, а потом заняться исцелением, иначе она была не способна идти. На этом перекрёстке мы потратили час, почти полтора

Нужно было решать, и с ней, и с Куэсу, передавать им мастерство или нет. Но я отложил это ещё на три часа. Куэсу уговорила Пэри, без моего участия развивать Ци, я не прислушивался к их щебетанию, они как-то нашли общий язык.

Кстати, дорогу мы уже перешли. С двумя членами группы вопрос управления был довольно простым. Я сказал – они послушались. Так что, когда таймер показывал 10.11.20, у обеих был восьмой уровень, система Ци, сканирование и минимальное исцеление. Анэхита, которая в принципе знала английский на начальном уровне, попросила у меня карту. Я отыскал одну в сумке и отдал ей.

Вообще-то на развитие, мы, пожалуй, потратили почти столько же времени, сколько и на дорогу с боями. Поэтому время подумать у меня было. И вывод был простой, дальнейшее тепличное развитие – зло, скорее не зло, но самоуверенность, а это всё равно зло. Куэсу пробовала воинов, и Пэри они были нужны, но я боялся. В группе можно было выставить до семи ветеранов в ряд, они могли страховать бой даже если мы попадаем в засаду. Втроём у нас бы шансов не было. Полноценная группа нежити нас бы просто смяла. Я слишком слаб, чтобы подстраховать их. И что делать?

Тему подняла Куэсу, которая сказала, что нам нужно идти глубже. Что это нужно не только Пэри, но и мне, я слишком много трачу времени на них.

Я не сдержался, и довольно зло сказал, что один раз она уже реализовала такой план и получилось у неё отлично, просто здорово.

Куэсу расплакалась. Оторва с железными нервами начала всхлипывать и села прямо там, где стояла. Пэри подбежала к ней, обняла и прижала голову к своей груди.

– Зачем господин обижает свою женщину? Это неправильно.

– А ты собирала её из кусков, чтобы говорить мне что правильно, а что нет? – меня понесло.

На самом деле все устали, и я тоже, а ещё мне было неудобно, что я обидел японку, но признать неправоту не смог. И выплеснул злость на себя на других, так проще.

И тут Анэхита вдруг очень серьёзно сказала – «Так неправильно, ты волнуешься за нас, это – хорошо, это – правильно для нас и для тебя, но ты не сможешь постоянно ограждать нас от опасности. А обижать нас потому, что ты за нас боишься это, это…» и тоже зарыдала.

И вот эти две курицы сидя в пыли поливали друг друга слезами, а я даже не знал, что делать. Вот брякнул что-то младенец и попал, а ты думай, что отвечать.

– Ладно рёвы-коровы, прекращайте реветь, давайте лучше поговорим, и решим, как быть дальше. – я осторожно попытался наладить отношения

– Ты меня ещё и коровой назвал? – Куэсу останавливаться не хотела, ей нужен был повод, и никакая изученная ею психология не действовала.

– Он меня хотел обидеть, у тебя большая грудь, а у меня маленькая – ещё громче неё зарыдала Пэри.

Я озадачился. Вообще-то у японцев и на ближнем востоке отношение к крупному рогатому скоту разнится очень сильно, даже принципиально, я об этом слышал, но вот так в живую. И что теперь делать? Одну называть рыбкой, а вторую овцой?

– Ладно, ладно, прошу прощения, ну извините, я не хотел вас обидеть. Все устали, действительно устали, давайте заканчивайте.

Обе посмотрели на меня, потом друг на друга, ещё немного посидели всхлипывая. Я достал коньяк, – «давайте по глотку». Японка отпила и передала Пэри, та глотнула и сплюнула. И тут японка закатила ей пощёчину, – «не хочешь пить, не пей, а плеваться не смей, дура». Пэри опять горько разрыдалась. Сквозь слёзы она что-то бормотала на непонятном языке.

Теперь японка обняла рыдающую Пэри и начала извиняться и успокаивать.

Успокоились минут через пять. Зарёванные и растрёпанные, а ещё в разводах пыли выглядели они, ну, так себе выглядели.

Поискав в сумке, нашёл воду, и протянул её Пэри, предупредив, что это последняя фляга. Места мало и брали в основном более серьёзные напитки. Та отпила и вернула.

Меня подмывало назвать их мокрыми курицами, если честно, обе были похожи в тот момент, но теперь я немного опасался реакции. О чём бы поговорить, чём-нибудь нейтральном? В голову ничего сходу не приходило.

– Ты, вроде мусульманка, а какой национальности? – меня это не интересовало, но может отвлечёт хоть как-то.

– Я фарси. – гордо ответила та.

Фарси? Кажется, так себя называют персы. Мне казалось, или я где-то слышал, что они живут в основном в Афганистане. Хотя полагаться на мои знания в этом вопросе не стоило.

– Тогда почему Ирак?

– Фарси больше всего в Иране, но и в других странах мы есть, только меньше.

Ладно, это всё можно узнать и потом, в другой раз, если он ещё будет. Вот что сегодня дальше делать? Я помолчал. Куэсу и Пэри смотрели на меня.

– Ну да, я боюсь, и за вас, и за себя. И я не люблю риск, я предпочитаю уверенность. Я понимаю, что риска совсем не избежать. И есть риск, который можно принять, а есть… Есть тот, который нельзя. Пэри нужно идти глубже, ты права, но, вы слабы, и я слаб, пока слишком слаб. А ещё нас мало.

– Испытай нас. – Пэри была полна решимости как все новички, которые только-только почувствовали силу.

Я взглянул на неё и чуть не покатился со смеху, у неё не было части зубов, и как у детей лезли новые. Усилием воли задавил смех. Куэсу заметив куда я смотрю, взглянула и хихикнула. Пэри, видимо сообразила и закрыла лицо рукавом.

– Виктор прав, нас мало, и мы слабы, мы у него как гири на ногах. – на удивление рассудительно начала Куэсу.

– Не преувеличивай, вы стали сильнее, но пока недостаточно.

– Но у нас нет выбора, нужно попробовать, мы будем очень осторожны. – японка смотрела то на Пэри, то на меня, – «да, мы обе обязаны тебе жизнью, но должно же нам хоть немного повезти, пожалуйста.»

Интересно кого она просит. Всё это глупость, конечно, но в чём-то она права, если не пытаться, то и не получится. А если идти очень медленно и пользоваться сканированием, то… может получиться. Мне удавалось выжить даже одному. Но в том, то и дело, что одному иногда проще.

– Ладно, ещё на один квартал вглубь, я впереди, вы с Пэри сзади и хоть за руки её держи, пока мы не контролируем ситуацию, она на перекрёсток не выходит. Заметите гончих, сразу останавливаетесь, спина к спине и зовёте меня.

Удивительно, но все эти рыдания и разговоры по таймеру заняли меньше двадцати минут, 09.52.10. А ещё нужно каждые два перекрёстка отдыхать.

Зашли на квартал глубже. Первый перекрёсток был пуст. Повернули направо и пошли. Медленно, мне нужно было восстановить резерв перед выходом на следующий перекрёсток. Скорость передвижения упала в разы. Меня не пугали два, три или четыре воина, через два-три боя под нашим присмотром Пэри сможет справиться без проблем. Нельзя пропустить рыцаря с отрядом.

За час мы нашли только одну группу и решились напасть. Получилось. Я сразу вырубил двоих воинов, уже на входе, и только после этого крикнул чтобы Пэри и Куэсу шли за мной.

Куэсу взяла своего как надо, а Пэри возилась несколько минут. Она, как и все новички попыталась сразу атаковать в шею. В результате мне пришлось ещё двадцать минут её штопать исцелением. А добивала воина она уже после этого. В принципе, её широкой пальмой всё должно было получиться не хуже, чем нагинатой Куэсу, она просто не попала, зацепила плечо, воин поймал наконечник рукой и ударил её, один раз. Дальше я отрубил ему вооружённую руку.

Всё время, пока я исцелял Пэри. Куэсу объясняла ей, как и что делать. А потом ещё минут десять показывала.

После этого я заставил обеих взять исцеление до конца, потом ещё сколько-то показывал, как пользоваться фоновым исцелением. А потом боролся со шрамом Пэри, негоже молодой девчонке иметь шрам на груди, совсем не справился, но через раз другой будет уже совсем не видно. Куэсу хвасталась, что я ей исправлял лицо. А расхрабрившаяся Пэри спросила под конец нельзя ли использовать исцеление в косметических целях.

На скелетах мы поднимались быстрее – это точно.

Когда осталось чуть больше пяти часов мы нашли ещё группу. Несколько минут я решал брать уровень, или попробовать поднять какое-нибудь умение, например скольжение, я с ним уже более или менее справлялся, только Ци тратилось всё-таки много, для небольшого расстояния. Потом плюнул, как получится, уровень тоже не лишний.

Принцип был тот же, выйти на перекрёсток, в два рывка решить вопрос с двумя первыми воинами, потом девчонки.

Вышел. Рывок.

Вы получили 60 ОИ, 30 ИЕ

Рывок, ещё рывок

Вы получили 75 ОИ, 32 ИЕ

Вы получили уровень 12 (35 / 240)

Крикнул девчонок, они вылетели на перекрёсток и схватились ещё с двумя воинами, я глянул на Куэсу просто чтобы убедиться, что всё нормально, но она лежала на мостовой, а воин уже заносил меч.

Рывок. Он почти осушил мне руку. Чтобы он не убил Куэсу пришлось парировать, потом с проекцией я просто развалил его от плеча до пояса.

Вы получили 60 ОИ, 30 ИЕ

Где Пэри? Та вертелась на площади перед воином. Тот был уже без одной руки, она отрубила её в локте, но вооружённая рука была цела. Я побежал к ним, никаких рывков, резерв еле-еле больше ста.

На этот раз Пэри справилась одна, правда всё равно успела получить несколько порезов, но это не страшно, пять десять минут и можно будет их затянуть. Нужно вернуться посмотреть, что с Куэсу.

Обратно я шёл как старик, отпускало. Руки дрожали, ноги подгибались. Воин не успел ударить японку, это я видел, так что я не слишком торопился.

Пэри же увидев, что Куэсу лежит, кинулась е ней, начала вертеть и осматривать, при разнице в габаритах это выглядело неожиданно.

– Что с ней, она почти не дышит? – Пэри жалобно смотрела на меня.

Действительно, что могло случиться? Куэсу была сине-зелёная, с красными от лопнувших сосудов глазами.

– Пусти.

Попробовал исцеление, часть связок на ногах порвана, мышцы повреждены, но главное истощение духовной энергии. Что умудрилась учудить с собой эта идиотка? И резерв у меня почти пустой.

Я вызвал Агата.

– Мне нужна твоя помощь, срочно.

– Ты опять собираешь дохлых самок? Она же в последний раз была живой?

– Некогда, помолчи и помоги мне.

Агат влез мне на плечи, и мы начали вливать Ци в японку, основная сложность была в том, что помочь нам она никак не могла. Это как кормить насильно, если не умеешь, большая часть просто уйдёт в никуда.

Тем не менее, Куэсу задышала, выглядела она всё равно не очень, но хоть зелень ушла, теперь она была просто одним здоровым синяком, и ещё стонала. Агат шлёпнулся мешком на мостовую.

– Это иблис, дьявол? – Пэри отползала от нас на заднице, в глазах был ужас.

– Нет, мой ручной драконид! И постарайся не падать в обморок, на бинты и спирт, протри порезы, мне пока некогда. Эй, не дури, займись порезами, поговорим потом.

Драконид пришёл в себя быстрее других. Пробежался вокруг, уставился на Пэри.

– Эта поживее, чем та, когда ты её притащил в прошлый раз, но тоже так себе, ты собираешься и её тащить домой? Нашёл бы здоровую.

– Я его ханом, ты не смеешь так со мной разговаривать, если ты ручной, ты должен слушаться и не оскорблять меня.

– Чего, какая-такая ханом? – это прозвучало абсолютно синхронно, только у меня удивлённо, а у Агата с издёвкой.

Стоны японки сменились хихиканьем, но недолго, она опять застонала. А Пэри заплакала, только не громко в голос, а тихонько, и, кажется, даже подвывала.

– Ты меня обману-у-у-у-ла, ты обещала-а-а-а-а и обманула-а-а-а-а-а.

До конца мисси оставалось ещё больше четырёх часов. Мне хотелось прибить обеих паршивок, а заодно и Агата, немного сдерживало только то, что было безумно жаль потраченных на них всех сил и времени.

Гарем. Если б я был султан, был бы холостой.

Четыре часа это много, или мало? Не знаю, мне было чем заняться, было о чём поговорить, и… нет, что что на сегодня охоты хватит, было понятно. Бесконечно везти не может.

Разговор или допрос, тут как посмотреть, шёл и во время исцеления, и в перерывах между исцелением и занятиями Ци и с Агатом, и с обеими девицами. Почему допрос, ну иногда у меня создавалось впечатление что, если смогли, обе бы сбежали. Но шансов не было, одна без излечения не могла толком двигаться, а вторая, вторая до дрожи боялась и меня и Агата. Особенно после того, как тот важно плюнул в стену и шарик огня какое-то время горел на стене.

Первый вопрос был, естественно к японке, то есть уже в процессе первого осмотра у меня возникли подозрения, но я хотел услышать от неё точно. Ну и в воспитательном плане, если она сама объяснит, то до неё лучше дойдёт.

Действительно, Куэсу изучила рывок, ей понравилась возможность в моём исполнении, и намерения были самые-самые, именно те, которые ведут в ад. Она хотела быстрее решить вопрос с воином и помочь Пэри, поддержать и подстраховать. Вот только она чуть не убила всех троих, что я ей и попытался объяснить. Если бы я не заметил её проблемы, то воин добил бы её, а потом напал на меня со спины, а без нас у Пэри шансов продержаться ещё четыре часа почти не было. Я не стал говорить им, что почувствовал бы опасность. На самом деле и я сделал на рывок больше, чем стоило, да ещё вынужденная проекция. Резерв был на минимуме, и выживание, я не говорю про лечение было под вопросом.

До Куэсу дошло, и она заревела, Пэри кинулась её утешать и говорить, что побуждения были самые лучшие и это искупает. У меня было другое мнение, искупит потом, когда реально кого-то спасёт, а это возможно только тогда, когда остался жив.

Мысли о спасениях и спасателях породили следующий вопрос, пора оправдывать доверие и рассказать свои задумки и, кстати, пояснить это странное «ханом» и обманула. Я, грешным делом, считал обманщицей Пэри. Не всё в её рассказе сходилось и это тоже было время прояснить.

С учётом состояния, чувства вины и, наверное, страхов, мне на два голоса рассказали всю историю, а потом попытались обосновать, и что удивительно, тоже на два голоса.

Нет смысла придерживаться последовательности рассказа, проще, наверное, по порядку. «виновницами» в каком-то смысле были обе, но сама идея родилась в кудрявой головке хафу.

Всё, что она рассказывала в душе, и теперь уже более развёрнуто повторила, она дополнила ещё одним моментом. То понимание, своего места в Японии и спецслужбах вообще, стало гораздо ярче, когда она услышала обмен мнениями о Кицунэ между руководством. Подслушивала она или руководство, как это бывает, просто не обратило внимания на подчинённого, да ещё и женщину не слишком важно.

Суть была в том, что руководство не могло доверять Кицунэ, и не потому, что она уходила на гражданку, а теперь вернулась, а потому, что она общалась со мной, с русским, как подозревали командиры. Связь с русскими – вообще пятно, даже если её по факту нет, а реальная связь – это не смывается.

Хафу, женщина, да ещё и любовница русского, у Куэсу и раньше сквозь иллюзии проступали контуры реальности, и семейный, её матери опыт тоже сыграл определённую роль. И она решила, что лучше быть со мной.

Нет, я могу и выгнать, и придётся вернуться, но там и в том, и в другом случае будет одинаково. Как источник информации, неясной степени достоверности она ещё нужна. А в смысле доверия и продвижения, она одноразовый инструмент.

Второй шаг она сделала в группе, один я силён, но двое – это неудачная комбинация. Я не смогу её всегда защитить. Она не сможет меня в любом возможном случае поддержать. А зависимость от других с учётом её «предательства» становится опасной. Значит нужно усиливать нашу «группу». И если она сделает какие-то шаги в этом направлении я её пойму и в конце концов одобрю.

Что её навело на мысли о «семейном» бизнесе я не знаю. В кудрявой головёнке много чего смешалось. По мне так ханжеские представления о прочных семьях в Америке, японские традиции, ну насколько я о них знаю, где семья не всегда побеждает в соперничестве с властями и учителями, не самая лучшая основа. Но, что есть то есть. Головёнка её, а не моя.

Полученное от Анэхиты Пэри письмо, нашло адресата.

Теперь немного про Анэхиту. Не всё, что она рассказывала поначалу было правдой. Точнее, большая часть фактов была, и даже подавляющая. Но девочка, воспитанная в семье, где веры не было, а было желание использовать в своих интересах постулаты веры, источники, разночтения, была строго скажем не настоящей верующей. Постоянные разговоры взрослых, которые считают, что маленькие дети не понимают, а потом им можно что-то объяснить, откладываются в памяти детей. И Анэхита с детства училась трактовать идеи постулаты в свою пользу. Ну и кругозор, отец занимался идеологией, потом свёкр и муж. Она знала правила, понимала, как себя вести, что говорить, но не верила.

Она не сразу попала в руки насильников, история была длиннее, и началась ещё во время первой миссии. Оправдания Пэри меня не слишком интересовали, кто был больше виноват в том, что она в конце концов оказалась в лагере с мужчинами одна и настоящие причины этого – любовь, увлечение, обман, какая разница, что ей говорил сладкоголосый соблазнитель. Всё кончилось плохо, он не смог или не захотел её защищать. А дальше истории совпали.

Сидя в зиндане, ну это я так называю, она говорила какие-то слова, на общем была просто тюрьма, она боролась за жизнь.

Вообще Анэхита была несколько непривычной, в смысле её характер был, не знаю как охарактеризовать, но он был и конкретный. Уныние, раздумья о смысле и последствиях, мучения совести, это было не её. Страх, боль, препятствия – всё было поводом искать выход, бороться упорнее, и если она и отступала, то только для поиска решения и продолжения борьбы.

В общем, она писала женщинам, ники не должны были напоминать ничего знакомого, и писала она о горькой обиде и наступающей смерти.

Возможно, её пожалел ещё кто-то, но Куэсу, после нескольких вопросов, психолог доморощенный, вывела её на чистую, до определённой степени, воду. Куэсу чистота помыслов и одежд волновала мало. Куэсу волновали возможность соскочить, характер, возраст и внешность.

На этом месте Куэсу хихикнула, и сказала, что внешность тоже не очень учитывая возможности исцеления. Пэри немного обиделась, но быстро отошла.

Куэсу узнав про веру и происхождение, была уверена, что деваться Анэхите некуда, причём её это устраивало, как выяснилось позже по нескольким причинам. Вернуться не может, американцам ни тем, не другим, европейцам и индийцам не нужна, да и испугается. Китайцы, они в себе, да и с мусульманами у них не очень здорово.

Возраст и характер Куэсу порадовали. Оставалось решить вопрос со мной. Ну и в некоторой степени с Пэри, которая тоже хотела каких-то перспектив. Решив вопрос выживания, как ей казалось, она начала планировать и некоторое будущее. Тут они друг друга стоили.

Куэсу была уверена, что подготовленный с участием психолога рассказ, поможет решить насущные проблемы, хотя общей картины она не представляла и была в ужасе, когда увидела, что «купила». А дальше планировала поставить меня перед фактом, что бедной девушке некуда, просто некуда идти, а потом, ну потом у неё уже был определённый собственный опыт.

Анэхита в свою очередь, продумала процесс с точки зрения требуемых её верой формальностей, и положившись на уверенность Куэсу в излечении и ближайшем будущем, строила планы задержаться. Её немного пугал возраст будущего «мужа», но и радовал тоже. Она надеялась, что временный союз, если её всё устроит, можно будет продлить, старики неравнодушны к молоденьким. Впрочем, и выбора особого не было.

Кстати, в процессе выяснилось и при чём здесь ханом, ханом – это жена на фарси. Здесь Анэхита сильно забежала вперёд, дело в том, что совсем врать она побоялась, а вдруг Куэсу проверит и прочитала действительно формулу «мут'а» – временного брака, и там обязательно нужно обозначить срок и можно обозначить условия.

Условия общие с её стороны подразумевались, и менять их было не в её интересах. Дополнительные – помощь в исцелении и ещё одно, как одно из будущих оснований продлить, это – помощь в преследовании насильников. Для выживания ей нужна была цель.

Поэтому формально, без «никах» – это постоянный брак, назвать себя ханом было самоуверенно, но драконида хотелось запугать, очень уж было страшно.

Эти подробности меня даже немного повеселили, твёрдость веры Анэхиты внушала сомнения, но её готовность в любой момент ссылаться на правила, фетвы, и другие источники, я не слишком силён в названиях, иногда даже восхищали.

Ну, там успехи, помощь, незаменимость, и дополнительные радости я опускаю, здесь у них получилось не слишком.

Я ещё раз попытался рассмотреть Анэхиту, теперь внимательнее. Пусть временная, но жена, пусть и обманом, хотя та утверждала, что Куэсу как представитель имела право заключить договор. Вот если я его не подтвержу, она немного скисла. Показаться голой и так далее. Пусть пока помучается.

Так вот внешность, «жены», которую «прикупила по случаю» мне «любовница», по глазам Куэсу читалось, что про кавычки она знает, не слишком впечатляла. Росточком около метра пятидесяти пяти, ну может немного больше, фигурка есть, но до форм Куэсу ей, мягко говоря, далеко. Волосы длинные – это да, но сейчас спутанные в колтунах и одной копной заброшенные в капюшон. Личико замурзанное в разводах пыли, грязи и дорожках слёз. Но решительное, глазёнки, когда я её начал рассматривать загорелись.

Персидская княжна или шемаханская царица? Кажется, участь обеих была после столкновения с российской действительностью не слишком впечатляющей.

– И куда ты её собиралась девать, если я откажусь? Что ты говорила про такси и аэропорт?

Обе заговорщицы конкретно скисли.

– Две самочки, лучше, чем одиночество, ты даже готовить не умеешь, и чай она лучше заваривает. – помощь пришла откуда не ждали.

– Я не помню, чтобы у тебя было право голоса в этом вопросе. – союзник был не ах.

– Ты умеешь готовить плов? – последний шанс, слабенький, кажется, плов – это гораздо ближе к нашим границам.

– Конечно умею, хотя это и мужское блюдо. Я вообще хорошо готовлю и чай тоже умею заваривать, по-разному. – есть шанс что подерутся? Куэсу услышав про чай посмотрела недобро.

Девчонки были почти здоровы, косметику шрамы там, красные глаза нужно уже оставить на потом. Таймер показывал, что на окончательное решение осталось 00.05.30.

Учитывая усталость, нежелание ни о чём серьёзно думать, а также убойные аргументы типа чая и еды у них были шансы. Кстати, сравнение пустой квартиры с тёплым женским боком под рукой навело меня на мысль, что Агат – паскуда читает не только мои мысли.

Ладно, думаю, что выгнать их я всегда успею. Куэсу с каждой минутой выглядела всё увереннее, что вызывало сильное желание брякнуть что-нибудь, чтобы опять погрустнели, может даже, чтобы обе поплакали, они довольно забавно выглядели в эти моменты. Власть она такая, она развращает. Хорошо, что такие моменты долго не длятся.

Но до открытия портала пусть мучаются.

Время действия портала завершения Миссии № 3.5 (Тренировочная) 00.04.00

Запомнить координаты точки входа? / НетДа

Я отозвал Агата, взял Анэхиту на руки и кивнул Куэсу – «иди ко мне домой».

Внимание: В портале игроки Виктор. Уровень 12 и Анэхита Пэри. Уровень 8

Локация выхода: родовая локация. Изменить? / НетДа

Нет, хочу домой.

Выбрать точку выхода: точка входа Анэхита Пэри Да / Нет

точки входа Виктор / НетДа

Выбрав квартиру, я вышел из портала. Дом милый дом.

– Кто первый в душ?

– Милый, ты иди, мы после тебя. – Куэсу вдруг метнулась в прихожую, схватив за руку и потащив за собой ошалевшую Пэри.

Пожалуй, пока, душ, виски и сигареты были самыми приятными событиями, размышлял я, сидя на крыше. Ни чая, ни плова, и вообще квартира похожа на женское общежитие. Агат, прикрывая один глаз выбрался ко мне.

– Может ты прав, и с дохлыми самками иметь дело проще? – после пресечения попыток подсмотреть, что происходит, его потянуло на философию.

– Не знаю, полечить?

– Не надо, она почти промахнулась.

Мы посидели ещё, возвращаться в гостиную не хотелось. Там на журнальном столике стояли какие-то коробки и пакеты. Одна коробка была вскрыта, но копаться не хотелось, я и так представлял, что Куэсу могла заказать в надежде на триумфальное возвращение.

У меня медленно зрело решение допить виски, докурить сигарету и завалиться спать, но у дивана журнальный столик с коробками. А если лечь в кровать, то разбудят обязательно, а прерванный сон – зло, ради чего бы его не прерывали.

Мысли бежали бесцельно и уже по кругу. Вечер, а точнее начало ночи, белые ночи, здесь они не так выражены, как в Питере, но всё равно длинные сумерки есть, начнутся позже, а сейчас темнело. Всё вместе усыпляло. И усталость, скорее нервная, чем физическая.

Опять откуда-то вынырнул Агат, я и не заметил, как он уходил, и сообщил что меня зовут на кухню.

На кухне Куэсу возилась с чаем. Присел и стал смотреть, как она в своём халатике изображает строгость, с неприступностью было не очень. Хотя сегодня халатик вроде выглядел не столь откровенно, может другой?

В процессе решения этого сложного вопроса она подала чай. Поскольку стол был вполне европейский, подала она его как обычно. Я представил, как она, стоя на коленях пытается поставить чашку на этот стол и хихикнул.

– Что-то не так?

– Да нет, всё нормально, и вкусно.

Японка немного улыбнулась. Спрашивать, где Пэри было безыдейно и так понятно. Но сейчас, пока её нет, наверное, было время задать вопрос. Это не только их дело.

– Ты уверена, что это правильно? Она совсем молодая, а ещё события, эти. Да ещё так сразу. – формулировалось коряво, но я надеялся, что она поймёт, а нет, так поясню.

Конечно, девочки взрослые, ну, формально, для меня понятие взрослые давно сдвинулось существенно за тридцать. И как выясняется, на что-то смотрят вполне серьёзно. Но всё-таки, безвыходное положение, беспомощное состояние, стрессовая ситуация, одно из определений явно напоминает статью УК.

Лукавить можно, можно недоговаривать, но с самим собой это не очень проходит. А с другой стороны, демонстрация нравственных принципов уже привела к обидам. Они-то явно друг друга лучше понимают.

– Знаешь, а психология действительно совсем не лишняя. Я-то её в основном брала чтобы в себе разобраться по возможности. Но, она как-то структурировала, что ли то, что я и раньше знала, слышала, даже где-то понимала, но не формулировала.

– Ты о чём это?

– Когда смотришь фильмы, или книги читаешь, там много всего того, чего в жизни нет. Жизнь и сложнее и проще. Режиссёры, писатели они пытаются зацепить, потом ещё раз, и ещё. Даже в обычной жизни просто некогда переживать сложные жизненные коллизии. Долго смотреть в окно размышляя о том и этом. Нужно сходить в магазин, на работу. Это от безделья, даже не от безделья, а от избытка времени и отсутствия проблем, реальных проблем всякие душевные метания происходят

Она помолчала, отпила чай. А я в это время вспоминал девяностые, когда нужно было чтобы прожить сходить совсем не на одну работу, а потом ещё и побегать в поисках того магазина.

– Я раньше много слышала всякого про варваров с востока, у которых медведи с балалайками ходят по улицам. И не понимала. Они же варвары, а как же их философы, писатели, учёные, эти-то откуда. Балалайку потеряли? И ещё не понимала почему их так боятся и не любят. Потом услышала от тебя случайно «закатать в торец», искала в Гугл, там нет, потом нашла в Яндексе.

Интересно, в какой момент она это услышала, кажется, я везде с ней вёл себя вполне светски, и даже не затеял разборки в том ресторане, где…, ну в общем мирно поговорили и ушли в другой.

– Так вот ваши философы, ну и писатели, готовы если что не нравится «закатать в торец», то есть нет, они спорят доказывают, пишут, но когда что-то действительно не так, то…

– У нас об этом начали забывать. Кстати, это касается и Анэхиты, только она ещё меньше рассуждает. А то, что вы варвары, то это тоже правда, я вот думаю окажись мы где-то в каменном веке, ты бы мне шкуру мамонта для украшения жилища довольно быстро принёс, а не страдал, почему и отчего так случилось.

Я автоматически прикинул, удастся ли с проекцией пробить мамонта глефой так, чтобы не испортить шкуру, он здоровый, мечом неудобно. Вот они психологи, ты их о конкретном, жизненном, а они мыслью по древу.

–Давай всё-таки вернёмся к нашим…э проблемам.

– Нет никаких проблем, у малышки осталось совсем не так много времени, чтобы довести затеянную сделку до конца, но она целеустремлённая, ну как мне показалось.

Я допил чашку и получил следующую.

–Мы вот тут болтаем, а она может там в ванной мучается, страдает.

– Ну да, я бы тоже страдала, разбирая все эти колтуны, потом мой, потом суши и укладывай, я и со своими то мучаюсь. А ещё она от фена отказалась, говорит он может пересушить и блеска не будет. И пластырь, как ещё не кричит, я решаю вопрос кремом.

– Какой пластырь, я же вроде ей все порезы закрыл.

– Незачем тебе все знать

И тут застучали каблучки. Зачем? Нет, то, что кто-то идёт понятно, каблуки ей зачем? В кухню пришла Анэхита, как там, безупречная, кажется. Ну, безупречной она была для родителей. Так-то на фоне, например Куэсу, её можно было бы и потерять. Хотя, хотя то, что она женщина всё равно было вполне очевидно.

Анэхита была в халатике, тоже, наверное, шелковом, но непрозрачном. Тоже с пояском, но тут подчёркивалась талия, не знаю удалось ли бы мне охватить пальцами, но контраст между бёдрами грудью и талией был велик.

Конечно, по сравнению с Куэсу грудь была меньше, но вполне себе была. В вырезе халата правда первым бросалось в глаза ожерелье из красных камней, и где она его взяла? И как Куэсу сумела найти так, что нитка камней подчёркивала ложбину груди. Нет, тут не ошибёшься – это женщина. А ещё халатик натянулся на крупных для такой груди сосках.

Внизу кстати ничего не распахивалось как у Куэсу, но, когда она шагнула, поняв, что её оценили, выяснилось, что халат имеет достаточно разрезов, чтобы тоже ничего не скрывать. Бёдра были может даже чуть крупнее, чем ожидалось от такой талии, ну мне её не на подиум вести, где правит анорексия.

И волосы, высушенные и уложенные, тут было чем похвастаться, если бы она их распустила, то, пожалуй, халат был бы и не нужен. Шагнув, она перебросила их из-за спины вперёд, ей было с чем мучиться, волосы были длинной до колен. Чтобы хвост не разлетелся, она прихватила его каким-то повязками в трёх местах.

Кстати, на удивление лицо было вполне европейского типа, такого южного яркого, волосы не чёрные, а тёмный каштан.

Выдвинул ей стул, она села очень прямо, опустив глазки. Волосы положила на стул за спину. Строгое впечатление немного сбивал халатик, который она расправила, конечно, вокруг себя, но разрезы начинались от пояса, и теперь не скрывали вообще почти ничего.

Глянув на Куэсу, увидел, что она искренне веселится.

– Чай, госпожа? – Куэсу поставила перед Пэри чашку.

Та поблагодарила. Куэсу, и отпила. Там на миссии они были поживее. А здесь чувствуется какая-то скованность, что ли.

– Это тебе Куэсу подобрала?

Кажется, выпрямиться больше невозможно, но Пэри удалось. Она кивнула.

– Нравится? – Куэсу веселилась всё откровеннее.

Пэри покраснела. Куэсу встала, подошла к ней со спины. Запустила руку в вырез и начала перебирать камни – «смотри какая красота». «Опытная, замужняя женщина» была красной почти как помидор. Но у Куэсу, ещё не все идеи закончились, она приподняла переднюю часть халатика, который оказался между ног Пэри, когда та села, провела рукой по ткани – «гладко, попробуй».

– Элизабет, перестань, ты её смущаешь.

– Имею право, я первая, я её выбрала, и если она так хочет, то я посредница, которая её должна передать.

Это что, они успели поцапаться в душе? А что за причина? Хотя нет, в девичьи дрязги не полезу. Поссорятся и помирятся без меня. Сами себе придумали, пусть сами и разбираются.

– А ты даже старше, чем я думала. А мне, а ты… сейчас – я так и не понял, чего хочет Пэри.

– Ладно, девочки, вы как хотите, а я пойду.

Не желая слушать комментариев Агата, иногда очень напоминавших мои мысли, которые я не хотел озвучивать, пошл в комнату. Да ладно, чего я должен страдать из этого детского сада. Лёг в кровать и собрался спать.

На кухне ещё немного поспорили, но не слишком громко. И пришла Пэри. Халатика не было, но ожерелье и ещё браслеты на руках и даже на ногах остались. А я и не заметил. Значит впечатление было. Подошла и села на край.

– Что мне нужно сделать, чтобы, чтобы…

– Слушай, ты определись чего сама хочешь, я тебя не понимаю, а Куэсу слушать в этом вопросе нельзя, то есть я не хочу её слушать в вопросах о тебе. Понятно.

– Меня все хотели, или говорили, что делать, а ты, а ты… может ты старый.

– Ладно, понял уже, старый, давай ложись под одеяло.

– Хорошо, только волосы подвяжу.

Куэсу действительно, как и обещала, просидела всё время на кухне, и пришла, когда Пэри, оказавшаяся вполне себе живенькой, и любящей удовольствия девочкой, накричалась и заснула. Забралась в кровать с другой стороны и, когда я попытался её остановить, шепнула, – «да ладно, её теперь пушкой не разбудишь, кстати, завтра надо будет её порасспросить, как ей старый, и…, не возражай, мне нужны впечатления чтобы сравнивать»

Утро началось…, в общем, утро началось.

Поскольку в холодильнике продукты сами не заводятся, на завтрак пили чай. Некоторые, те кто не умеет держать себя в руках и не хватать чужие вещи пили чай неодетыми, ну нельзя же называть драгоценности одеждой. Но, видимо, вняли увещеваниям, и пообещали больше не хватать чужое, а если им купят свой халат, который можно одевать по утрам, ходить именно в нём. Некоторые другие, которые, собственно, и подставили раздетых, клятвенно обещали, что если их не отправят в аэропорт, то они будут вести себя дружелюбно и не будут делать гадости остальным, особенно если остальные не будут вместо халата по утрам хватать праздничное кимоно.

Ну, то есть жизнь налаживалась. Агат грозно ходил по кухне, обводил взглядом всех провинившихся и требовал переезда в квартиру, где будет отдельный чулан с прочной дверью и замком, который можно отвести под женскую половину, а ключ от двери отдать ему. Вчерашний удар каблуком он не простил.

После завтрака, более серьёзно обиженная часть населения была отомщена. Куэсу, которая оценила усиление костей, и не успевшая потратить ОИ на другое изучила и активировала эту особенность. Агат, видимо прочитав её мысли, или просто сообразив, что происходит, заложил её Пэри. Теперь Куэсу лежала рядом с кроватью, Пэри видя на кровати задумчиво рассуждала, получится ли у неё так надавить на рёбра Куэсу, чтобы та пару дней была плоской. Агат, стравив «самочек» с удовольствием наблюдал с журнального столика, как они шипят друг на друга.

К моменту, когда Куэсу была готова встать, Агата пришлось отозвать в карту. Он не удержался от замечаний, а девчонки услышав его комментарии, моментально помирились и договорились между собой.

Девчонки были голодны, усиление костей работало у обеих, Пэри вообще последние дни сумела перехватить только несколько бутербродов, кстати со свиной колбасой, чем не преминула поддразнить её японка. Пэри ответив, что Мохаммед для спасения жизни разрешал даже каннибализм, выглядела уже готовой для такого. Я не хотел рисковать, и потому объявил, что нужно собираться и пойти куда-нибудь поесть. Правда, когда я сказал, что после ресторана стоит зайти в магазин, щебет девочек совсем не касался продуктовых. Ладно, потом огорчу.

Собрались довольно быстро, но не без проблем. То есть поскольку выбор одежды был ограничен, этот вопрос не занял много времени. Куэсу под давлением общественности выбрала красный костюмчик, у Пэри выбора вообще не было. Она начала было, что шейла это одежда развратниц-саудиток, но столкнулась с консолидированным мнением, что, если не нравится придётся идти с непокрытой головой, и отступила.

Больше всего времени занял выбор ресторана. Японская еда была отвергнута всеми, японкой – потому что не японская, остальными в силу величины порций. Настоящий халяль в Риге – это пакистанские забегаловки. В забегаловки на та ни другая не хотели. Они хотели в ресторан. Интернет и телефон никак не могли помочь решить вопрос. Через некоторое время, я сказал, что если они не могут выбрать, то свиная нога в «Старгороде» будет выбрана мной единолично. Смешно, обе недолюбливали заокеанских распространителей демократии, но «Стейк хаус» был признан минимальным злом. Я порадовался, что они пропустили Узбекистан и плов-бар, если бы мы пришли и Пэри выяснила, что в плове может быть свинина, и нет уверенности что будет барбарис, это был бы шок навсегда. Кстати, если бы требовался кашрут проблема была бы решаема, гримасы судьбы. Но вести Пэри в еврейский ресторан, хотя правила готовки почти не отличить, я пока не решился.

Вызвали такси, пока ждали я рассмотрел Пэри в почти приемлемой одежде. Белые юбка-брюки, белая туника до бёдер и сверху голубая накидка, или просто длинный пиджак до середины бёдер. Если бы не шейла, которую она всё-таки накрутила вокруг головы и шеи, вполне себе европейский наряд. А так, когда мне показали в интернете этот вариант как разрешённый, я вынужден был согласиться, что да всё по-настоящему.

Кстати, подаренные Куэсу камни так и остались на ней и при движении под туникой вполне были видны, как и браслеты на руках и ногах. Пэри, что-то ворковала про кольца и цепочки, но Куэсу напомнила ей про то, что «туда» всё это пока не пронести и пока мы не найдём ей включённых в игру украшений, особо тратиться на всё это не стоит. Уйдёшь в миссию – оставишь, вернёшься, а одеть нечего.

Пока они собирались, я разослал письма «нанимателям» с сообщением, что результаты миссии не самые удачные, но если они не передумали, то могут прислать мне информацию в ресторан.

В ресторане я отвлёкся от щебетания девчонок, благо им хватало о чём поговорить. Пэри всё-таки получила знание английского, и они разговаривали на нём. Прятать Пэри после того, как Куэсу через кого-то заказывала для неё одежду было бессмысленно. Конечно, афишировать её связь с мусульманским миром, наверное, не стоило. Но специально прикладывать для этого усилия, чтобы сохранить, или не сохранить секрет на несколько дней, я не собирался.

За полтора часа пока мы были в ресторане, мне привезли обещанные четыре пакета. Меня подмывало вскрыть их и попытаться проанализировать, но делать заметки за ресторанным столом пока все не поели, просто неудобно. Да и срочного, наверное, ничего не было.

Хотелось отдохнуть. Всё-таки неделя была тяжёлая, а вчерашний день назвать отдыхом язык не поднимался. Но завтра начнётся новая декада, и к ней нужно быть готовыми. Упускать время на усиление неправильно.

Я поделился этим с девчонками. Давить и заставлять не хотелось, и, если бы они решили, что им нужно отдохнуть, я бы отправился на тренировку с Агатом. Но обе подобрались и ответили, что отдохнём позже. Вечером после тренировки можно ещё раз зайти в ресторан, раз мы не успеваем купить продукты и сделать Пэри дежурной по кухне. Про дежурную придумала Куэсу.

Куэсу не могла простить мне и Пэри вчерашнее, и не решаясь упрекать меня, третировала Анэхиту. Та в общем-то виновата не была. Вчера, не специально, скорее случайно, пытаясь разогреть Пэри я использовал Ци. А она, почувствовав новые ощущения ответила. И в какой-то момент случился резонанс, который увеличил и её и мой резерв. Причём Пэри даже перешла границу в двести единиц. Куэсу подкалывая утром Анэхиту об этом узнала и теперь немного обижалась. А может обижалась на то, что, узнав прибежала ко мне с требованием повторить всё с ней, но мы уже начали собираться и было просто некогда.

Заморачиваться с длинными поездками не стали, и времени было уже за двенадцать и все были уже того уровня, когда большую часть занятия можно было провести и без оружия, поэтому поехали в Межа парк. Побродив по парку, нашли место, где нам не должны были помешать.

Все переоделись. Девчонки уже хотели начать «гимнастику», когда я остановил их. Я решил предложить им ученичество. Предложить – не принять. Пусть думают сами. Я решение наконец принял, гнать я их не буду, а если так, то пусть всё идёт как идёт.

Проблем много объяснял я. Ци они приняли обе, но этого недостаточно. Я намного слабее чем мастер, который передавал мне мастерство. И так быстро, как у меня у них не получится. Минимальные требования к резерву высоки, но я теперь знаю, как преодолеть эту трудность. Потребуется только время. Остальное они постепенно, тоже немного медленнее чем я, но получат.

Самая большая проблема была в оружии. Меч мастера был один. Я проверил возможность улучшить другое клинковое оружие до такого уровня, но это требовало запредельных затрат как ОИ, так и ИЕ. Столько просто не было, и непонятно, когда будет. Тем не менее на ученический период для повышения умений и тренировок можно использовать и мой.

Пусть решают. Обе почти пятнадцать минут смотрели мастерские школы, а потом расспрашивали меня о том, что даёт моя. Мне понравилось, что они не кинулись сразу.

Потом Пэри позвала Куэсу, и они ещё пять минут о чём-то шептались в сторонке. Я пока лениво наблюдал как Агат гоняет уток.

Когда девчонки вернулись меня разобрал смех от того, как они серьёзно смотрели и как держались за руки. Начала Куэсу, она просила пообещать, что я не прогоню её до получения мастерства без… тут она запнулась, с её выходками найти повод несложно. Тогда вступила Пэри, решив, что ей проще и предложили перезаключить наш договор до момента, когда… и скисла. Я посмотрел в интернете, в формуле «мут'а» должен быть указан срок.

Я посмеялся и пообещал обеим, что приложу все усилия, чтобы они стали мастерами, а что касается их задумок, то это зависит только от них самих. Ничто не бывает навсегда, иногда хочется, но жизнь вносит коррективы. Пока всё идёт как идёт, а там посмотрим.

Потом был план исходя из имеющихся у них ОИ. А потом.

Являясь мастером первой ступени внешнего круга школы «Духовного оружия», вы можете делать предложения об ученичестве без согласования с кругом мастеров школы.

Сделать предложение об ученичестве во внешнем круге школы «Духовного оружия» игроку / НетДжингуджи Куэсу. Уровень 8? Да

Я подождал несколько секунд.

Внимание: Игрок Джингуджи Куэсу. Уровень 8 стал вашим учеником.

Потом на место Куэсу встала Пэри.

Сделать предложение об ученичестве во внешнем круге школы «Духовного оружия» игроку Анэхита Пэри. Уровень 8? / НетДа

Я подождал. Анэхита была быстрее.

Внимание: Игрок Анэхита Пэри. Уровень 8 стал вашим учеником.

Так, теперь, я вызвал меч мастера и дал в руки Куэсу – «ты изучаешь меч, первый уровень, а ты Пэри рывок». Собой займусь чуть позже. Потом был урок с японкой, а потом в четыре руки с Куэсу, пусть тоже тренируется лечили Анэхиту попробовавшую рывок. В общем всё примерно по тому же плану, что и у меня. Урок после изучения меча с Анэхитой. А потом я посмотрел на короткий спарринг, естественно не с мечами, а с тем, в чём у обеих был уже третий уровень. Скорее урок, потому что я попросил их двигаться не слишком быстро. А потом они удивлённо сказали, что движения изменились, мне это было очевидно по рисунку, но и они заметили. Дело было ещё и в том, что, вкладываясь в силу и получив усиление костей, у обеих изменился вес. Выглядели они так же, но пушинками ни та не другая уже не были, я это заметил ещё по себе. Кости, став в разы плотнее стали и тяжелее, то же и с мышцами. Было забавно, когда Пэри толкнула плечом не ожидавшую, точнее ожидавшую, но совсем не такого толчка японку и почти сбила ту с ног.

Торопиться с мечом смысла не было, пока нужны остальные инструменты, поэтому второй уровень они брать не стали. Забрал и отозвал меч.

Дальнейший план был понятен, Куэсу повторяет то, моё развитие в части Ци и умений, а Пэри идёт за ней.

Немного поработав над Куэсу исцелением, я потом позанимался с ней Ци, и, хотя она не перешла барьер, но вплотную подошла к двумстам. У меня было почти пятьсот. Но пока барьер не давался.

Девяносто пять ОИ не позволяли улучшать что-то серьёзное или брать новые умения, да и пока нужно было вывести на третий уровень последнее умение F.

Улучшить умение «Рывок» F+ (3 / 3) (40 ОИ)? / НетДа

Да. Контроль чувств. Даже и с контролем это было непросто. Но всё кончается и это завершилось.

Заодно, раз и так все мышцы болят, решил добавить ещё и головную боль и вложился наконец в интеллект и восприятие, доводя всё, что хотел развивать до десяток.

Проверил что получилось.

Параметры

Сила 9 / 10

Ловкость 10 / 10

Гибкость 10 / 10

Реакция 10 / 10

Выносливость 8 / 10

Живучесть 5 / 10

Интеллект 10 / 10

Восприятие 10 / 10

Везение* 4 / 10

Расовые / Игровые параметры

Интуиция 9 / 10

Дополнительные особенности

Духовная сила 4 / 10

Умения

Постоянная возня с фоновым исцелением постепенно даёт плоды и живучесть всё-таки поднялась, наконец. Но дальше скорее всего будет требоваться уже гораздо больше времени, если рост вообще будет. Посмотрим, может с двумя малолетками мне раньше выносливость потребуется. Раньше мне казалось, что интеллект должен был уберечь от таких приключений.

Пока развлекался девчонки по кругу занимались с Агатом и друг с другом. Напоследок, убрав оружие немного побегали с палками друг за другом, задание было аккуратно попадать по попе и. соответственно уворачиваться. С моим третьим уровнем рывка обе красотки только шипели и кричали вслед. Потом тренировались в излечении друг на друге.

Время было уже к шести, на вопрос будут ли они вместе со мной читать информацию из пакетов, они обе, заявили, что для серьёзных дел у них есть мужчина, и их доля слушаться. Видимо не были уверены, что смогут сидеть спокойно в ресторане и пока я читаю, собирались ещё повозиться с исцелением.

– Не хочу ничего читать, поехали поедим.

Ответные высказывания были осторожными, всё-таки теперь ещё и с учителем разговаривают. Но всё равно означали, что они пока не готовы садиться ни в такси, ни на стул в ресторане. Агат, видимо подслушавший речи учениц без цензуры, высказал предложение гнать их сейчас, пока ночью не задушили. Я возражал, что подерутся за право душить, и разбудят, так что попытка провалится. Девчонки, послушав рассуждения мужчин, пообещали разделиться, одна душит, а вторая отрывает крылья. Сделав вид, что поверил в реальность угрозы, занялся исцелением.

Переоделись и поехали ужинать, я хотел сесть на заднее сиденье, но после исцеления был шанс, что девицы передерутся, решая кто поедет на переднем, и решил не доводить. Пока ехали подумывал о том, не заставить ли их изучать русский и без карт, а так, по букварю, но после очередного ухаба услышав о чём они шепчутся, решил, что основной набор слов они и так воспримут достаточно быстро.

Пока ужинали, девицы вернули всё сторицей, так как не понижая голос решали кто первая сегодня каким образом, и не нужна ли помощь второй в особо сложные моменты. Сам напросился, бывает, решил я и поучаствовал, предложив им найти в интернете или придумать самим способ избежать необходимости ждать очереди. Хорошо, что от волнения Пэри иногда переходила на фарси, некоторые посетители понимали по-английски и уже начали оборачиваться. А так нить обсуждения иногда терялась.

К приезду домой, девицы разговорами завели себя так, что потребовали не вызывать Агата, он ещё маленький ему рано такое видеть.

Не желая отказываться от всех удовольствий, которые женщины должны приносить, я потребовал чай, и ушёл курить. В этот вечер Пэри почти не краснела в халатике от Куэсу, наоборот старалась почаще поворачиваться, заставляя и открываться разрезы, и качаться ожерелье. Возможно даже жалела, что вырез маловат.

Когда я попросил третью чашку. Куэсу сказала, что настоящие ценители чай в таких количествах не пьют. Пэри что удивительно, была с ней абсолютно согласна.

Расклады. – А покойничек опять в бубну. – Так за это канделябром! – Ну! Вот и…

Меня разбудил плач. Времени было чуть больше четырёх, начинало светлеть, но солнце ещё не встало. Анэхита пыталась тихонько плакать в подушку, но всхлипы было слышно и плечи дрожали. Куэсу тоже открыла глаза.

– Пэри, что с тобой? Пэри. – я попытался развернуть её к себе.

Японка вскочила и оббежав кровать присела рядом с плачущей. Обняла успокаивая. Та покрутила плечами, но постепенно затихла.

– Пэри, расскажи мне, что с тобой, что случилось?

Я попытался вспомнить, что могло вызвать такую реакцию, какие обиды. Вроде засыпала она если и не счастливая, то вполне умиротворённая.

Минут через пять-семь Анэхита совсем успокоилась и что-то зашептала на ухо склонившейся к ней японке. Можно было прислушаться, но, если меня касается, всё равно расскажут. А может вообще есть смысл дать им пошептаться? Я взял сигареты и ушёл на крышу курить.

Когда я вернулся, девушки были на кухне. Пэри сидела в моём халате, а японка заваривала чай голышом. Сегодня по поводу халата я выступать не стал. Начала Куэсу.

– Ей написал тот парень, с которым она ходила на миссии, и который её не защитил.

– Так бывает?

– Он просит прощения и пишет, что теперь он станет уважаемым бойцом, шейх отметит его, и никто не сможет обидеть его женщину. – с совершенно застывшим взглядом, без интонаций сказала Анэхита.

– Ты готова ему ещё раз поверить?

– У меня есть цель, а ты обещал. – теперь интонации появились, глаза, хоть и запавшие на осунувшемся вдруг лице загорелись почти по кошачьи.

– Я редко обещаю, но выполняю то, что обещаю.

Её прорвало, сначала она что-то начала резко говорить, видимо на фарси, а может на арабском, я не понимаю ни того, ни другого. Но когда Куэсу поставила перед ней чашку Пэри остановилась и на лице проявился почти звериный оскал.

– Я знаю куда они пойдут. Я пришла к ним в эту точку. Там какие-то строения гоблинов, но мало. И гоблины туда не приходят.

Куэсу погладила её по щеке и сказала – «давай, пожалуйста, сначала выпьем чай, убивать врага нужно не торопясь, если нам не нужно бежать сейчас, то мы пьём и наслаждаемся вкусом. Потом ты рассказываешь. Потом мы, а точнее твой муж решает, когда и как мы убиваем. Если он решает, мы идём. А пока, пожалуйста, выпей»

Это я кого пригрел? Это она чему улыбается? Контраст между внешним видом, тоном и словами был даже немного пугающим. Хотя она права, сначала пьём чай, потом слушаем, а потом… Ну, если я обещал, то девочка не должна больше плакать, по этому поводу.

Когда выпили по чашке, Анэхита уже спокойно, ну, может не совсем, но достаточно ровным тоном рассказала содержание письма.

Появилось новое задание Игры, новая миссия. В рамках этой миссии, как написал ей Рахим, не знаю, это ник или реальное имя, нужно найти какие-то камни. Один из бойцов группы не спал, когда появилось задание. После возвращения с миссии все спали, а он не спал. Они с Рахимом в группе парии, они не могут убивать так хладнокровно как остальные, это было не из письма, это она пояснила. Алим, так зовут второго, и Рахман, они молодые и они не сунниты, они сирийские алавиты. Поэтому их не уважают и третируют. Именно Алим выдал её другим мужчинам, он думал, что поднимется на том, что расскажет, что она женщина.

Но суть не в этом, оказывается эти камни отмечены на карте, карта закрыта, но на ней есть точки приходов и уходов игрока. И один камень оказался рядом с точкой, куда они приходили, и где был их лагерь для нападения на деревню гоблинов. В этом лагере её и насиловали. И она помнит, что Рахим убежал туда, к строениям, когда всё началось, а потом вернулся.

А сейчас он написал ей, что они с Алимом пойдут туда, на рассвете на два часа, после утренней молитвы, на два часа, чтобы успеть вернуться ко времени, когда все собираются к шейху на полуденную молитву и совет.

У нас как раз вставало солнце, пять минут в интернете и получалось, что нам нужно идти. Разница в часовых поясах полтора часа, но они южнее, если они шли на два часа у нас остаётся тридцать-сорок минут.

Даже если мы сходим зря, это не важно, девочка должна знать, что и я и Куэсу готовы идти за неё. Моя осторожность хотела поинтересоваться, сколько их может быть, но я сразу отбросил этот вопрос, если юнцы не смогут уйти тихо, то старшие не пойдут с ними, а заставят ждать выхода основной группы, молитву и совещание с шейхом не откладывают.

– Пэри сформируй миссию на час, минут через десять, – я вошёл на вкладку, наша группа из трёх человек пока не была расформирована.

Как только Пэри указала точку и время, Куэсу и я согласились. Все быстро покинули кухню, всё-таки переодеваться на ней втроём тесновато.

Всё, конечно, было несколько торопливо и скоропалительно, и мысленно я даже ворчал, и прикидывал, как буду объяснять, что любые действия требуют хоть какого-то планирования. Потом поймал взгляд Куэсу, она, заметив ответный покачала головой и приложила палец к губам. Ну, эта понимает.

Время действия портала Миссии № 4 (Разведочная) 00.04.00

Запомнить координаты точки выхода локации перехода? / НетДа

Да, запомнить. Отметил, что изменилось примечание к миссии и отбросил все мысли, всё потом, сейчас опасный момент и нужно быть внимательным.

Мы заранее договорились, что я пойду первым, мало ли что. Перед порталом никого не было, и я просто прыгнул вперёд, сразу уходя в кувырок. Сканирование, но это так, уже по привычке на утоптанной площадке никого не было. Махнул рукой и девушки вышли из своих порталов.

В одну сторону от площадки отходила утоптанная дорога в лес, а на другой стороне был забор из брёвен, вкопанных стоймя. В заборе были ворота. Всё старое, но со следами ремонтов. Используется, или использовалось до недавнего времени. В проёме ворот было видно большое бревенчатое строение с несколькими пристройками.

Сказав девушкам держаться за мной, пошёл к строению. В воротах ещё раз бросил сканирование – поиск разума, так чтобы накрыть всю территорию, обнесённую забором. Есть, две точки рядом метрах в сорока, видимо как раз за этим строением. Интересно, что это, нужно будет потом заглянуть.

Раз только двое, то можно отправить девчонок вдвоём слева, а самому оббежать справа. На всякий случай даже сделал рывок, чтобы оказаться рядом с замеченными объектами раньше, мало ли что.

Можно было не волноваться, у лоботрясов были пятый и шестой уровни, они не представляли опасности даже для одной из учениц.

Увидев меня оба, просто застыли. Даже не сделали попытки бежать или вызвать оружие. У них за спиной возникли девчонки.

– Привет, моя женщина пожаловалась мне на вас, кто из вас действительно виноват?

– Он… – начала Пэри.

– Пожалуйста, помолчи, – остановила её Куэсу – «они сами всё расскажут, они ведь умные, а кто-то всегда виноват больше, чем другой».

Был вариант просто прибить обоих из лука, или в перчатках, поединок – даже как-то смешно, да и заставить участвовать в нём невозможно. Но японка подала идею.

– Рахим, я слышал, что это Алим вас выдал? Как думаешь, может обида Пэри станет меньше, если ты отомстишь?