ПИП

*Пип.*

*Пип.*

*Пип.*

-–

Этот звук. Опять. Всегда.

Монотонный. Прерывистый. Бесконечный.

*Пип. Пип. Пип.*

Как же он меня достал.

-–

Я сижу здесь. Уже сколько? Час? Два? Время размыто. Всё сливается в одно. Только этот звук – постоянный, неумолимый, как метроном.

*Пип.*

Какую жизнь я прожила, если подумать.

Пятьдесят два года. Из них половину – с мужем. Двадцать шесть лет вместе. Это много или мало? Не знаю. Раньше казалось – вечность впереди. А теперь понимаю – пролетело как один день.

*Пип. Пип.*

Господи, ну зачем этот звук такой противный? Кто его придумал? Не могли что-то приятнее сделать? Что-то… мягкое. Не такое резкое.

-–

Дети.

Интересно, где они сейчас? Что делают?

Марина, наверное, на работе. Она всегда на работе. Карьеристка моя. В меня пошла, наверное. Или нет… Я никогда не была такой целеустремлённой. Я всегда просто плыла по течению.

А Саша? Саша, наверное, дома с внуком. Или гуляют в парке. Он хороший отец. Лучше, чем был мой муж. Хотя… справедливости ради, муж старался. Просто времени всегда не хватало. Работа, работа, работа.

*Пип.*

Этот звук…

-–

Муж.

Интересно, думает ли он обо мне сейчас?

Наверное, нет. Он, скорее всего, на работе. Или с друзьями в гараже. Машину ковыряет. Он всегда был там, в своём гараже, больше, чем дома.

Или… нет. Стоп.

Может, он вообще с кем-то? С другой?

Я всегда это подозревала. Те поздние возвращения. Те «задержался на работе». Те командировки, в которые он уезжал так радостно, будто на курорт.

Может, у него кто-то есть?

*Пип. Пип.*

А может, и нет. Может, я просто параноик. Всегда была.

-–

Мама говорила: «Ты слишком много думаешь. Перестань накручивать себя».

Мама.

Господи, как я по ней скучаю.

Десять лет уже прошло. Десять лет, как её нет. А кажется – вчера.

Рак. Быстрый, злой, беспощадный.

Четыре месяца от диагноза до конца. Четыре месяца ада.

Я помню, как сидела у её кровати. Держала её за руку. Она была такая маленькая, худая, почти прозрачная. И смотрела на меня. И говорила: «Не плачь. Всё хорошо. Я не боюсь».

А я боялась.

Боялась, что она уйдёт. Боялась остаться без неё. Боялась, что не справлюсь.

И вот она ушла.

И я осталась.

И справилась.

Но до сих пор скучаю.

*Пип.*

Почему этот звук не заканчивается?

-–

Папа умер раньше. Я была маленькая. Мне было восемь.

Инфаркт. Прямо на работе. Упал – и всё. Даже скорая не успела.

Я помню похороны. Много людей. Все плакали. А я стояла рядом с мамой и не понимала, почему папа не встаёт. Почему он лежит в этом странном ящике и не открывает глаза.

Мама потом объясняла. Долго, терпеливо. Но я всё равно не понимала.

Понимание пришло позже. Намного позже. Когда я сама стала взрослой. Когда поняла, что смерть – это навсегда.

*Пип. Пип. Пип.*

Ненавижу этот звук.

-–

С чего началась моя болезнь?

Я не знаю. Врачи говорили что-то про стресс. Про переутомление. Про «нужно было раньше обращаться».

Но как обращаться, если ты не понимаешь, что что-то не так?

Сначала просто усталость. Ну, устаёшь – нормально, правда? Кто не устаёт?

Потом головные боли. Ну, голова болит – выпил таблетку, прошло.

Потом головокружения. Ну, давление скачет – у всех скачет в этом возрасте.

А потом вдруг – бац. И всё изменилось.

*Пип.*

-–

Интересно, чувствую ли я своё тело?

Вроде нет. Вроде ничего не чувствую. Только этот звук.

*Пип. Пип.*

Может, это и есть смерть? Просто звук? Бесконечный, монотонный звук?

Нет. Я не умерла. Я же думаю. Значит, я жива.

Я думаю, значит, я существую.

Декарт, кажется, так говорил.

Или Паскаль?

Не помню. Философия была в школе так давно.

-–

Школа.

Я была хорошей ученицей. Не отличницей, но хорошей. Четвёрки, редко пятёрки. Старалась.

Любила литературу. Не любила математику. Хотя учительница по математике была добрая. Всегда пыталась объяснить так, чтобы я поняла. Не всегда получалось.