Федерация. Прапор

Глава 1

Июнь 2025 года.

Россия. Луганская Республика.

Зона Специальной военной операции[1].

Сумерки опустились на окружающую местность вместе с оглушительной тишиной. Не стрекотали сверчки, напрочь отсутствовало пение птиц, даже ветер и тот взял паузу, лишь изредка, как будто нехотя, беспокоя верхушки деревьев в этом небольшом хвойном лесу, точнее в том, что от него осталось. Ещё недавно он был полон звуков, жизни, работала артиллерия, играющая в кошки-мышки с противником, который упорно и раз за разом пытался её поймать, а та, в свою очередь старалась всячески этого избежать и побольнее ужалить в ответ. Сейчас же все спешили забраться в свои блиндажи-берлоги и иные укрытия, дабы переждать ночь, когда будет властвовать БПЛА[2].

— Командир, нам обязательно ехать сейчас? — обычно спокойный Медведь сейчас был зол, в гробу он видел эти ночные незапланированные поездки. — Позавчера ведь еле отбились от двух FPV[3], когда из города сюда заскакивали.

— Медведь, не бухти, я сам не в восторге от этого. Думаешь мне заняться больше нечем? Вот возьми почитай, что мне тут написали.

Взяв протянутый ему телефон, Медведь начал читать, бормоча себе под нос:

— Командиру роты БПЛА с позывным *****[4][вырезано цензурой]незамедлительно выдвинуться к головной базе подразделения в населённом пункте ********. Провести необходимые мероприятия по подготовке встречи высокого командования из штаба округа… в составе с ******[вырезано цензурой]командиром в/ч № 1******[вырезано цензурой].

Чем дальше читал Медведь, тем быстрее, как воздушный шарик, спускался накал его негодования и тем больше на его лице было принятия необходимости грядущего ночного вояжа.

— Растолкай Механа, пусть будет готов через 30 минут выезжать. И ещё, Медведь?

— Да?

— Выдвигаемся втроём, даст Бог, к следующей ночи вернёмся.

В назначенное время с позиций, не включая фары, в кромешной тьме выдвинулся УАЗ.

Движение по ночному лесу, где не было нормальных дорог, а были лишь направления, при постоянной опасности с воздуха превращалось в опасную лотерею .

Механ, сидевший за рулём автомобиля, на ощупь вёл его вперёд, по пути, который знал, как свои пять пальцев, но нет-нет, на мгновение включал фары, чтобы снизить вероятность повстречаться с сосной или иным хвойным обитателем этого леса, коих в изобилии было понатыкано в каком-то безумно хаотичном порядке. Детектор БПЛА молчал, и сидевшему за пультом Медведю не понадобилось включать РЭБ[5].

Песчаная дорога из лесного массива сменилась свежим асфальтом. Его уложили буквально на днях, и Механ втопил педаль газа в пол, не забыв включить фары. УАЗ стремительно летел по улицам города ******* [вырезано цензурой], который, несмотря на то, что уже не находился в зоне поражения миномётов, ствольной артиллерии, но каждый день здесь сжигались машины, гибли военные и гражданские люди, после регулярных прилётов БПЛА противника.

Город остался позади, впереди был ещё один в состоянии не лучшем, чем предыдущего. Его уже обогнули по объездной, чтобы не тратить лишнее время, и пройдя несколько блокпостов, благо с документами у них все было в порядке и помех движению в комендантский час не было. Их УАЗ без проблем выбрался на равнинную местность и подгоняемый Механом ускорился вперёд.

Раньше здесь был лес, но война полностью его уничтожила.

Слева и справа были лишь жалкие остатки выгоревшего соснового леса. Всё это уже дорисовывало сознание Прапора, ведь едва ли узкий луч фар их автомобиля мог осветить весь масштаб катастрофы, свалившейся на эту землю.

Где-то там вдали стоят в ожидании, замершие истуканами ветряки и силуэты терриконов, образовавшихся в процессе выработки угля.

От дальнейших мыслей Прапора отвлекли росчерки устремившихся в небо друг за другом двух ракет и последовавшие за этим две вспышки в небе. Сработало ПВО, возможно, даже что-то сбили.

Взрывы произошли справа, на большой высоте. Более точно трудно было сказать. Ночь была безлунной и взгляду попросту не за что было зацепиться. Прапор предположил, что объект не был слишком мелким, и спустя десять-одиннадцать секунд до них дошёл звук взрыва, из-за которого Механ непроизвольно дёрнул руль влево, едва не опрокинув УАЗ на бок с последующим путешествием в кювет, но всё же сумел удержать машину и, выжимая последние лошадиные силы из двигателя, стал набирать скорость.

— Механ, тормози! Это не по нам работают! — последовал приказ Прапора. Свист покрышек резко останавливающейся машины, пассажиры которой от резкого торможения подались вперёд. — Механ, ты нас когда-нибудь так угробишь.

А дальше, дальше началась дискотека…

ПВО продолжало свою работу. Выпустили ещё две ракеты.

Первая взорвалась, не долетев около тридцати метров, снова на время осветив округу. Неизвестный борт озарился изумрудным светом, чем-то похожим на северное сияние.

И тут прилетела вторая ракета, попав точно. Очередной взрыв, но уже ближе к объекту. Он не упал, хотя на его обшивке как будто появилось пламя, затем он устремился в направлении УАЗа, снижая высоту и набирая скорость.

Быстро пересёк рубеж дороги, попутно обдав военных волной горячего, раскалённого воздуха.

После этого пошла очередная порция ракет. Всё происходящее в небе напоминало Прапору сильно рассерженный и потревоженный улей. ПВО-шники или встали не с той ноги, или не на шутку сильно разозлились.

Раз, три, пять, восемь ракет. Дальше уже можно было не считать. Всё внимание было сосредоточено на развернувшейся битве. Летело с разных направлений. Противник отстреливался, маневрировал. Навстречу ракетам летели лучи необычайно ярких трассеров, которые сбивали подлетающие ракеты, а от некоторых ракет противнику удавалось увернуться, и ракеты, пролетев дальше, совершали самоподрыв, но противник не мог полностью избежать попаданий, три или четыре ракеты точно поразили врага, а возможно, и больше.

Видимо, пилот решил сменить тактику, так как изменил траекторию и начал практически вертикальный набор высоты.

На горизонте показались новые ракеты, но сложилось впечатление, что работали чем-то другим… С-300? С-400?

Попали хорошо. Два взрыва, объект на мгновение завис в одной точке, а затем огненный метеор устремился к земле.

Конечный пункт был недалеко от команды Прапора, которая к тому моменту уже покинула стоявшую на обочине машину, и во все глаза смотревшую за происходящими в небе событиями.

Сомнений в том, что стреляли по врагу, у Прапора не было.

В нашей армии нет ни одного воздушного судна, способного выдержать такое количество попаданий, да и в ПВО не идиоты служат. Только что они за несколько минут выпустили около двух-трёх десятков ракет.

Это и близко не вертолёт. Объект имел множество двигателей у основания и в «корме», чем-то напомнил Прапору самолёты вертикального взлёта, что когда-то применялись на авианосцах, и ЭТА хреновина была здоровой!

— Прапор, посмотрим? — решил поинтересоваться Медведь. Ему очень хотелось посмотреть, но последнее слово оставалось не за ним, а Механ, Механ уже давно свалил бы отсюда подальше.

— Да, жаль не сможем никому передать информацию, чёртовой связи, как всегда нет. Берём оружие, пойдём с ПНВ[6]. Фонари не включаем. Вдруг кто-то катапультировался с этой хреновины и лучше раньше времени не выдавать себя.

Место падения было относительно недалеко, около одного километра по прямой от дороги. Добирались минут пятнадцать-двадцать, и это ещё быстро, хорошо помогали ПНВ, пришлось обходить пару небольших водоёмов, «обосновавшихся» в низинах, глубину и содержание которых лучше не проверять.

Поваленные остатки былого леса и уже местами плотный, невысокий, колючий кустарник скорости не прибавляли.

Также был велик риск переломать ноги в одном из окопов, траншей, воронок от взрывов или вовсе рухнуть в обвалившийся или разобранный блиндаж.

— Б… чёртов кустарник, как же он меня… — далее идёт непередаваемая игра слов в исполнении Медведя.

— Жрать надо меньше, глядишь, и цепляться к тебе ничего не будет. Всё, тишина. Подходим, — сказал Прапор и перехватил Вал[7] в удобное положение, чтобы в любой момент быть готовым открыть стрельбу.

Прапор шёл в голове группы и его взору первым предстал пылающий огнём объект, частично ушедший в грунт.

Треугольной формы, тридцать-сорок метров в длину и около двадцати-двадцати пяти в ширину в зоне кормы. Аэродинамической формы, но крылья практически отсутствовали, либо объект умудрился потерять их при падении или в результате работы ПВО.

Объект рухнул в широкий овраг, поэтому, если не видеть самого момента падения, то находясь у дороги, точное место было бы сложно определить, хотя Прапор был уверен, что зарево от пожара без труда можно разглядеть издалека.

Всё, что могло гореть вокруг объекта, горело, но дальше этого пламя не перекидывалось, и при отсутствии ветра огонь не спешил распространяться в стороны.

Подобраться ближе пятидесяти метров было невозможно, хотя и не очень-то хотелось, вдруг этот корабль, так Прапор решил его называть, рванёт, СВО кровью приучило не подходить ко всему, что падает, а уж тем более горит или оставлено не тобой, относиться с разумным подозрением.

Тройка укрылась у самого края оврага, за поваленной сосной, не бог весть какое укрытие, но за неимением иного, сойдёт и такое, и приступила к наблюдению.

Вид на происходящее внизу был отличным.

Корабль имел два источника огня. Спереди, где у нормальных самолётов располагается кабина пилота, которую просто снесло одним из попаданий, это место не только горело, но и обильно искрило.

А вторым источником была пробоина по левому борту, почти у самой кормы, очень близко к кормовым двигателям.

Через это место вытекала и горела синяя жидкость, растекаясь вокруг, как лава из жерла пробудившегося вулкана.

Даже находясь на почтительном расстоянии, жар стоял неимоверный.

— Командир, что это за хрень? — впервые с начала всех событий Механ подал свой голос. А ведь его и в обычное время не заткнуть, а тут будто воды в рот набрал.

— Нашёл о чём спрашивать. Я сам впервые вижу такое, — Прапору очень хотелось закурить, что он и сделал, достав и закурив сигарету, по-прежнему находясь в укрытии.

Однозначно, они не были единственными, кто видел воздушный бой, и это место будут искать, Прапор ожидал прибытия представительной делегации, но как скоро их найдут, вот в чём вопрос.

— Нам бы сейчас спутниковый телефон, — сказал Механ и глубоко вздохнул.

— Размечтался, скажи спасибо, что ушли от бафиков[8] на нормальные радиостанции. Так, не будем тут рассиживаться. У нас ещё куча дел и основную задачу никто не отменял, — произнёс Прапор и, подведя итог своим размышлениям решил не тратить и дальше своё время.

Ведь не будь этих событий, они бы уже приближались к базе.

— Мы с Медведем остаёмся здесь, а ты дуй к машине и гони к ближайшему блокпосту, тут ехать всего-то минут пятнадцать-двадцать. Там передашь всё, что тут произошло, и по возможности, если там будет связь, сообщи «нашим», что у нас появились непредвиденные обстоятельства, опоздаем. Потом возвращайся назад. Если ещё сможешь кого-то оттуда прихватить с собой, то это вообще будет замечательно. Связь будем держать по рации. Всё. Иди, — отдал последние указания Прапор.

Механ отвернулся, проверил снаряжение, которое разболталось за время их путешествия, и, опустив ПНВ на глаза устремился в темноту, выполнять приказ.

Неожиданно со стороны корабля раздался грохот, смешанный со скрипом. Часть его борта свалилась вниз и была чем-то похожа на опустившуюся аппарель, только эта не опустилась плавно, а свалилась вниз, разбрасывая из-под себя синюю «лаву».

В открывшемся провале также полыхало пламя, а спустя мгновение из него вырвалась фигура, объятая огнём.

Она сбежала вниз и у самого края аппарели сделала длинный прыжок, почти перепрыгнув образовавшееся озеро «синей лавы», но не хватило совсем немного.

Одна нога всё-таки угодила в «лаву» и вспыхнула, как спичка, едва прикоснувшись к ней.

Фигура продолжила движение и упала на землю, перекатилась вперёд, погасила пламя на своей одежде, попыталась встать и прыгать вверх по склону на одной ноге, но снова упала и, без дальнейших попыток встать, поползла вперёд в сторону засевшей в укрытии тройки, медленно удаляясь от корабля. Вторая нога врага отсутствовала до самого колена, её как кошка слизало пламя.

Прапор с Медведем взяли противника на прицел, сняли оружие с предохранителя, но огонь пока не открывали.

Выбившаяся из сил фигура, облачённая то ли в скафандр, то ли в какой-то защитный костюм, видимо выбилась из сил и уже с трудом ползла наверх, скорость её подъёма стремительно снижалась, таким темпом наверх ей точно не выбраться.

Треск ломающихся ветвей и топот, будто сквозь лес мчался здоровенный лось, раздался позади команды, и Прапор с Медведем едва не нажали спусковой крючок на оружии.

Но это был не лось… Из кустарника выскочил Механ.

— Механ! Какого х… лешего ты тут делаешь? Я тебе что сказал делать? Твою мать, ты где должен быть?

— Командир, я так и делал. А потом, потом я вдруг услышал грохот, решил, что что-то случилось и вам понадобилась помощь, — сказал Механ и потупил ошалелый взгляд.

Всё это Прапор не видел, а уже чувствовал спиной, лишь ненадолго отвлёкшись на прибытие подчинённого и снова продолжив наблюдение за происходящим в овраге.

— Рация тебе на что, болван, если бы понадобилась твоя помощь, я бы тебя вызвал.

— Прапор, посмотреть бы, кто это, может быть, он ещё живой, а то ведь может сгореть, даже костей не останется, — подал свой голос Медведь и он был прав, озеро, пусть и неспешно, всё же расширяло свой огненный капкан, а температура медленно, но неуклонно поднималась.

— Да, согласен, сейчас попробуем вытащить. Механ, прикрываешь нас, раз уж пришёл. Медведь, спускаемся. Механ, только не пристрели нас.

Медведь и Прапор начали спуск вниз, разойдясь в стороны, уйдя с линии огня Механа.

Края оврага были песчаными и довольно крутыми. Температура росла по мере спуска, но оставалась терпимой, на уровне хорошей русской бани.

К тому моменту, когда они добрались до цели, тело лежало на месте, уткнувшись «лицом» в землю и уже не двигалось. Не было понятно, жив он или уже нет.

— Медведь, переверни его, — сказал Прапор, чуть смещаясь и беря противника на прицел.

— Горячий скотина, даже сквозь перчатки руки обжигает, — недовольно проворчал Медведь.

У перевёрнутого тела не было видно лица, шлем чем-то схожий со шлемом лётчиков, только этот, казалось, наглухо был соединён с основной частью костюма, только если на лётчиках он сидел, как мешок, то здесь он имел рельефные очертания.

Части левой ноги не было, теперь она начиналась с колена, где присутствовал опалённый кусок мяса, сочащийся кровью.

Больше не было ничего такого, за что можно было визуально зацепиться, да и времени в обрез. Жар усиливался.

— Командир, что будем с ним делать?

— Что и собирались, вытаскивать, что же ещё. Медведь, накинь ему на ногу турникет[9], а то вдруг пока будем тащить, вытечет через этот обрубок, а уже после, наверху нормально обработаем, — ответил Прапор и уже в рацию сказал. — Механ, спускайся, поможешь Медведю вытащить эту тушу.

— Принял, — ответили по рации, и вот уже вниз устремился резвый Механ.

У них были с собой компактные сетчатые носилки, и, не сильно церемонясь, они поместили на них груз, закрепили его и, взявшись с одной стороны, потащили.

Так начался их подъём наверх. В броне, с оружием, обливаясь потом, они постепенно затаскивали носилки вверх.

Прапор бы и рад был помочь товарищам, однако у него не так давно был рецидив со спиной, пришлось две недели провести в горизонтальном положении на позициях и руководить подразделением в таком состоянии.

Поэтому он старался без лишней необходимости не тревожить спину, если только от этого не зависела его жизнь или жизнь его товарищей.

На подъём ушло в три раза больше времени, чем на спуск.

Поднявшись наверх, приземлились на облюбовавшуюся ранее сосну и, тяжело дыша, все от души приложились к своим флягам.

— Прапор, я не хочу повторять этот квест. Он тяжёлый, собака, а тут ведь ещё и не хилый подъём. Хотя по нему не скажешь, ощущение, будто сотню весит, без ноги, — подал первым свой голос Медведь. — Что дальше будем с ним делать?

— Хотите его тащить до машины? Думаю, нет. Поэтому вы пока отдыхайте, а я сейчас обработаю его рану. Да и не помешает вколоть ему обезболивающее, а то если очнётся, то устроит нам тут, серенаду. Механ, надеюсь, вторая попытка привести сюда помощь будет более удачной, хотя, возможно, тебе даже не понадобится никуда ехать. Я не удивлюсь, если возле нашей машины уже кто-то есть из тех, кто двигался мимо или тех, кто целенаправленно искал место падения. Эти варианты будут для нас даже удобнее. Ну и готовимся писать бумажки, я так думаю, мурыжить нас с вами будут не один день, так что запланированный отпуск откладывается.

— Ну ё-моё, командир, а я себе участок под дом присмотрел, думал, если понравится, то приобрести.

— Медведь, ты уже полтора года его ищешь и никак не можешь купить, успеешь ты себе построить берлогу, война ещё не закончилась. Ты видишь её конец? Я лично не вижу, и ты, наверняка, тоже. Отдохнули? Всё, Механ, хватит рассиживаться, вперёд и брось заниматься самодеятельностью, тебе нахрена рация дадена и на плечи голова посажена. А мы пока с Медведем осмотрим этого…

Шипение рации прервало монолог Прапора. В чистом небе стал нарастать гул. Он приближался, и Прапор поймал себя на мысли, что почти точно также звучал упавший корабль, конечно этот был несколько тише, но он мог и ошибаться…

Над кораблём, в нескольких сотнях метров появилось странное марево, сквозь которое искажалось звёздное небо, и судя по всему оно и являлось источником звука.

Вниз устремились потоки воздуха и пламя, окружавшее корабль, разгорелось с новой силой.

Это последнее, что запомнил Прапор, перед тем как наступила тьма и сознание покинуло его.

[1] В дальнейшем сокращенно зона СВО

[2] БПЛА — беспилотный летательный аппарат

[3]FPV — беспилотник, управляемый с помощью специальных очков или шлема

[4] В дальнейшем командир будет именоваться «Прапор»

[5] РЭБ — это средство радиоэлектронной борьбы

[6] ПНВ — прибор ночного видения. (в данном случае крепится на шлем)

[7] Вал – бесшумный автомат, предназначенный для поражения целей в условиях, требующих ведения бесшумной и беспламенной стрельбы

[8] Радиостанция Баофенг — дешевая радиостанция с незащищенными каналами связи, которую легко может прослушивать противник.

[9] Турникет (кровоостанавливающий жгут) в медицине — это устройство для временной остановки кровотечения из крупных кровеносных сосудов.

Глава 2

Солнечная система.

За два дня до событий, произошедших на Земле.

Покой космического пространства в этой части вселенной был нарушен выходом корабля из гиперпространственного прыжка. Выпрыгнув, он какое-то время двигался по инерции, а затем стремительно ускоряясь взял свой путь к центру системы. На чёрно-сером борту корабля выцветшими, когда-то белоснежными, но уже давно утратившими прежний лоск буквами, было написано «Анти»[1].

В рубке Васкес принимал короткие доклады со всех постов, сидя в своём кресле.

— Капитан, навигационная система сканирует пространство, пока всё в порядке, выпрыгнули в запланированной точке, — докладывал первый пилот, которого звали Фенрис, в то время как второй пилот управлял кораблем.

— На радарах чисто, щит поднят, переведен на максимум, ракетные установки, турели и орудия противокорабельной обороны[2] готовы к бою, — последовал доклад от оператора, который управлял бортовым вооружением, отвечал за защитные системы корабля и также за обнаружение противника в космическом пространстве.

— Капитан, двигатели в норме, реактор работает штатно, — доложили по связи техники, что находились на другом конце корабля, поближе к своему основному и самому главному хозяйству.

— Старпом, что у тебя?

— Капитан, экипажи челноков и разведчика заняли свои места, готовы к вылету. Абордажная команда готова к отражению атаки.

— Проявляли недовольство?

— Немного, бойцы из команды Роуда пытались возмущаться, но он сам с этим разобрался, мне не пришлось вмешиваться.

— А у Крайтара?

— У новичка всё в порядке, хотя, мне кажется, не стоило брать его в команду.

— Опять ты за своё, Рок? В ССП[3] он был штурмовиком, и раз он дожил до момента попадания к нам в команду, то не стоит сомневаться в нём и недооценивать. Тем более, что мне его порекомендовал Гаусмен, а я ему доверяю, так что закрываем эту тему.

Единственным, кто не доложился, был Винс — опять, наверное, летает где-то в облаках в своём медицинском отсеке.

— Винс?! Ты там живой? — решил на всякий случай, уточнить капитан.

— Да, да, капитан, извините, отвлекся, изучал очень интересный труд галенов по биоинженерии… — начал оправдываться медик, но был прерван криком.

— Идиот! Ещё раз подобное повторится, и изучать будешь в открытом космосе, где тебя никто не будет отвлекать! — проорал по общему каналу связи Васкес, хорошенько выпустив пар. — Ладно, раз всё спокойно, то сделаем так. Роуд, Крайтар, вашим людям отбой, пусть занимаются своими делами. Все остальные трудятся согласно вахтенному графику. А ты Рок, бери техников и ещё раз тщательно проверь челноки, они нам скоро понадобятся.

— Хорошо, капитан, — Рок решил не злить лишний раз капитана и его грузная и массивная фигура, облачённая в чёрную форму, скрылась по направлению к ангарам, соседствующим с реакторным отсеком, где поблизости ютились техники, Барри и Чу.

Все члены корабля носили форму чёрного цвета, поверх которой надевались боевые костюмы или силовая броня, имевшие некоторые отличия в моделях и характеристиках, в зависимости от специфики работы и назначения. И это снаряжение каждый себе приобретал сам.

Пилоты старались брать костюмы или броню с усилением реакции и взаимодействия с интерфейсом корабля. Наличие нейросети было важным фактором для работы с силовой броней и различными интерфейсами, без неё эффект был уже не таким.

Техники ориентировались на опции взаимодействия с техникой, частично они были схожи с пилотским, но имели ряд отличий.

Штурмовики же носили усиленные боевые костюмы или более мощные силовые доспехи. В каких-то были усилители для работы с тяжёлым вооружением, в каких-то скорость реакции, а где-то и вовсе и того и другого. Отдельные модели могли иметь силовой щит, ёмкость которого была сильно ограничена. Это лишь малая часть того, что могло встретиться на космических просторах.

— Фенрис, сколько нам осталось лететь до спутника?

— Двенадцать часов, капитан!

— Понял, сообщите мне, как будем подлетать, я буду у себя.

Обратная сторона Луны.

12 часов спустя.

Инструктаж, как всегда проводился в кают-компании, после того, как предварительно удалили всех, для кого озвученная на нём информация будет лишней.

В зале, за небольшим столом, остались четверо.

Старпом занял место рядом с капитаном. Роуд с Крайтаром разместились напротив. Роуд и Крайтар были практически одного возраста, но по внешним признакам этого так не скажешь.

Крайтар имел типичную для представителей ССП внешность: светло-коричневая кожа, коротко стриженые русые волосы, зелёные глаза, широкий и массивный торс — машина, а не человек.

Роуд был прямой его противоположностью. Бледный. Всё лицо в шрамах и со следами ожогов, которые он давно мог удалить в медицинском отсеке, но по каким-то своим причинам не делал этого. Сквозь обезображенное лицо проницательно смотрели серые с лёгкой синевой глаза. Длинные серые волосы, убранные в хвост. Сухой, поджарый и на полголовы ниже Крайтара.

В центре вращалась голограмма планеты, на которой должна была проводиться операция.

— Итак, господа, перед вами планета, местные называют её Земля. Для Роуда и Рока это уже знакомое место. Пятнадцать циклов[4] назад они уже посещали её. В этот раз у нас будут некоторые изменения. Наши местные «партнеры» в предыдущий раз посоветовали расширить сотрудничество и дать возможность ещё одному участнику присоединиться. Я был не против, поэтому на голограмме вы можете заметить две точки. Рок, ты связался с посредниками?

— Да, капитан. Ещё на подлёте к спутнику, я сообщил им о нашем прибытии и мной был получен ответ, что всё готово и в указанное время они готовы прибыть на место.

— Есть что-то, что мы ещё должны знать? — решил поинтересоваться Крайтар, после чего получил укоризненный взгляд от Роуда, недвусмысленно говорящий: «Ну ты-то куда лезешь, когда спросят, тогда и будешь говорить».

— Да, — сказал Рок, и не обратив внимания на новичка продолжил. — Вторая «новая» сторона сообщила, что у них идут незначительные боевые действия с повстанцами и просили проявить осторожность. Также на орбите болтается много космического мусора, с момента последнего посещения его стало заметно больше.

— Понятно… — сказал Васкес и задумался, пока остальные молчаливо ждали его решения. — Роуд, полетишь в ту же точку, что и в предыдущий раз. Крайтар, ты со своими отправляешься к «новичкам». У старпома возьмете переводчики, общаются только старшие члены команд. Прилетели, загрузили на месте «груз», выгрузили то, что мы для них приготовили, это также получите у старпома. И ещё Рок, пусть будет готов корабль-разведчик, на случай непредвиденных обстоятельств и передай пилотам координаты их точек. Вылетаем через двадцать три часа.

Ангар корабля, из которого только что стартовали два космических челнока, устремившихся к планете, представлял собой переделанный когда-то давно грузовой отсек, за счёт которого расширили пространство ангара. В изначальной версии это был корабль класса «малый транспортник» производства ССП, доставшийся капитану по совершенной случайности, имел куда более скромные возможности. Сейчас, при желании, «Анти» мог вместить на свой борт с десяток истребителей.

Все шло по намеченному плану. Челноки вошли в атмосферу в указанном для них месте. Роуд отправился на север западного полушария, как называли его местные, он уже шёл на посадку, в то время как корабль Крайтара огибал планету, его точка была в восточном полушарии.

Информация о полёте проецировалась на шлем Крайтара, и он наблюдал за ним со своего места. В кабине пилота было недостаточно места, чтобы могли разместиться двое. Поэтому он находился за стеной, сюда были выведены дублирующие мониторы, транслирующие картинку с обзорных камер челнока.

Остальная команда разместилась в грузовом отсеке, в котором были оборудованы пассажирские места для его команды. Подчинённые бодро общались между собой, шутили, смеялись. Крайтар не влезал в их разговор, лишь краем уха вслушивался, стараясь думать только об операции.

Из этих размышлений Крайтара отвлёк пилот челнока.

— Командир, у нас проблема, наблюдаю перегрев южного энергоканала, питающего маскировочное поле. Не знаю, насколько его хватит. Какие будут приказания? — доложил пилот.

— Продолжаем спуск. Мы не можем выбиться из графика, я попробую связаться со старпомом или капитаном. Пока же не меняем планов, — закончив разговор с пилотом, Крайтар установил связь с кораблем. На том конце был Рок.

— Что у тебя, Крайтар? Уже прибыли на место? Грузитесь?

— Никак нет, мы пока снижаемся к планете, пилот сообщил о технической проблеме, у нас может отказать маскировочное поле, я приказал продолжить полёт, но это повышает риски….

— Правильно сделал, при подготовке мы заметили некую проблему, но тут нужна замена всей энергосистемы, а мы сможем это сделать только когда прибудем на станцию. Я совсем забыл тебя предупредить об этом. Надеюсь со щитом проблем нет?

— Да, то есть нет. Всё нормально, — ответил совершенно сбитый с толку Крайтар. Какого «варга»[5] ему об этом не сообщили? Пусть даже сказали бы перед самым вылетом. Интересно, капитан, в курсе?

— Ну вот и славно. Продолжайте полёт.

Канал связи отключился.

Поверхность Земли приближалась. Глядя на мониторы, Крайтар отметил, что поверхность под ними зияла чернотой. В том месте, куда лежал их путь, напрочь отсутствовали огни городов или какие-либо другие признаки присутствия местных жителей. Странно всё это.

Зум… зум… зум… появилось мигающее сообщение на панели:

— «Внимание! Перегрев! Внимание! Перегрев! Маскировочное поле будет отключено! Маскировочное поле будет отключено! Отключение через пятнадцать секунд. До времени повторной активации пять минут!»

За этим сразу же последовал вызов от пилота.

— Командир, маскировочное поле…

— Вижу, можешь не продолжать. Через пять минут повторно включим, не знаю, на сколько нам хватит его в следующий раз.

Прогнозам Крайтара не суждено было сбыться. На обзорном мониторе появились две, быстро приближающиеся, огненные точки.

— Нас атакуют! Командир, уклоняюсь, активирую турель! — Пилот закричал в общий канал, как кетцаль.

Челнок резко дернулся в сторону. Несмотря на специальные кресла, экипаж ощутил сильную перегрузку. Бам! Челнок сотрясло.

Где-то внизу послышались гул и залпы турели, которой, судя по всему, пилот пытался сбить ракеты или их часть, а они всё летели и летели.

«Внимание! Внимание! Критически низкий уровень заряда силового щита! Перегрев! Внимание! Перегрев! До автоматического отключения щита. Десять… девять… восемь…»

Челнок сотрясло ещё несколько попаданий, первое попадание уничтожило щит, и он упал до нуля, а после второго погасли обзорные камеры по левому борту, удар ракеты пришёлся по нему, внутри корабля появился стойкий запах гари и дыма.

— УВОДИ ЭТУ ПОСУДИНУ НА КОРАБЛЬ! — приказал Крайтар. Плевать на задание, выбраться бы живыми!

Снова вдавила перегрузка, но теперь чувствовалось, что они летят вверх, в космос, а потом слитные взрывы и последовавшая ударная волна, выбили весь воздух из лёгких и Крайтар отключился.

Старпом влетел в рубку. Капитан был зол — нет, не просто зол, ОН БЫЛ ЗОЛ. С огромным трудом сохраняя самообладание, он сообщил капитану:

— Минуту назад мы потеряли связь с челноком Крайтара. Последнее сообщение было о том, что их атакуют ракеты! Много ракет!

— Капитан, быть может, это повстанцы, о которых нас предупреждали? — осторожно спросил старпом.

— Какие нахрен повстанцы могут завалить челнок с маскировочным полем и силовым щитом? — продолжал бушевать капитан.

— Капитан… тут такое дело… незадолго до этого со мной связывался Крайтар и сообщил о проблеме с челноком, что-то с энергосетью. Более точную информацию смогут сообщить техники… через какое-то время…— ответив на вопрос капитана, Рок замер, но его ощутимо потряхивало, а лицо стало красным и без труда можно было заметить вздувшиеся вены на его объёмном лице.

В рубке воцарилась звенящая тишина. Все замерли.

— Что ты только что сказал…?

— Капитан, я подумал, что это не должно быть проблемой, и Крайтар, он сам настаивал продолжить свою миссию, взяв всю ответственность на себя, — по лбу толстяка текли капли пота, а лицо имело такой оттенок, что еще чуть-чуть и он сравняется по цвету с раскаленным соплом двигателя их корабля.

Взгляд капитана испепелял. Рука потянулась к бластеру, висящему на поясе, но остановилась на половине пути.

— Ты меня очень разочаровал Рок. Очень. Я позже решу, что с тобой делать и как наказать. А пока срочно отправь разведчика к точке падения, надеюсь, с этим у тебя не возникнет проблем?!

— Конечно, конечно… я мигом! — утирая пот со лба, старпом развернулся и побежал в ангар, подальше от Васкеса, пока тот не передумал. С капитаном он постарается поговорить позже, когда всё уляжется. Теперь главное, чтобы весь пропавший экипаж погиб, тогда не возникнет проблем с тем, чтобы свалить всю вину на них. Можно было бы попытаться договориться с пилотом разведчика, чтобы он помог ему, но это человек Васкеса, и он точно сдаст его ему, поэтому Старпому остаётся только надеяться.

Ортис находился возле своего корабля, когда Рок передал приказ капитана. Он без промедления стартовал из ангара. Новости были откровенно плохие. Они потеряли один челнок. А другая команда завершила погрузку и была на пути к кораблю, отправлять её с грузом для поисков никто не собирался, это было попросту глупо.

Разведчику понадобилось вдвое меньше времени. Уже пройдя верхние слои атмосферы, он спешно спускался вниз. Найти место падения не составило труда. Аварийный маяк с челнока работал, но даже если бы его не было, это не стало бы проблемой. Среди «чёрного моря» темноты пылало яркое огненное пятно. Сканеры воздушного пространства ничего не показывали — чисто. Маскировка работает, щит поднят.

Челнок не реагировал на запросы. Ортис включил сканер и продолжил снижение, постепенно расширяя радиус поиска, что сразу же принесло результат.

«Обнаружен слабый источник сигнала. Провожу опознавание. Источник опознан, как командир Крайтар. Тревога! Зафиксированы критические показатели организма. Угроза жизни носителя.»

«Обнаружены живые разумные организмы. В количестве трёх единиц! Провожу поиск по базе данных. Поиск завершён. Найдено совпадение. Особи мужского пола, жители планеты Земля… Для опознания личностей объектов недостаточно информации в имеющейся базе. Требуется…»

Получив эти данные, Ортис напрямую связался с капитаном и сообщил о своей находке.

— Капитан, челнок уничтожен полностью. В живых только Крайтар, показатели слабые, не уверен, что дотянет до корабля, обнаружил рядом с ним трёх местных, какие будут приказы?

— Спускайся, забери Крайтара и троицу тоже с собой, если Крайтар умрёт, попробуем допросить их, а затем уже избавимся. Крайтар нужен мне ЖИВЫМ!

— Есть капитан, выполняю.

Связь отключилась.

Активировав пси-излучатель, который в космическом бою был практически бесполезен, он отправил импульс, предварительно снизив его мощность до минимума, чтобы не поджарить местным мозги, а заодно и Крайтара, хотя того защищал боевой костюм, но лучше не рисковать.

Ортис вырубил троицу, и их фигуры рухнули на землю. Выпустив посадочное шасси, разведчик приземлился. Ортис знал, что атмосфера Земли пригодна для дыхания, поэтому он, не задумываясь, открыл шлюз.

В разведчик ворвалось облако песка и пыли. Видимость была ужасной. Времени ждать, пока всё осядет, не было.

Пилот побежал к лежавшему Крайтару. В первую очередь необходимо позаботиться о нём.

Переведя свой костюм в экстремальный режим работы, он потащил пострадавшего к кораблю. Как долго Крайтар находился без сознания, было неизвестно. Сейчас главным было поскорее подключить к нему аптечку. Она работала по принципу: положил и забыл. Ортис не знал, что в ней было, но он делал так, как показывал Док.

С трудом раскрыв нагрудник Крайтара, пилот положил на него содержимое аптечки, которое выпустило захваты и прикрепилось к организму. Дело было сделано, теперь загрузить остальных и улетать отсюда. Эта планета всё меньше и меньше нравилась ему.

На погрузку и перетаскивание тел ушло совсем немного времени, но оно показалось Ортису вечностью, так что он с огромным облегчением заскочил в своё пилотское кресло и стартовал с поверхности по направлению к спутнику.

В душе он очень надеялся, что ему не придётся больше возвращаться сюда…

[1] В данном случае надпись на одном из галактических языков и переведена для удобства читателя.

[2] В дальнейшем сокращенно ПКО

[3] ССП — Союз Свободных Планет.

[4] В книге галактический цикл, равен земному.

[5] «какого варга» — галактический аналог какого чёрта»

Глава 3

Обратная сторона Луны

«Анти»

Ангар

Заложив небольшой вираж, Ортис влетел на разведчике в ангар, где его уже дожидалась представительная компания. Не медля ни секунды, он открыл шлюз и сразу же был оттеснен в сторону Винсом, который проскочил мимо него к пострадавшему. Ортис побыстрее покинул свой корабль, чтобы не мешаться Доку, и стал дожидаться чуть в стороне.

— Роуд! Двух человек ко мне, быстро! Подтаскивайте гравиплатформу, живее, живее, — Винс начал отдавать указания, вытаскивая Крайтара, и совместно с двумя бойцами Роуда переносить его на платформу, где он дополнительно начал что-то подключать к пострадавшему.

— Что это за ерунда у него на ноге? Ортис это ты сделал? — спросил Винс, но увидев, что тот отрицательно покачал головой, обратился людям Роуда. — Всё, в медотсек его, шевелитесь, шевелитесь! Он в очень тяжёлом состоянии!

Ортис подошёл к стоящим в стороне Роуду и Року. Начал докладывать им о произошедших событиях, но сразу же был остановлен Роудом:

— Позже доложишь. Как только у Винса будут новости, капитан заслушает доклады в кают-компании, нет смысла повторять одно и то же дважды. Можешь пока отдыхать.

— Хорошо, но у меня там на борту ещё трое, «в отключке», взял их по приказу капитана. Я дал им небольшую дозу излучения, поэтому через пару часов они начнут приходить в себя. Что с ними делать? — Ортис вопросительно посмотрел то на Старпома, то на Роуда, ожидая распоряжений. Те явно были озадачены. Неужели капитан им не сообщил об этом, странно, но это не его дело, он всего лишь обычный пилот.

Рок первым отреагировал на услышанное:

— Роуд, пусть твои люди перетащат их в каюту № 9, там сейчас пусто. Я иногда использую её как склад, а «этих» нельзя отправлять к остальным в грузовой отсек. И да, пусть не забудут их полностью обыскать и надеть браслеты. А я пойду и загляну на всякий случай к Доку. Вдруг у него появились новости.

— Сделаем, старпом, — произнёс Роуд, после чего отрядил для выполнения задачи своих людей, лишь мельком посмотрев в спину удаляющегося Рока.

Подчиненные подкатив новую платформу, стали вытаскивать пленных и проводить обыск. Ножи, гранаты неизвестного типа, у двоих были пистолеты и прочая мелочь.

Затем один из бойцов вытащил неизвестное оружие в количестве трёх единиц, по размерам было схоже с их типом, но гораздо более тяжелое и наверняка примитивное.

— Командир, а что нам с этим делать? Выбросить?

Роуд с укором посмотрел на Ортиса:

— И нахрена ты это с собой тащил и тратил на это время?

Ортис лишь пожал плечами:

— Не знаю, как-то само собой получилось…

— Ладно, пока не выбрасывайте. Отнесите всё, что нашли на наш склад. Я позже посмотрю, что Ортис притащил на корабль.

За дальнейшим перемещением Роуд решил не смотреть и отправился по своим делам.

К пилоту подошли Барри и Чу и первыми завязали разговор.

— Фух. Ну и денёк сегодня. Капитан сам не свой, ему лучше не попадаться на глаза. Мы с Чу стараемся дальше реактора не уходить, старательно делаем вид, что заняты работой.

— А ещё нам с Барри по секрету сказали, что Васкес наорал на старпома в рубке, и очень зол на него. Рок теперь срывается на всех по любому поводу. Как прошёл твой вылет? Есть проблемы?

— Да нет, по вашей части всё хорошо, если речь, конечно, идёт о моём корабле. А вот что касается нашего челнока, сбитого местными, то там всё плохо. Корабль полностью уничтожен. К тому моменту, как я прибыл на место, он уже практически полностью выгорел, живым мне удалось обнаружить только Крайтара, остальные скорее всего погибли, да и неизвестно, выживет ли он, но это нужно спросить у Дока.

— М-да, дела, — растерянно проговорил Барри, почесав рыжий затылок. — Это что же? Мы тут задержимся ещё на какое-то время? Груз ведь так не забрали? Или как? Но тогда Роуду и его команде снова нужно лететь…

— Не у того человека ты спрашиваешь, Барри, — ответил ему Чу, посматривая на корабль Ортиса. — Ты же слышал, будет собрание, там капитан всё и решит. Нам лучше заняться делом, а не стоять и болтать тут. Вдруг появится Рок и нам всем прилетит от него за то, что бездельничаем. Я лучше пойду гляну эту птичку. Возможно ей снова внезапно понадобится срочно куда-то лететь, а она тоже упадёт…

Последних слов, конечно же никто не услышал, Чу бубнил это себе под нос и его слушателем был только он сам и корабль-разведчик, в недра которого он и полез.

Барри и Ортис поняв, что предостережение Чу реально, поспешили ретироваться и покинуть открытое пространство ангара.

«Анти»

Каюта № 8

Это был третий и, как оказалось, самый тяжёлый землянин. Он явно был крупнее двух предыдущих. Почти два метра роста, широкоплечий, с массивной фигурой. Его лысая голова поблескивала при свете ламп. Даже будучи без сознания, его лицо выглядело очень грозно. Остальные двое уже лежали на полу, скованные браслетами, по-прежнему оглушённые. С ними никаких трудностей не возникло.

— Да осторожнее, ты, болван! — крикнул тот, который был старшим по званию среди них двоих. Причиной недовольства стало то, что его напарник просто-напросто уронил землянина и тот со всего маху долбанулся головой о пол.

— Я не виноват, что он такой тяжёлый, вот смотри, у меня даже в руке остался кусок его одежды, — произнёс «младший», при этом он разжал ладонь и показал кусок оторванной ткани, странной расцветки.

Вместе с ударом о что-то твёрдое, Медведь пришёл в себя. Голова дико гудела, будто они с Прапором на двоих выпили четыре бутылки коньяка и повторяли этот процесс в течение недели. Медведь чуть приоткрыл закрытые глаза. В них сразу же ударил яркий, но явно не солнечный, свет. Медведю даже показалось, что он лежит на операционном столе. Зрение постепенно приходило в норму, привыкало к обстановке.

Над ним стояли два «тела», одетые в нечто похожее, как и противник, которого они недавно вытаскивали с Механом из оврага. Они были без опознавательных знаков и о чём-то шумно переговаривались. Один другому показывал хорошо знакомый Медведю шеврон его подразделения, вырванный с куском униформы. Медведь рефлекторно потянулся и проверил наличие шеврона на своей форме, и наконец-то понял, кому принадлежит тот, что держит в своей руке незнакомец.

— Сука, ты мне форму порвал, — проревел Медведь. Он был преисполнен ярости, а головная боль отошла на второй план и утонула в потоках адреналина, рвавшегося наружу.

Ударом ноги ему удалось попасть в «скворечник», находящийся у инопланетянина ниже пояса, от удара по которому тот согнулся пополам. Второго Медведю удалось подсечь, ловко извернувшись за счёт инерции предыдущей атаки. Он рванулся вперёд, навалился сверху. Голова противника была без шлема. Про себя Медведь отметил, что рожа у врага больно «нашенская», человеческая, что не помешало ему нанести два последовательных удара своим большим, кузнечным кулаком в голову оппонента. Первым же ударом разбив противнику нос, а вторым, судя по характерному хрусту, сломал противнику челюсть и тот обмяк, потеряв сознание от болевого шока.

Позади его ждал следующий противник, но Медведь не успел даже обернуться, как его спину поразила волна дикой боли, будто его ударил сильный разряд тока. Тело не слушалось, его словно парализовало, и он снова отключился.

— Идиоты, вам даже простую работу нельзя поручить, вы что, не смогли с ним справиться? Да даже мальчишки в трущобах на моей родной планете и то расторопнее вас! — сказал Роуд, стоявший на входе в каюту, опуская станнер в своей руке.

— Командир… мы не ожидали, что он так быстро проснётся. Он должен был ещё несколько часов пролежать без сознания. Все так быстро произошло, мы даже не успели отреагировать, — стал оправдываться один из пострадавших, лежа на полу, сжавшись в позу эмбриона. Второй по-прежнему находился без сознания, но по вздымающейся груди, было понятно, что он живой. По крайней мере пока живой.

Роуд связался с Винсом через коммуникатор:

— Док, срочно приди в девятую, у тебя очередное пополнение в лазарет. Стену разбили лицо и вырубили, натекла уже лужа крови. А Стиву… Стиву захватите лёд…

— Уже иду, скоро буду. А что у второго, зачем ему лёд?

— Всё нормально, попал в небольшую аварию. Не бери в голову. Поторопись. Жду вас тут.

Отключившись, Роуд подошёл к Стену, перевернул того на бок, чтобы не захлебнулся собственной кровью, нос и рот обильно кровили, да, неплохо ему досталось.

Дальше он взял валявшиеся на полу браслеты и надел их на оглушённого им здоровяка. Остальные земляне лежали с уже одетыми браслетами и ещё не пришли в себя.

К моменту прихода Винса с подмогой, Стив уже смог встать, однако передвигался осторожно, морща при каждом шаге своё лицо.

В каюту влетел взъерошенный Док:

— Что тут у нас? Ооо… — его глаза округлились от увиденного зрелища. И он поспешил осмотреть раненого — Что тут случилось? Кто это его так?

— Вон тот здоровяк… — Роуд указал кивком головы в направлении Медведя, всё ещё лежавшего на животе, после попадания по нему станнера.

— Ты шутишь? — удивленно переспросил Док.

— Я похож на того, кто любит шутить?

— Хм… нет. — замялся Винс. — Эй Вы, помогите мне его вытащить.

Всё та же двойка бойцов, которую Роуд отрядил для помощи медику, помогла без лишних разговоров погрузить очередного больного, а Док между тем всучил пакет со льдом Стиву. Тот отказался от предложения Винса осмотреть его рану, зато со вздохом облегчения и блаженства приложил лёд к пострадавшему месту. Видя это, все не могли ехидно не усмехнуться, видя выражение его лица.

Прапор находился в сознании. Он очнулся лишь немногим позже Медведя, и не открывая глаз прислушивался к окружающей обстановке, скрывая, что пришёл в себя, и старался не выдать этого окружающим. Делать это ему было не так сложно, ведь он лежал на боку, спиной к говорившим между собой людям.

Голова дико болела. Интересно, чем это его таким вырубили? Руки, застегнутые чем-то сзади, изрядно затекли, но не самое лучшее время чтобы двигаться. Главное, что он жив и, если сделать скидку на головную боль и легкую во всём теле слабость, чувствовал он себя сносно, даже успел немного выспаться.

Плохо было то, что вся речь, которую он слышал в помещении, где он сейчас находился, была абсолютно ему непонятна и неизвестна, а ведь он наслушался за время войны разного.

На СВО ему удалось столкнуться и с американцами, было много «латиносов», европейцев самого разного пошива, ну и куда же без негров, эти тоже зачем-то решили покинуть свой континент и отправиться морозить свою ж… пятую точку в наши края. Были у Прапора и командировки в другие страны, так что языковой опыт у него был, и то, что он слышал, в списке знакомого отсутствовало.

Звук закрывающейся двери отрезал голоса и шум, шедшие извне. В помещении сразу же воцарилась тишина. Неизвестные ушли. Какое-то время Прапор не двигался, вслушивался в происходящее, вдруг кто-то всё же остался в комнате, но руки уже просили хотя бы немного ими подвигать и разогнать застоявшуюся кровь, что он и сделал, попутно пытаясь понять, чем же были связаны его руки.

Прапор открыл глаза и увидел перед собой чей-то короткостриженый темноволосый затылок и спину. Рядом без движения лежал Механ.

Опустив взгляд, Прапор заметил наручники, видел он такие впервые, понятно, значит и у него за спиной подобные. Теперь пора сесть и попытаться осмотреться.

Его движения оказались слишком резкими. В глазах сразу потемнело и голову пронзила острая боль. Чтобы не потерять сознание, Прапор оперся спиной о стену, прикрыл глаза и сделав несколько глубоких вдохов, постепенно нормализовал сердцебиение.

Голова перестала кружиться, а к зрению вернулась ясность. Слева от него лежал Механ. Неподалеку, правее, чуть в стороне, на животе «валялся» Медведь, именно эта ассоциация первой появилась у него в голове, живой?

В метре от Медведя была большая лужа крови, а пол во всём помещении был в кровавых отпечатках от обуви. Да что за хрень тут успела произойти, пока он лежал без сознания.

— Механ, Медведь? Живые?

Тишина.

Чуть сдвинувшись, Прапор добрался до Механа, и извернувшись, проверил пульс. Жив.

Теперь самое сложное. Используя стену, как опору, Прапор осторожно начал свой подъем на ноги. Сидеть было проще, ощущение «нормального» состояния было ложным. Слабость никуда не ушла, однако силы пусть и медленно, но возвращались к нему, а каждый шаг, движение, становились более уверенными.

Осторожно, стараясь не упасть на скользком от крови полу, Прапор добрался и проверил состояние Медведя. Товарищ жив, пульс есть, и кровь точно не его, однако в том, что причиной её появления был его боевой товарищ, он не сомневался. У того правая рука была в крови, с явными следами того, что он уже кому-то успел дать по морде.

Спешить было некуда и Прапор «приземлился» на своё место и стал осматривать помещение. Если не считать его и напарников, то комната была пустой. Серые, металлические на ощупь, стены, такой же пол и потолок, последний имел в себе плафоны, которые и давали спокойный и ровный свет, после пробуждения, показавшийся ему, ошибочно, излишне ярким.

Камер наблюдения не было видно, но это не значит, что их нет. Мебели также не наблюдалось и отсутствовал самый главный предмет интерьера — гальюн, а значит, высока вероятность, что их не продержат долго здесь, хорошо это или плохо, покажет время.

Прапор прикрыл глаза и стал ждать момента, когда его товарищи очнутся.

«Анти»

Кают-компания

Капитан окинул долгим взглядом сидящих за столом, прошёлся по старпому, Роуду и остановился на медике.

— Докладывай, Винс, что у тебя? Что там с Крайтаром?

— Капитан, по Крайтару. Ожоги, ушибы мягких тканей и внутренних органов, сломанные рёбра, контузия. Отсутствует нога до колена. Пришлось, кхм, даже, её ещё чуточку отрезать, ввиду сильных ожогов. Ему повезло, что он пробыл недостаточно долго в условиях высокой температуры и его снаряжение отработало должным образом. Жить будет, опасность позади. Потихоньку приходит в себя в медицинской капсуле, его вовремя доставили. Однако я предлагаю не восстанавливать ему ногу. Для этого пришлось бы занять капсулу на полных десять дней и оставить остальную команду без шанса на экстренное лечение. Да и у нас же график на обучение в капсуле. Экипаж взбунтуется. Думаю целесообразнее это будет сделать по прибытию на станцию.

— Когда я смогу с ним поговорить? — нахмурившись спросил Васкес.

— Через несколько часов я могу ненадолго привести его в чувство, и у вас будет немного времени, чтобы опросить его. Также я уже запустил на принтере создание простенького протеза. Он скоро будет готов, так что спустя день, может быть два, я поставлю Крайтара на ноги. Также, не знаю, докладывали вам, но у меня ещё один пациент, у него сломан нос и челюсть, выбито несколько зубов. Сразу после Крайтара запихну его в капсулу, а пока полежит у меня тут…

И если первая часть не удивила Васкеса, ситуация с Крайтаром в целом была понятна, то по мере прослушивания второй — его глаза полезли на лоб, и он вопросительно посмотрел на Роуда. Тому пришлось кратко описать произошедшие события.

Капитан удивил присутствующих в кают-компании тем, что не вспылил. Все знали, что он сейчас на взводе и достаточно малейшего повода, чтобы он вспыхнул.

Вместо вспышки ярости Васкес лишь спокойно произнёс:

— Ясно… Что с нашим челноком?

На совещании также присутствовал Ортис, однако ему не предложили места, и он стоял, ожидая момента, когда ему будет предоставлено слово.

— Капитан, его больше нет. Когда я прибыл на место, там полыхал сильнейший пожар, как снаружи, так и внутри. Сканеры окружающего пространства больше не зафиксировали никого, кроме Крайтара и этих троих, что я по вашему приказу притащил. Но я думаю, что сейчас вокруг места падения уже полно землян, даже если мы попытаемся, то мы не сможем спокойно забрать или незаметно уничтожить остатки…

— … вот значит как, конечно, там наверняка уже ничего ценного для нас не осталось, а вот для них…, но даже такую мелочь, мы не можем позволить себе терять здесь. А что же наши «новые» партнеры? — слово новые, Васкес выделил отдельно и с укором посмотрел на Рока, который после их прилета, вёл с ними дела.

Рок вскочил и стал отвечать на заданный ему вопрос стоя.

— Капитан, они вышли на контакт по каналу связи и сообщили, что по-прежнему готовы провести сделку, в любое удобное для нас время и…

— Не будет никакой сделки! Это была подстава! Нас ждали! — перебил его Васкес, сделал паузу, и продолжил — Рок, вычеркни их из списка. Дальнейшие попытки контакта игнорировать. Другим нашим партнёрам сообщи, что теперь это их проблема. Через семь циклов они должны нам в два раза больше товара по старой цене, и в качестве компенсации наказать тех, за кого они поручились, ведь если это будем делать МЫ, то в этой звёздной системе станет на одну планету меньше.

Васкес встал из-за стола, давая понять, что совещание окончено:

— Док, я зайду через два часа, подготовь Крайтера. Остальные свободны. Ожидайте моего решения. Мне нужно подумать.

«Анти»

Каюта № 9

— Долго же вы приходили в себя, — Прапор стоял над своими товарищами, наблюдая, как они проходят тот же путь, начиная от боли в голове и до осознания того момента, что они находятся где-то в плену.

— Сам ты долго, — возразил Медведь. — Пока вы спали, я уже успел завести здесь новые знакомства…

После чего Медведь поведал товарищам историю своего пробуждения. Его речь была не долгой, но красочной, наполненной эпитетами и пожеланиями того, на каком суку он вертел этих похитителей и в каком гробу он их видел.

Из речи стало понятно, что одного противника Медведь мог отправить на тот свет, а второй вполне мог потерять шансы на какое-либо продолжение рода. Также Медведь не преминул отметить, что рожи у них не славянские, хотя времени у него было мало. В пылу драки, у него были лишь мгновения, он запросто мог и ошибиться.

Механ не влезал в их обсуждение. Он лишь изредка хмурил свои густые брови, когда накатывала очередная волна головной боли. Всё остальное время он молчал, не по чину, да и нечего ему было сказать, пробуждение давалось ему труднее остальных.

— Что делать будем? — продолжил Медведь.

— А у нас большой выбор? Мы даже не знаем, где мы. Нам остаётся ждать и искать свой шанс выбраться…

«Анти»

Медицинский блок

К приходу Васкеса все было готово. Крайтар лежал в капсуле с открытыми глазами и осознавал, что он жив. Ему удалось выбраться, хотя там, на Земле, в горящем челноке, сгорая заживо, под воздействием высоких температур, он мечтал лишь об одном — о наступлении скорой смерти и лишь инстинкт самосохранения и рефлексы, приобретённые за годы службы, помогли ему выбраться из этого ада. Он хорошо помнил ту мучительную боль, после неудачного прыжка, когда он угодил в горящее топливо, как из последних сил полз подальше от корабля, навстречу блуждающим в ночи теням.

Винс ещё раз проверил все показатели, убедился, что они в порядке, и в который раз напомнил Васкесу, что у того около пятнадцати минут, а потом разговор придётся прервать. После чего доктор удалился и оставил капитана наедине с больным.

Капитан подошёл к больному и дождался, пока Винс уйдёт. Верхняя часть капсулы была прозрачной. К Крайтеру было подключено множество различных трубок и проводов, а тело на треть погружено в жидкость синего цвета. Бледное лицо, синяки под глазами, состояние подчиненного было не очень, но несмотря на все испытания, выпавшие на его судьбу, глаза были живыми, полными огня и желания убивать.

— Ну, рассказывай, что случилось на челноке… Судя по твоему выражению лица, ты приготовил для меня увлекательную историю.

«Анти»

Ангар корабля

— Кто-то знает, зачем командир решил нас всех собрать здесь? Даже пилоты из рубки и те здесь. Док, ты не в курсе?

Винс проигнорировал обращённые к нему вопросы, и экипаж продолжил по кругу расспрашивать друг друга о причинах данного собрания.

По коммуникатору пришло сообщение собраться всем, даже дежурной вахте. Единственные, кто не присутствовал — это пациенты медицинского блока.

На краю площадки наконец-то появился капитан и по мере его приближения окружающая толпа приобретала осмысленный порядок, становясь в шеренгу исходя из должности на корабле и специальности.

Капитан подходил с довольной улыбкой, явно в хорошем расположении духа и начал обращаться к собравшимся издалека.

— У меня для вас есть две замечательных новости. Первая — это открытие новой вакансии на корабле, — при этих словах Васкес достал из кобуры бластер, быстро прицелился в сторону выстроившейся шеренги и снёс полголовы старпому, тело которого после выстрела завалилось на спину, а в воздухе запахло паленым мясом. К горлу особенно впечатлительных подступал ком, но никто не двигался.

— Место старпома, временно, займет… Роуд. Надеюсь, ты не совершишь такой же ошибки, как эта крыса.

— Вторая новость. Всем приготовиться. Через четыре часа мы убываем из системы. Есть вопросы?

Строй молчал. Вопросы были, но не было желающих их задавать.

Как новоиспеченный старпом, Роуд решил уточнить:

— Капитан, у меня есть вопрос. Что прикажете делать с пленными?

— Просто выкинь их за борт, они мне больше не нужны. Все свободны…

Глава 4

Солнечная Система

Обратная сторона Луны

Весь экипаж корабля напоминал муравейник. Все куда-то спешили, каждый был чем-то занят.

Шла усиленная подготовка к длительному перелету. Этим лучше всего было заниматься в «спокойной» системе, где не ожидаешь подвоха в виде внезапной встречи с незваным противником. Техники проверяли состояние двигателей, их готовность к прыжку, а также стабильность работы реактора.

Снаружи корабля суетились два ремонтных робота, сканирующих внешнюю обшивку на предмет тех или иных повреждений. В ангаре тоже было неспокойно, пилоты суетились вокруг своих кораблей, проводили проверки всех систем. Тут же находились и ребята из единственной оставшейся боевой команды, приводили в порядок оружие, готовили снаряжение, проверяли работу трех легких боевых роботов Азур-1, в команде этим занимался Исфен, он же отвечал и за управление ими в бою.

Самого же Роуда не было, он принимал хозяйство, внезапно свалившееся ему от Рока. Нужно было понять, что есть на корабле из того, что значится по документам, а чего нет. Иначе капитан начнёт все это спрашивать с него.

В первую очередь он отправился в грузовой отсек, в закрытую от большинства его часть, куда в обычное время имели доступ только капитан, сам Роуд и Винс. Другим путь туда был заказан, только лишь в сопровождении кого-то из вышеуказанной тройки.

Приложив ключ доступа, Роуд вошел в помещение, в котором находилось ровно сто капсул, очень похожих на ту, что стояла у них в медицинском блоке. Половина капсул пустовала, а другая светилась не ярким, но холодным светом, в них находился тот самый «ценный» груз. Грузом были люди. В глубине души Роуд не одобрял такой способ заработка, но за это слишком хорошо платили.

Для каких целей раз в пятнадцать циклов Васкес поставлял этот товар «зеленым», Роуд не знал. Обо всём, что связано с ними, лучше не спрашивать и молчать, любопытство в данном направлении опасно для жизни.

Проверив состояние заполненных капсул, которые работали штатно, ему об этом ранее сообщил Винс, но Роуд всё же решил самолично в этом убедиться. После чего отправился решать следующую задачу.

Необходимо было избавиться от тела старпома, который уже находился в шлюзе, куда его притащили бойцы Роуда и бесцеремонно бросили у внешней двери, ему было суждено навсегда остаться на орбите этого спутника. Так всегда поступали с крысами, предателями и трусами, на этом корабле. Остальных же, по возможности, старались вернуть на их Родину, либо исполнить посмертное желание, которое частенько совпадало с нынешней участью Рока.

Роуд не испытывал ни грамма сожаления по поводу гибели старпома, тот вызывал стойкое неприятие к своей персоне и если бы не капитан, то он сам обязательно нашел бы повод, пусть не убить, но убрать его с корабля. По мнению Роуда, старпом был трусоват, вспыльчив и злопамятен. Роуд не сомневался, что тот «стучал» капитану о любом, даже мало-мальском событии на корабле, за что, наверное, так и ценился Васкесом.

Внутренняя дверь шлюза имела стекло, и потому, введя команду на открытие внешней двери, Роуд хорошо видел, как вслед за вырвавшимся из шлюза белёсым потоком воздуха навстречу вакууму, медленно кувыркаясь, полетело и тело старпома. Оно удалялось от корабля всё дальше и дальше, беспомощно вращаясь на фоне спутника, до которого, скорее всего, ему уже никогда не суждено было долететь.

Закрыв шлюз и запустив программу очистки, новоиспеченный старпом отправился решать последнюю на сегодня задачу.

«Анти»

«Медицинский отсек»

Ортис шёл по верхней палубе к медицинскому блоку. У него наконец выдалось немного свободного времени, и он решил зайти и проверить Крайтара, которого ему удалось спасти. Пилот вошёл в тамбур. Дверь за его спиной закрылась, помещение наполнилось мягким гулом, а по телу скользнула волна обеззараживающего тумана. После короткой индикатор над внутренней дверью сменил красный цвет на зелёный, разрешая проход в основное помещение медблока.

На большинстве кораблей, где Ортису доводилось бывать, такая процедура считалась излишней. Но Винс отличался редкой дотошностью и питал почти болезненную, местами даже маниакальную, любовь к стерильной чистоте. Команда давно смирилась с его правилами. В конце концов, врачом Винс был отменным, да и сам капитан позволял ему куда больше вольностей, чем другим. Поговаривали, что образование он получил на Верене, столице Ардейского государства. Как и почему он оказался здесь, не знал никто — кроме капитана конечно же. Остальное было лишь слухами, которым Ортис не доверял.

Пройдя в медицинский блок, пилот сразу увидел Винса, сидевшего за столом и увлечённо на что-то смотревшего на экран монитора перед собой.

— Док, привет, — поздоровался Ортис. — Надеюсь, я не помешал? Разрешишь навестить Крайтара? Как он, кстати?

— Хм. Здравствуй. Э-эм… нет, не помешал, — ответил Винс и тут же начал что-то печатать на панели своего компьютера. — Ему уже лучше. Но если ты хочешь навестить его, то ненадолго. Он ещё не совсем пришёл в себя. Где капсула ты знаешь. Если понадоблюсь — позовёшь.

— Спасибо, Док, — поблагодарил Ортис и уже собирался пройти дальше, когда его остановил вопрос Винса:

— Ортис, а ты молодец. Не думал, что ты владеешь таким примитивным, но, должен признать, очень эффективным навыком остановки кровотечения. Я обязательно отмечу это перед капитаном и…

— Спасибо за похвалу, — поспешно перебил его Ортис. Иначе речь Винса могла затянуться до бесконечности, а времени у него было не так уж много. — Но я ведь ещё в ангаре говорил, что в этом нет моей заслуги. Когда я забирал его с планеты, эта штуковина уже была у него на ноге. Может быть, это сделали те трое, которых я вывез собой?

— Да? — переспросил Док, ничуть не обидевшись на то, что его так бесцеремонно перебили. После чего он вновь о чём-то задумался.

Ортис, видя, что медик на время завис, поспешил пройти дальше и заняться тем, ради чего пришёл.

Пройдя в следующий отсек, Ортис оказался в соседнем помещении. Оно было просторнее предыдущего и заставлено различной аппаратурой. Большая часть оборудования была ему неизвестна, но вот медицинская капсула была ему хорошо знакома. Весь экипаж периодически погружался в нее. При своевременной помощи она могла достать с того света.

Внутри, под тусклым голубоватым светом, лежал Крайтар. Он выглядел куда лучше, чем в тот момент, когда Ортис забирал его с поверхности.

— Крайтар, здравствуй. Как самочувствие? Надеюсь, я не потревожил тебя?

Раненый медленно повернул голову и открыл глаза. Под прозрачной крышкой капсулы его лицо казалось бледным. Однако взгляд был осмысленным, а глаза — живыми.

— Привет! Всё нормально. Терпимо. Док говорит, что пару дней ещё продержит меня здесь, а потом выпустит. Он даже временный протез для меня уже приготовил. Придётся походить с ним, пока не доберёмся до станции. — Крайтар помолчал. — Спасибо, что вытащил меня. Извини, что не сказал этого раньше. Хотел поблагодарить тебя, когда выберусь отсюда, но раз уж ты сам пришёл…

— Да брось, всё нормально. Главное, что ты жив. И если начистоту, это ведь не мне нужно говорить спасибо. Я только доставил тебя сюда.

— А кому? Не совсем тебя понимаю.

— Когда я прибыл, ты уже был далеко от места падения челнока. И если верить Доку, спасли тебя местные. Они наложили тебе на ногу какую-то штуку, чтобы ты не потерял слишком много крови. Но подробности тебе лучше у Винса уточнить. — Ортис задумался. — Ах да. Я же тебе не сказал. Землян я тоже притащил с собой. На корабль. Капитан отдал такой приказ. Правда, пришлось их оглушить.

От потока неожиданных новостей, Крайтар даже на мгновение опешил.

— Вот как… К сожалению, я ничего не помню из того, что происходило после падения. Даже не знаю, как я выбрался из челнока. Всё как в тумане. И зачем ты их сюда притащил? И где они сейчас?

— Я же сказал. Капитан приказал. Мы не знали, выживешь ли ты. Вот он, видимо, и хотел получить от них хоть какую-то информацию. Но ты, к счастью, выкарабкался. Что касается землян… — Ортис пожал плечами и отвёл взгляд. — Они пока ещё на корабле. Вроде бы.

— Вроде бы? — недоумённо переспросил Крайтар. — Неужели вы их отправили назад?

— Нет, конечно же, — удивился пилот. — Капитан приказал отправить их за борт…

Крайтар замолчал. Несколько секунд он просто смотрел на Ортиса, словно не до конца понял сказанное или не хотел верить в то, что услышал. Потом его взгляд изменился. На лице мелькнуло понимание, затем обида. А следом вспыхнула ярость.

— Док!!! Винс!!! Сюда!!! — закричал он и начал от всей души молотить кулаками по крышке капсулы.

Капсула сразу же стала издавать тревожный сигнал и на панели замигали красные индикаторы.

В комнату влетел Винс с ничего не понимающим выражением на лице.

— Что произошло?! Что случилось?

Док подбежал к капсуле и отодвинул в сторону Ортиса, каменной статуей застывшего напротив нее. Пилот явно был обескуражен. Ещё минуту назад перед ним лежал тихий, обессиленный больной, а теперь внутри капсулы бушевал человек, готовый разнести всё вокруг.

Крайтар пристально посмотрел на Винса и, чеканя каждую букву произнёс:

— МНЕ НУЖНО СЕЙЧАС ЖЕ ВЫЛЕЗТИ ИЗ ЭТОЙ КОНСЕРВНОЙ БАНКИ!

— Но как же так, Крайтар, ты ещё не восстановился. Тебе ещё нужно минимум сутки тут находиться, ты не готов… — пытался переубедить того Док, но больной напрочь отказывался его слушать. Медик даже думал попробовать его вырубить, отправив команду капсуле выдать пациенту хорошую дозу успокоительного и снотворного, но это если удастся потянуть немного время.

— Я ДОЛЖЕН. Если ты меня не выпустишь, то я вырву все эти гребаные трубки и провода.

Крайтар схватил рукой часть проводов, сжав их в кулаке, всем видом давая Доку понять, что он решительно настроен.

— Стой, стой, погоди, — Винс резко поднял руки. — Дай мне хотя бы несколько минут, я не могу это сделать так быстро.

Крайтар его уже не слушал. Он уже срывал с груди датчики, не обращая внимания на тревожный сигнал капсулы и попытки его переубедить.

Видя всё это Винс стиснул зубы и запустил процедуру открытия капсулы, пока этот псих окончательно не сломал ему оборудование.

«Анти»

Каюта № 9

Прапор и его группа не знали, сколько прошло времени с момента попадания в это место.

Сколько они находились без сознания, было неизвестно. Зато после пробуждения прошло уже, наверное, семь или восемь часов. Однако никто так и не приходил к ним. Не пытался проверить их состояние, провести допрос или пытать. Их дальнейшая судьба оставалась туманной.

Тщательный осмотр наручников показал. Эти неизвестные шайтан-браслеты снять невозможно. А значит, надежда освободиться и оказать сопротивление угасла также быстро, как появилась.

Детальный осмотр помещения, также ничего не дал. Голые стены и голый пол, обильно заляпанный кровью, которая уже давно успела свернуться и местами подсохнуть. Единственным элементом, выбивавшимся из общего фона, была небольшая панель слева от двери. На ней не было кнопок. Возможно она была сенсорной. Но со связанными руками проверить это было весьма затруднительно.

Отправленный в лобовую атаку «носом» Механ также не снискал успеха. Ноль реакции на прикосновение. Глупо? Наверное. Но неопределённость изматывала.

Все разговоры, в конечном итоге приводили к единогласному выводу:

«Нахрена! Мы! Туда! Полезли!».

Томительное ожидание закончилось, когда дверь бесшумно отъехала в сторону.

На входе стоял мужчина, очень странной внешности. Опознавательных знаков на одежде не было, да и сама одежда выглядела, мягко говоря, необычно. Поэтому понять, к какому государству или организации он принадлежит, было невозможно.

Лицо неизвестного было сильно обезображено. Ощущение, будто он попал в страшное ДТП, и машина сгорела, вместе с ним. А после его вполне умело порезал японский самурай и он в обоих случаях каким-то чудом выжил. Бледный, того и гляди упадет в обморок.

Но Прапор видел и понимал. Это впечатление обманчиво. Перед ним стоял человек, который легко может убить и в совершенстве умеет это делать. В руке у неизвестного был пистолет. Точнее предмет, явно похожий на него.

— Кажись, приехали, — констатировал Медведь.

— Или приплыли, — добавил Механ.

Противник не заходил в помещение. За его спиной угадывались еще фигуры людей — как минимум троих. Некоторое время он молча смотрел на пленников, после чего поднял пистолет и навел его на Прапора, который точно знал, что смотрит в лицо смерти. Страха не было, как не было и сожалений…

Он видел, как палец противника начал движение на спусковом крючке. Время замедлилось.

А потом кто-то громко закричал. Противник резко повернул голову. Не сразу, но всё же опустил оружие.

В проходе появилось новое действующее лицо. Рослая фигура, сильно хромающая на левую сторону, вошла в помещение. Вошедшего изрядно штормило и лишь чудом человек оставался на ногах. Левая нога выглядела странно, протез? Вполне возможно.

Люди о чем-то громко переговаривались. Речь была быстрой, временами весьма громкой. Прапору показалось, что он с товарищами стали свидетелями жаркого спора.

— Говорила мне мама, учи языки, — снова подал голос Медведь.

— Вряд ли тебе это помогло бы, ибо чёрт его знает, что это за язык. — ответил ему Прапор.

Спор продолжался недолго, около пяти минут. Потом все замолчали и будто стали чего-то ждать.

— Кажись у них тут конфликтная ситуация.

— Да ты сама очевидность, Медведь. А это значит что?

— Что?

— Мы ожидаем приход высокого начальства.

«Анти»

«Капитанский мостик»

Васкес сидел в капитанском кресле, наблюдая за тем, как суетится экипаж, заканчивая последние проверки. Подготовка к отлету шла по плану, до старта оставалось тридцать минут.

Несмотря на то, что в этот раз текущая экспедиция не была полностью удачной, Васкес также не считал её и провальной. Да, они потеряли один челнок и пять человек, хотя нет, правильнее сказать шесть с половиной.

Он не учел убитого им старпома, а также Крайтара, от которого сейчас мало пользы. По-хорошему можно было бы избавиться и от него, но вряд ли команда корабля одобрила бы такое его решение. Подобное действие могло бы привести или к попытке бунта, или к бегству с корабля членов экипажа на ближайшей станции.

Куда больше Васкеса волновала половина отсутствующего груза на его корабле. Этот груз очень важен. Галены будут недовольны, но выбора у него почти не оставалось. Нельзя рисковать потерять еще один челнок вместе с экипажем. Им ведь еще прыгать по двадцати системам и не все из них спокойные.

От размышлений Васкеса отвлек вызов Роуда.

— Что у тебя?

— Капитан, у нас возникла проблема с Крайтаром.

— Какая?

— Он не даёт мне избавиться от пленников.

Васкес подключил к каналу Крайтара:

— Говори…

— Капитан, я понимаю, что это ваш приказ. Но я узнал, что эти земляне спасли мне жизнь, понимаете? У меня перед ними ДОЛГ ЖИЗНИ. И если вы хотите убить их, тогда кем я буду, если позволю убить их и не верну им долг?

— Это всё? — Васкес помолчал. —Ты же понимаешь, что я не могу вернуть их назад, на Землю, они видели слишком много, оставить на корабле, я тоже их не могу. Что ты предлагаешь с этим делать?

Судя по затянувшейся паузе, решения у Крайтара не было.

— Капитан, есть предложение, — вмешался Роуд.

— Слушаю тебя.

— Предлагаю довезти их до станции, а затем на месте продать местной обогатительной фабрике. Много не заработаем, но «билеты» свои они всё же отобьют. Да, жизнь там не будет сладкой, зато Варги сыты и Ноксы целы.

— Хм. Крайтар, тебя такой вариант устраивает?

Крайтар уже пожалел о своем поступке. Он не понимал, что на него нашло, но и отступать уже было поздно, так что идея Роуда была как спасательная капсула. Больше всего он не ожидал, что Васкес согласится так легко.

— Так точно капитан! Благодарю вас! — Крайтар был счастлив, что всё так разрешилось, тяжелый камень упал с его плеч.

— Но запомни, это было в последний раз, когда я спускаю тебе такое. — голос капитана отдавал сталью. — Роуд, твоя идея, тебе и следить за её исполнением.

— Хорошо, капитан. — ответил в конце разговора Роуд и повернулся к своему коллеге. — Теперь уже ты будешь должен мне.

— Хорошо, спасибо. — сник Крайтар, быть должником Роуда не лучше, чем быть должником капитана.

Затем Роуд повернулся к своим подчиненным и отдал распоряжение:

— Подготовьте восьмую каюту, переведите туда и покормите их. Жрать, наверное, хотят.

«Анти»

Каюта № 9

Высокое начальство не пришло. Вообще никто не пришел, наоборот все удалились, а спустя какое-то время вернулись двое бойцов, тех самых, что стояли за спиной того урода с пистолетом.

В руках у них было оружие. Опять двадцать пять, что на этот раз?

— Вы там определитесь уже, мочить нас будете или живыми оставите, — проворчал Медведь.

Вошедший первым боец начал что-то говорить, а прикрепленная на его груди коробочка начала переводить сказанное им.

— Вас пощадить. Дать жизнь. Встать. Идти за мной, не делать глупости, глупости привести к смерть. Вы меня понять?

— Поняли-поняли. — ответил за всех Прапор, и тихонько шепнул соседям, — у него акцент, как у фрицев в фильмах про Великую Отечественную.

— И не говори, концлагеря нам тут еще не хватало. — также тихо ответил ему Медведь.

Троица поднялась и под прицелом покинула помещение попав в освещенный коридор, который уходил в разные стороны.

— Идти за мной, — снова повторил главный, а второй прикрывал его от возможных глупостей со стороны пленников, хотя какие глупости они могли натворить в их положении. Далеко идти не пришлось. Через десять метров «главный» остановился у двери, приложил руку и дверь открылась.

— Входить, — поведя стволом оружия в сторону входа, он любезно попросил их пройти в помещение.

Прапор вошел первым. Новое место пребывания разительно отличалось от предыдущего.

В помещении находилось три двухъярусных кровати, длинный письменный стол, за которым одновременно могло сидеть два человека, какие-то шкафы и главное, там был туалет. В комнате имелась дверь, на которой находилась табличка писающего человека в скафандре и шлеме, а у них есть чувство юмора.

На этом всё не закончилось. По-прежнему находясь под прицелом, их перековали по-новому. Теперь наручники были спереди и расстояние между браслетами стало шире, это давало больше свободы. Пока шел этот процесс, в комнату пошел третий, неся в руках какой-то здоровенный поднос.

Проследив за их взглядами, «главный» ответил на немой вопрос.

— Давать вам еда. Два раза в день. Весь полет.

— Какой еще полет? Куда? — удивился Медведь.

Ответа на вопрос не последовало, и конвоиры покинули каюту, закрыв за собой.

Первым делом решили хорошенько осмотреть новое помещение.

Санузел оказался маленьким, немногим больше туалета в поезде, или как он тут у них называется, гальюн? Разобрались легко и сразу же провели тест-драйв оного.

Шкафы оказались пусты, небольшие прикроватные тумбочки тоже. Койки были вполне удобными, были даже подушки, одеял не было, но не в их положении воротить носом.

— Проведем дегустацию? — Прапор решил посмотреть, что же им принесли поесть.

На принесенном подносе находился «кувшин», одна кружка, видимо, «зажучили» давать больше. И собственно три тарелки, где находилась непонятная консистенция, чем-то напоминающая манную кашу, только эта была коричневого цвета.

— По цвету выглядит, как г… — авторитетно заявил Медведь.

— Медведь, не трави душу. Скажи спасибо, что у них есть ложки и они их нам дали, ибо в этом ложкой ковыряться гораздо сподручнее, чем руками… — ответил Прапор и с укором посмотрел на него. — Я как будто ем прогоркшую льняную кашу, вкус отвратный, хоть бы посолили или сахара добавили.

В кувшине оказалась обычная вода.

Несмотря на ужасный вкус, каша оказалась вполне себе сытной. Доев остатки, Прапор уверенно мог сказать, что сыт. Надолго ли?

— Да, и правда, вкус … — сказал севший за стол Медведь.

— А мне нравится. — ответил ему Механ, чем заслужил удивленные взгляды в свой адрес. — Всегда любил льняную кашу. Сюда бы еще мёд добавить.

— Командир, что думаешь? — спросил Медведь, когда закончил свой прием «пищи» и проследовал к выбранной им койке.

— Пока ничего не думаю. За нас есть тут кому подумать. А дальше посмотрим…

По кораблю пошел небольшой, едва уловимый равномерный гул, началась и почти сразу же прекратилась, легкая вибрация.

Так начался их полет в неизвестность…

Земля

Место падения челнока

Несмотря на летний месяц, в овраге держалась легкая, туманная дымка. Еще немного и воздух окончательно прогреется, полностью разогнав её без следа.

Овраг окончательно выгорел. Ближе к эпицентру пожара температура была настолько высокой, что песок в десятках метров оплавился, а останки объекта ушли в землю на неизвестную глубину.

К мужчине, стоявшему у края оврага, подбежал военный, отдал воинское приветствие и вытянулся по стойке смирно.

— Докладывайте.

— Товарищ Генерал, вчера вечером Прапор убыл с передовой базы для подготовки вашего приезда и приезда товарища ******** [вырезано цензурой], на место он так и не прибыл. Проезжающий патруль ВП[1] обнаружил брошенный автомобиль. Дальше уже по инстанциям дошло до нас. Вчера здесь работало ПВО. По имеющимся данным, расчёты внезапно засекли крупную сигнатуру и открыли по ней огонь. Было выпущено не менее трех десятков ракет. В штабе министерства обороны столько крика из-за этого. С минуты на минуту нужно ожидать прибытия кого-то оттуда. Ночью вертушка обнаружила место падения, но детально осмотреть получилось только сейчас.

— И что ЭТО? — спросил генерал, указывая на останки сбитого объекта.

— Никто не знает. Но одно известно точно. От машины Прапора сюда ведет след. Отчётливо видно, как они пробирались к этому месту. А вот здесь, — он указал на красное пятно — следы крови. Это единственное, за исключением самого корабля, которое не успели вытоптать. Сейчас ведутся поиски группы Прапора. Военная полиция уже оцепила территорию.

Генерал смотрел на развернувшуюся перед ним картину и думал лишь об одном:

«Твою м… дивизию, Прапор, куда ты опять влез…»

[1] ВП — военная полиция

Глава 5

Каюта № 8

Где-то во вселенной

— Как же осточертела эта долбаная каша. У них что, нет нормальной еды? — возмущался Медведь, но не переставал поглощать опостылевшую ему пищу, скребя ложкой по тарелке.

— Тебе не угодишь. Можешь не есть. Вон Механ, он всё слопает, — улыбнулся Прапор и указал на товарища, уже ожидающего своей очереди. — Ты только четвёртый день её ешь, а она тебе уже надоела?

— Уже и повозмущаться нельзя? Сидим тут и ничего не делаем.

— Ну почему же ничего? Потихоньку осваиваемся. Да и какой у нас выбор? А если у тебя много свободного времени и сил, можешь заняться физическими упражнениями. Без движения, лёжа на пятой точке, мы тут быстро захиреем, — подытожил Прапор.

— Да я бы с радостью, — возразил Медведь, — но с этими браслетами потом фиг нормально помоешься.

Насчёт того, что тройка осваивалась, Прапор не шутил.

Методом проб и ошибок — особенно не повезло Медведю — они выяснили, что вода в душе подавалась ровно две минуты. А количество раз, когда этой возможностью можно было успешно воспользоваться, совпадало с количеством коек в их каюте.

Приём душа больше напоминал мойку автомобиля. Сначала лилась пенистая жидкость, а потом уже нормальная вода. И всё бы хорошо, но браслеты на руках не позволяли снять верхнюю одежду, из-за чего весь процесс превращался в отдельное испытание.

В углу душевой скрывалась дверца с сенсорной кнопкой. За ней находился небольшой шкаф. Если положить туда грязную одежду, то к моменту окончания водных процедур она оказывалась чистой и лишь слегка влажной. Как это работало, никто из тройки Прапора так и не понял. Но самое главное, что после стирки посторонние запахи действительно исчезали.

Прапор с Медведем доели свои порции и, освободив место Механу, отправились к койкам. Наступало время сиесты.

Доесть спокойно Механу не дали.

Дверь каюты отошла в сторону и на пороге появился тот самый человек, которого они вытащили из оврага. И который недавно «прикрыл» их от знакомства с инопланетным оружием.

Походка у него была уже не такой шаткой, но по-прежнему оставалась неуклюжей. Видимо он был еще слаб, либо не привык к протезу, ибо бережно наступал на протез, а может быть всё вместе взятое.

В проходе за его спиной держался ещё один боец, с оружием наготове.

— Я не сказать вам спасибо раньше. Сделать это сейчас. Мне… дать немного времени поговорить с вами, — произнёс вошедший.

Он тяжело дышал и слегка опирался рукой на стену. Его слова, как и ранее, у других, переводило устройство, закреплённое на груди, качество перевода конечно страдало, но пониманию слов это не мешало.

Прапор переглянулся с товарищами. Было что-то в голосе чужака из-за чего он звучал искренним.

— Слушаем, — коротко кивнул он.

— Меня зовут Крайтар, я благодарить вас, что вы спасти меня.

— И тебе спасибо, — ответил Прапор.

— От нас хотели избавиться? — не удержался и задал свой вопрос Медведь.

Крайтар помолчал, прежде чем ответить.

— Да. Капитан… так решить. Вы лишний на борт, — ответил Крайтар, выдохнув, так, словно с его плеч тяжёлый груз.

— Ты сказал, на борту? На борту чего? — Прапор даже чуть подался вперёд. — Где мы находимся?

Остальные притихли, ловя каждое слово.

Крайтар медленно перевёл взгляд с одного лица на другое.

— Вы на борт космический корабль. Мы лететь домой. Там и ваш быть новый дом.

На несколько секунд в каюте повисла тишина.

— А какие у вас на нас планы? — Прапор первым нарушил молчание. — Что с нами будет?

— Вас планируют… — начал Крайтар, но замер.

У входа кто-то окликнул его. Переводчик больше не переводил речь, поэтому дальнейшие слова вновь были для тройки набором непонятных звуков.

Крайтар обернулся, коротко кивнул кому-то за дверью и снова обратился к троице:

— Время вышло. Мне уходить. Спасибо.

Крайтар хотел сказать что-то ещё, но не решился. Затем развернулся и вышел.

Дверь закрылась. И тройка снова осталась одна.

— Ох… охренеть, — озвучил общее впечатление от произошедшего диалога Медведь. — Может «брешет»?

— Не думаю. — Прапор медленно покачал головой. — Он был вполне убедителен. Что-то такое мы и сами предполагали. Если бы мы в море, то нас бы не хило болтало. Для подводной лодки тут слишком просторно. А самолёт? Мы уже суток пять летим. Давно бы уже приземлились, да и ощущения полёта иные.

Прапор задумался, собираясь с мыслями.

— Допускаю, что они могут врать нам. Но какой им смысл придумывать такую ахинею. Учитывая всё, что мы видели… все эти странности… я склонен поверить, что это очень похоже на правду.

— И что мы будем делать? — спросил Медведь.

— То же, что и раньше. Если «эти» не врут, то у нашего полёта есть конечная точка. Вот там и будем разбираться. А пока просто улыбаемся и проявляем максимальное дружелюбие, не провоцируя здешних обитателей на агрессию

Прапор замолчал и только тут заметил выражение лица Механа.

— Эй, Механ. Ты чего?

Механ посмотрел на свою миску, потом тяжело вздохнул.

— Каша остыла…

Их полёт продолжался. Дни сменяли друг друга, но ничего не менялось. Им всё также приносили еду, но больше не было желающих завести с ними разговор.

Всё изменилось на двенадцатый день их пребывания в новой каюте.

Сначала на корабле зазвучала сирена. Потом потускнел свет, будто на корабле включилось аварийное освещение. По полу прошла ощутимая вибрация, панели на стенах издали толи скрип, то ли скрежет. Каюту внезапно повело в сторону.

Прапора даже чуть было не сбросило с койки.

Всё это стало больше похоже на поведение корабля в штормовом море. Ускорение, внезапные крены и провалы. Ощущение было весьма странным. Понятно, что корабль маневрировал, будто пытался уйти из-под удара.

— Что происходит? — спросил Механ.

—Похоже, нас кто-то атакует, — пробормотал Прапор.

— Ты уверен? — спросил его Медведь.

— Нет конечно… У кого-то есть другие идеи?

— Может быть, мы попали в астероидное поле? — предположил Механ.

— Угу. Ты явно книг перечитал или фильмов пересмотрел, — ответил Медведь и скептически посмотрел на товарища.

Корабль снова тряхнуло.

По корпусу прилетел. Даже показалось, будто кто-то кувалдой ударил о стену. Подносы, которые ещё не успели забрать после еды, полетели со стола и с грохотом упали на пол, заскользив по нему.

После очередного сильного толчка свет погас. На несколько секунд каюта погрузилась в темноту. Сирена продолжала выть, по полу скользили подносы, ударяясь о стены, каталась и гремела посуда. Корпус снова и снова сотрясали новые удары. Всё это сливалось в рваный, оглушительный шум.

Свет вспыхнул снова, но он был тусклым и неровным.

Прапор не смог бы сказать, сколько всё это продолжалось. Минуту? Десять? Час?

А потом всё внезапно стихло.

Сирена заткнулась. Пол перестал дрожать. Дребезжащие подносы улеглись друг на дружке в углу. В каюте наконец-то повисла тишина.

Прапор посмотрел на товарищей.

Неужели они ошиблись?

Внезапно дверь каюты открылась, и внутрь ворвался их новоиспеченный знакомый. По напряжённому лицу Крайтара струился пот, а дыхание было сбивчивым. Едва он переступил порог, как тут же замахал руками, указывая на выход.

— Вы, срочно ходить за мной. Быстрее! — выдохнул он.

— Что случилось? — спросил Прапор, поднимаясь с койки и глядя Крайтара.

— Нет времени говорить много слов, на нас напасть, вы помочь. Шанс.

Медведь вопросительно посмотрел на Прапора. Тот коротко кивнул в ответ. Крайтар их немой беседы даже не заметил.

— Веди, — произнёс Прапор без раздумий.

Без лишних слов Прапор и его команда пошли за Крайтаром.

Обстановка в коридоре изменилась. Часть освещения погасла, а оставшиеся лампы либо тревожно мигали, либо тускло горели. С одной стороны коридора находилась большая массивная дверь, из-за которой были слышны странные щелчки, похожие на стрельбу из пейнтбольных пистолетов, только резче. В какой-то момент Прапору даже показалось, что где-то там, за стеной, взорвалась граната. Уж больно знакомым был этот звук.

Но Крайтар повёл их совсем в другую сторону.

Прапор догнал проводника.

— Друг, ты куда нас ведёшь?

— Голый рука, нельзя воевать, — бросил Крайтар, не оборачиваясь. — Оружие там. Почти пришли.

И правда, совсем скоро они оказались на месте. Крайтар подошёл к панели, приложил ключ доступа и быстро ввёл код на своём коммуникаторе. Замок издал странный короткий звук. Дверь отъехала в сторону, открывая проход в святая святых корабля — оружейную. Судя по содержимому, многочисленным шкафам и ящикам, помещение служило не только оружейной. Здесь находился склад важных вещей и «ништяков».

Осмотреться им не дали. Время поджимало.

— Там лежать все ваш вещи. Брать всё что нужно. — Крайтар указал в угол, где грудой лежало всё, что у них забрали.

— Это, конечно, хорошо, но ты же понимаешь, что вот с этим, — произнёс Прапор, подняв руки вверх с надетыми на них браслетами, — мы не можем нормально воевать.

Крайтар кивнул. После чего, с минуту торопливо что-то искал своём коммуникаторе, потом ввёл команду. В браслетах что-то щёлкнуло и они открылись.

— Отлично. Спасибо, Прапор сбросил браслеты на пол и размял запястья — скорее по привычке, чем от боли.

— Всё своё забираем? — уточнил Медведь, кивнув на вещи.

— Конечно, — без колебаний ответил Прапор. — Без понятия, что нам пригодится и как всё сложится.

На то, чтобы накинуть на себя всё утраченное ранее снаряжение, ушла пара минут.

— Ещё кое-что, — сказал Прапор, повернувшись к своим товарищам. — Механ и Медведь, опустите наушники. Помещение закрытое, иначе оглохнем в процессе боя.

Он посмотрел на Крайтара.

Тот тоже успел схватить что-то с одной из стоек, по размерам очень схожее с автоматом. А вот внешне, хрен его знает, что это была за штуковина. В процессе боя разберутся.

Прапор решил уточнить у Крайтара ещё один момент:

— Как нам отличить своих от чужих?

— Не волноваться, все враг. Наш держать оборона центральный мостик.

— Понял. Нам так даже проще. Вперёд пойдём мы. Ты держись позади. Нам так удобнее работать.

Прапор и перекрестился.

— Ну, с Богом.

Назад уже не спешили. Шли осторожно, в любой момент ожидая атаки от противника.

Они миновали свою каюту и добрались до двери, перекрывавшей коридор.

— Можешь открыть её частично? Хотя бы на треть? — Прапор обернулся к Крайтару. — Коридор прямой, нам нужно укрытие.

Крайтар подумал и кивнул.

— Приготовились, Механ, Медведь! Действуем, как на тренировках! — Прапор отдал последнее распоряжение своим и, не оборачиваясь, обратился к Крайтару. — Открывай!

Пока тот что-то вводил на своём коммуникаторе, Прапор достал пару гранат и приготовил их к броску. Обычно хватает одной, но длину коридора он не знал. Поэтому решил перестраховаться. Первую бросить ближе, вторую — подальше.

Дверь поползла в сторону.

По образовавшемуся просвету противник незамедлительно открыл огонь. «Пули» били мимо. Все сгруппировались за оставшейся частью двери.

Прапор одну за другой метнул две гранаты. Даже расслышал, как они покатились вперёд, глухо стуча по полу.

БАХ. БАХ. Активные наушники хорошо погасили взрывы до небольших хлопков. Мимо них стремительно, рикошетя, пролетели осколки гранат. К счастью никого из его команды не зацепило.

Прапор рванул вперёд, выглянул на долю секунды. Есть. Двое, примерно в двадцати пяти шагах. Взрывом их повалило на землю, но оба были живы. Шевелились, твари. Один даже успел встать.

Прапор открыл огонь. Очередь легла точно в цель. Противник дёрнуло и опрокинуло на спину. Но он тут же снова принялся подниматься, словно и не получил попаданий, практически в упор. Прапор не сомневался, что попал, но эффект от попаданий отсутствовал напрочь.

— Что за х…? — выругался Прапор. — Медведь, помогай!

— Уже, — коротко ответил Медведь.

Товарищ встал рядом и стал работать Печенегом. А вот его пули уже прошивали защиту врага. Потратив по три или четыре коротких очереди на каждую цель, после которых враги перестали шевелиться, команда двинулась вперёд.

Медведь прикрывал команду, пока они производили беглый осмотр.

— Что за броня на них одета? — Прапор присел рядом с одним из тел. — Мои пули не смогли пробить их. Автомат Механа и вовсе будет сродни укусу комара.

На полу лежали двое, без каких-либо признаков жизни. Одеты они были почти так же, как спасённый ими Крайтар, только вот лицевые пластины были прозрачными. И можно было разглядеть их лица. Обычные лица. Человеческие. От этого почему-то стало не легче. Учитывая всё происходящее с ними, Прапор не удивился бы, встреть они тут каких-либо монстров.

— Это боевой костюм, — сказал Крайтар. — Лёгкий. Дешёвый модель. Бедный противник.

— Угу, — пробурчал Медведь. — Тогда почему обороняетесь вы, а не они?

— Я могу это использовать? — Прапор указал на оружие, валявшееся на полу. Он, конечно, никогда бы не взял посреди боя незнакомое оружие., но если его автомат был практически бесполезен. Но если его автомат почти бесполезен, какой в нём смысл?

— Да, вы мочь брать, простой оружие, — подтвердил Крайтар,

Он поднял оружие с пола и в трёх словах объяснил Прапору, как им пользоваться. Оружие оказалось лучевым. Мощность выстрела настраивалась и имела три уровня. В зависимости выбранного режима магазина хватало от пяти до пятидесяти выстрелов. Ружье было довольно простым: спусковой крючок, предохранитель и по совместительству являвшийся кнопкой включения ружья, а также небольшой флажок регулировки мощности. Сейчас флажок стоял примерно посередине.

Ничего не меняя в настройках, Прапор нашел парочку магазинов к своему новому оружию — теперь он знал, как они выглядят. После этого передал Вал Механу. Всё же он будет хоть ненамного, но более полезным в бою, чем обычный автомат. Оружие второго убитого тоже хотели забрать, но оно оказалось разбито ответным огнём.

Группа двинулась дальше.

Не прошли и десятка шагов, как впереди, из бокового помещения выскочили двое.

Первыми среагировали Механ с Медведем, открыв огонь по противнику. Один сразу же рухнул на спину пораженный Медведем, а второй враг замешкался при виде того, как напарник упал. Механ был точен, но, как и у Прапора раньше, он не мог пробить броню противника. И то ли очередь вышла чуть смазанной, то ли противник был крепче. Но он всё еще стоял на ногах.

Прапор прицелился и плавно надавил на спусковой крючок. Мимо. Отдача была непривычно мягкой. Второго выстрела не понадобилось. Помог Крайтар. Он сделал очередь из чего-то, по звуку похожего на Вал. Две пули попали в грудь, третья пробила шлем.

К телам подошли осторожно. Оба выскочили то ли из бокового коридора, то ли из небольшого помещения.

— Что там? — спросил Прапор у Крайтара.

— Медицинский блок.

— Нужно проверить. Вдруг там кто-то из противников остался. Не хватало ещё оставить кого-нибудь за спиной. Медведь, со мной. Крайтар, ты замыкаешь. Механ, выкинь ты нафиг этот Вал. Он тут бесполезен, возьми ружьё у одного из убитых и контроль коридор.

Прапор показал на оружие врага, которого снял Медведь. Такое же ружьё, как у него. Второе оказалось повреждено выстрелами Крайтара.

Помещением, откуда вышел противник, оказался небольшой тамбур. За ним было помещение побольше, дальше ещё одно. Чисто. Ни тел, ни следов от выстрелов или какой-либо иной борьбы. Следующая дверь была закрыта. Панель на двери была разворочена, как и на предыдущих. Видимо противник планомерно вскрывал двери, но эту открыть ещё не успел.

Вперёд вышел Крайтар. Попробовал открыть дверь и немного покопавшись, у него это получилось. Дверь ушла в сторону. Крайтар тут же поймал выстрел в левое плечо.

Прапор с Медведем уже приготовились открыть ответный огонь, но Крайтар остановил их своим криком:

— Док! Варги тебя подери, что ты творишь!

Стиснув зубы, он припал на колено.

— Хорошо, что ты мазила. Вколи же мне скорее что-нибудь, пока я не вырубился. Как же больно…

В проходе стоял мужчина, средних лет. Он сжимал двумя руками пистолет, и его руки заметно тряслись. После слов Крайтара он выронил пистолет из своих рук.

Прапор невольно напрягся. Вот же идиот. Не дай бог эта «игрушка» шмальнет куда-то в сторону. Но слава богу обошлось.

Мужчина сразу же ринулся помогать раненому, неразборчиво что-то бормоча. Переводчик отказался переводить эту словесную белиберду.

Медик сделал какой-то укол Крайтару, а затем обработал рану, какой-то пеной. Плечо выглядело не очень. Рана была глубокой, шириной со спичечный коробок. Но пена хорошо сделала своё дело, быстро вспухла и заполнила собой рану, застыла и почти полностью закрыла рану. Попади заряд чуть левее и был бы ещё один труп.

— Идти сможешь? — спросил Прапор.

— Да я мочь идти. Но не воин. Левый рука не работать. Винс ты пойдёшь с нами?

Док задумался и отрицательно покачал головой.

— Я лучше останусь тут. Идите без меня.

Со стороны выхода раздались выстрелы.

Все резко обернулись и бросились назад. В проходе Механ вёл по кому-то огонь.

— Механ, что у тебя? — спросил Прапор, подбегая к нему.

— Двое, командир. Один уничтожен. Второй успел отойти назад, не высовывается.

— Понятно. Дальше мы с Медведем. Ты за нами, присматривай за этим. — он кивнул на Крайтара.

Левая рука Крайтара висела плетью, зато в правой держал пистолет доктора. И когда он успел его забрать?

Дальше противник не попадался, зато следы боя встречались всё чаще. За поворотом нашли два трупа. Один был в здоровенных «доспехах», и по размерам даже превосходил Медведя. Второй, как объяснил Крайтар, тот что «поменьше», был «наш».

Потом началась лестница, ведущая наверх. У её подножия лежали два робота, с оплавленными корпусами.

Уже можно было услышать звуки боя. Редкие, вялые, больше беспокоящие, чем опасные. Так противники дают понять, что они всё ещё тут, на чеку.

Четыре небольших пролёта и они на следующем уровне. Снова уничтоженный робот, уже другой модели. Ещё одно тело.

Да, жаркая битва.

БАХ! Где-то взорвалась граната.

Прапор осторожно заглянул в коридор. Слева чисто. Справа, в их сторону спешило трое противников. Прапор показал Медведю три пальца.

Прапор бросил в их направлении единственную оставшуюся у него гранату. И тут же взял у Медведя ещё две, отправив их следом.

БАХ! БАХ! БАХ!

Коридор заволокло дымом. Он струился под потолком и расходился в разные стороны.

Прапор выглянул из укрытия, враги лежали, но уже пытались подняться.

Выстрел. Над одним из противников загорелось зеленоватое сияние.

Что за чертовщина? Второй, точно также не поразил противника, будто разбившись о вспыхнувшую зелёную стену. Зато третий выстрел не встретил преграды и попал точно в цель.

Прапор сместился в сторону, освобождая пространство Медведю. Тот отработал остатки короба по противнику и спешно менял на новый.

— Механ, остаёшься здесь. Прикрываешь левую часть коридора и контролируешь лестницу. Если вдруг станет жарко, отходишь по обстановке. Или к нам, или вниз. Медведь, пошли. Крайтар, нам ещё долго идти до капитанского мостика? Этот корабль уже кажется мне бесконечным.

— Нет, мы уже приходить, совсем рядом. Прямо два крутой поворот, и мы попасть в помещений, перед рубка.

— Хорошо, выходим.

Дым от взрыва гранат немного рассеялся и видимость стала немного лучше.

Крайтар был прав. Коридор круто поворачивал направо, а потом сразу же налево, под прямым углом.

Звуков боя больше не было слышно. Только где-то впереди присутствовал какой-то электрический треск.

Прапор аккуратно выглянул из-за угла.

Коридор выводил в широкое помещение, которое с позиции Прапора нельзя было осмотреть полностью. Но солидную дверь напротив он видел отчётливо. Возле неё валялся чей-то труп, а рядом стоял противник и ковырялся в панели управления.

Коротко посовещавшись, Медведь припал на колено, прицелился, и приготовился открыть огонь сразу после первого выстрела Прапора.

Прапор сменил магазин, выставил мощность на максимум, прицелился и плавно нажал спусковой крючок. Выстрел ударил так, что голову противника напрочь снесло выстрелом. Ни фига себе мощность.

Несколько секунд ничего не происходило.

Гранат больше не было, а выходить далеко из-за угла Прапору не сильно хотелось.

И тут с двух сторон помещения, сдвигаясь к центру, выскочили ещё двое противника. Почти одновременно обе стороны открыли ураганный огонь.

У врага снова был щит. Теперь Прапор уже понял, что он защищает от весьма ограниченного числа попаданий.

Пулемёт Медведя вызывал множество зеленых вспышек перед одним из противников. Мощный выстрел Прапора вызвал яркое сияние, после чего враг повалился на спину скошенный очередью Медведя.

Враг тоже не дремал. Медведь зло вскрикнул и разразился забористым матом. Это говорило о том, что по нему попали. Не отвлекаясь на раненого товарища, Прапор перевёл огонь на второго противника. Щита на нем уже не было, и вторым выстрелом он смог по нему попасть. Спешно сменив магазин, Прапор сделал по несколько контрольных выстрелов.

Затем затащил Медведя за угол. Судя по тому, как тот согнулся, попадание пришлось в живот.

— Крайтар, прикрой нас, — приказал Прапор.

Пистолет в руке Крайтара был не бог весть какое оружие, но он хотя бы даст ему знать о том, что в помещении вновь кто-то появился. Крайтар выполнил распоряжение без промедления.

Прапор открыл аптечку, достал Промедол[1] и вколол его Медведю. Потом дёрнул быстросброс и снял с него броник.

— Чёрт, Медведь… Как же так. Твари.

Медведь стиснул зубы. Попадание было очень болезненным, а Промедол ещё не успел подействовать.

— Прапор, что там?

— В живот попали. Видимо пробили плиту, есть входное, выходного нет, постараюсь перевязать.

— Бля, приплыл.

— Ничего. Не из такого дерьма вылезали. Ладно, лежи тут. Мне нужно посмотреть, что там.

Прапор осторожно перевязал товарища, стараясь не сильно затягивать рану, и переместился к Крайтару.

— Что у тебя?

— Никто нет, я никого не видеть.

— Ладно, пойдём посмотрим. Не можем же мы вечно здесь сидеть.

Идти вперёд было рискованно, но выбора не было. Нужно было, как можно быстрее зачистить участок, потом вернуться к Механу и вместе с ним оттащить Медведя в медицинский блок. Может, этот доктор сможет подлатать друга.

Прапор двинулся дальше, осторожно ступая вперёд. Он был готов в любой момент атаковать. Спина дико болела от напряжения, а ведь он уже не молодой для таких приключений. Хотя на Земле это не мешало ему, как сайгак скакать по лесам и оврагам, как на противника, так и от него. Правда потом организм от души напоминал ему о последствиях таких приключений.

Коридор закончился.

Прапор выглянул. Слева — чисто. Какая-то поваленная мебель, частично уничтоженная, оплаченная или разломанная, тела убитых. Он сместился, чтобы проверить другую сторону. Справа — тоже чисто. Та же картина, состоящая из разломанной мебели, трупов и других следов недавнего боя.

Прапор еще раз осмотрел помещение и убедился, что все, кто лежал здесь, «готовы».

— Крайтар, всё в порядке. Можешь подходить.

Тот вышел из коридора, и хромая пересёк помещение.

Панель открытия двери на его команды не отреагировала. Тогда он попытался связаться с капитаном по внутренней связи. Раньше у него это не получалось, но сейчас связь установилась.

— Капитан, это Крайтар!

— Ты жив?! Где ты?

— Так точно. Я нахожусь за дверью.

— Тебя взяли в плен? Ты переметнулся на сторону врага?

— Никак нет. Противник мертв.

— Ты лжёшь! Как ты мог убить их?

— Но капитан… это не я. Мне по могли. Я не один…

В эфире повисла тяжёлая пауза. Прапор почувствовал, что ситуация складывается скверно и уже был готов включиться в разговор.

— Если ты меня предал, я взорву к чёртовой матери этот корабль. И подороже продам свою жизнь…

Повреждённая дверь со скрежетом стала подниматься вверх. За дверью их уже ждали. Не меньше пяти стволов смотрели прямо на него и Крайтара.

Впереди стояли двое. Первого Прапор знал. Это был тот, который недавно едва их не пристрелил. Второго он видел впервые, а вот сама внешность была ему знакома. На полях СВО он таких видел частенько.

Прапор медленно поднял руки, стараясь не делать резких движений.

— Твою мать… И здесь латиносы…

[1] Промедол —анальгетик, который используется для ликвидации сильных болевых ощущений у военных.

Глава 6

«Анти». Капитанский мостик

Одна из звёздных систем вселенной.

На слова Прапора никто не ответил. Обе стороны молча, но внимательно следили друг за другом.

— Капитан, как вы? — Крайта решил взять инициативу на себя.

— Кто это? — Васкес, не отвечая, указал дулом пистолета на Прапора.

— Я его знаю, — присоединился к беседе Роуд. — Это один из тех, кого вы сначала приказали утилизировать, а после, по просьбе Крайтара пощадили и…

— Я понял. Можешь дальше не продолжать… — перебил подчинённого капитан. — Крайтар, что тут произошло?

Васкес медленно обвёл взглядом коридор перед рубкой. С тех пор как им пришлось укрыться внутри, тел здесь заметно прибавилось.

— Капитан, здесь был противник. Мы его уничтожили.

— Вы? Вдвоём?

Недоверие ясно читалось на лице Васкеса. Он смотрел на Крайтара так, будто у того было не всё в порядке с головой.

— Нет, нас трое. Нет. То есть четверо, включая меня. Ещё мы нашли Дока, но он остался в медицинском отсеке.

Крайтар говорил торопливо, временами сбивчиво. На его лбу выступили капли пота. Прапор предположил, что у того начался «отходняк» после лекарств, а боль в раненом плече усилилась.

— И где остальные?

Прапору надоело ждать, пока эти олухи наговорятся, и он вмешался:

— Один за углом. Ранен в живот, ему требуется срочная помощь. Второй боец контролирует подходы — на случай, если мы всё же кого-то пропустили. Нами было уничтожено одиннадцать единиц живой силы противника.

Капитан бросил оценивающий взгляд за спину Крайтару, и его лицо немного смягчилось.

— Хорошо. Роуд, забери у «этого» оружие. — Он указал на Прапора. — Проверьте ситуацию на корабле. По нашим радарам враг отступил, но лучше поторопиться. Есть вероятность, что они решат вернуться.

— А что с моим раненым? — не унимался Прапор.

— Помогите ему дотащить бойца, о котором он говорит, к Винсу. И поторопитесь. Мы не можем задерживаться в этой системе.

Из рубки вышло ещё два человека. Теперь вместе с Крайтаром и «уродом», имени которого Прапор не знал, они отправились к Медведю. В разговоре капитана вроде бы прозвучало слово «Роуд», но Прапор не был уверен, к кому оно относилось.

На всякий случай он решил предупредить Медведя. Вдруг тот контролирует их направление и, не разобравшись, пристрелит кого-нибудь. Получилась бы очень неловкая ситуация.

— Медведь, это я, Прапор! Всё нормально! Не стреляй!

Ответа не было.

За углом они обнаружили Медведя без сознания. Повязка на его животе насквозь пропиталась кровью.

Двое бойцов подхватили Медведя и понесли его к медицинскому блоку.

Дальше всё пошло по тому же кругу. Прапор окликнул Механа. У того было тихо. Противник, если он и был, то не давал о себе знать. Оружие у Механа тоже забрали.

До медблока добрались без приключений. На этот раз Крайтар, прежде чем войти, громко позвал Дока. Слишком свежа была память о простреленном плече.

Док встретил их собранным. От прежнего мандража не осталось и следа.

Медведя, так и не пришедшего в сознание, уложили в капсулу. Док склонился над ним, принялся за работу: срезал бинты, вколол что-то, залил раны густой пеной. После чего поднял голову и недовольно сказал:

— И чего вы здесь встали? Представление? Освободите помещение. Не мешайте мне. Крайтар, останься. Закончу с ним — осмотрю твоё плечо.

Остальные поспешили выйти.

И снова речь окружающих стала непонятной. Вместе с Крайтаром в лазарете остался и переводчик, а без него разговоры сопровождавших бойцов превращались в пустой и бесполезный фоновый шум. Их довели до «дома» — восьмой каюты, впустили внутрь, закрыв дверь.

— Уф-ф… — выдохнул Механ. — Командир, как же стрёмно идти без оружия. Будто двигаешься по минному полю — и под ноги не смотришь.

— И не говори, — согласился Прапор. — Надеюсь, Медведь выкарабкается. Крайтара же быстро поставили на ноги, хотя ему явно сильнее Медведя досталось.

— Командир, а что у вас там произошло?

— Встретили трёх ушлёпков. Первого я снял сразу. У второго был щит — с ним провозились дольше, и третий успел зацепить Медведя. Заодно успел познакомиться с капитаном этой посудины. Точь-в-точь те колумбийцы, которых мы положили под Изюмом. Я чуть дар речи не потерял.

— Командир, как думаете, что с нами теперь будет? — обеспокоенно спросил Механ.

— Думаю, что пока ничего плохого. Раньше мы были в статусе: «Нахрен нужен такой балласт», то теперь мы уже не выглядим лишними на корабле. Если Крайтар не врал, команда потеряла троих или четверых убитыми. И это только те, кого мы видели своими глазами. Общую картину нам, сволочи, не показывают — не доверяют. Зато в этот раз даже обыскивать не стали. Так что верим в лучшее.

Прапор подошёл к своей койке, лёг лицом к выходу и вынул из кобуры пистолет. Не бог весть какое оружие, но всё лучше, чем ничего. Механ последовал его примеру и занял своё место.

Потянулось ожидание.

«Анти»

Капитанский мостик

На капитанском мостике оставались трое: Васкес, первый пилот и оператор систем вооружения. Остальные, кто уцелел, расползлись по кораблю. Они спешно занимались обследованием корабля, проверяли отсеки, проводили срочный ремонт, убирали тела убитых.

Корабль медленно приходил в себя после боя. На панели управления тревожный красный кое-где сменился оранжевым, а часть систем удалось полностью вернуть к жизни и они горели зелёным.

— Капитан, противник ушёл за планету и пропал из зоны сканирования, — доложил оператор. — Щиты восстановлены полностью. Ракетные установки перезаряжены на пятьдесят четыре процента.

Васкес не сразу ответил. Он внимательно смотрел на тактический экран, туда, где ещё недавно отображалась метка вражеского корабля, а сейчас, как и говорил оператор, там была пустота.

— Что с системами ПКО? — спросил Васкес.

— Потеряно около семидесяти процентов систем. Возможно, техники смогут вернуть часть в строй, но не быстро. Половина турелей со стороны высадки абордажной группы уничтожена полностью.

Васкес открыл канал связи со старшим техником. В рубке зазвучал уставший голос Барри:

— Капитан, заканчиваем осмотр двигателей. Визуально всё цело. Похоже, их вырубило чем-то электромагнитным. Проверяем цепи реактора, ищем проблему…

— Мне не интересно слышать твои оправдания. Лучше скажи мне, КОГДА МЫ СМОЖЕМ УЛЕТЕТЬ ИЗ ЭТОЙ СИСТЕМЫ?! — последние слова Васкес уже выкрикнул, забрызгав слюной панель перед собой.

На мостике стало тихо.

— Пока не могу ответить точно, капитан, — после паузы произнёс Барри. — Ориентировочно — несколько часов. Если, конечно, повреждения не окажутся более значительными, чем нам кажется.

Васкес закрыл глаза на долю секунды.

— У тебя нет нескольких часов, Барри. У тебя есть время до того момента, как они, возможно, вернутся. Работай.

— Я постараюсь, капитан.

Связь отключилась. Тревожить Васкеса без веской причины сейчас не решился бы никто.

Дверь в рубку поднялась. Наконец-то вернулся Роуд.

— Капитан, корабль осмотрен. Противника на борту нет. Вся абордажная группа полностью уничтожена. Их десантный бот пуст. Второй пилот сейчас перегоняет его в наш ангар, после этого он на челноке проверит останки нашего разведчика. Но, судя по состоянию корпуса, живых там не осталось.

— Да… Жаль Ортиса. Он был хорошим пилотом…

Роуд молчал, понимая, что капитан ещё не всё сказал.

— Груз?

— Цел. Ни одна капсула не пострадала.

— Хоть что-то, — сухо сказал Васкес. — Что выяснили о нападавших?

— Пока немного. Обычная сборная солянка, как и у нас.

Капитан медленно повернул голову и посмотрел на него. Роуд выдержал взгляд и продолжил:

— Точнее скажем позже, когда взломаем данные с десантного бота и личных коммуникаторов. Нам повезло: сбили все выпущенные ими дроны и два истребителя из трех. Но далось это дорого. На корабле найдено четырнадцать трупов противника и один боевой робот «Азур-2». Предполагаю, их ракетные установки тоже на перезарядке, как и наши. Но лучше нам поскорее отсюда убраться.

Васкес коротко кивнул.

— А что думаешь о наших пленниках?

Роуд помолчал, подбирая слова.

— Я догадывался, что они воины. Но не ждал многого. В бою я их не видел, зато тела, которые мы нашли, говорят сами за себя. Они сработали хорошо. Быстро. Видна слаженная работа. Однако если бы на них навалилось сразу больше десятка, как на нас, их бы смяли. Нам всем повезло: противник просто не ожидал угрозы с той стороны. А когда у них начались проблемы, не отправил на подавление достаточно сил.

— И?

— Предлагаю оставить их в живых. В качестве рабов. В любой тяжелой ситуации их не жалко будет бросить первыми — и тем самым сохранить основной экипаж. Других вариантов у нас почти нет. На корабле осталось одиннадцать человек. Драться могут единицы.

Капитан не стал тянуть варга за яйца и быстро принял решение:

— Решено. Заберешь их к себе. Если доживут до прибытия — расширим твою команду. Надень на них рабские браслеты. И передай Винсу: пусть загонит их в капсулу и загрузит всем галенский язык.[1].

— Будет сделано, капитан.

Роуд развернулся и поспешил покинуть мостик, пока Васкес не передумал.

«Анти»

Каюта № 8

Спустя несколько часов после возвращения в каюту корабль дрогнул и пришел в движение.

— Командир, кажется, мы снова летим.

Механ подскочил с койки.

— Или нас опять атакуют… — задумчиво произнес Прапор.

Но атаки не последовало. Корпус не содрогался от ударов, тревога не выла, освещение горело всё также ярко и ровно.

Через четыре часа в каюту вошел один из членов экипажа и принес еду.

После недавнего боя у Прапора уже не оставалось ни малейших сомнений: они находились на космическом корабле. Среди чужих — вооружённых до зубов и не всегда дружелюбных… людей?

— Как там мой боец? — Прапор попытался завести разговор и хоть что-то узнать о судьбе Медведя. Вошедший лишь посмотрел на него, молча поставил поднос и вышел.

Есть не хотелось. Но эта привычка еще с войны была доведена до автоматизма: ешь не потому, что хочется, а потому, что надо. Силы потом могут понадобиться внезапно.

Исключением был Механ. Тот любил пожрать всегда и при любой возможности. Удивительно, но на комплекции это никак не сказывалось: каким был тощим, таким и оставался, словно вся еда у него исчезала где-то по дороге к желудку.

Едва они доели, дверь снова открылась. Будто кто-то стоял снаружи и ждал именно этого момента.

В каюту вошел «урод». Или Роуд. Суть от названия почти не менялась.

Он остановился на пороге, оглядел их, затем указал на Прапора. Переводчик на груди выдал уже знакомым голосом:

— Ты, идти за мной. Один.

— Идти так идти, — ответил Прапор и поднялся.

Роуд повел его уже знакомым маршрутом. Тела убрали. Крови тоже нигде не осталось. Но стены залатать не успели. То тут, то там темнели выбоины, рваные отметины от осколков, следы взрывов и оплавленные полосы от лучевых винтовок — как мысленно окрестил их Прапор.

Они повернули к медицинскому блоку. Тамбур, который раньше стоял распахнутым, теперь был закрыт. Дверь сомкнулась за спиной, в лицо пахнуло прохладой и мелкой влажной взвесью. Где-то коротко щелкнули замки, и противоположная створка открылась.

Прапора привели к капсуле. Из нее уже выбирался Медведь — живой, целый и, судя по довольной ухмылке, вполне собой удовлетворенный. На лице у него было выражение кота, которому не просто дали сметаны, а еще и оставили без присмотра всю банку.

Он что-то прочирикал на языке экипажа доктору, помогавшему ему выбраться, и только потом заметил вошедших.

— Медведь, живой? Как ты? И что ты ему сейчас сказал? — спросил Прапор, подходя к другу.

Медведь медленно сжал правую кисть в кулак, будто проверяя, своя ли она. Проверил свой живот, на предмет болевых ощущений.

— Да вот… очнулся — и будто лет на десять моложе стал. Смотри. — Он разжал пальцы и снова сжал их, уже увереннее. — Я её нормально чувствую. Словно и не рвалась в ней когда-то дымовая шашка. Врачи говорили: без шансов вернуть силу и подвижность. А язык… открыл глаза — и понял: в голове что-то лишнее. Как будто ты это знал, забыл, а потом внезапно вспомнил. Но теперь я понимаю их язык. И могу говорить на нём.

Договорить ему не дали. Роуд, подошедший вместе с Прапором, повернулся к доктору:

— Винс, следующий — этот. — Он кивнул на Прапора. — Закинь ему галенский.

Доктор недовольно поморщился.

— Но как же… Я думал следующим пустить Крайтара. У него плечо…

— Не согласен — связывайся с капитаном, — ровно сказал Роуд. — Это его приказ. Но я бы не советовал.

Док ещё немного побурчал, потом сдался и жестом указал Прапору на капсулу.

— Эм… и что мне делать? — Прапор замялся, не понимая, ложиться в одежде или раздеваться.

Медведь перевёл, выслушал короткий ответ медика и произнёс:

— Залезай как есть.

Выбора не было. Прапор забрался внутрь в чём был. Крышка капсулы опустилась, отсекая посторонние звуки. Голоса, шаги, гул корабля — всё исчезло, словно его погрузили под толщу воды. На смену им пришло что-то новое. Прапор не мог сам себе объяснить, что он чувствовал. В голову лезли какие-то посторонние мысли, от которых он старался отгородиться, но голова от этого болела лишь сильнее. Тогда Прапор заставил себя расслабиться. Закрыл глаза. Медленно вдохнул. Выдохнул. Ещё раз.

Пусть и не сразу, но головная боль отступила. Сперва стала глуше, потом растворилась, и вместе с ней провалилось куда-то всё остальное.

Разбудил его шипящий звук. Крышка капсулы поднималась вверх, впуская резкий белый свет. Над ним склонился уже знакомый доктор.

— Поздравляю с освоением новых знаний. Теперь вы знаете галенский язык, — сказал медик.

Слова прозвучали на чужом языке, но Прапор понял их сразу. Так, будто знал с детства.

— Вы меня хорошо понимаете?

Прапор моргнул, сел чуть ровнее и кивнул.

— Да… Спасибо. А вы меня?

— Всё хорошо… Хм. Странно. Капсула закончила раньше. Я думал, сбой. Нужно будет провести диагностику…

Голос доктора звучал тихо и рассеянно. Последние слова он уже говорил скорее себе, чем Прапору:

Когда Прапор выбрался из капсулы, в отсеке снова появился Роуд. Он был не один — рядом с ним стоял Механ.

— Винс, — позвал Роуд.

Доктор нехотя поднял голову.

— Что ещё? — раздражённо спросил он: его явно выдернули из важной мысли.

— Теперь этот. Ему то же, что и ему. — Роуд кивнул сперва на Механа, потом на Прапора.

Прапор поймал себя на том, что понял каждое слово. Не догадался по интонации, не сложил смысл по жестам — именно понял.

— И да, это тоже приказ капитана, — добавил Роуд, предупреждая возражения.

Доктор коротко выдохнул, но спорить не стал.

Дальше всё повторилось: Механ лёг в капсулу, Винс провёл рукой над панелью, ввёл команды. Крышка опустилась с мягким шипением, отрезая его от отсека.

— Иди со мной, — сказал Роуд Прапору всё тем же ровным, пустым голосом.

Прапор не двинулся.

— Прапор.

Роуд остановился и медленно обернулся.

— Что?

— Меня зовут Прапор, — спокойно сказал он. — Хочу знать, как обращаться к тебе.

Несколько мгновений Роуд смотрел на него так, как хищник смотрит на добычу перед броском. Но не увидев в ответ ни капли страха.

— Роуд, — наконец сказал он. — Обращайся так. Иди за мной.

Он развернулся и пошёл к выходу, не проверяя, следует ли Прапор за ним.

Проходя мимо доктора, Прапор услышал тихое:

— А меня можешь звать Винс.

Прапор чуть замедлил шаг.

— Ещё раз спасибо, док. За меня и за ребят.

Прапора привели обратно в каюту.

Медведь ждал его на койке. Судя по пустой посуде на столе, обед он уже умял без остатка. Если часы Прапора не врали, по земным меркам сейчас был самый обычный день.

Роуд ушёл не прощаясь.

— Странный он, — сказал Медведь, глядя на закрывшуюся дверь.

— Точно не любитель поговорить. Но странности в нём не больше, чем в нас.

Медведь помолчал.

— Прапор, расскажи, что было после того, как меня подстрелили

Прапор опустился на край койки и посмотрел на Медведя.

— Да как тебе сказать… Мы с тобой добили последних. Потом я познакомился с капитаном этого корабля.

— И какой он?

— Выглядит поживее этого, что ушёл. Сразу напомнил мне наёмников, которые нам попадались.

— Пшеков что ли?

— Нет. Латиносов. Может, мексов, может, ещё кого с тех мест. Он что-то говорил, с кем-то переговаривался, пока я стоял там истуканом. Тогда я ни черта не понимал и не запоминал. Это теперь я знаю, галенский…

— Механа тоже засунули в капсулу?

— Тоже, Медведь. Тоже.

— Как думаешь, какие у них планы?

Прапор посмотрел на пустую посуду, на холодный свет под потолком, на серые стены.

— Я уже сказал Механу: они не в том положении, чтобы разбрасываться людьми. Хотели бы избавиться — зачем учить языку? Зачем лечить тебя и, по сути, вытаскивать с того света?

— Это да… — Медведь задумался.

Прапор лег, вытянув ноги.

— Медведь, извини, но сейчас не до разговоров. Нужно поспать. После этой штуки голова как чугунная. Надо хоть немного отойти.

— Хорошо. А я тогда подежурю.

Через десять минут каюту наполнил слитный храп двух очень уставших людей.

Два часа спустя их разбудило возвращение Механа. Его, как и прежде, сопровождал Роуд.

На этот раз Роуд не ушёл сразу. Он задержался у двери и заговорил, обращаясь ко всем, но смотрел только на Прапора.

— Капитан решил дать вам шанс остаться на корабле. Если, конечно, вы примете его предложение. Надеюсь, вы воспользуетесь этой возможностью.

— А у нас есть выбор? — с долей иронии спросил Прапор.

— Есть, но небольшой. Можете отказаться. Тогда, если капитан будет не в духе, вас выбросят за борт — обретёте свободу. Абсолютную. Если же настроение у него окажется лучше, вас, как и планировалось, отправят на космические шахты. Рабами.

Медведь тихо выругался сквозь зубы и сжал кулаки.

— Не будем ходить вокруг да около, — сказал Прапор. — Второй вариант?

— Присоединиться к моей группе. Участвовать в силовых операциях: защита, атака, зачистка и прочие задачи, которые поставит капитан.

— В качестве пушечного мяса? — усмехнулся Прапор.

Из двух предложений, ему конечно же понравился второй вариант, но было бы глупо вот так сразу соглашаться, не узнав больше информации. Недавние события показали, что у них тоже не сахар.

— Беречь вас никто не станет, — спокойно ответил Роуд. — Но и невыполнимого я требовать не буду.

— Условия?

— Приказы выполняются без обсуждения. И ещё одно. Пока ваш статус не изменится, вы будете носить это.

В его ладони был браслет, очень похожий на наручники, что они носили буквально недавно, но сейчас, это была лишь половина.

— Что это? — спросил Медведь.

— Страховка от необдуманных действий, — ответил за Роуда Прапор.

Роуд не возразил.

Прапор посмотрел на своих. Механ молчал, Медведь хмурился, но в глазах обоих читалось одно и то же: выбора нет. В открытый космос им не хотелось. Шахтёры из них явно никакие. Так что лучше выбрать тот вариант, который для них знаком и понятен.

— Хорошо, — сказал Прапор. — Мы согласны. Так ведь?

Один за другим товарищи кивнули.

Браслеты надели по очереди. Металл казался почти тёплым. На запястье он сомкнулся сам — мягко, без щелчка.

Прапор поднял глаза на Роуда.

— Что дальше?

— Скоро уйдём в гипер, — сказал Роуд. — Можете отдохнуть. Вам открыт базовый уровень доступа: центральный коридор, медицинский блок — если Док на месте, — и кают-компания. Там поедите. Автомат работает три раза в день, больше еду вам приносить не будут. В остальные отсеки — только в сопровождении.

— А как понять, когда этот «раз» наступает? Утро, обед… — уточнил Механ.

— Механ, тебе лишь бы пожрать, — резко одёрнул его Медведь. — Помолчи лучше.

Роуд что-то набрал на коммуникаторе. Серая панель перед столом ожила: по ней разлилась чёрная глубина космоса, холодная и бездонная, с россыпью неподвижных звёзд. В углу вспыхнули цифры: «13:52».

— Ох…ренеть… — высказал за всех общее впечатление Медведь. — Это что? То, что сейчас находится за бортом?

Роуд не изменился в лице и на вопрос не ответил.

— Завтрак с восьми до десяти. Обед с двенадцати до четырнадцати — если поторопитесь, успеете. Ужин с двадцати до двадцати двух. Кают-компания на верхнем уровне: по лестнице, налево и прямо. Завтра утром пришлю за вами бойца, познакомлю с остальными подробнее.

На этом его непривычно длинный монолог закончился. Роуд вышел, и дверь в их комнату впервые за всё время пребывания на корабле осталась открытой.

Несколько секунд никто не двигался. Поёрзав на месте, Механ спросил:

— Капитан, может быть пойдём? Поесть бы…

— Механ! Ты же только ел? — начал было Медведь.

— Медведь, всё нормально, — остановил его Прапор. — И правда, пошли. Осмотримся, подышим свежим воздухом… если он тут бывает. Может, у них и кофе найдётся. Тем более мы это заслужили.

[1] Примечание автора. Ввиду того, что раса Галенов является основной научной движущей силой, их язык приобрел галактический характер.

Глава 7

«Анти»

Каюта № 8

Выйдя из каюты, тройка столкнулась с первой проблемой. Как закрыть дверь? Понятно, что красть у них попросту нечего, но оставлять каюту распахнутой всё равно не хотелось. Найти решение проблемы смогли путем коллективного разума. Оказывается, панель, размещенная возле двери, реагировала на приближение выданных им браслетов. Стоило поднести руку — и через секунду дверь либо открывалась, либо закрывалась.

До кают-компании добрались быстро. Шли широким шагом по пустым коридорам. Входная дверь послушно открылась перед ними — снова благодаря браслетам.

Кают-компания оказалась просторным, около ста квадратных метров, прямоугольным помещением. Одну стену целиком занимало изображение космоса — такое же, как в их каюте, только здесь «окно» было куда больше.

У противоположной от входа стояли какие-то аппараты. Прапору они напомнили кофемашины, только в несколько раз крупнее. Перед ними тянулась линия раздачи — почти как в столовой, где посетители медленно выбирают себе еду. Слева и справа от центрального прохода, разделявшего помещение на две равные половины, располагались столики с диванчиками на четыре и более человек.

В кают-компании был всего лишь один человек. Он сидел спиной, и Прапор не мог понять, встречал ли его раньше. Да и времени на разглядывание не оставалось: часы тикали, до конца обеда было всего три минуты.

Тройка пошла прямо, по проходу в направлении устройств, которые, предположительно, должны были утолить их голод и любопытство. Благо с подносами и приборами не было проблем. Всё было сложено слева и можно было взять то, что считаешь необходимым. А вот что делать дальше? На четырёх машинах горели разноцветные огоньки, ряды кнопок мерцали непонятными обозначениями, и не было ясно, в какой последовательности на них нажимать. Как бы не сломать чего…

— Вам помочь? — раздался голос за спиной.

Прапор обернулся и встретился взглядом с мужчиной азиатской внешности — лет пятидесяти, может, старше. Седые волосы, слегка тронутое морщинами лицо, спокойные глаза. Одет он был, как и все на корабле, в чёрную форму.

— Да, если вам не трудно, — ответил Прапор. — Мы тут новенькие и… ещё не разобрались, что к чему.

— Все на корабле уже в курсе новостей по поводу вас, — сказал незнакомец. — Смотрите. Начинать нужно слева направо. Первый автомат выдаёт жидкую пищу. Вроде супа, хотя разглядывать там нечего: мяса вы там не увидите, только сильно разбавленный концентрат. Прикладываете браслет вот сюда, к панели, потом нажимаете одну из зелёных кнопок. Зелёный — порция есть. Оранжевый — закончилось. Главное не забыть подставить нужную тарелку вот в это углубление, иначе аппарат попросту откажется выдать вам желаемое, а попытка будет засчитана, как успешная. Следующий аппарат такой же, только с кашей. В двух последних — напитки. Все порции стандартные, заказать больше не получится, только по особым праздникам или за свой счет. На этом всё. Мне пора на свой пост. Дальше уже сами разберётесь.

Он говорил быстро, но без раздражения, каждое слово подтверждая делом. Браслет коснулся панели, кнопка вспыхнула, внутри аппарата что-то глухо вздохнуло — и первая тарелка, наполненная бледной горячей жижей, плавно перекочевала на поднос Механа. Затем последовала каша и напитки.

Завязать разговор не вышло. Незнакомец кивнул и ушёл. Прапор с Медведем поспешили выбрать порции и для себя. Не особо заморачиваясь над тем, что они берут. Быстро подставляли тарелки и нажимали на зелёное. Главное — успели. Ещё один маленький корабельный навык лёг в копилку опыта.

Сесть решили у «окна». Зрелище было необычайно поразительным… Космос…

Он выглядел иначе, чем с поверхности планеты. Прежде всего поражает чернота. Не просто ночная темнота, а глубокая, почти абсолютная бездна. На этом фоне звезды выглядели совсем не так, как с поверхности Земли. Они были ярче, насыщеннее. Одни горели ровным белым огнём, другие отдавали голубизной, золотом, едва заметной красной теплотой. Чем дольше смотришь, тем больше их проступает из мрака. Но даже это звездное множество не разрушало чувства пустоты, а даже наоборот, подчеркивало его.

— Приятного аппетита, — вдруг громко сказал Механ.

Он уже целиком сосредоточился на еде и этим вернул Медведя с Прапором, напрочь засмотревшихся на открывшуюся за бортом картину, обратно к еде, которая успела немного остыть.

— Спасибо, Механ, — ответил Медведь и осторожно попробовал первое блюдо.

— И вам, друзья, — присоединился Прапор.

Ели не спеша. Блюда и напитки у всех оказались разными, так что по очереди снимали пробу друг у друга, чтобы в дальнейшем понять, что достойно внимания, а что лучше обходить стороной и употреблять в крайнем случае.

Механ закончил первым, аккуратно отложил приборы и удовлетворённо выдохнул.

— Капитан, это лучше того, что нам приносили.

— Такое ощущение, будто нас раньше кормили, как свиней, — поддержал его Медведь.

— Вы оба правы. По сути, такой у нас статус и был. На большее рассчитывать не приходилось. Теперь главное не расслабляться и постараться заслужить те же права, что есть у остальных членов экипажа. Конечно, я не уверен, что это будет так легко. Мы недавно спасли им шкуры, а благодарность получили несоразмерную. Но ничего. Придёт время — всё встанет на свои места.

— Что будем делать дальше? — спросил Медведь.

— Заслуженный отдых. Потом вернёмся сюда на ужин, попробуем завести новые знакомства и постараемся выудить полезную для нас информацию.

Прапор поднялся, взял поднос и понёс его обратно к зоне выдачи. Куда ставить грязную посуду, он понял сразу: там уже громоздилась целая куча тарелок, ложек, кружек и подносов, разложенных по отдельным отсекам. Всё выглядело аккуратно, почти стерильно.

— Интересно, кто это всё моет? — пробормотал Прапор скорее себе, чем остальным.

После того как они поели, вся тройка отправилась обратно в свою каюту.

Ровно в двадцать ноль-ноль по корабельному времени на ужин идти не стали. Решили подождать, пока там теоретически наберется побольше людей, чтобы было больше шансов с кем-то заговорить.

На этот раз коридоры уже не казались пустыми. Им всё чаще попадались члены экипажа: кто-то спешил мимо, не поднимая глаз, кто-то бросал короткий мимолётный взгляд. Из знакомых встретился только Винс.

— Здравствуйте, Док, — первым заговорил Прапор, на правах командира их группы.

— О… здравствуйте. Рад видеть вас в добром здравии, — Винс перевёл взгляд на Медведя. — Как самочувствие?

— Спасибо, что вытащили меня, — сказал Медведь и протянул руку.

Доктор помедлил, будто не сразу понял жест, потом всё же пожал её. Медведь, переборщив с благодарностью, так размашисто затряс его руку, что худощавого Винса повело из стороны в сторону, словно шлюпку на порывистом ветру.

— Не за что, не за что, это моя работа, — поспешил высвободиться из захвата Док. — Наоборот, это я должен вас поблагодарить. За моё спасение. И, я знаю, как это лучше всего сделать.

Он оглянулся, понизил голос:

— Увы, мои ресурсы и возможности несколько ограничены. Но ввиду того, что наш экипаж стал более кхм… свободным, то я смогу найти для вас немного времени в капсуле. Скажем, по тридцать минут для каждого… До конца нашего полёта…

— Прости, Док, но мы с товарищами не совсем понимаем, что нам дадут эти полчаса, — осторожно сказал Прапор. В бесплатный сыр он не верил.

— Процедура совсем не опасна, — Винс чуть замялся. — Пока вы все находились в капсуле, я просмотрел ваши показатели. Ваши организмы… находятся в очень плачевном и крайне изношенном состоянии. Безусловно, капсула не сотворит чуда за один столь короткий сеанс, но если проходить процедуры регулярно, к концу полёта разница будет заметной. Очень заметной.

Прапор задумался. Что-то темнит этот «дохтор», а может быть, просто не договаривал. Но где именно зарыта собака, понять не получалось. Но и отказываться от такого предложения было бы глупо. В крайнем случае, они могут изменить решение после первого сеанса, если что-то пойдет не так.

— Ладно, — сказал он наконец. — Попробуем. Но надеюсь, подвоха там нет. Потому что если есть, браслет меня не остановит.

Прапор пристально и холодно посмотрел на Винса, всем видом давая понять, что он явно не шутит. Рядом с Прапором Медведь стоял неподвижно, как скала, мрачно разглядывал доктора с таким же молчаливым интересом.

Винс сглотнул, но улыбку всё-таки удержал.

— Вот увидите, всё будет в лучшем виде… — обрадовался медик.

— Мы будем очень признательны, если так и будет. Извини, Док. Нам пора, ещё увидимся, — произнёс Прапор уже спокойным тоном.

Они распрощались с доктором и без новых остановок добрались до кают-компании.

На этот раз зал не выглядел вымершим. За столами сидело человек шесть. Из знакомых — только тот азиат, что днём помог им разобраться с пищевыми автоматами. Голоса звучали негромко, столовые приборы сухо постукивали о подносы.

По пути к раздаточным автоматам Прапор ловил на себе взгляды: мимолетные, косые, пристальные. Но он делал вид, что не замечает их. В этот раз к выбору еды и напитков подошли более тщательно. Среди напитков нашёлся вкус, отдалённо напоминавший кофе, хотя это точно не был кофе. Напиток больше напоминал цикорий, но тоже ничего.

Свободных столиков хватало, однако Прапор решил не упускать шанс. Азиат оставил неплохое впечатление, и потому он повёл своих к его столу, чтобы получше с ним познакомиться.

— Извините, у вас не занято? — спросил Прапор.

Тот поднял глаза на внезапную делегацию, коротко оценил тройку и кивнул.

Друзья подсели и принялись за свой ужин. Первые минуты прошли молча. В отличие от азиата, тройка действительно наслаждалась едой, будто перед ними была не стандартная корабельная еда, а блюда из ресторана с мишленовской звездой. Особенно старался Механ, который явно получал удовольствие от еды. Он ел с выражением восторга, и время от времени довольно улыбался.

Азиат сперва делал вид, что не обращает на них внимания. Потом начал поглядывать чаще. Наконец не выдержал:

— Впервые вижу, чтобы это ели с таким аппетитом.

— Вы плохо знаете нашего друга, — ответил Прапор. — У него желудок как чёрная дыра. В нем исчезает всё, что можно есть… Кстати, как вас зовут?

— Можете звать меня Чу. Я младший техник на этом корабле. А вас и правда зачислили в команду Роуда?

— Рад знакомству. И ещё раз спасибо, что помогли. Я — Прапор, этот здоровяк — Медведь, а этот проглот — Механ. Что касается зачисления в команду, то да, можно сказать, что нас и правда зачислили в команду, но выбора как такового нам не дали. Думаю, что вы знаете, что это такое?

Прапор поднял руку. На запястье тускло блеснул браслет.

Чу сразу понял. Улыбка стала несколько натянутой.

— Вот оно как, теперь стало понятно. Просто мы с моим коллегой находимся на другой стороне корабля и новости до нас доходят не так быстро, как нам хотелось. — посетовал Чу.

Он помолчал, потом осторожно спросил:

— Говорят, что вы там убили большую часть врагов? Это правда?

— Не совсем, — Прапор качнул головой. — Нам сильно помог Крайтар. Без него мы бы не справились. Слухи, как обычно, сильно преувеличены и не стоит им верить.

Чу кивнул, но по глазам было видно, что слухам он всё равно верит больше.

— Чу, мы тут новички по сути, можешь дать нам несколько полезных советов? Что нам стоит знать?

Техник задумался. Потёр пальцами переносицу, словно взвешивал, что можно говорить, а о чём лучше умолчать.

— Если вас взял Роуд, выполняйте его приказы сразу. Не спорьте. Он второй человек на корабле. Если сумеете заслужить его расположение — считайте, вам повезло. Своих он в обиду не даёт. Даже капитану приходится считаться с его мнением.

— А капитан? — спросил Медведь.

Чу отвёл взгляд.

— От капитана держитесь подальше.

— Почему?

— Просто держитесь…

Он сказал это тихо, почти без выражения. Чу больше ничего не добавил. Азиат поднялся, отнёс грязную посуду и покинул кают-компанию.

Медведь проводил его взглядом.

— И что это значит?

Прапор почесал уже изрядно отросшую щетину.

— Это значит, что здесь всё как везде. Интриги, коварство и люди, которые с радостью захотят прокатиться на чужом горбу.

— И кому тогда можно верить? — спросил Механ.

— Никому. Кроме тебя, меня и Медведя, — ответил Прапор. — Считаем, что здесь кругом враги, и делаем это до тех пор, пока мы не поймём, кто чем дышит и что кем движет на этом корабле. И даже тогда нужно будет оставаться начеку.

На несколько секунд за столом повисла тишина.

— Друзья! Вот вы где! А я вас искал! — прогремело от входа.

Крайтар появился внезапно. После чего, под взглядами тройки, неуклюжим утиным шагом направился к их столику. Но по пути он что-то переосмыслил и поменял свою траекторию, сделав крюк в направлении автоматов с напитками. И уже через минуту разместился за их столиком с кружкой горячего «цикория» в руке.

— Как вы тут? Вам нужна моя помощь? — участливо спросил он, оглядев тройку. — Вижу, с автоматами для еды вы уже разобрались.

— Спасибо, всё хорошо. Нам помог техник Чу. Знаешь такого? — спросил Прапор.

— Знаю. Но мы редко пересекаемся с техниками. С ними больше общаются пилоты да операторы дронов.

Прапор помолчал, провёл ладонью по заросшей щеке и усмехнулся.

— Раз уж ты предложил помощь… Есть одна проблема.

Крайтар сразу подобрался.

— Какая?

— Крайтар, чем вы тут бреетесь? — Прапор указал на свою щетину. — Мы с товарищами уже так обросли, что в пору Дедом Морозом становиться.

— Дедом Морозом?

— Не бери в голову, это наше, земное. Так можешь помочь с этим?

— Думаю, да, — тихо ответил Крайтар.

Он опустил взгляд на кружку. Пальцы крепко, до хруста, сжались вокруг неё.

— В моей команде погибли все, кроме меня. От них остались вещи. Наверное, там найдётся то, что вам нужно. Завтра занесу.

Лицо Крайтара посерело. В его голосе на миг проступило что-то тяжёлое, плечи осели, будто на них разом легла вся тяжесть потерь. За столом стало неуютно тихо.

Прапор понял, что нужно как-то отвлечь Крайтара. Он понимал его, но мало чем мог ему помочь.

— Крайтар, ещё вопрос, — осторожно сменил он тему. — Для чего у вас используют капсулы? Мы встретили Винса, и он сказал, что к ним тут даже очередь. Расскажешь?

Ах это… — Крайтар заметно потерял интерес к разговору, но всё же ответил. — Капсулу на нашем корабле используют для загрузки знаний. Если нет нейросети, то это единственный быстрый способ их изучения. По договору с капитаном, когда нет больных, каждому члену экипажа положено двадцать пять часов в месяц. Тем, кто занимает командные должности, — ещё пять часов сверху. Всё, что сверх нормы, оплачивается из своего кармана. И да, сначала нужно купить базу знаний.

— Теперь понятно, как мы выучили язык, — сказал Прапор.

Они переглянулись.

— Именно. Языковая база — самая дешёвая. На неё уходит часа три-четыре. Стоит всего сотню кредитов.

— Спасибо, Крайтар, — кивнул Прапор. — А что такое кредиты? То есть мы понимаем, что это деньги, но…

— Кредиты — основная универсальная денежная единица у многих рас. Как и галенский язык, они пошли от галенов. От них вообще многое распространилось.

— Как доллар… — вставил свои пять копеек Медведь.

Прапор с укором посмотрел на Медведя: мол, зачем ты мне сбиваешь человека.

— Крайтар, последний вопрос. Мы и так тебя задержали. Сколько нам ещё лететь?

Крайтар помолчал. На его лице мелькнула усталость.

— Честно — не знаю. В вашу систему мы добирались почти тридцать дней. И это на полностью исправном корабле. Сейчас нас сильно потрепали, так что, возможно, в пути будем чуть дольше. Точный ответ знают лишь пилоты и капитан…

Он одним глотком допил напиток, коротко попрощался и ушёл. По дороге задержался у автоматов, взял что-то ещё и направился к другому столику, где почти сразу втянулся в разговор.

Ребята проводили его взглядами.

— Вот и пойми его, — хмуро сказал Медведь. — Друг он нам или кто?

— Или кто, — негромко ответил Прапор. — Смотри сам. С одной стороны, он понимает, что мы ему помогли. С другой — каждый раз, глядя на нас, вспоминает своих погибших. А убили их наши же товарищи. Такое из головы не выкинешь.

Он помолчал, задумчиво постучал пальцами по столу.

— Его благодарность не бесконечна. Рано или поздно она иссякнет. И хорошо, если после этого он будет просто держаться в стороне. А может и переклинить. Посчитает, что все его долги перед нами списаны, да и воткнёт нож в спину — и будет считать, что имел право. Так что иллюзий насчёт него не строим.

Медведь нахмурился.

— Думаю, ты прав.

— Поели, пора и честь знать, — Прапор поднялся первым. — А то сидим тут как белые вороны.

Они молча направились к своей каюте. Подходя к ней, товарищи увидели, как дверь открылась.

Медведь остановился.

— У нас гости?

Гадать дальше не пришлось. Из каюты выехал робот-уборщик — полутораметровая угловатая тумба на колёсах, чем-то похожая на мусорное ведро. Вместо крышки у него вращался полукруглый купол. По бокам робот имел два манипулятора вместо рук. Он что-то деловито пискнул, невозмутимо миновал троих людей и покатил дальше, оставляя за собой влажный блеск на полу и резкий запах озона.

Прапор медленно убрал руку с рукояти пистолета.

— А я всё думал, как они тут убираются. Теперь знаю. Надеюсь, ночью эта штука не приедет, а то с перепугу пристрелю.

В каюте стало заметно свежее. Исчезли застоявшийся запах пота и корабельная духота. На каждой койке лежал «свежий» комплект постельного белья и теперь у них есть одеяла.

Они молча заправили койки и почти сразу провалились в сон. Завтра будет новый день, новые вопросы и новые опасности. У них нет права на ошибку.

На обзорной панели чёрная бездна со звёздами дрогнула, смазалась и рассыпалась яркой снежной пургой.

Корабль ушёл в гиперпрыжок…

Глава 8

«Анти»

Каюта № 8

Новый день начался вполне буднично.

Подъем. Очередь в туалет, куда, как всегда самым первым, словно молния, проскочил Механ, и заправка кроватей. Сегодня решили выйти пораньше, учитывая, что должен прийти человек от Роуда.

Без пятнадцати восемь дверь каюты открылась. На пороге появился уже знакомый боец — тот самый, что сопровождал их раньше. Имени его они по-прежнему не знали.

— Меня прислал командир. Просил передать: за завтраком будет ждать вас за своим столиком. Не опаздывайте.

Сказано это было с такой плохо скрытой неприязнью, будто они успели ему чем-то крепко досадить. Закончив, боец развернулся и ушёл.

— Что это с ним? — спросил Медведь.

— Да кто его знает. Я его вижу то ли третий, то ли четвёртый раз. Перейти ему дорогу мы точно не успели. И в долг у него, вроде, не брали, — ответил Прапор.

— Может он расист? — предположил Механ.

— Ага. Космический, — хмыкнул Прапор. — Ладно, хрен с ним. Потом разберёмся, что за вожжа ему под хвост попала. Лучше поторопимся: не дело опаздывать в первый рабочий день.

Он первым направился к выходу.

— Да… Уж больно рожа у него знакомая, — задумчиво произнёс Медведь, почесав затылок. — Где-то я его видел. Только вспомнить не могу…

И поспешил следом за Прапором и Механом, уже вышедшими из каюты.

В столовой с утра было заметно многолюднее. После вчерашних обеда и ужина это бросалось в глаза.

Прапор насчитал восемь человек. Негусто, если учесть размеры корабля.

Он быстро нашёл нужный столик. Роуд сидел там с двумя незнакомцами. По пути к раздаточным автоматам Прапор кивнул Чу, устроившемуся в одиночестве в самом углу. Тот ответил коротким кивком и снова уткнулся в свою тарелку.

Экспериментировать с едой не стали. Выбрали вчерашний набор, посчитав его проверенным и безопасным, и отправилась к ожидавшим их новым товарищам.

Подойдя к столику, Прапор остановился первым и окинул сидящих спокойным взглядом.

— Не знаю, как у вас принято здороваться, — сказал он, — но доброго утра всем.

Ответом была тишина.

После чего не услышав ничего в ответ, Прапор сел как ни в чём не бывало и принялся за завтрак. Товарищи последовали его примеру. Прапор с Медведем ели неторопливо, основательно, будто вокруг не было ни чужих лиц, ни натянутого молчания. Один Механ работал ложкой с такой скоростью, что Прапор внутренне чертыхнулся и, не поднимая головы, процедил по-русски:

— Механ, зараза, не позорь меня. Ты как с голодного края

Услышав недовольство командира, Механ сбавил темп и, косясь на Медведя, стал неуклюже копировать степенность старшего товарища.

Утренний провожатый ехидно ухмыльнулся и что-то сказал своему соседу. После этого сам же и засмеялся от своей шутки. Медведь медленно поднял на него взгляд и укоризненно посмотрел.

— Прапор, можно я ему дам по башке? — спросил он с азартом в голосе.

— Ему уже одного раза хватило. — ответил за Прапора Роуд.

Товарищи переглянулись. Никто из них ничего не понял.

— Можешь пояснить? — спокойно попросил Прапор.

— Тут нечего пояснять. Когда вы попали на корабль, твой боец напал на моих людей. Стиву разбил лицо и сломал челюсть, — сказал Роуд, до этого лишь молча наблюдавший за происходящим.

Медведь медленно повернулся к утреннему провожатому.

— Блин. Так это ты был среди тех, кто мне форму порвал? — то ли спросил, то ли уже вынес приговор Медведь и начал подниматься из-за стола.

— Тихо, Медведь. Тихо. — Прапор положил ему руку на плечо.

Он знал. Если этот здоровяк выйдет из себя, его фиг успокоишь. Проверено выбитыми дверями, шкафами, разнесёнными в щепу, и людьми, которые бледнели от одного вида Медведя в ярости.

Стив, впрочем, тоже не отвёл взгляда. Оскалился и подался вперёд, готовый ответить.

— Хватит. Оба! — рявкнул Роуд и положил на стол пистолет. — Я пристрелю любого, кто вздумает разлагать дисциплину и мешать выполнению задачи. И неважно, мой это человек или кто-то из новеньких.

— Командир, они же рабы. Мясо. — попытался возразить Стив, злобно рыча.

— Ещё одно слово и мясом станешь ты, — холодно сказал Роуд, посмотрев на бойца так, что тот поспешил заткнуться.

Пожар, едва не вспыхнувший посреди комнаты, был потушен в зародыше. Роуд медленно обвёл взглядом новобранцев и свою команду. После чего произнёс:

— Итак, сначала начнём со знакомства. Меня вы уже знаете. Этого товарища, который сегодня излишне агрессивен зовут Стив. Стрелок. Умеет обращаться со всем, что способно стрелять. Рядом с ним — Исфен. Он отвечает за роботов, дронов и техническую поддержку команды. Теперь по вашей команде. Я не вижу смысла ломать ваше взаимодействие, поэтому ты, — он указал на Прапора, — так и останешься у них старшим. Что можешь рассказать о своих людях?

Прапор не видел смысла что-либо скрывать. Их текущие знания стоили мало, и решил говорить, как есть на самом деле:

— Меня зовут Прапор. Думаю, будет правильно считать меня стрелком, хотя ваше оружие мне пока плохо знакомо. Этот здоровяк рядом со мной — Медведь. Обожает тяжёлое вооружение, потому и таскает пулемёт. Надеюсь, у вас найдётся для него что-нибудь подходящее: к его оружию патронов почти не осталось. Сами понимаете, мы не рассчитывали на долгую прогулку и взяли скромный запас.

Он кивнул на третьего.

— А этот тощий любитель пожрать — Механ. Может управлять всем, что движется. У вас тут случайно автомобиля для него не завалялось? Полагаю, нет. Ну и ладно. В механике он тоже немного смыслит, стрелять умеет, так что, если транспорта не найдётся, в бою не подведёт.

Роуд выслушал Прапора и замолчал. Пальцы его мерно постукивали по столу будто ведя обратный отсчёт до принятия решения.

Пока он думал, тройка успела прикончить остатки завтрака и допить свой «кофе».

— Хорошо, — наконец сказал Роуд. — Исфен, возьмёшь новичков и сходишь с ними на склад. Подбери им снаряжение из того, что осталось от погибших. Затем отведи в оружейную. Найдёшь что-нибудь подходящее. Заодно покажешь корабль. В рамках разумного. Скоро они могут нам понадобиться.

— Что-то намечается, командир? — заинтересованно спросил Исфен.

Ответить Роуд не успел. К столу подошёл незнакомец, коротко кивнул и обратился к Роуду:

— Вас вызывает капитан.

Роуд поднял на него глаза.

— Он что-то ещё говорил?

— Нет.

— Хорошо. Иди, я сейчас буду.

Посыльный исчез так же тихо, как появился. Роуд повернулся к своим:

— На сегодня всё. Дополнительных задач нет, продолжим завтра. Хотя нет… Стив, сходи к старшему технику. Узнай, удалось ли вытащить хоть какие-то данные из захваченного оборудования. Капитан их ждёт.

— Да, командир. Уже иду.

Стив поднялся, бросив на Прапора и его людей презрительный взгляд и, не задерживаясь, ушёл. Следом направился к выходу и Роуд, оставив троицу наедине с Исфеном.

Некоторое время тот молчал, будто прислушивался к удаляющимся шагам. Потом вздохнул.

— Не обижайтесь на Стива. Он недавно потерял друга и теперь винит всех подряд. Вы просто попались под горячую руку. Да и тот случай, когда ваш товарищ на него кинулся, сильно ударил по его репутации и самолюбию. Неважно, что Док уже подлатал его. Но, думаю, он остынет. Проблем не будет.

Исфен помолчал и добавил:

— Жаль, нас прервали. Командир так и не сказал, к чему готовиться.

— Часто вам приходится вступать в бой? — поинтересовался Прапор.

— Не особо, — Исфен пожал плечами. — Наш корабль — крепкий орешек. Обычно нас предпочитают обходить стороной. Просто сейчас с экипажем… сложности. Вы и сами это поняли. Поэтому капитан будет осторожен. Очень осторожен.

— Много потеряли? — спросил Прапор.

У него в голове крутился еще один вопрос: «Сколько же на этом корабле всего членов экипажа?»

— Достаточно. — уклончиво ответил Исфен. — Когда доберёмся до конечной точки, экипаж пополнят. Тогда всё придёт в норму.

Сказал он это уверенно, почти буднично. Но Прапор заметил, как пальцы техника на мгновение сжались в кулак.

— Хорошо… — произнёс Прапор, хотя ничего хорошего в этом не видел. Чем крепче становился экипаж, тем меньше причин оставалось держать их самих на корабле. Тем более — в живых.

Исфен будто уловил перемену в его взгляде и поспешил свернуть разговор:

— Пойдёмте. Сначала подберём вам снаряжение и форму. Потом займёмся оружием.

До оружейной они не дошли. Исфен подошёл к двери в соседний отсек, приложил свой коммуникатор к панели. Дверь бесшумно ушла в стену, открывая помещение, похожее одновременно на раздевалку и банковское хранилище. Вдоль стен тянулись ряды металлических ячеек — каждая с номером.

— Личные ячейки членов экипажа, — пояснил Исфен, заметив их взгляды. — У нашей группы здесь дополнительное место. Сами понимаете, сколько всего приходится таскать.

Он прошёл вдоль стены, сверяясь с номерами.

— Сейчас посмотрю, что может вам подойти из того, что у нас осталось.

Дверцы открывались одна за другой. Одни ячейки Исфен закрывал сразу, у других задерживался, придирчиво перебирая содержимое. Несколько дверец он оставил распахнутыми.

Минут через десять поиски закончились.

— Кажется, нашёл всё, что нужно. Начнём с самого крупного. Медведь, верно?

Медведь молча кивнул.

Исфен вытащил два комплекта чёрной формы и протянул ему.

— Примерь, что-то из этого должно подойти.

Медведь шагнул вперёд и принялся переодеваться. За ним — Прапор и Механ. Один за другим они получили новые комплекты. Ткань оказалась странной: плотной, но гибкой, прохладной на ощупь.

Затем Исфен выдал ботинки с магнитной подошвой.

— Вручную не активируете, — предупредил он. — Нужен личный коммуникатор. Пока считайте, что это просто хорошие ботинки.

Также Исфен выдал перчатки, какие-то крепления, различные принадлежности и прочую мелочь. Назначение большей части Исфен объяснял вскользь или вовсе не объяснял.

Наконец он остановился у самых широких ячеек.

— А теперь самое главное. Боевой костюм. Каппа-6. Модель не новая и не лучшая, зато надёжная и простая в освоении.

Он начал доставать составные части костюма: пластины, шлем, какие-то гибкие сегменты.

— Назван в честь одной из планет ССП, — продолжил Исфен. — Как и большинство таких костюмов, состоит из модулей.

Он подозвал Механа и принялся облачать его в броню.

— Нижний модуль — до колена, двусоставной. Надеваете поверх обуви. Не переживайте. Никакого дискомфорта не будет. Он сам всё подгонит.

Сегменты мягко сомкнулись вокруг голени Механа, с лёгким щелчком. Модуль будто сел по ноге.

— Дальше всё так же, снизу вверх, — сказал Исфен. — При должной сноровке сможете накинуть костюм меньше чем за минуту. Главное — не перепутать порядок. Каппа-6 многое простит, но не всё.

— А что по характеристикам? — спросил Прапор, наблюдая, как броня подстраивается под Механа.

Сегменты костюма один за другим смыкались на теле. Модули идеально прилегали друг к другу и выглядели одним целым.

— Шесть часов в безвоздушном пространстве, — ответил Исфен. — Встроенный экзоскелет, имеет самый простой медицинский блок. Вам, кстати, очень повезло, что противник не устроил разгерметизацию корабля.

Прапор помрачнел. До этого он даже не думал о таком. На Земле он знал откуда ждать опасность и что с ней делать, а здесь… смерть могла прийти из совершенно неожиданных мест. Слишком многое теперь придётся учитывать. Слишком многому — учиться заново.

— А что делать, когда воздух закончится? — донёсся голос Механа из костюма. Защитное стекло у него пока было поднято.

— Если к тому моменту вы ещё будете живы, — спокойно сказал Исфен, — справа на поясе найдёте слот под сменный картридж. Рядом — гнездо для энергетической ячейки. Она питает все системы костюма.

Механ скосил взгляд вниз, будто пытался разглядеть пояс сквозь нагрудник.

— А что у него с защитой? — спросил Прапор.

Исфен помедлил.

— Если говорить объективно, то не очень. Шлем — самое слабое место любого боевого костюма. У Каппа-6 особенно. Одно попадание из лучевого ружья на любом режиме — и всё. Нагрудник выдержит два-три выстрела из ружья на малой мощности или один на средней. Максимальную лучше не ловить вообще. Остальные модули держат не более двух-трёх выстрелов, но уже из пистолета или одно попадание на малой мощности из ружья.

В отсеке стало тише. Даже Механ перестал вертеться, проверяя подвижность брони.

— Понятно, — сказал Прапор. — А если оружие другого типа? У Крайтара я видел что-то вроде автомата. Не знаю, как называется. Он легко прошивал костюмы противника.

Исфен едва заметно улыбнулся.

— Простая кинетика. Разгоняет металлические шарики до высокой скорости. Очень эффективна на короткой дистанции и против слабой брони. А ваши враги, по сути, в ней и были. Каппа-6 против такого оружия держится хорошо. Кинетика пробьёт разве что стекло шлема, если повезёт стрелку.

— Утешил, — буркнул Медведь.

— Не обольщайтесь, — добавил Исфен. — Чаще вам будут встречаться лучевые и бластерные системы. Ещё — винтовки Гаусса. Вот с ними всё куда неприятнее.

Медведь покрутил плечами, примеряя, как на плечи сел модуль, и хмуро посмотрел на техника.

— Звучит, как-то х…плохо — произнёс Медведь, подбирая слова. — Слушай, Исфен, а что это за костюмы были у противника? Которые светились. Мы не могли сразу пробить. Есть ли в перспективе добыть такие?

— Модель Хор, — сказал Исфен. — Встроенный генератор защитного поля. Небольшой, но часть попаданий он гасит. Всё зависит от версии и состояния костюма. Вам такие ещё не скоро светят. Даже у нас на корабле они есть только у капитана, Роуда и у меня.

Он на секунду замолчал.

— Был ещё у Крайтара. Но вы сами знаете… он потерял его в той передряге. В последнем бою сражался уже в обычной форме. Брать запасные боевые костюмы своих павших товарищей он не захотел.

Напряжённое молчание повисло между ними тяжёлой паузой. И никто не спешил её заполнять.

Первым не выдержал Медведь:

— У меня одного голова пухнет от всего этого?

Исфен усмехнулся, осматривая, как сел боевой костюм на Прапора и нет ли каких-нибудь проблем.

— Привыкнете, — ответил Исфен. — Если будете слушать и не делать глупостей.

Прапор провёл ладонью по нагрудной пластине, всё ещё не веря, что такой тонкий и лёгкий костюм способен хоть что-то выдержать.

— Нам бы памятку, — сказал он. — Или устройство, куда можно вывести нужную информацию. Характеристики, инструкции. Всё, что поможет нам быстрее устранить все пробелы.

Исфен коротко кивнул.

— Подумаю. Если найду подходящее решение — сообщу. А пока отнесите выданное в каюту. Я буду ждать вас у оружейной. Тройка переместила свой новый скарб в свою каюту и вернулась обратно.

Они перенесли новый скарб к себе, разложили по шкафчикам и вскоре вернулись.

Исфен приложил ключ доступа к панели, затем ввёл код на своём коммуникаторе. Дверь тихо ушла в сторону.

Как и в прошлый раз внутри оружейной напрочь отсутствовали какие-либо запахи. Не пахло металлом, смазкой. Воздух был идеально стерильным.

— Я покажу, чем мы располагаем, — сказал Исфен, впуская их внутрь. — Но оружие вам пока не выдам. Только по приказу капитана или старпома. Выбор у нас небогатый, но для начала хватит.

Он поочерёдно открыл несколько оружейных шкафов. После чего в одном из них снял с крепления короткий пистолет с матовым корпусом. Тройка уже видела такие, но в пылу боя Крайтар не посчитал необходимым ознакомить их с ним.

— Бластерный пистолет. Стреляет сгустками энергии. Под такие лучше не попадать.

Вернул пистолет на место и указал на длинное ружьё.

— Лучевое ружьё. С ним вы уже знакомы.

Следующий образец оказался незнакомым. Он отдалённо напоминал привычный автомат, но выглядел чужеродно: почти без угловатых линий, короче лучевого ружья, зато заметно массивнее.

— Бластерный автомат. Чем выше темп огня, тем больше расход энергии, тем сильнее идёт перегрев систем охлаждения. В отличие от бластерного пистолета, где можно регулировать мощность выстрела, как на лучевом ружье, здесь регулируется только темп ведения огня.

Медведь скептически оглядел представленные образцы.

— А есть что-то помощнее?

— Есть, — спокойно ответил Исфен. — Но не на нашем корабле.

Прапор перевёл взгляд с оружия на техника.

— Когда сможем провести пробные стрельбы?

— Я думаю, завтра. Но лучше спросите за завтраком у Роуда. Он даст точный ответ.

—Понял.

Исфен вернул оружие на место закрыл шкафы и повёл их к выходу.

— На сегодня всё. Вы можете возвращаться к себе. Да и уже скоро обед.

У каюты Прапора и его товарищей они разошлись: Исфен ушёл дальше по коридору, а тройка вернулась внутрь.

Медведь бросил вещи в шкафчик и рухнул на койку.

— Чувствую себя так, будто снова в учебку попал.

— Это нормально, — сказал Прапор. — Сейчас на нас вывалят слишком много нового. Придётся впитывать всё, как губка. От этого зависит, сколько мы проживём. И нам не на кого больше рассчитывать, кроме, как на себя.

Механ сидел на своей койке и молча разглядывал ладони.

Прапор посмотрел на обоих.

— Какое оружие планируете?

Медведь пожал плечами.

— Не знаю. Всё какое-то лёгкое. Наверное, вон тот вариант автомата. Хоть в руках на оружие похож. А ты, Механ?

— Лучевое ружьё, — ответил тот без раздумий. — Как в прошлый раз. Мне понравилось.

— А ты, командир? — спросил Медведь.

— Тоже лучевое. Удобно, что можно резко поднять мощность и сделать один мощный выстрел. У автомата, конечно, тоже есть много плюсов, но к ружью я уже немного привык.

Он замолчал и посмотрел на закрытый шкафчик с бронёй.

Теперь всё вокруг требовало привычки: костюмы, оружие, космос за стенами корабля.

Дверь в каюту открылась, и в неё вошёл Крайтар.

— Приветствую. Я уже приходил, но не застал вас.

— У нас был утренний инструктаж. Знакомились со снаряжением и вооружением на вашем корабле. Для нас многое в новинку. — ответил Прапор, поднимаясь со своего места и протягивая руку.

— Вот, как и обещал, устройство для удаления щетины.

Вместо рукопожатия Крайтар вложил ему в ладонь небольшой продолговатый прибор.

— Командир, а разве нам не дали подобные штуки на складе? — спросил Механ.

Прапор сразу понял, что нечто подобное у них уже есть, но не хотел портить отношения с Крайтаром и собирался сделать вид, будто видит устройство впервые. Однако, заметив досаду на лице гостя, поспешил сгладить неловкость.

— Хм, и правда, похоже. Но нам, к сожалению, не показали, как этим пользоваться. Не поможешь? А то как бы этой штукой половину головы не снести.

Крайтар не отказал. Устройство оказалось простым в обращении. Убедившись, что его поняли, он быстро попрощался и ушёл.

Проводив гостя взглядом, Прапор повернулся к Механу.

— Механ, вот зачем ты лезешь в разговор? Ты же видишь, что у него итак напряги при общении с нами. А нам сейчас не помешают даже такие друзья.

— Командир, я не хотел, как-то само вырвалось…

— Впредь думай, что говоришь. И учись у Медведя.

Механ промолчал. Ему очень хотелось напомнить про утренний случай в столовой, но от командира за такое могло и прилететь.

Отправившись на обед, тройка встретила Дока. Они уже заканчивали есть, когда к ним подсел медик.

— Как я рад вас увидеть сегодня, — поздоровался Винс.

— Чем-то можем вам помочь? — спросил Прапор.

— Да, то есть нет. Я обещал вам предоставлять время в капсуле и сегодня, сразу после ужина мы можем начать.

— Приходить по очереди? — уточнил Прапор. — Или все вместе?

— Лучше по одному. И хотя это не запрещено…, но и разрешения на это у меня нет. Поэтому лучше не распространяться.

Глаза Дока беспокойно метнулись по сторонам. Он явно опасался, что его услышат.

— Ну мне пора. Увидимся вечером.

— Командир, мне это не очень нравится, у него какой-то нездоровый интерес. — сказал Медведь, смотря вслед уходящему из кают-компании Доку. — У него какой-то нездоровый интерес.

— Мне тоже, — ответил Прапор. — Но не думаю, что он нам навредит. По крайней мере сейчас. Здесь у каждого свои интересы. Не корабль, а логово с гадюками. Планов пока не меняем. Возражения есть?

Возражений не было.

Вечером, перед самым ужином, в их каюту зашел Исфен. Он протянул Прапору планшет и коротко объяснил, как им пользоваться.

— Держи. Это подарок, можете оставить себе. Я удалил всё лишнее и оставил несколько файлов, которые вам пригодятся. При открытии увидите и 3D-модель объекта. Надеюсь, всё понятно. Или есть вопросы?

— Всё понятно, — кивнул Прапор, принимая планшет. — Но один вопрос всё-таки есть.

— Какой?

— Как эту штуку заряжать?

Исфен моргнул и посмотрел на них с искренним недоумением.

— А я разве не говорил?

— Нет…

— Странно. Всё просто: кладёте планшет на верхнюю полку — и он заряжается. С боевыми костюмами так же: система сама поддерживает заряд, когда они находятся в шкафу.

— Спасибо за помощь. — поблагодарил Прапор.

— Не за что. Это моя работа. Вы идёте ужинать?

— Пока нет. Иди без нас. Мы придём попозже. — ответил Прапор.

— Хорошо, увидимся. До завтра.

Дверь за Исфеном закрылась и несколько секунд в каюте стояла тишина.

После ухода гостя вспылил Медведь:

— Прапор, да задолбали они. Не каюта, а проходной двор. С таким же успехом могли бы поселить нас в коридоре. И что за вечное недоговаривание? Каждую мелочь приходится вытягивать клещами.

Прапор положил планшет на стол и устало провёл ладонью по лицу.

— Медведь, а чего ты хотел? Для них мы кто? Расходный материал. Сегодня есть, завтра нет. Ничего не решаем, ни на что не влияем. Так что поубавь пыл и оставь его для тех, кто будет стрелять в нас по-настоящему.

Он взял планшет и бросил его Механу.

— Лови. Начинай штудировать. А мы пока хоть немного отдохнём.

Ужин прошел быстро. Ребята не задерживались в кают-компании, хотя в ней был Чу и с ним можно было попытаться поговорить. Но злоупотреблять его расположением не стали. Молча поднялись и пошли назад.

У медицинского блока разделились. Первым к Доку отправился Прапор — добровольно-принудительный испытуемый. Следом по плану должен был зайти Медведь, а если всё пройдёт нормально — Механ.

Док встретил посетителя с радостью. Улыбка до ушей, глаза блестят, как будто у него сегодня день рожденья.

— Проходите, проходите, — заторопился он. — Ложитесь.

Прапор без лишних слов забрался в капсулу. Крышка мягко опустилась, отрезая его от медблока полупрозрачной тишиной.

На этот раз не было ни головной боли, ни отключения сознания. Прапор просто лежал, глядя в тусклый свод над лицом. Тридцать минут тишины. В голову Прапора даже закралась мысль, а не дурит ли их этот доктор.

Наконец крышка поднялась. Док помог ему выбраться и тут же спросил:

— Как себя чувствуете?

Прапор прислушался к себе, пошевелил плечами.

— Не знаю. Вроде бы также. Не могу даже сказать, чтобы что-то изменилось.

— Ничего страшного, — оживлённо отмахнулся Док. — Походите ко мне недельку-другую — и обязательно заметите эффект. Где ваш коллега?

— Уже должен был прийти, — ответил Прапор.

Дверь открылась, и в блок вошёл Медведь. Он вопросительно посмотрел на Прапора, который спустя мгновение всё же утвердительно кивнул.

— Ложитесь, ложитесь, у нас очень мало времени, — заторопил его тот, мгновенно забыв о первом пациенте.

Прапор задерживаться не стал. Вернулся в каюту, где экспроприировал у Механа планшет и сел за материалы, подготовленные Исфеном. Всё было изложено коротко, сухо, без лишних подробностей. Слишком без лишних. Прапор не отказался бы от схем, примечаний, мелких уточнений — от всего того, что обычно кажется ерундой, пока эта ерунда не решает, кто останется жив.

Механ ушёл незаметно. Потом вернулся Медведь. Прапор молча передал ему планшет: пусть тоже посмотрит. Сам откинулся к стене и принялся разбирать в голове прошедший день — по пунктам, без эмоций.

После всех размышлений поставил ему оценку: «удовлетворительно».

Когда вернулся Механ, лишних разговоров заводить не стали и отправились спать.

Свет приглушили. Корабль едва слышно гудел за стенами, унося их всё дальше.

Засыпая, Прапор думал о Земле, которая с каждой минутой становилась все дальше и дальше…

Глава 9

«Анти»

Каюта № 8

Этим утром каюту разбудил будильник.

Сначала никто не мог понять, откуда доносится звук. Он был ужасно противным, надрывным и мягко говоря явно выбивался из ставшего привычными гула корабля.

Из шкафчика, который, как оказалось принадлежал Механу, доносился рёв сохатого во время гона. Сохатый оказался очень настойчивым и бесцеремонным.

Механ подскочил, будто его ударило током, и принялся лихорадочно рыться в вещах. Наконец он выудил телефон и отключил будильник. В каюте повисла тишина — уже не сонная, а подозрительная.

Прапор пристально посмотрел на Механа и с подозрением поинтересовался у него:

— Механ, это что сейчас было? У тебя остался заряд в телефоне или ты где-то держал повербанк?

— Эмм, нет, командир. Повербанка у меня не было с собой, иначе я бы поделился. Да и заряд давно сел.

— Тогда какого хрена твой телефон работает?

— Не знаю…

— А кто должен знать? Что ты сделал?

— Ничего. Я положил в верхний отсек планшет, который дал Исфен. Там, оказывается, лежал мой телефон. Командир, я точно ничего не делал.

— Сейчас разберёмся. — сказал Прапор и решительно направился к шкафчикам.

До завтрака оставалось ещё достаточно времени, чтобы они успели проделать эксперименты.

Проведя испытания методом армейского тыка, установили, что если положить планшет в шкафчик, внутри начинали заряжаться телефоны с функцией беспроводной зарядки. Без планшета процесс не запускался. Им повезло — все их устройства такую зарядку поддерживали.

Да, на корабле телефоны были, по большому счёту, бесполезны. Но в них оставалось то, что связывало их с Землёй: фотографии, музыка, видео, обрывки переписок, голоса и лица тех, кто остался далеко позади.

Убедившись, что зарядка пошла, они наскоро собрались и поспешили на завтрак.

В кают-компанию Прапор вошёл в неожиданно хорошем настроении, напевая себе под нос:

— Группа крови…

Роуд и его люди уже были на месте. Прапор с товарищами по привычке совершили набег на пищевые автоматы и заняли вчерашние места за столом Роуда. Поздоровавшись со всеми, Прапор от лица своей группы отдельно кивнул Исфену:

— Огромное спасибо за устройство. Оно нам очень пригодилось. Там полезные материалы, постараемся изучить их быстро и досконально.

Роуд вопросительно посмотрел на Исфена. Тот ответил без заминки:

— Они попросили найти способ заниматься в свободное время, чтобы материалы всегда были под рукой. На складе нашёлся лишний планшет. Я перебросил туда пару учебных пособий.

— Хорошо. Главное, чтобы был результат, — одобрил Роуд. — Оружие уже выбрали?

— Да, — в один голос ответили Исфен и Прапор.

— Тогда, Исфен, каждый день проводи с ними по несколько часов в ангаре. Пусть привыкают к новому оружию. Ещё вопросы есть?

— Да, командир, у меня есть один вопрос, — утвердительно сказал Исфен.

— Спрашивай.

— Вчера вы сказали, что нам нужно к чему-то готовиться? Что-то планируется?

Роуд на мгновение помолчал, словно прикидывая, сколько им стоит знать.

— Через десять дней у нас передача груза в расчётной точке. Сюрпризов не ожидается, процедура рядовая. Но рисковать не будем.

— Понятно, — произнёс Исфен. — Новенькие тоже участвуют?

— Да. Капитан уже отдал приказ. Это необходимость.

— С той стороны знакомый партнёр? Или работаете впервые? — уточнил Прапор.

— Давний. Очень давний. Они никогда нас не подводили. Но в этот раз у нас возникли проблемы, и партнёрам это может не понравиться.

— Понял, примем к сведению.

Прапор задумался:

«Что ж, просто так свободу им тут давать не собирались. Придётся отрабатывать свой хлеб… Точнее, кашу. Хлеба здесь не было. А жаль. Сейчас бы хрустящий хлебушек, с салом и чесноком…»

На этой мысли он очнулся и понял, что завтрак уже исчез.

Больше за столом ничего важного не обсуждали. После завтрака тройка вместе со Стивом и Исфеном отправилась в оружейную, забрала всё необходимое и двинулась в ангар.

«Анти»

Ангар

Пространство показалось Прапору большим, но не за пределами его ожиданий. Всё же на Земле он достаточно много повидал различных объектов. Были места и покрупнее этого, но не нужно забывать, что это помещение находилось в космосе.

Здесь было почти пусто. Под высоким сводом глухо отдавались шаги. Сейчас в нём находился один борт, который он видел впервые, не похожий на тот, что был сбит на планете. Тот ещё имел привычные очертания, пусть и не совсем аэродинамической формы. Этот же выглядел так, будто кто-то попытался скрестить бульдога с носорогом.

Неподалеку от него лежала груда искорёженных обломков.

— Что это? — спросил Прапор.

Исфен шёл впереди и даже не обернулся.

— Если ты про кучу металла, то это наш бывший разведчик. Точнее, то, что от него осталось. Именно на нём вас вывезли с вашей планеты. Пилот, к сожалению, погиб в бою. А если про корабль рядом — это космический десантный бот, модель «Логгерхед». Серию не назову, это уже вопрос к пилотам или техникам. На нём прилетали гости, с которыми вы тоже успели познакомиться. Потом они любезно оставили его нам.

Группа прошла в дальний угол ангара и остановилась примерно в тридцати метрах от противоположной стены.

— Стрелять будем туда, — Исфен кивнул вперёд. — Если присмотритесь, увидите дополнительные панели. Они держат попадания лучше, чем обычная обшивка в коридорах. Работаете только на минимальной мощности. Да, это не полноценное стрельбище, но вам для начала и этого будет достаточно.

Прапор скептически окинул взглядом выделенное пространство, потом всё же подошёл ближе и проверил сам. Он привык к масштабам уровня бригадного или хотя бы батальонного полигона, а тут места было с собачью конуру, пусть и космическую. Панели действительно были закреплены поверх стены и выступали сантиметров на пять. Их поверхность хранила следы прежних тренировок. Местами панели имели проплавленные матовые пятна, глубиной в несколько миллиметров, от лучевых попаданий.

Прапор гадал, что же у них будет в качестве мишеней.

Ответ появился почти сразу. Исфен поставил на пол небольшое устройство, нажал пару клавиш, и на стене вспыхнула чёткая проекция фигуры в полный рост.

— Кто первый? — спросил он, глядя на тройку.

За его спиной стоял Стив. Исфен не видел, как тот ухмыльнулся.

— Я начну, — сказал Прапор и вышел вперёд с лучевым ружьём.

Он убедился в том, что мощность луча на минимальном уровне. Затем поднял оружие и открыл огонь.

Дистанция в тридцать метров была незначительной для такого оружия, поэтому промахов не было, выстрелы ложились точно в цель. После двух десятков попаданий Прапору стало скучно. Он начал усложнять себе задачу — бил по кистям, коленям, шее, выбирал самые неудобные точки, но и этого оказалось мало.

Он опустил ружьё и взглянул на Исфена.

— Мы можем усложнить задачу? Эта штука может сделать мишень динамической? Бойца в движении или хотя бы цель, работающую из-за укрытия.

Исфен кивнул. Он видел, что у Прапора имеются необходимые навыки. Пора было переходить дальше.

Он изменил настройки, и проекция дрогнула, преображаясь.

На месте плоской мишени выросли низкие укрепления. Из-за них выглядывали силуэты противников и открывали «ответный» огонь.

— Спасибо. Так уже лучше, — сказал Прапор и снова поднял ружьё.

Попадать стало сложнее, но в разы интереснее. Цели исчезали за укрытиями, меняли позиции, мелькали в узких просветах. Закончилась первая батарея. За ней следом вторая.

Противник двигался всё стремительнее: уходил в сторону, падал, перекатывался, совершал прыжки и уклонения, иной раз даже на нереальной для человека скорости. Прапор уже не понимал, сама ли программа подстраивает сложность или это Исфен молча добавляет ему работы.

На третьей батарее ружье «заклинило», если так можно сказать. При активации обычно загорался зелёный диод, но теперь он вспыхнул красным и не гас.

Исфен что-то говорил вчера о перегреве. Но одно дело — услышать. Другое — увидеть самому.

— Тебе необходимо остановиться, — сказал Исфен. — Красный сигнал означает перегрев. Ты стрелял экономно, но, думаю, уже заметил: паузы между выстрелами стали длиннее, а оружие реагирует на спуск с задержкой.

Прапор кивнул.

— Со временем ты начнёшь чувствовать это интуитивно, — продолжил Исфен. — В продвинутых боевых костюмах информация выводится на лицевую панель. У владельцев нейросетей — напрямую в кору и на зрительный нерв. Но начинать лучше с азов. В бою не всегда можно рассчитывать ни на хороший костюм, ни на нейросеть.

Следующим вышел Медведь.

Прапору было любопытно посмотреть, как поведёт себя бластер. Медведь также начал с простой цели. Заряды бластера были медленнее, чем у лучевого оружия, это сразу бросалось в глаза, между выстрелом и попаданием оставалась крошечная, но ощутимая пауза.

Когда мишени сменились подвижными силуэтами за укрытиями, Медведь почти сразу перевёл оружие в режим стрельбы по три «патрона». Плотность огня выросла, и вместе с ней и эффективность стрельбы.

К четвёртому магазину он уже почти полностью перешёл на автоматический режим. Тройные очереди перестали справляться: противники мелькали слишком быстро, требовался широкий веер огня. Вскоре бластер перегрелся.

Прапор отметил про себя приятную особенность: отдача у него оказалась куда мягче, чем у классического земного автомата, и даже слабее, чем у лучевого ружья.

Когда стрельба прекратилась, Исфен снова заговорил:

— В одиночном режиме этот автомат перегреть почти невозможно. При стрельбе тройками потребуется четыре-пять магазинов активного огня. В автоматическом режиме — не больше двух. Поэтому темп здесь так же важен, как и меткость. Вы наверняка заметили: снаряд летит медленнее, чем луч. На дистанции точность бластеров падает сильнее. Зато энергия заряда теряется с расстоянием медленнее, чем у лучевого оружия.

Следующим был Механ.

Он уже видел, как стреляли остальные, и понимал, чего ждать. Без лишних вопросов взял оружие, проверил хват и начал работать по мишеням. Почти шесть магазинов ушли один за другим.

Стрелял не плохо — попадания были, — но сразу стало ясно, что всё же не его стезя. Движения чуть запаздывали, решения приходили на долю секунды позже, хотя Механа нельзя было упрекнуть в медлительности или низкой скорости реакции. Прапор молча отметил это про себя. Проблему придётся решать. Не сейчас, но обязательно.

Исфен осмотрел их всех и удовлетворённо кивнул.

— Хорошо. В принципе, вы уже можете продолжить без дополнительных инструкций. Но думаю нам со Стивом тоже не помешает тряхнуть стариной. Так ведь дружище?

Стив посмотрел на своего товарища и коротко кивнул.

Механ освободил место инструктору. Исфен взял лучевое ружьё без суеты, привычно, будто оружие само легло ему в руки, и начал показывать, как надо работать. Работал точно, экономно. Ни одного лишнего движения, ни одной ненужной задержки. Прапор видел, что у него хорошо набита рука, но всё же где-то на середине и он начал допускать ошибки. Под конец пошли и явные промахи.

Прапор молча смотрел за стрельбой. Но самом деле всё не так уж и плохо для него и его ребят. Набьют руку и не упадут в грязь лицом.

После Исфена вышел Стив.

Он, как и Медведь, выбрал бластерный автомат. Только держал его увереннее. Стрелял резче, злее, короткими очередями. И, что уж там, заметно лучше Медведя. Сказывался опыт. Да и оружие отличалось от привычного стрелкового, поэтому результат был ожидаем, к тому же Стив явно не раз гонял себя на проекциях противника.

Закончив, он опустил автомат, развернулся и, расправив плечи, как петух, промаршировал мимо тройки, с таким видом, будто только что взял в одиночку вражеский корабль на абордаж.

Медведь проводил его тяжёлым взглядом.

Потом стрельбы пошли по кругу. Каждый снова отрабатывал своё: Прапор — лучевое ружьё, Медведь — бластерный автомат. Механ всё ещё пытался нащупать ритм. Он сбивался, злился, начинал заново — и упрямо продолжал. Когда захваченные магазины опустели, Исфен открыл принесённый с собой бокс, достал новые, и тренировка продолжилась.

Вместо запланированных двух часов отстреляли три. Никто не возражал. Новое оружие увлекло всех. Даже Механ, у которого пока выходило далеко не всё, с азартной сосредоточенностью менял магазины и снова ловил цель в прицеле.

Когда закончили, в ангаре повис запах нагретого металла, и казалось, что воздух стал тяжелее и горячее. Уставшие, но довольные, они направились в оружейную.

Там каждый сбросил оружие на своё место. Теперь у команды Прапора появились личные ячейки — мелочь, а приятно. Пусть и небольшой, но шаг вперёд.

Исфен показал, как заряжать магазины. В оружейной были специальные шкафы с ячейками под них. Магазины вставлялись в ячейки, шкаф закрывался, и внутри начинался процесс зарядки.

Разместив оружие и магазины, группа разделилась. Прапор с товарищами пошли к себе. Исфен и Стив, обменявшись парой фраз, отправились куда-то по своим делам.

Зайдя в свою каюту, Прапор первым поинтересовался у своих товарищей:

— Что думаете? Как вам тренировка?

Медведь тяжело опустился на койку и мрачно посмотрел на него.

— Прапор, можно я его грохну, а?

— Кого?

— Ну этого, петуха гамбургского. Всю тренировку меня бесил.

— Можно, — спокойно сказал Прапор. — Но не нужно.

Он сделал вид, что не заметил раздражения Медведя, и продолжил:

— Лучше скажи, как тебе автомат? Может, лучевое попробуешь?

— Нормально. Полегче моего «Печенега». Только привыкнуть надо: брать чуть больше на опережение, будто из нашего пулемёта работаешь на средней и дальней.

Прапор кивнул и перевёл взгляд на Механa.

— А тебе Механ?

— Уже лучше, командир. Очень похоже на нашу СВД[1], но со своими нюансами.

— Отлично. Ещё пару дней постреляем в таком же темпе, потом перейдём к тренировкам в боевых костюмах. С непривычки наверняка будем лажать, а костюмы у нас душманские. Лишнего в них лучше не ловить. Значит, должны стать как родные. Согласны?

Ответом были кивки товарищей. Спорить никто не стал.

— Тогда быстро в душ и на обед, — подвёл итог Прапор. — Пока к нам в каюту новые гости не вломились, а то вечно ходят тут всякие…

На обеде в зале тройка никого не застала. Они пришли к 13-00, самому разгару обеда, но зал, к их удивлению, оказался пуст.

— Чтож, не судьба. — сказал Прапор и направился за едой.

С едой они устроились за столиком у обзорных панелей. За бортом сейчас бушевала «снежная пурга». Корабль шёл в гипере, и это зрелище всё ещё было для них необычным. Казалось, будто за бортом не космос, а снежная буря на каком-нибудь крайнем севере.

После обеда тройка вернулась в каюту. После чего по очереди приступили к изучению информации, содержащейся на планшете. Заодно проверили телефоны. Те оказались заряжены примерно наполовину и работали, но пользоваться ими решили осторожно. Других таких им здесь точно не достать, а получится ли снова зарядить эти — ещё вопрос.

«Анти»

Каюта № 3

— Как всё прошло?

— Хорошо, командир. Проблем не возникло. Разве что Стив, всё никак не может успокоиться, то и дело пытался их провоцировать. Но они держались. Даже их здоровяк не сорвался.

Роуд чуть прищурился.

— Что можешь сказать об их навыках?

— Двое неплохие. Думаю, что недельку, и они будут может, и не лучше, но и не сильно будут уступать Стиву, что весьма удивительно. А в перспективе, если им закачать базы, то приблизятся и ко мне. Третий слабее, это видно. Но, если я не ошибаюсь, у него другая специализация.

Исфен протянул Роуду планшет.

— Здесь вся статистика по стрельбе.

Роуд молча взял устройство и углубился в данные. В каюте повисла тишина, нарушаемая только едва слышным гулом корабельных систем. Минут через пятнадцать он отложил планшет в сторону.

— Согласен. Неплохо. Я и дальше буду их прикрывать, пока они нам полезны. Но присматривай за ними внимательнее. А со Стивом я поговорю.

Исфен кивнул.

— Командир, когда будет встреча с галенами?

— Как я и сказал утром, через десять дней.

— Хорошо. Значит, у меня будет время их подготовить.

— Не только их.

Исфен вопросительно посмотрел на командира.

Роуд помолчал, затем коротко добавил:

— Не спрашивай о подробностях. Сегодня мне идти к капитану. Всё, можешь идти.

«Анти»

Каюта № 8

К ужину кают-компания заполнилась до отказа. И пусть не всех членов экипажа ещё знали, но новых лиц уже не было.

Сегодня они сели отдельно. Роуд, Стив и Исфен тоже держались порознь.

Ближе к концу ужина к ним подсел Исфен. Поставил поднос, скользнул взглядом по троице и сказал:

— Завтра у нас будут изменения.

— Какие? — спросил Прапор.

— Познакомим вас с десантным ботом. Есть вероятность, что вам доведётся на нём скоро полетать.

— Хорошо. Тогда возьмём и боевые костюмы, — кивнул Прапор. — Надо привыкать к ним.

— А гранаты у вас есть? — с неожиданным воодушевлением спросил Медведь.

От его вопроса все вздрогнули и за столом на миг стало тихо.

Исфен посмотрел на него внимательнее и утвердительно кивнул.

— Есть. Но практические тренировки с ними на борту невозможны. На днях я покажу, как ими пользоваться, но испытывать мы их не будем.

Медведь заметно погрустнел. Впрочем, ненадолго: через пару секунд он уже уставился в сторону, явно переключившись на какую-то новую, одному ему понятную мысль.

Прапор решил сменить тему:

— Исфен, давно ты на этом корабле?

— Скоро будет шесть циклов.

— Не пойми неправильно, просто нам нужно понять, куда мы попали. Куда летим, что это за территории, какие здесь правила, какая обстановка. Всё, что может пригодиться.

Исфен помолчал. Его пауза затягивалась и он не сильно спешил с ответом.

— Не уверен, что смогу объяснить всё сам. Поищу у себя справочники. Если командир одобрит, отправлю вам.

— Договорились, — сказал Прапор.

Но особых надежд на одобрение Роуда он не питал.

Ужин сегодня закончился раньше обычного. Поэтому сначала они в полном составе отправились в свою каюту. Немного посидели молча, каждый при думал о своём, а когда пришло время идти к Доку, Прапор решил отправиться последним.

Первым ушёл Механ, затем Медведь. По их словам, процедуры по-прежнему не давали заметного эффекта. Но сам Прапор, ожидая своей очереди, заметил, что спина, после сегодняшней тренировки давала о себе знать заметно меньше и уже не заходилась острой болью при сильных нагрузках или неудачном резком движении.

Когда подошло его время, он вышел в коридор.

Корабль жил своей жизнью. Местами за переборками что-то низко гудело, а под ногами едва ощутимо дрожала палуба. Прапор невольно вспомнил казармы: храп, мат, скрип коек. Но даже в тесных блиндажах атмосфера была теплее и живее. Здесь же будто попал в больницу в разгар тихого часа.

К его приходу Медведь как раз выбирался из своей медицинской берлоги.

— Привет, Док, — поздоровался Прапор с Винсом.

Тот стоял рядом и с почти научным интересом наблюдал, как из капсулы выбирается эта местная версия годзиллы. Настроение у Дока, судя по лицу, было хорошее, но приветствие он то ли не услышал, то ли пропустил мимо ушей.

— Спасибо, — пробасил Медведь.

Выбравшись из капсулы Медведь и на ходу разминая плечи, будто тестируя их на работоспособность, сказал Прапору:

— Кажись, работает.

Прапор проводил его взглядом. Дождался, пока Медведь покинет медблок, но в капсулу лезть не спешил.

Винс заметил это сразу.

— Что такое?

— Док, могу я обратиться к вам с просьбой? — спросил Прапор, стараясь не напирать.

Винс насторожился.

— С какой?

— Понимаете… мы здесь как в изоляции. Нам бы узнать побольше о космосе, расах, местных порядках. Раз уж мы оказались в этом д… — Прапор вовремя поправился, — в этом месте.

Док некоторое время молчал.

— Хм, — наконец сказал он и задумчиво посмотрел в сторону выхода.

А Прапор не спешил его прерывать. Время тянулось и он не спешил говорить лишних слов.

Винс вздохнул.

— Хорошо. Но это не быстрый процесс. И дело не одной процедуры. Даже начальная база имеет большой объём. У меня есть кое-что подходящее для вас… правда, база не новая. — Он кивнул на капсулу. — А сейчас ложитесь.

Прапор послушно забрался внутрь. План на сегодня можно было считать выполненным.

Как и в прошлый раз с галенским языком, почти сразу накатила головная боль: тупая, тяжёлая, было ощущение будто в череп налили свинца. Прапор заставил себя расслабиться, избавиться от мыслей. Не думать ни о чём было не самой простой задачей, особенно когда ты понимаешь, что сейчас происходит. Но постепенно все мысли отступили, стали далёкими и снова провал в пустоту.

Очнулся он от мягкого подъёма капсулы. Прапор моргнул, сел и машинально взглянул на наручные часы. Док был точен: ровно тридцать минут. Ни больше, ни меньше.

— Как себя чувствуете? — спросил Винс.

— Спасибо, отлично. — ответил Прапор и поспешил выбраться наружу.

В голове была каша. Обрывки незнакомых слов, образов, что накладывались друг на друга, не желая складываться во что-то понятное. Ему хотелось уйти — быстрее, без расспросов и от внимательного взгляда Дока.

— Врёте… — без труда прочитал его Винс. — Это нормальное состояние. Когда база не изучена до конца, знания имеют некий хаотичный порядок. Не беспокойтесь, этот беспорядок уляжется. С каждым новым разом, будет всё меньше и меньше дискомфорта.

От слов Дока стало полегче. Но Прапор всё так же ощущал себя будто в тылу врага и не доверял на слово никому на этом корабле.

— Спасибо, Док, я пойду.

Он коротко кивнул и направился к выходу.

Док не стал провожать его и смотрел вслед уходящей фигуре и тихо пробормотал:

— Не за что, не за что…

До каюты Прапор добрался почти на автомате. Товарищи сразу подняли головы.

— Ну как? — спросил Медведь.

Прапор лишь махнул рукой: мол, завтра. Сейчас — без вопросов. Потом тяжело опустился на койку, отвернулся к стене и закрыл глаза.

Но темнота не принесла покоя.

В голове были какие-то обрывки слов и образов: варги, галены, ссп, кольца и огромная паутина, скрытая, будто туманом галактики…

[1] СВД — Снайперская винтовка Драгунова

Глава 10

«Анти»

Каюта № 8

Прапору спалось, мягко говоря, паршиво.

Так что проснулся он не выспавшимся, усталым и разбитым.

Открыв глаза, он не спешил вставать с кровати. Потом, с усилием, сел на койке и поморщился: в висках снова кольнуло.

— Командир, что с тобой? — сочувственно спросил Механ, заметив, как лицо Прапора то и дело искажается от боли.

— Был наказан за чрезмерное любопытство и стремление к знаниям.

— Это как? — Медведь оторвался от телефона и недоумённо посмотрел на него. — Тебя кто-то побил? Но вроде бы ты вчера пришел не помятый.

По лицу Медведя было видно, что он начал строить план возмездия и готовился совершить блицкриг на неизвестного обидчика.

Прапор поднял руку, останавливая его.

— Медведь, всё нормально. Просто вчера я попросил Дока помочь нам решить проблему полного отсутствия знаний об окружающем мире. Вот он и помог.

Прапор замолчал и скривился: в голове снова вспыхнула короткая, острая боль.

— Только, видимо, перестарался. Или сам процесс устроен иначе. В любом случае я сам попросил — мне и терпеть.

Механ полез в свой шкафчик и выудил оттуда свою аптечку и, порывшись в ней, протянул Прапору таблетку анальгина.

— Держи командир.

— Спасибо. Будем надеяться, что поможет.

Медведь всё ещё смотрел настороженно.

— А что со знаниями то?

— Пока ничего конкретного. Подробности постараюсь узнать сегодня. Вчера не стал давить на Дока расспросами — мало ли, передумал бы. А сейчас в голове только обрывки из смутных образов и слов, смысл которых я никак не могу собрать воедино. Как бы ни старался, не выходит, только поймаю мысль, как она рассыпается. Док сказал, нужно ещё несколько заходов в капсулу, чтобы эти знания то ли изучить, то ли загрузить.

Он криво усмехнулся.

— Чувствую себя DVD-диском, на который записывают информацию.

Прапор запил таблетку водой из душевой. На вкус она была обычной, но где-то на краю сознания тут же появилась новая пометка: при случае уточнить, можно ли её вообще пить.

Он поставил стакан, поднялся и медленно выдохнул.

— Ладно. Механ, Медведь, пошли на завтрак.

У выхода Прапор задержался и бросил взгляд на обзорную панель. Вместо снежной метели гиперпространства за бортом лежала чёрная глубина, усыпанная холодными звездами. Значит, они уже куда-то прилетели и пока ещё не прыгнули дальше.

Что ж, подумал Прапор, хоть какое-то разнообразие.

«Анти»

Кают-компания

Завтрак, сегодня, был таким же, как и вчера и как для человека военного, стремительно стал похож на рутину: утро, коридор, пищевой концентрат из автомата, знакомые лица за столом — Роуд и его немногочисленные подчинённые.

Говорили мало. Роуд спрашивал Прапора и Исфена об успехах вчерашней тренировки, но как-то вяло, почти наигранно, будто задавал вопросы лишь для порядка и заранее знал ответы. Прапор видел это, но продолжал играть в эту игру.

— Роуд, мы с Исфеном планируем сегодня начать тренировки в боевых костюмах и у меня возник соответствующий вопрос. У вас есть что-то наподобие тренажёрного зала? — спросил Прапор.

— Тренажёрного зала? — переспросил Роуд.

— Помещение для тренировок. Чтобы поддерживать физическую форму.

Роуд ненадолго задумался.

— Как такового — нет. Но есть небольшая комната, где можно менять уровень гравитации. Мы иногда используем её: поупражняться, выяснить, кто сильнее, выпустить пар.

— Было бы отлично взглянуть, — оживился Прапор. — И ещё одна просьба. Можно перед стрельбами делать пробежку по ангару?

— Зачем вам это?

— Так мы быстрее привыкнем к снаряжению. И в форму придём быстрее.

Роуд не ответил сразу. Он откинулся на спинку сиденья, будто взвешивая просьбу. Но Прапору показалось: решение уже принято. Оставалось лишь соблюсти видимость порядка, чтобы согласие не выглядело слишком лёгким.

— Думаю, капитан возражать не будет. Я — тоже. Но рядом должен находиться кто-то из наших. Исфен или Стив.

Он перевёл взгляд на соседей. Стив тут же отрицательно покачал головой.

«Вот же засранец», — подумал Прапор.

Исфен отреагировал иначе:

— Хорошо, командир, я согласен.

Стив бросил на него злой взгляд — короткий, почти незаметный. Он исчез так быстро, что остальные, похоже, ничего не уловили, но это не ускользнуло от Прапора.

— Отлично. Я сообщу капитану, но можете начинать уже сейчас. Проблем не возникнет.

— Спасибо, — кивнул Прапор.

Для него это было важно: день нужно было чем-то заполнить. Вторая его половина зияла пустотой, а ни он, ни его люди больше не горели желанием отлёживать бока в каютах и медленно сходить с ума от скуки.

Как и прежде, Роуд ушёл первым. Стив также не стал задерживаться и удалился в неизвестном направлении, в этот раз, правда, на этот раз без показной неприязни. Видимо, с ним всё-таки поговорили, и разговор дал хотя бы внешний результат. Если не считать того, что помогать он всё равно отказался.

Когда шаги стихли, Прапор повернулся к Исфену.

— Исфен, извини, что влезаю не в свое дело, но мне и моим товарищам интересно, в чем проблема в том, чтобы помочь нам?

Исфен пожал плечами.

— Глобально? Никакой. Просто никто из нас не обязан этого делать. У каждого из нас есть свои обязанности и задачи, за которые нам платят. Ваше обучение не входит в них. Да, капитан может приказать нам, и мы подчинимся, но у всего есть свои пределы.

— Тогда почему ты согласился? — спросил Медведь.

Исфен чуть улыбнулся.

— По нескольким причинам. Просьба Роуда. Благодарность за вашу помощь. И любопытство. Хочу понять, чего стоят жители вашей планеты.

Прапор кивнул.

— В будущем сочтемся. Можешь быть уверен, ни я, ни мои друзья не останемся в долгу. А сейчас нам, наверное, пора идти на тренировку. Предлагаю встретиться возле оружейки.

— Через пятнадцать минут буду ждать вас там. Успеете?

— Конечно, — сказал Прапор. — Боевой костюм мы уже можем надеть с закрытыми глазами.

Вернувшись в каюту, тройка быстро облачилась в боевые костюмы и направилась к месту встречи. Исфен уже ожидал их.

— Стива с нами не будет? — поинтересовался Медведь, когда они забрали оружие и вошли в ангар.

— Не будет, — коротко ответил Исфен.

— Хорошо… — протянул Медведь и хотел добавить что-то ещё, но, поймав взгляд Прапора, передумал.

Они сложили оружие в углу и начали с лёгкой пробежки. Темп взяли умеренный. На глаз круг по ангару выходил метров в триста — триста пятьдесят.

Бежать в боевом костюме