Игдрасиль древо миров

Глобальная система.

Вселенная ветвь, солнечная система , земля это роса на листике великого древа.

Пойдём я покажу как выглядит мир инами глазами. Русскими.

📖 Книга 1. «Лунный ключ»

Пролог. «Тот, кто помнит»

Горы Алтая, 2246 год. Глубокая ночь. Зима.

Снег скрипел под ногами капитана Алексея Воронова так, словно сама тайга пыталась предупредить его: не ходи дальше. Но он шёл. Приказ есть приказ: найти старика, который вышел на связь по закрытому каналу ГРУ и назвал позывной «Хранитель», считавшийся легендой ещё полвека назад.

Изба стояла на краю обрыва, прилепившись к скале, как птичье гнездо. Окна светились тусклым жёлтым светом — в этом мире полной темноты он казался маяком.

Дверь открылась прежде, чем Алексей успел постучать.

— Заходи, капитан, — раздался скрипучий голос. — Ждал тебя.

Внутри было жарко натоплено. В углу гудела печка-буржуйка, над ней висел котелок с чем-то пахнущим травами. У стола сидел старик — высохший, с длинными седыми волосами и глазами, в которых, казалось, горел нездешний огонь. На столе перед ним лежала пластина из тёмного металла, покрытая узорами, которые при взгляде начинали рябить и складываться в невидимые глазу фигуры.

— Садись, Алексей. Или ты предпочитаешь, чтобы я называл тебя по званию?

Воронов сел, не сводя глаз с пластины. От неё веяло странным холодком, не имеющим отношения к температуре.

— Откуда вы знаете моё имя?

— Я знаю больше, — старик усмехнулся, обнажив жёлтые зубы. — Я знаю, что твой прадед в пятьдесят седьмом году прошёл через ад на орбите. Знаю, что твой отец гнил в лагерях за то, что отказался стрелять в своих. Знаю, что ты носишь в кармане фотографию девушки, которую любишь, но не можешь быть с ней, потому что ваши службы этого не позволят. И знаю, капитан, что ты — последний, кому я могу это отдать.

Он подвинул пластину к Алексею.

— Что это?

— Ключ. — Голос старика стал тихим, почти шёпотом. — Тысячи лет мои предки хранили его. Мы называли себя Хранителями, но на самом деле мы просто ждали. Ждали, когда человечество дорастёт до того, чтобы понять. Сейчас, кажется, время пришло. А может, и нет. Может, мы опоздали.

Он закашлялся, прижимая руку к груди. Кашель был мокрым, тяжёлым.

— Баал просыпается, Алексей. Тот, кто уничтожил две планеты в нашей системе. Тот, чьи жрецы до сих пор правят миром. Они не люди, нет. Они — тени. Они питаются болью и страхом. И они уже знают, что ключ у меня. Они идут.

Алексей хотел спросить, о чём он говорит, но в этот момент за окном полыхнуло. Ослепительная вспышка разорвала темноту, и через секунду дом сотряс взрыв. Старик рванулся к нему, схватил за руку неожиданно сильной хваткой.

— Бери и уходи! — прохрипел он. — Им нужен только ключ. Мне уже не выбраться. Но ты… ты должен отнести это туда, куда укажет карта. Там, под Луной, спит ответ. И когда вы найдёте его, помните: боги не пришли с неба. Они ушли под землю. И они оставили нам шанс.

Взрывная волна выбила дверь. Алексей рванул к чёрному ходу, прижимая пластину к груди. Обернувшись на мгновение, он увидел, как старик, стоя посреди горящей избы, смотрит на небо и что-то шепчет. А потом дом рухнул, погребая его под обломками.

Алексей бежал, пока не кончились силы. Внизу, в долине, уже полыхали вертолёты без опознавательных знаков. Он упал в снег, глядя на звёзды. Пластина под курткой жгла кожу. И впервые в жизни ему показалось, что звёзды смотрят на него в ответ.

---

Глава 1.1.0. «Пепел империй»

Москва, 2247 год. Март.

Здание ГРУ на Ходынке напоминало гигантский кусок чёрного стекла, вросший в землю. Внутри было светло, стерильно и тихо, как в операционной.

Генерал Корсаков не любил таких встреч. Особенно когда в кабинет вводили «особого гостя» без предварительного согласования. Особенно когда гость оказывался капитаном, который по всем документам числился погибшим ещё три месяца назад.

— Садитесь, капитан Воронов, — генерал указал на стул напротив своего стола. — И объясните мне, почему я должен верить хоть одному слову из вашего рапорта.

Алексей сел, стараясь не сутулиться. Рана в боку ещё ныла, но скафандр спецназа скрывал повязку.

— Потому что у меня есть это, товарищ генерал. — Он положил на стол пластину, завёрнутую в ткань. — И потому что за мной до сих пор охотятся люди, которых не существует.

Корсаков взял пластину, повертел в руках. Металл был странно тёплым, хотя в кабинете работал кондиционер.

— Что это?

— Я надеялся, вы мне скажете. Старик, который отдал это, назвал себя Хранителем. Говорил про каких-то богов, про уничтоженные планеты. Потом прилетели вертолёты. Без опознавательных знаков, но с оружием, которого нет ни у нас, ни у американцев. Я чудом ушёл.

Генерал хмыкнул. Он уже видел спутниковые снимки той ночи. Тайга горела на площади три квадратных километра. Официальная версия — падение метеорита.

— Что вы знаете о проекте «Луна-Глубокая»?

Воронов нахмурился.

— Ничего. Меня не посвящают в гражданские программы.

— А зря. — Корсаков встал, подошёл к стене, которая вдруг стала прозрачной, открывая вид на гигантский зал за ней. Там, под стеклянным куполом, стоял макет лунной базы. — Мы нашли аномалию на Южном полюсе. Ещё пять лет назад. Она не отражает сигналы, не излучает тепло, но она есть. Китайцы тоже её засекли. И американцы. И все молчат.

Алексей смотрел на макет. В груди заныло сильнее, чем от раны. Пластина на столе вдруг засветилась тусклым синим светом.

— Она реагирует, — прошептал он. — Она знает.

Корсаков резко обернулся. Впервые за много лет его невозмутимое лицо дрогнуло.

— Что значит «реагирует»?

— Не знаю. Но старик сказал: «Там, под Луной, спит ответ». Он отдал мне это, чтобы я отнёс туда.

В кабинете повисла тишина. А потом зазвонил телефон экстренной связи. Корсаков снял трубку, послушал несколько секунд и медленно положил её на место.

— Час назад китайская орбитальная станция «Тяньгун-5» зафиксировала запуск с базы Ванденберг. Три «Спейс Шаттла» с военным эскортом. Они летят к Луне.

Воронов встал, чувствуя, как адреналин снова закипает в крови.

— Значит, у нас меньше времени, чем я думал.

Генерал кивнул, глядя на светящуюся пластину.

— Готовьтесь, капитан. Вы летите на Луну. И если там действительно есть то, о чём говорил старик… — он запнулся. — Если там есть ответы, вы должны найти их первыми. Чего бы это ни стоило

📖 Книга 1. «Лунный ключ»

Глава 1.2.0. «Искра»

Москва, март 2247 года. Два дня спустя.

Она ждала его в лаборатории Физического института имени Лебедева — мрачном здании из серого бетона, где когда-то создавали первые лазеры. Теперь здесь пахло озоном и горелой проводкой, а по коридорам сновали люди в белых халатах с планшетами в руках.

Ирина Светлова стояла у огромного голографического экрана, на котором вращалась трёхмерная модель Луны. Когда Воронов вошёл, она даже не обернулась.

— Ты живой, — сказала она ровно, без вопросительной интонации.

— Как видишь.

— Три месяца молчания, Алексей. Три месяца я думала, что тебя нет.

Он подошёл ближе, встал за её спиной. На экране медленно вращался Южный полюс, подсвеченный красным — зона аномалии.

— Я не мог связаться. Приказ.

— Приказ. — Ирина резко развернулась, и он увидел в её глазах не слёзы, а гнев. Гнев, который копился всё это время. — Ты знаешь, что я пережила? Что я думала, когда мне сказали, что твой вертолёт взорвался? Что я чувствовала, когда мне не дали даже тела?

— Ира…

— Не смей. — Она ткнула пальцем ему в грудь. — Не смей говорить мне «Ира» таким тоном, будто ничего не случилось. Ты исчез. Ты умер для меня. А теперь приходишь и смотришь на эту дурацкую карту, как будто так и надо.

Воронов молчал. Он знал, что она права. Знал, что не может объяснить ей всё — не сейчас, не здесь. Вместо этого он достал из-под куртки пластину, всё ещё завёрнутую в ткань, и положил на стол.

Ирина замерла. Свет от экрана упал на металл, и тот засветился синим — ярче, чем в кабинете генерала.

— Что это?

— То, из-за чего я не мог связаться. То, из-за чего за мной охотились. И то, что, возможно, объяснит, почему ты видела эти кошмары последние полгода.

Ирина побледнела. Она не рассказывала ему о снах. Никому не рассказывала. Сны, в которых она стояла на поверхности чужой планеты под двумя солнцами, а вокруг неё шептались тени.

— Откуда ты знаешь про сны?

— Старик, который отдал мне это, сказал, что пластина связана с нами. С теми, кто способен её чувствовать. И ты её чувствуешь, правда?

Ирина протянула руку, коснулась пластины. Та отозвалась теплом, и в голове у неё на мгновение вспыхнула картинка: гигантский город под стеклянным куполом, руины, и над всем этим — две луны на фиолетовом небе.

— Боже… — прошептала она. — Что это за место?

— Место, которое мы должны найти. — Воронов подошёл к экрану и указал на красную точку. — Вот здесь. Под поверхностью Луны. Старик сказал, что там ответы. И что те, кто уничтожил две планеты в нашей системе, до сих пор здесь.

— Две планеты? — Ирина нахмурилась, пытаясь вспомнить школьную астрономию. — В Солнечной системе только одна планета с жизнью.

— Было две. Марс… и Фаэтон. Тот самый пояс астероидов между Марсом и Юпитером.

— Это легенды, Алексей. Гипотезы.

— А это? — Он указал на светящуюся пластину. — Тоже легенда?

Ирина молчала, глядя на синее свечение. А потом в лабораторию вбежал лаборант.

— Ирина Владимировна, срочно! Наши спутники засекли запуск с Ванденберга. Американцы стартуют через три часа!

Воронов и Ирина переглянулись. Время кончилось.

---

Бункер под Денвером, штат Колорадо. То же время.

Сенатор Джон Морган не любил спускаться под землю. Здесь пахло сыростью и страхом — запахом, который он знал слишком хорошо. Но когда речь шла о «Ключе», он готов был терпеть даже это.

— Они активировали его, — сказал человек в чёрном костюме, стоящий у огромного экрана, на котором пульсировала карта Земли. — Русские. Или, точнее, их Хранитель. Пластина проснулась.

Морган усмехнулся. Красивое лицо с резкими чертами и холодными серыми глазами не выражало эмоций, но внутри него кипела ярость. Он потратил десятилетия, чтобы найти этого проклятого старика, и когда его люди наконец вышли на след, тот успел передать артефакт какому-то капитану.

— Мы накроем их на орбите, — сказал Морган. — Шаттлы уже в воздухе. Через шесть часов они будут на Луне. А ещё через час русские забудут, что вообще нашли этот ключ.

— Вы недооцениваете их, сенатор. У них есть кое-что ещё. Женщина. Светлова. Она чувствует пластину. Она может вести их.

Морган замер. Женщина, которая чувствует Ключ. Таких не было уже тысячи лет. Последняя сгорела на костре в Женеве в 1428 году.

— Она должна быть нашей, — тихо сказал он. — Живой. Если она чувствует, значит, в ней течёт кровь древних. А кровь древних… она слишком ценна, чтобы позволить русским распоряжаться ею.

Человек в чёрном кивнул.

— У нас есть агент в Москве. Он готов.

— Действуйте. И приготовьте мой самолёт. Я хочу видеть всё своими глазами.

Морган повернулся к экрану, на котором маленькие точки шаттлов уже пересекали Атлантику. Где-то там, далеко на востоке, капитан и женщина, которая чувствует, собирались украсть его будущее. Он не мог этого допустить.

Слишком долго он ждал. Слишком много поколений его рода служило тени, чтобы теперь какой-то русский капитан разрушил всё одним движением.