Надлом

Глава 1

С чего все началось?

Моя семья очень тесно дружила с семьей Крыловых. Несмотря на поэтичность фамилии, писателем из членов семьи никто не был. По крайней мере я не знала. Но если в своей семье я была единственным ребенком, то Крыловы плодились за всех, да и грех было не плодить таких красивых черноволосых детей.

Самый старший Антон - 28 лет. Работает в институте, лаборант. Тихий и спокойный, рассудительный молодой человек. Я его всегда считала своим старшим братом, к которому ни раз приходила пожаловаться на дураков учителей в школе, на первую любовь безответную. Дальше Катя - кареглазая хохотушка 27 лет. Озорница, душа компании, короче солнышко с невероятной улыбкой. Следующий Глеб, распиздяй, задира, заноза в заднице, 26 лет. Говорят, мы похожи - но ни капли! Скрытный, слова не добьешься, пропадал в универе сутками, но не учился ни черта! Зачем только корочку получал. Следующие - близнецы Мишка и Сашка, 20 лет. Не по годам умные ребята с горячим характером. На их фоне я чувствую себя 5 летней, хотя мы и ровесники. За ними - милашка Ася. 16 летняя красотка, которая взрослеет и становится краше с каждым годом. Характер спокойный, но знает себе цену и умеет добиваться желаемого. Ну и самое маленькое чудо - вокруг которого все порхают - Мирослава или Мируся. Малышка 5 лет. Очень ласковый и нежный ребенок с ярко зелеными глазами.

Мои родители и Крыловы знакомы еще с универа, они играли общую свадьбу. Но если Крыловы плодились с первого года, то родители еще 8 лет пытались зачать ребёнка. Так что я долгожданный и единственный ребёнок, которого по идее должны опекать и не отпускать ни на шаг. Но так как мама и папа часто в разъездах из-за непрекращающихся командировок, то у Крыловых я частенько оставалась на несколько дней. Поэтому сдружилась со всеми и считаю ребят своими братьями и сестрами.

Лет до 12 я оставалась у них стабильно на неделю раз в пару месяцев. После 12 мы переехали в другой город, периодически конечно я уезжала к Крыловым на каникулы, кроме последних 4 лет. А когда мне исполнилось 20, и я окончила 2 курс универа к нам в город переехали и они. Но все равно, пока переехали, пока закончили ремонт, пока ребят перевели в школу/универ - прошло еще полгода и дело близилось к новому году. Сессия сдана, впереди ожидания нового года подхлестывали и придавали серым дням яркие оттенки.

- Вася, ты занята на каникулах? - папа методично резал мясо.

- Не особо, мои все разъехались.

- Дорогая, - мама села рядом со мной и коснулась плеча, - Не хочешь погостить у кого-нибудь на праздниках?

- Только не говорите, что вы опять уезжаете...

Мама впала в легкий ступор, видимо заготовленная речь не подходила под мой ответ.

- Вась, у нас работа такая.

Меня как кипятком обдало. Такой спокойный и ровный тон. Словно ничего страшного нет в том, чтоб перед праздником свинтить в командировку.

- Вы каждый год меня бросаете и уматываете в свой Мурманск, - я до боли сжимала в руке вилку, твердо чеканя каждое слово.

- Прости, родная, - папа тоже сел рядом, стараясь не испачкать скатерть, - но ты же помнишь, что недавно Крыловы переехали к нам в город?

- И? - я сквозь слезы ковырялась вилкой в тарелке.

- Может съездишь к ним? Вы 4 года не виделись. Там малышка уже подросла. Дядя Умар и тетя Лиза давно приглашают тебя к себе.

- Опять избавляетесь?

- Василиса, прекрати, пожалуйста. Ты сама очень любишь Крыловых. И тебе нравится там. Вы с ребятами очень дружные, тебе не будет одиноко.

- Мам, у меня вопрос, - свой хриплый голос я едва узнала, - Если вы так хотели ребенка, 8 лет пыхтели, родилась я - вот она. Ну так может быть хватит бегать и бросать меня на другую семью у которых и так 7 детей? Один единственный раз мы провели праздники вместе, все было прекрасно! Почему нельзя остаться дома? Всех денег в мире не заработаешь, - я не заметила, как повысила голос. Но папин стук кулаком по столу вернул меня в реальность.

- Ты знаешь прекрасно, что мы тоже не в восторге от этого. Но мы уезжаем завтра. Вернемся 14 числа.

- Как скажешь, - я попыталась скрыть обиду и пообещала себе вдоволь нареветься ночью.

- Мы очень любим тебя, Вась, нам тоже тяжело от этого. Ты взрослая, и мы надеемся, что ты сможешь нас понять.

Я встала из-за стола и пошла в комнату, где включила фоном сериал и свернулась калачиком на кровати. Никогда не считала себя плаксой, но надеялась, что за 20 с хвостиком лет привыкну к постоянным разъездам родителей. Не привыкла и обида опять давит на меня. Ехать к Крыловым или остаться дома и опять делать что хочу? А чего я хочу? Да ничего.

Мысли о Крыловых незаметно заняли мою голову, и я начала вспоминать о том, как мы проводили время вместе. Антон, наверное, уже взрослый молодой мужчина, а он живет с родителями интересно? Катя, Глеб, Миша и Саша, Ася и Мирослава. Какие они сейчас? Незаметно для себя я уснула. Мне снились дядя Умар и тетя Лиза. Большой просторный дом, звуки горящих дров из камина. Кто-то держит меня за руку, а затем прижимает к себе. Тепло. Знакомый до боли запах пробирается в нос и почему-то в этот момент в животе запорхали бабочки...

Я открыла глаза и села в кровати. На улице была глубокая ночь. Из-за того, что фонарь за окном не работал уже пару дней, в комнате была тьма. На ощупь я встала и начала раздеваться, собираясь лечь спать дальше. Оставшись в белье подумала и сняла бюстгальтер, все равно утром проснусь одна, да и косточки давят на большую грудь. А зная родителей они либо уже уехали, либо сделают это рано утром.

Сев на край кровати, я начала расплетать свои косы, которыми гордилась. Толстая коса с кулак темно русого цвета доходила до колен. Иногда я бесилась и грозилась отрезать их. Но помню, как Глеб сказал мне однажды - у тебя красивые волосы. Мы были еще детьми, но я запомнила это и не отрезала волосы с тех пор. Не знаю почему меня цеплял этот придурок. Он зачастую цеплялся ко мне едкими комментариями, не обижал, но подначивал, задирал. А если я начинала обижаться или плакать, то смешно поджимал губы и уходил. У него были синие глаза, как у дяди Умара. Волосы всегда растрёпанные. Так, стоп! Почему я так много о нем думаю?

В животе опять порхали бабочки. Я даже приложила ладонь к плоскому животу, намереваясь почувствовать трепет крыльев сквозь кожу. Да ну, нет, мы не виделись с ним 4 года. Он гад и задира, какая к чёрту симпатия?

Психанув, больно дернула за спутанные волосы. Сна как не бывало. Один единственный раз я влюблялась, это был старшеклассник, которому я призналась в любви на выпускном. Тогда я была в 9, он в 11. Меня отвергли, и я ушла с выпускного домой реветь, не целованная. Помню, как по телефону разговаривала с Антоном, и он обещал расцеловать меня по-братски, чтоб не была не целованной. Сверстники мне казались тупыми, поэтому я заглядывалась на парней постарше. Но они как правило, были уже с парой, либо были пидорасами.

А вот Глеб. Я и сама не понимала, бесит он меня или нравится. Конечно его слова не на шутку обижали. Но иногда я замечала, что этот гад становится чертовски красивым. Помню, как мы все бегали на речку купаться. Я не взяла с собой купальник и поэтому только ноги мочила. Но соседский мальчишка столкнул меня в воду. Вот тогда Глеб пожертвовал своей футболкой и щеголял кубиками пресса. До сих пор помню его запах. Вздохнув, я легла в кровать и включила светильник.

- Я-то уж думал ты не закончишь вошкаться.

Боже, моё "блядь" услышал весь район.

- Не ори.

- Глеб? Какого хера ты тут делаешь? - я натянула одеяло, прикрывая свое полуголое тело.

- Да вот, за тобой приехал, а тут такие виды горячие, - молодой мужчина прищурился и наклонил голову в сторону, прядь ухоженных чёрных волос упала на глаза.

Я покраснела и натянула одеяло до носа. Глеб встал и бесшумно подошел ко мне. Сел на кровать, протянул руку и взялся за одеяло:

- Вставай, я не собираюсь ждать тебя до утра.

- Я не одета, выйди.

- Нет, вставай, - парень дёрнул одеяло.

- Глеб, я голая, - одеяло я удерживала с трудом.

- И что я там не видел? Давай вставай! - он дернул одеяло со всей силы так, что я не удержала его и упала на подушки, предоставив парню возможность рассматривать меня всю.

Глеб некоторое время без стеснения рассматривал мою грудь, а затем усмехнулся и склонился надо мной. Я пискнула, попытавшись прикрыться, но руки были прижаты к кровати.

- Ты что творишь, придурок?!

- А ты повзрослела. С нашей прошлой встречи тут, - он сжал свободной рукой мою грудь, - было не так... Рельефно.

Я начала не на шутку паниковать. Активно пинаясь ногами, пыталась вырвать руки.

- Отпусти меня! Я кричать буду!

- А смысл, твои уже уехали, - рука парня скользнула к талии. Пальцем он провел от живота, между грудей, к ключицам, по шее вверх к щеке. Мурашки покрыли все тело.

Мне стало очень страшно в момент осознания своей беспомощности. Это уже не детские игры. Парень нависал надо мной всем телом, прижимая мои руки так, что ладонями было трудно пошевелить. Его колено прижималось к моей промежности, вторая рука, едва касаясь, исследовала тело, Мне было приятно, и это было еще страшнее. Но что вдруг на него нашло. Он почти всегда отрешенно ко мне относился. Сейчас же на его лице застыл интерес, он изучал меня.

Но в синих глазах было не любопытство, а животная похоть.

- Глеб, прошу тебя, пожалуйста, остановись, - я старалась говорить спокойно, но голос дрожал.

- Ты боишься меня? - он прижался своим лбом к моему, его дыхание скользнуло по губам, отдавая ароматом кофе с примесью чего-то пряного.

- Да.

- Совсем немного, мне нужно лишь немного, - с этими словами губы парня едва коснулись моей шеи. Они были шероховатые, словно обветренные и искусанные. А я была в ступоре. Мое тело реагировало на прикосновения и ласки. Но разум брал верх. Парень отпустил мои руки, и я с силой оттолкнула его.

- Прекрати, что нашло на тебя?

Парень резко отпрянул, словно протрезвел.

Некоторое время Глеб рассматривал меня, о чем-то размышляя, пока я стыдливо куталась в одеяло, а затем привычно ухмыльнулся и прищурил глаза:

- А ты поверила? Дурнушка.

Меня как кипятком обдало. Былая симпатия пропала моментально, осталась лишь неприязнь и ярость. Я опомнилась лишь когда ладонь начала гореть, а голова парня откинулась в сторону от удара.

- Пошел вон.

- Собирайся, утром нас все будут ждать.

- Убирайся! - я нащупала книгу и швырнула не глядя. Парень схватился за глаз и вскочил.

Я испугалась и подорвалась с постели, забив на наготу. Волосы спутанными локонами упали на спину и прикрыли грудь. Убрав руки парня от лица, я увидела наливающийся синяк на лбу и довольно глубокую царапину на брови.

- Блядь... Какой же ты говнюк, Крылов! - я открыла комод и достала спиртовые салфетки.

- Прикройся, бестолочь, - парень выхватил салфетки и подошел к зеркалу.

- Раньше тебя это не ебало, придурок.

- Не матерись, рот с мылом вымой.

Накинув халат, я повернулась к молодому мужчине, вытирающему кровь.

- Глеб, что это было?

- Нападение на безоружного.

- Я серьезно, какого лешего ты меня лапал?

- Скучно стало.

- Я тебе не игрушка.

Синие глаза пригвоздили меня к месту.

- Да, ты не игрушка, - взгляд исподлобья заставил сделать шаг назад, - Ты та, из-за которой я ехал 2 часа через весь город, вместо того, чтобы развлекаться, просто потому что твоим родителям опять не сидится на месте. А ты настолько маленькая и не можешь позаботиться о себе, что наши родители снова заботливо берут тебя к себе под крыло. Ничего нового. Так что да, ты не игрушка. Ты - обуза.

Последняя фраза громом прозвучала в ушах. Обуза. А ведь и правда. Хоть мне и были рады, но дяде и тёте всегда приходилось заботиться обо мне. Готовить на одну порцию больше, на праздники готовить подарки и на меня. Для своих родителей я тоже обуза? Я им только... мешаю?

- Я не то хотел сказать, п...

- Езжай куда хочешь, - я отвернулась к окну, скрывая навернувшиеся слезы.

Повисшую тишину нарушила скрипнувшая половица на пороге моей комнаты и глухой хлопок входной двери через время. Я опустилась на колени и дала волю чувствам. Мне было обидно и очень больно от слов родителей, Глеба. Самое ужасное, так это то, что слова мудака были правдой. Наверное, а может и нет. Из-за того, что родители меня оставили в очередной раз, из-за того, что произошло, весь мир казалось обрушился. Депрессия, хули.

Поднявшись на ноги побрела к столу, где в ящике лежало то, что я обещала себе не использовать больше никогда. Тупой тонкий штифт от какой-то железки. Он помогал мне прийти в себя. Селфхарм это плохо, я это знала. Я не хотела искать помощь. Просто хотелось сделать что-то, чтобы стало легче на душе. Зажмурившись с силой и злостью провела несколько раз по бедру, там, где никто не увидит. Не открывая глаз, положила дрожащей рукой штифт обратно и села в кресло у стола. На душе стало пусто. И события прошедших суток, в том числе и с Глебом уже не кажутся такими ужасными. Стало как-то... все равно. Как и всегда после такого насилия над собой.

Просидев в кресле несколько минут, я решилась и взглянула на ногу. 5 ярко красных полос протянулись от линии трусов почти до колена. В этот раз я перестаралась, и они кровили, наливаясь синяками. Ну и похер. Все равно зима. На часах 4 утра. Ложиться спать? Не усну. Нужно занять голову и руки. Поправив халат, я вышла из комнаты, решив выпить кофе.

Глава 2

Странности

На следующий день за мной приехал улыбчивый Антон. Он крепко меня обнял, заботливо донес сумку до старенькой калины и всю дорогу рассказывал о том, как меня все ждут. Раньше я бы с радостью это слушала, но сейчас появился привкус горечи от его слов. Натянув милую улыбку, я кивала и слушала мужчину в половину уха. Лишь когда он рассказывал о своей невесте, я искренне порадовалась за него. Он такой молодой, а уже заведующий лаборатории. Семья скоро своя появится. Эх, будто вчера он сдавал экзамены в школе, а я делилась с ним шоколадкой, которую родители привезли мне из поездки. 2 часа прошли. Теперь я стояла у ворот огромного двухэтажного дома и обалдело оглядывала его масштаб.

- Васька! - Катя вылетела мне на встречу в пуховом платке и сгребла в охапку.

Я обняла девушку в ответ и заметила странное изменение. Живот.

- Кать, ты что?

- Ага, - лицо девушки лучилось счастьем.

- Скажи, что это пельмени.

- Только если 2 порции.

Я в шоке отошла в сторону и оглядела девушку ещё раз. Да нет. Это точно то, о чем я подумала.

- А почему не сказала?

- Хотела сюрприз сделать. Срок то ещё маленький. 16 недель.

- 16? А не 26? Ты прости, но пузцо большеватое. Нет, я рада за тебя, но ты, когда успела?

- Летом замуж вышла, муж сейчас в командировке, весной вернется. А там, - девушка нежно коснулась своего живота, - 3 малышей.

Я стояла в шоке. Новости одна за одной сыпались на меня как горох. Вот нас загнали в дом, и мы уже сидим за огромным столом. Тетя и дядя радостно суетились вокруг каждого члена семьи. Особенно доставалось беременной Кате и младшей Мире. Не хватало только одного человека, но я его и видеть не хотела.

- Мама, а где Глеб? - малышка неловко пыталась намотать спагетти на вилку.

- Он в университете, что-то там со своей группой решают, или записывают, - Мишка переложил фрикадельку из своей тарелки Мире. Та радостно улыбнулась и оставила спагетти в покое.

- Я же просил его оставить дела и побыть с семьей, - дядя недовольно смял салфетку в руках.

- Брось, пап, он своей кислой рожей все равно все испортит, - Ася разливала сок по стаканам.

- Ася, нельзя так о брате, - тетя погрозила девушке пальцем.

- Мам, но он правда странный какой-то в последнее время. Как переехали, так башня и поехала, - Саша поправил очки на переносице.

- Что ты имеешь ввиду? - я наклонилась ближе к парню.

- Ну он в универе же давно там, закончил. А на последнем году у них группа сформировалась. Вот он там и остался. А как мы переехали, так он оттуда вообще не вылезает, не рассказывает ничего. Только иногда слышим, как он ночами поздно приходит.

- А он играет?

- Поёт.

Да уж, не ожидала такого поворота. Ну не снаркоманился и то славно. Хотя какое мне дело. С Крыловыми мне предстоит провести все праздники и каникулы. Но я знаю, что в любое время могу вернуться домой.

День прошёл, я помогла убрать со стола и поднялась на второй этаж в комнату, которую мне выделили. Она не была большой, но уютнее моей раз в 10. Просидела перед окном больше часа, не зная, чем заняться. Вдруг из-за стены послышались голоса Мишки и Сашки за стеной:

- Не знаю.

- Он звонил, сказал, что не приедет сегодня.

- Придурок, нельзя матери позвонить?

- Может Антон пусть его привезёт?

- Ты что, у нашей крали муза, его величество изволит творить.

- Скорее вытворять.

- И то так. То бросаю, то нет. Вроде старше, а мозгов нет. Васька приехала, а он шляется.

Ничего не поняв, я спустилась на первый этаж, убедившись, что ванная свободна и поступает в мое пользование бессрочно. Огромная ванная быстро набралась, и я с наслаждением погрузилась в горячую воду. Волосы ореолом окружили меня в воде. Сейчас они казалось отливали золотом. Я не смотрела на время, но его прошло достаточно много. Так что мурлыкая под нос что-то заурядное, принялась за волосы. Вдруг дверь в ванную открылась и в комнату кто-то ввалился. Я взвизгнула и прикрылась, не понимая, как такое произошло, ведь на замок закрывалась. И тут этот кто-то откинул капюшон:

- Это уже входит в привычку, встречать меня голышом?

Глеб стоял в черном мешковатом худи и черных джоггерах с цепями по всем ногам. Но не это отвлекло мое внимание от едкого вопроса.

- Ты покрасился?

Глеб непонимающе покосился на меня и подошел к зеркалу. Не осторожничая протер рукавом поверхность и уставился на отражение. Не веря своим глазам, потянул за прядь:

- Определенно белые.

Я немного ошалело следила за движениями данного персонажа ровно до тех пор, пока он не стал раздеваться.

- Какого хера ты творишь, иди вон!

- Не ори. Хочешь, чтоб сюда все сбежались?

Глеб остался в штанах, наклонился над ванной и отобрал у меня из рук лейку.

- Блядь, как вы девушки в кипятке купаетесь, - зашипел он, настраивая воду.

- От вас, чертей, спасаемся, - я отодвинулась дальше от холодных брызг, втайне радуясь пышной пене, которую сама себе сделала.

Некоторое время он поливал свою бестолковку водой, пытаясь смыть цвет.

- Дай шампунь, - не глядя он протянул руку.

Я стала искать глазами неизвестный флакончик и ничего не нашла, поэтому дала свой.

- Теперь как ты буду вонять подорожником.

- Это пихта, умник.

3 намыливания не дали результат и волосы оставались белыми. Видимо Глеб порядком устал и теперь просто уткнулся лбом в край ванны.

- В пизду, буду белым значит.

- Твое тело - твое дело, - я пожала плечами.

- Вылезай, я тоже хочу искупаться, - Глеб поднял голову и теперь струйки воды стекали по лицу и плечам. Слегка смугловатая кожа теперь ярко контрастировала с волосами, и эта сволочь была до одури красивым мужиком.

- Отвернись хотя бы, я вылезу.

- Ой, что я там не видел, - парень даже не пошевелился, но закрыл глаза.

- Поверь, даже после произошедшего, мне есть что скрывать, - я невольно коснулась рукой бедра, понимая, что даже обернись я в полотенце, раны никуда не денутся и будут видны. А сейчас кожа распарена, и они как никогда сияют на коже. Блин, что делать. Надеяться на честность придурка не хотелось, ладно, будь что будет. Я встала в огромной ванне и повернулась к Глебу спиной, быстро прикрыв тощую задницу полотенцем.

- У тебя красивые ноги.

Я чуть не подпрыгнула, потому что парень провел пальцем по моей лодыжке.

- Я не понимаю, что с тобой происходит. Ты то говоришь мне, что я красивая, то оскорбляешь. Определись уже, придурок! - я повернулась к нему лицом и упрямо смотрела в синие глаза. Вчерашняя рана на его лице все еще сияла красноватым росчерком.

- Только зачем ты портишь свою красоту? - Глеб резко встал и отодвинул полотенце, открывая своему взору плоды моей тайны. Прошло мгновение, и я дёрнулась, чтоб вернуть полотенце обратно. Но ванна была еще скользкой от пены, и я поскользнулась. Наверняка упала бы, если бы Глеб не удержал меня.

- Ты дура?

- Что дура, ванная скользкая, - я упиралась руками в плечи парня, надеясь, что полотенце не соскользнёт.

- Зачем ты себя калечишь? - Глеб смотрел прямо в глаза, а душа словно наизнанку выворачивалась.

- Просто поцарапалась.

- Не ври, я эти следы от чего-угодно отличу.

- Я не хочу об этом говорить, - я опустила глаза и убрала руки.

Но Глеб напротив, взял меня за талию и с легкостью достал из ванны, поставив на коврик. Теперь наша разница в росте была ощутима. Я едва до носа ему доставала.

- Это из-за моих слов?

- Я не хочу сейчас об этом говорить, тем более с тобой, - я все еще злилась из-за его слов.

- Василиса.

- Глеб, прошу, - я смотрела в пол на свои красные от горячей воды ступни. Мои ноги были маленькими по сравнению с его. Оно и понятно, мужчина же. Короче я всеми способами пыталась отвлечь сама себя от дурных воспоминаний.

- Хорошо. Но когда будешь готова, расскажи мне, - парень разжал руки, освобождая меня из капкана.

- Нет, Глеб, не хочу быть обузой или очередной дурнушкой в твоей жизни, - не дожидаясь ответа, я схватила вещи и выскользнула из комнаты.

Не слыша за стуком сердца своих шагов, поднялась на верх в комнату. Только за закрытой дверью я почувствовала себя в безопасности. Закрывшись изнутри я откинула полотенце на кровать и рассмотрела ногу еще раз. 5 царапин с кровавой корочкой уже были не синими, а фиолетовыми с желтым оттенком. Но не это меня беспокоило. Кто-то это увидел, увидел и понял, что это. И этот кто-то - Глеб. Это позор, хуже, чем пройтись голой по городу. Эмоции начали разгораться и брать надо мной верх. Не отдавая себе отсчета, я начала неистово царапать свой живот, словно пыталась содрать кожу. Остановилась только тогда, когда стало невыносимо больно, и эта боль привычно заглушила мысли и эмоции в голове. Даже смотреть не хочу, что я с собой сделала. Натянув футболку на голое тело, я упала без сил на кровать. Живот болел и саднил, но я лишь сильнее обняла подушку и закрыла глаза, забываясь беспокойным сном.

Глава 3

Хочу послушать

Утро началось для меня со звонка куратора. Курсовая, которую я сдала, была потеряна. И теперь мне нужно ее заново отпечатать и сдать. Наспех одевшись, я выскочила из комнаты и помчалась вниз. Благо Антон собирался в университет и подбросил меня к моему корпусу. Спустя некоторое время я в обнимку с курсовой (боже храни добрую библиотекаршу) стояла перед кабинетом куратора. Неловкий стук и я вошла в темную маленькую каморку.

- Здравствуйте, Петр Михайлович.

- О, Веснецкая! Веришь ли, ну такое чувство, что корова языком слизала курсовую. Мы с Мариной всю кафедру обыскали. Ты уверена, что сдавала ее?

- Конечно, я ее еще до 10 числа сдала.

- Странное происшествие. Прости, видать кто-то ее по ошибке взял.

- Все хорошо, Петр Михайлович. Я принесла копию, ведь не поздно?

- Конечно нет. Я читал твою курсовую и, признаться, поражен. Признайся, помогал кто?

- Нет, сама писала, - я слегка смутилась.

Помню этот бессонный месяц корпения и сбора статистики. Одногруппники не заморачивались и склепали свои работы из палок и говна. Я же решила выпендриться.

- Достойная работа. У тебя безусловно талант. А коль уж так получилось, то есть предложение. На каникулах, посиди и подумай над тем, чем тебе было бы интересно заниматься. В какие темы углубиться. Так может мы с тобой до твоего диплома наклепаем статей? И тебе плюс и мне. Ну как?

- Я обязательно подумаю, спасибо!

Довольная я вылетела из кабинета и помчалась на первый этаж. Но на лестнице столкнулась с Глебом. Он даже взгляд на меня не поднял, прошел мимо, как будто я стена.

- Глеб, подожди, Глеб, - громкий возглас девицы раздался эхом в стенах универа.

Я прибавила ходу, не хотела становиться свидетелем чужого разговора, хотя любопытство было не малым.

- Ну Глеб, пожалуйста.

- Что? - по недовольному тону парня было понятно, что на разговор он настроен меньше всего.

- Ты не ответил мне, - девушка в ярко зелёном брючном костюме запыхалась от быстрого подъема.

- Что я должен сказать?

Я, все-таки, остановилась пролетом ниже и украдкой слушала разговор, сделав вид, что копаюсь в сумке.

- Ну обычно люди на признание в любви отвечают или да, или нет, - в голосе слышится надежда.

А внутри меня на миг все замерло. Ну, впрочем, чего удивляться. Глеб красивый молодой мужчина, весь из себя загадочный плохиш, такие нравятся девочкам. Не хочу сама себе признавать, но где-то глубоко в душе, прямо за обидой и злостью мне тоже нравился Глеб. Но только как человек. Так! Хватит думать о нем!

- Ты отвратительна, София, - леденящая ненависть заставила меня поднять голову наверх, туда, где шёл диалог.

- Зачем ты так говоришь?

- Ты позвала меня, вывела на разговор, видя в каком я состоянии, да еще и совратить пыталась.

- Тебе же нравилось. Ты сам был не против.

- Я был пьян, дура.

- Но нравилось же.

- Ошибаешься. В моих мыслях была другая, не ты. Дешёвка, - Крылов словно выплюнул последнее слово.

- Да как ты смеешь?

Хлесткий звук удара снова раздался эхом.

- Ха-ха-ха, - смех Глеба морозил кожу, - А кто ты? После того, как тебе не удалось присесть на мой член, ты убежала к другому. Что, думаешь вас никто не видел? Дешёвка. Так ненавидеть свое тело нужно постараться. А сейчас оставь меня в покое. Ты мне безразлична, абсолютно.

- Ты сам уехал потом, ты бросил меня.

- Я уехал гораздо позже, когда ты сидела на очередном хуе.

- Замечательно, тогда забудь о своем участии в группе. Я скажу Кириллу и посмотрим, кто останется солистом.

- Вот и посмотрим, чего стоит наша мужская дружба. Удачи, дешёвка.

Звук удаляющихся шагов вернул меня в реальность, и я пулей слетела с лестницы. Получается, когда он приехал за мной тогда ночью, он был пьян? Но я не чувствовала запаха алкоголя. Что-то тут не так. Да и он сказал, что в кого-то влюблен. Нет, не так. Он представлял на месте этой Софии другую., а это не одно и то же. Помню, как "подружка" говорила, что до безумия влюблена в нашего преподавателя, но это не мешает ей спать с одногруппником. А может Глеб так сказал, лишь бы девушка оставила его в покое? Ничего не понимаю.

Я вышла из университета и присела на скамейку, погрузившись в мысли. Слишком многое стало происходить вокруг меня, нужно разобраться в этом. Получается нужен стакан алкоголя, листок и ручка. По-другому не разберусь. Не знаю сколько я так просидела, но от мыслей меня отвлекло движение рядом.

- Скажи дура? - Глеб откинул волосы со лба и достал сигарету.

- Угу, прости, что подслушала, - я виновато вжала голову в плечи, забыв, что обижаюсь на него.

- Ну теперь ты тоже знаешь мою тайну, - парень глубоко затянулся и невзначай коснулся моего бедра, там, где были порезы.

Я кивнула, хотя не понимала, какую тайну я узнала от этого мракобеса.

- Глеб, дай сигарету, пожалуйста.

- Чего? Ты ж не куришь.

- Ты многое обо мне не знаешь, - я чиркнула зажигалкой и закурила.

- Да, 4 года не прошли бесследно, а, Вась?

Глеб заглянул мне в глаза и впервые за долгое время улыбнулся, вот так открыто, по-детски. Я улыбнулась в ответ. Этот момент показался мне таким светлым и ярким, несмотря на серые облака и быстро приближающийся вечер, всё-таки зима. Даже не верится, что мы вот там можем сидеть спокойно, не подначивать друг друга. Видимо поддавшись располагающей атмосфере, я согласилась на предложение Крылова поехать вместе к ним домой. Когда мы садились в машину, мне показалось, что я увидела ту самую Софию в зеленом костюме.

- Ты чего зависла?

- Нет, ничего.

Путь предстоял не близкий. Сначала по городу ехать почти час, и это в лучшем случае. Карты показывали начинающиеся пробки - все ехали с работы. Потом за городом еще минут 40. Так-то Крыловы взяли большой дом, двухэтажный, уютный. Но он был у черта на куличках. Представить не могу, во сколько все встают утром, что успеть в садик/школу/универ.

- Глеб, можно спросить?

Парень кивнул, параллельно сворачивая на главную улицу.

- А как ты оказался в моем корпусе? Ты же универ уже закончил, ладно к Антону бы зашел, но он то в другом работает.

- Серьезно, ты уверена, что именно это хотела спросить? - Глеб бросил на меня насмешливый взгляд.

По телу пробежали привычные мурашки, но я уверенно кивнула, нервно перебирая косу.

- Я правда к Антону заехал. А в корпусе у тебя аспирантом подрабатывает Кирилл, мой хороший друг. Так вот я к нему и ходил.

- А та София, - Глеб поморщился при ее упоминании, - она что-то про группу говорила.

- Да ни черта она не сделает. Только визжит зазря. Я из группы сам уйти решил, собственно поэтому к Кириллу и ходил.

- Почему ты решил уйти? - мне было интересно, как сильно парень откроется мне.

- Нужно думать о будущем. Скоро Катька разродится. Пусть ее Влад и работает хорошо, и зарабатывает не мало, но помощь то все равно ей будет нужна. Мелкая растет. Нужно работу искать, а не в студиях сидеть. Хотя я, наверное, все равно бросить не смогу. Так и буду песни на диктофон писать, - в голосе слышалось сожаление, а нервное постукивание пальцев по рулю выдавало его.

- Включи.

- А?

- Включи свою песню.

Усмехнувшись, Глеб достал из магнитофона флэшку и полез в бардачок, случайно коснувшись моего колена. Спустя мгновение он извлек другой накопитель и вставил в магнитофон.

В салоне машины сгущается вечерняя тишина, нарушаемая лишь глухим биением моего сердца и первыми аккордами песни. С каждым новым звуком по телу проходят импульсы, все сильней и сильнее. И вдруг начинается сам текст. Голос Глеба, такой непривычный и мелодичный. Даже не верится, он так умело играет им. Когда наступает припев — все словно взрывается: мощные гитарные риффы и голос Глеба врезаются в сознание, раскатываясь по всему телу волнами напряжения.

Я закрыла глаза: английский знала плохо, но текст льётся потоком, слова пронзают насквозь, и я понимаю их на каком‑то интуитивном, животном уровне. Каждая нота отдаётся в груди, в висках, в кончиках пальцев — будто эта музыка и есть мой собственный невысказанный крик. Момент передышки во втором куплете сменяется густым и низким скримом. Внезапно все стало ярче, голос Глеба, запах его кожи, даже мое собственное дыхание стало громче в момент очередного припева.

И вот снова я чувствую, что что-то внутри меня ломается и собирается вновь. Музыка бьет в сердце ритмом, разливаясь в крови. Теперь я стала этой музыкой. Но вот она стихла. Я была в ступоре, пытаясь собрать себя по кусочкам после такого раздрая. Поверить не могу, что это пел Глеб. И он хочет бросить?

- Ну как? - волнение парня выдавал стук пальцев по рулю и закушенная нижняя губа.

- Не бросай.

- Понравилось? - он довольно улыбнулся, - музыку Кирилл помогал писать, с текстом мучились, припев то сразу появился. А куплеты по факту - нейросеть.

- Хочу ещё, - я с какой-то надеждой и желанием посмотрела прямо ему в глаза.

Не знаю, что он увидел в моем взгляде, но в сознание его вернул лишь сигнал сзади стоящей машины - мы слишком долго стояли на месте и водитель терял терпение.

- Давай выпьем? - Глеб делал вид, что не слышит противного гудка.

Я поддалась и кивнула, хочется забить на все и делать то, что хочется, не думая о последствиях. Должно же у нас наступить перемирие.

- Давай ко мне? Родителей нет дома. Включим музыку в колонки и будем пить до утра.

- Как скажешь, маленьким надо уступать.

Я не удержалась и треснула его по руке, чем вызвала лишь смех.

Глава 4

Его тайна

Мы свернули в улочку, закупились в ближайшем магазине и направились к моему дому. На город опускалась тьма, лишь фонари вырывали из ее объятий дома частного сектора. Наш дом был поменьше, чем у Крыловых. Но радовало то, что на 3-4 дома от нас не было ни души. Дома были дорогие, и не все могли их себе позволить. Глеб загнал машину во двор, а я писала сообщение тёте Лизе, что буду ночевать сегодня у себя. В голове бушевал ветер, выдувая разум. Я делаю то, что хочу. А сейчас я хочу слушать его музыку и пить. Мы расположились в зале, потому что туда папа купил домашний кинотеатр и колонки будут долбить что надо. Это я уже проверяла в моменты своего отчаяния и само сожаления.

- Разберешься с бухлом? Я хочу в душ быстро сходить, - я сунула Глебу в руки 2 бутылки джина.

- Иди уже, я пока настрою все.

Я влетела в ванную и, быстро раздевшись, подставила тело под струи воды, зашипев от боли - разодранный живот напоминал предшествующие события, но я лишь отмахнулась. Не зря мама меня уткой называла, люблю в воде плескаться. Но сейчас я не стала намываться, уж слишком болел живот и новые отметины. Наскоро ополоснувшись от геля для душа, я замоталась в полотенце и ужом проскользнула в комнату. Надев домашнее платье глубокого синего цвета и натянув гольфы - пол в доме был холодным - я вышла в зал. Глеб сидел на диване, по-мальчишески поджав ноги под себя, и клацал пультом пытаясь включить музыку.

- Твой хваленый кинотеатр не видит мою флешку.

- Давай, - я забрала из его рук бокал с джином и пульт. Пока парень возмущался, я глотком осушила сосуд и парой кликов нашла нужные данные.

- Засранка.

- Вы готовы погрузиться в атмосферу блядства и куража? - алкоголь чуть ударил в голову, и я чувствовала себя раскованной.

- Ты блядушница? Не знал, - Глеб наполнил второй стакан и тоже залпом выпил.

Его острый кадык двигался в такт глоткам. Изумительное зрелище.

Я лишь рассмеялась и включила трек, который играл в машине. Снова электрические разряды прошили все тело. Я не сопротивлялась им, в перерывах вливая в себя новые порции алкоголя, пытаясь утопить в нем разум. К черту всё. На припеве я вскочила на ноги и начала скакать как умалишённая. Пусть музыка не кончается, пусть овладевает моим телом, а я лишь сосуд. Песня закончилась, пытаясь отдышаться, повернулась и поперхнулась воздухом. Глеб сидел оперевшись локтями на колени и крутил пустой стакан в руках. Его синие глаза блестели в темноте и смотрели на меня исподлобья. На губах застыла улыбка. Как хищник перед решающим броском.

- Глеб, ты чего? - я убрала волосы со лба.

- Хочу ещё.

Опять на губах эта ухмылка. Мне так захотелось стереть ее с лица, что, не отдавая отчет о своих действиях, я подошла и присела перед ним на колени. Он не двигался и ждал, что я буду делать. Я потянулась за бутылкой на столе. Глеб прикрыл глаза и двинулся мне навстречу, но его встретила бутылка со спиртным. Он непонимающе открыл глаза.