Восставший вновь

Глава 1: Пробужденный

Люди, по своей изначальной сути, всегда были чудовищами, лишь искусно пряча свои истинные лица за хрупкими масками вежливости и приличий. Но однажды Сам Господь, устав наблюдать их лживую игру, решил приготовить им суровый урок. С того самого мгновения рождения каждый человек получил дар – силу, непохожую на все остальные, сокрытую глубоко в душе и ожидающую пробуждения. Сила эта, словно вспышка молнии, обнажила самые темные и светлые уголки сердца: страх и жажду власти, сострадание и благородство.

Когда люди впервые ощутили свою невиданную мощь, прежние условности рассыпались, словно песок сквозь пальцы. Некоторые, словно пробужденные демоны, сорвали маски моральных устоев и устремились убивать и грабить без страха и сожаления: корчевать города и сжигать дома, отнимая жизнь у любого, кто посмеет встать у них на пути. В глазах этих мародёров плясал беспощадный огонь – адская искра новообретённой силы, питаемая кровью и страхом.

Другие же, более слабые и благородные, но не менее испуганные, собрались вместе, ища защиты друг в друге. Они верили, что только единодушие и взаимная поддержка смогут устоять перед нараставшим хаосом. Между ними зародилась тихая надежда: вместе они построят новый мир, где силу даруют не во зло, а на благо. Однако не все были столь решительны: третья группа людей предпочла быть волками-одиночками, полагая, что лишь в одиночном странствии можно сохранить свою душу чистой. Они бродили по опустошённым землям, подчиняясь лишь собственным законам силы и чести.

С каждым днём мир менялся всё быстрее. Территории тонким льдом раздирали бесконечные войны и бесчинства: звуки битв отозвались эхом в горных ущельях и на равнинах, где некогда мирно паслись стада. Те, кто жаждал спокойной жизни, не выдержав жестокости новых времен, оставляли родные города, дома и сёла, объединялись и воздвигали могучие мегаполисы – стены, высокие и неприступные, защищавшие их от грабежей и ужасающих чудовищ внешнего мира.

За стенами этих цитаделей тянулись бескрайние пустоши – земли без законов и порядка, где обитали головорезы и отверженные, превращавшие опустошённые равнины в своё царство.

Пустоши. Июнь 2048 года.

Палящее солнце безжалостно лило свет с выжженного неба, отражаясь в зыбком мареве над треснувшей, иссушенной землёй. Песчаный ветер поднимал пыльные вихри, которые беззвучно рассыпались при проносящемся над ними транспорте – странной машине, парящей на несколько дециметров над землёй. По форме она напоминала надувную лодку, но была собрана из серого металла с лёгким фиолетовым отливом, покрыта ржавыми пластинами и укреплена кабелями, торчащими из бортов, словно жилы из плоти старого зверя. Машина ревела, рассекая тишину Пустошей, будто бросая вызов этому безмолвному миру.

Внутри сидели двое.

Первый – молодой мужчина, на вид не старше двадцати пяти. Его лицо светилось беззаботной радостью, будто сам хаос мира его совершенно не касался. Карие волосы средней длины развевались на ветру, а зелёные глаза сияли за тёмными солнцезащитными очками, отражая бликующий горизонт. На нём была расстёгнутая гавайская рубашка, пестрая и яркая, открывающая загорелую грудь и тощее тело, будто вырезанное из бронзы и песка. Он сидел развалившись, будто ехал не по враждебной земле, а по пляжу где-то на курорте. Шорты, сандалии, лёгкая улыбка на губах – всё в нём говорило о человеке, который явно любит веселье.

Второй пассажир – девушка примерно того же возраста. Её светлые волосы были заплетены в две аккуратные косички, игриво трепавшиеся на ветру. На голове – небольшая шляпка с полями, которую она удерживала ладонью, чтобы её не унесло набегающим потоком воздуха. Её голубые глаза смотрели вдаль – внимательно, с лёгкой настороженностью, будто в ней жила та тонкая тревога, которую её спутник давно разучился чувствовать. На ней была светлая майка, шорты, пыльные сандалии – всё простое, лёгкое и удобное для путешествия по знойной земле.

Девушка сидела, придерживая шляпу, когда её взгляд зацепился за нечто странное. Вдалеке, на фоне бескрайнего песка, она заметила чьё-то тело. Мужчина, судя по всему, лежал без сознания, едва различимый среди вихрей пыли. Девушка прищурилась, наклонилась вперёд и, приподнявшись, крикнула:

– Эй, Рейчал, посмотри! Там кто-то лежит. Парень… он без сознания! Давай остановимся, нужно помочь!

– А? Что ты там говоришь? Не слышу! – отозвался Рейчал, слегка оборачиваясь, но не снижая скорость.

– Остановись, я тебе говорю! – в голосе Мелисы прозвучала настойчивость и тревога.

Транспорт дёрнулся, замедлился и резко замер. Улыбка на лице Рейчала исчезла. Он повернулся к ней с тяжелым вздохом, как будто она в который раз отвлекала его по пустякам.

– Мелиса, ну что опять? – с оттенком раздражения спросил он. – Ты что-то уронила? Или забыла где-то свою шляпу?

Мелиса с показной раздражённостью закатила глаза и, покрутив пальцем у виска, усмехнулась:

– Ты идиот, что ли? Смотри вон туда! – Она резко указала пальцем в сторону песчаного холма. – Там человек. Мы обязаны хотя бы проверить, жив он или нет.

Рейчал провёл рукой по лицу, будто стирая последние остатки терпения.

– Мелиса, не будь наивной. Мы в пустошах. Здесь могут валяться кто угодно – и бандиты, и сумасшедшие местные. Слишком опасно. Забей.

– Он совсем не похож на бандита, – упрямо возразила она. – Мы просто подойдём и проверим. Вдруг ему нужна помощь?

Рейчал устало посмотрел на неё, его плечи опустились. Он знал этот взгляд – упрямый, неотступный. Мелиса не отступит.

– Ты же не отстанешь, да? – пробормотал он, глядя ей в лицо.

Она ничего не ответила, только упрямо сжала губы.

– Ах, ладно, – процедил он сквозь зубы. – Пошли, посмотрим.

Рейчал вновь завёл транспорт, и под указание Мелисы направил его к лежащему на песке человеку. Платформа замедлилась, мягко зависнув над землёй, после чего оба спустились вниз, песок негромко хрустнул под сандалиями.

Юноша первым подошёл к незнакомцу. Присев рядом, он осторожно перевернул его на спину и попытался нащупать пульс. Тем временем девушка опустилась на колени с другой стороны и, поколебавшись всего мгновение, сунула руку в левый карман штанов пострадавшего. Там оказался паспорт – слегка потрёпанный, местами засорённый песком, но всё ещё читаемый.

– Так… – пробормотала она, раскрывая документ. – Кайрос. Двадцать семь лет.

На фотографии мужчина выглядел почти таким же, как и сейчас: густые тёмные волосы, зачёсанные назад, хоть и немного растрёпанные ветром и песком. Его глаза на снимке были настолько тёмные, что зрачки практически сливались с радужкой, создавая эффект непроглядной бездны. Не лицо – загадка.

На нём была белая рубашка, помятая и запылённая, расстёгнутая сверху на пару пуговиц. Под ней – тёмные штаны и классические туфли, совсем не подходящие для путешествий по пустоши. Всё это придавало найденному человеку вид того, кто не принадлежал этим краям… по крайней мере, на первый взгляд.

Рейчал убрал пальцы от его шеи и, выдохнув, сказал:

– Жив. Пульс есть.

– Ну хоть что-то, – отозвалась Мелиса и, всё ещё изучая паспорт, добавила, растягивая слова: – Он явно местный чудак… но не совсем посторонний. Похоже, он бывал в мегаполисах. Вон, по печатям видно.

Мужчина прищурился, явно задумавшись.

– Что ж, тогда его стоит доставить в ближайший город. Думаю, с пропуском проблем не будет.

Он поднялся и сделал шаг назад, словно принимая решение.

– Сейчас приведу его в чувство.

С этими словами парень направил руку и наложил на незнакомца прозрачный, едва различимый щит. Он слабо засветился, напоминая дрожащий воздух в знойный день. Мягкая, почти неощутимая волна энергии прошла по телу Кайроса. Ссадины затягивались, дыхание становилось ровнее. Через несколько мгновений мужчина пошевелился, а веки его дрогнули. Мужчина медленно открыл глаза. Сначала взгляд был расфокусированным, словно он смотрел сквозь слои пыли и времени, но постепенно сознание прояснилось. Он приподнялся, огляделся по сторонам, не узнавая окружающего мира. Лицо его выражало удивление – почти детское, искреннее, чистое, будто он впервые увидел этот мир.

Повернув голову, он встретился взглядом с юношей, стоявшим чуть поодаль. Голос прозвучал вежливо, с мягкой интонацией:

– Простите… а что происходит? Кто вы? Где я?

Мелиса переглянулась с напарником, затем, прищурившись, ответила:

– Хм… Ну, ты сейчас в Пустошах. Мы только что нашли тебя без сознания. Подумали, что тебе стоит помочь.

Она сделала паузу и немного наклонилась к нему:

– Ты что, не помнишь, как сюда попал?

Незнакомец нахмурился. Глаза его на секунду наполнились тревогой. Он приложил руку к виску, будто надеялся нащупать там хоть клочок памяти, но вскоре опустил её и тихо ответил:

– Простите… Я понятия не имею. Не знаю, кто я… даже имени своего не помню.

Рейчал, до этого молчавший, скрестил руки на груди и слегка нахмурился.

– Потеря памяти, значит, – проговорил он сдержанным, чуть сухим тоном. – Ладно. Меня зовут Рейчал. А тебя… по крайней мере по паспорту, – он вынул документ и протянул мужчине, – зовут Кайрос.

Незнакомец с благодарностью посмотрел на него, затем взял предложенную руку, чтобы окончательно подняться на ноги. Его глаза на миг зажмурились от солнечного света, но когда он снова открыл их, на лице уже играла светлая, настоящая улыбка.

– Что ж… Кайрос, значит. Приятно познакомиться. Буду Кайросом.

– А я Мелиса, – сказала девушка, улыбаясь в ответ. Она шагнула вперёд и легко пожала его руку. – Приятно познакомиться, Потеряшка!

С этими словами она повернулась и направилась к транспортному средству.

– Лезь внутрь. Мы с Рейчалом отвезём тебя в мегаполис Зеро. Думаю, там тебе смогут помочь с памятью.

– Мегаполис? – переспросил он, слегка наклонив голову. – А что это?

Мелиса, уже стоя у борта, размахнула руками, словно показывая, насколько огромным может быть город:

– Это… большой-большой город! Там живут люди. Много людей. И еда есть. И вода. И, возможно, ответы на твои вопросы.

Кайрос искренне засмеялся, совсем по-детски, и его глаза вновь вспыхнули светом:

– Звучит здорово. Тогда поехали.

Рейчал уже сидел за рулём, проверяя панели управления. Он обернулся и крикнул:

– Залезайте и держитесь крепче! Они устроились в транспортном средстве, и, набрав скорость, скользнули вперёд, прочерчивая узкую линию на безжизненной поверхности Пустошей. Ветер свистел, песок струился в вихрях, отступая под напором ревущего двигателя. Кайрос сидел молча, глядя по сторонам с неподдельным восхищением. В его глазах читалось искреннее удивление, будто он и правда впервые видел этот мир. Он ловил каждый контур, каждый камень, каждую тень, будто всё это было чем-то поразительным, новым, как если бы он родился заново.

Мелиса, сидевшая рядом, время от времени поглядывала на него и улыбалась. Её глаза мягко светились теплом, когда она объясняла, что перед ними – останки старого поселения, где-то там – древний торговый путь, а вон за тем хребтом когда-то стояла база бродячих купцов. Девушка рассказывала обо всём с лёгкой усмешкой, а иногда даже смеялась вместе с ним, заражаясь его чистой радостью.

Прошло какое-то время, и ландшафт начал незаметно меняться. Жаркое дыхание пустыни отступало, уступая место более мягкому климату. Жёлто-красные пески становились редкими, земля зеленела, появились кочки с травой, а небо – словно вдохнуло – затянулось облаками. Стало прохладнее. Ветер теперь нёс в себе свежесть, и Кайросу казалось, что он едет из одного мира в совершенно другой.

Дорога вела их к мегаполису Зеро. И вскоре, свернув с основного пути, они оказались у границы города – на таможенном пункте. Впереди возвышались укреплённые ворота, по бокам – металлические заграждения, а в центре дороги стоял шлагбаум. Их транспорт плавно остановился, и к ним уверенной походкой подошёл мужчина в тёмной форме с отличительными знаками.

Он быстро оглядел платформу, окинул троицу холодным, слегка уставшим взглядом и произнёс строгим, но спокойным голосом:

– Предъявите паспорта, водительское удостоверение и документы на транспорт.

Рейчал, не теряя спокойствия, достал всё необходимое: паспорт, удостоверение, свернутые документы и без слов протянул мужчине. Пока тот проверял, Мелиса порылась в сумке, нашла свой паспорт, а затем, повернувшись к Кайросу, наклонилась ближе:

– Слушай, помнишь ту книжечку у тебя в кармане? Это и есть твой паспорт. Его нужно показать – он подтверждает, что ты это ты.

Кайрос, немного растерянно, но с любопытством полез в карман, нашёл документ, посмотрел на него, будто видит впервые, и, немного посомневавшись, принялся разглядывать страницы. Мелиса, чтобы не терять времени, протянула ему и свой паспорт.

Кайрос посмотрел на всё это с неожиданной лёгкостью и, искренне улыбнувшись, протянул оба документа проверяющему:

– Вот, держите!

Офицер, встретив такую открытость, едва заметно прищурился. Его взгляд стал настороженным – как будто подобная доброжелательность вызывала больше подозрений, чем грубость. Но, не найдя в выражении лица Кайроса ничего, кроме наивной искренности, он принял документы и, перебросив взгляд на планшет, принялся сверяться.

Через несколько секунд он кивнул, вернул бумаги и отдал команду:

– Всё в порядке. Пропустить.

Шлагбаум начал медленно подниматься. Водитель транспортного средства снова устроился на месте, готовясь тронуться.

Кайрос, бережно забирая документы, вновь посмотрел на мужчину в форме и с доброй улыбкой сказал:

– Спасибо вам большое. Хорошего дня!

Офицер на секунду задержал взгляд, будто удивлённый столь редкой в этих краях вежливостью, но ничего не ответил – лишь кивнул и отошёл в сторону.

Транспорт плавно двинулся вперёд, оставляя пост позади. Машина скользила по широкой дороге среди других транспортных средств, мягко встраиваясь в поток. Город возвышался над ними, будто мир иной, сотканный из стекла, металла и света. Кайрос не мог поверить своим глазам. Он сидел, почти приникнув к борту, и с жадным восхищением разглядывал небоскрёбы, яркие экраны, пешеходные мосты, машины, пронзающие воздух, и бесконечный поток людей. Его глаза сияли, как у ребёнка, впервые попавшего в цирк.

– А это что? – спрашивал он, указывая на пролетающий транспорт. – А там что такое? Почему здание так высоко уходит в небо?

Мелиса не сдерживала улыбки. Она с живостью отвечала на каждый вопрос, словно действительно нянчилась с любопытным малышом. Голос её был лёгким и весёлым, она наслаждалась моментом, ловила на себе его неподдельное удивление и смеялась вместе с ним.

Спустя какое-то время Кайрос немного притих, но, не отрывая взгляда от окон, вдруг спросил:

– А куда мы вообще едем?

Водитель тихо рассмеялся, услышав этот наивный, но искренний вопрос. В голосе его сквозила добродушная насмешка:

– Ну ты и непоседливый, брат. Мы везём тебя в одно место, где по твоему паспорту смогут выяснить, кто ты. Проверят, есть ли у тебя родственники, знакомые, может, жильё или работа.

– Серьёзно? – Кайрос выпрямился, глаза загорелись новой надеждой. – Так значит, есть люди, которые могут мне помочь?

– Есть, – коротко кивнул Рейчал. – Иногда и в этом мире случаются хорошие вещи.

Спустя несколько минут транспорт остановился возле массивного здания с эмблемой правоохранительных органов. Они вышли и, миновав пропускной пост, направились по коридору. Стены были окрашены в нейтральные цвета, свет мягко мерцал под потолком, и шаги эхом отдавались в тишине.

– Слушай, – обратилась Мелиса к Рейчалу. – А Барри точно на месте? Я думала, он в отпуске.

– Должен быть здесь, – ответил тот, не сбавляя шага. – В городе началась какая-то заваруха, так что отпуск у него отменился.

– Зато ты отлично отдохнул, – заметила Мелиса, стрельнув в его сторону ироничным взглядом. – Надеюсь, в гавайской рубашке по Пустошам не обгорел?

Рейчал фыркнул, но не стал спорить. Подойдя к нужной двери, он без лишних церемоний открыл её, даже не постучав.

Внутри сидел мужчина лет сорока пяти. Широкоплечий, с лёгкой полнотой, он походил на добродушного медведя, хоть и с суровым выражением лица. Чёрные усы с проседью придавали ему строгость, зелёные глаза внимательно скользили по бумагам, разложенным на столе. Он даже не поднял головы:

– Рейчал, мог бы и постучать. Вдруг я занят?

– Ну брось, – лениво ответил тот, заходя. – Ты же и так знал, что это я.

Барри поднял взгляд, усмехнулся краешком губ:

– Даже если знал – рамки приличия никто не отменял.

– Ладно, ладно, не ворчи. Я ведь к тебе по делу пришёл, – сказал Рейчал, усаживаясь на ближайший стул.

Кайрос и Мелиса вошли следом. Девушка без слов поздоровалась лёгким кивком, а потерявший память юноша застыл в нерешительности, будто не знал, можно ли здесь говорить, или сначала стоит получить разрешение. Барри, подняв на него внимательный взгляд, наконец отложил бумаги и сложил руки перед собой.

– Так, что ты хотел? Рейчал жестом подозвал Кайроса и, обернувшись к сидящему за столом мужчине, спокойно заговорил:

– Мы с Мелисой возвращались из отпуска и наткнулись на него в пустошах. Лежал без сознания. Очнулся – памяти нет.

Барри приподнял бровь, не отрывая взгляда от экрана:

– Хм… Будь он местным, ты бы его сюда не тащил. Раз оказался в городе – стало быть, паспорт при нём?

– Ты всё такой же проницательный, Барри, – усмехнулся Рейчал. – Кайрос, одолжи-ка документ.

Парень протянул паспорт, и тот вскоре оказался в руках у Барри. Тот ввёл данные в систему, несколько секунд молча всматривался в экран, а затем начал читать вслух, комментируя кратко:

– Итак… Кайрос Дотте Эонович. Необычное имя, ничего не скажешь. Гражданин мегаполиса… причём не одного – судя по записям, ты много перемещался между разными городами. Основной адрес проживания – вот этот.

Он взял лист бумаги, быстро нацарапал адрес и передал его Кайросу.

– Сейчас ты официально безработный, но, по банковским данным, весьма обеспечен. Проблем с законом не числится. Поведение – образцовое. Всё чисто.

Он перелистнул страницу, и его лицо вдруг изменилось – сначала удивление, затем лёгкое напряжение.

– Погоди-ка…

– Что-то не так? – насторожился Рейчал.

Барри откинулся на спинку стула, выдохнул и произнёс: – Знаете, почему я так и не ушёл в отпуск? – хмуро начал Барри, не отрывая взгляда от экрана. – Из-за серии странных исчезновений. Несколько человек пропали без следа. Мы не можем их отследить, и это продолжается уже несколько дней. Ни камеры, ни свидетелей. При этом все они официально не покидали территорию мегаполиса.

Он сделал паузу, взглянул на Кайроса и медленно добавил:

– И вот что любопытно… Все исчезнувшие – твои родственники и близкие. А ты, Кайрос, первый, кого удалось найти. Вы с матерью покинули мегаполис незадолго до того, как всё это началось. Потом – тишина. И вот – ты. Один. В пустошах.

– Что, серьёзно? – удивлённо выдохнула Мелиса. – Это уже… странно.

Кайрос, казалось, не понимал, о чём речь. Он молча смотрел перед собой, будто каждое слово отдалялось от него, ускользало, не оставляя следов.

– Мать вы с ним не нашли, верно? – уточнил Барри, переводя взгляд на Рейчала.

– Нет. Он был один, – подтвердил тот.

– Значит, с ней что-то случилось. Или… – Барри замолчал, затем заговорил тише: – Я не знаю, что произошло, но похоже, Кайрос как-то связан с исчезновениями. Прямо или косвенно – вопрос открытый. Возможно, он сам жертва. Возможно – что-то большее.

– Чёрт, – тихо сказал Рейчал, задумчиво почесав подбородок. – Это может сильно продвинуть дело. Но есть проблема…

Он посмотрел на Кайроса, который всё ещё сидел, словно во сне, с напряжённым, потерянным лицом.

– Он ничего не помнит. Вообще. Ни себя, ни мать, ни кого-то из окружения. Ни прошлое, ни то, как оказался в пустошах. Барри внимательно посмотрел на Кайроса, словно изучая его. Затем произнёс:

– Я просканировал всё его тело своей способностью и могу сказать однозначно – это не амнезия. Его мозг цел, как и всё тело. Он в идеальном состоянии: крепкий, здоровый, даже слишком для обычного человека.

Он сделал паузу, глядя на Кайроса с особым интересом.

– Но вот что действительно поразительно – это его мозг. Он… удивителен. Я чувствую, что этот парень многое пережил. Вероятно, долго и усердно тренировался. Возможно, его способность как-то связана с нейропотенциалом. Но знаешь, что странно?

– Что? – нахмурился Рейчал.

– В его голове нет воспоминаний. Совсем. Отдел мозга, отвечающий за память, чист – как у новорождённого. Он не просто не помнит – память полностью отсутствует. Поэтому это не амнезия. При амнезии доступ к памяти блокируется, но сами воспоминания остаются. А здесь – пустота.

– Ты хочешь сказать, у него её… забрали? – медленно произнёс Рейчал.

– Возможно. Всё указывает именно на это. И если вы хотите понять, что с ним случилось – найдите эту память. Мелиса, Рейчал, дело сдвинулось с мёртвой точки. Я советую вам вернуться из отпуска и помочь нам.

Рейчал тяжело вздохнул, поднялся со стула и сказал:

– Хорошо. Я займусь этим. Попробую выяснить, где может быть его память.

Он повернулся к Мелисе:

– Ты ведь сможешь за ним присмотреть?

– Конечно, – с лёгкой улыбкой ответила она, беря листок с адресом. – Пойдём, Кайрос. Поедем к тебе домой, может, там что-то прояснится.

Рейчал было уже на выходе, когда Барри, нахмурившись, сказал:

– Я не хочу делать преждевременные выводы. Но… мне кажется, Кайрос виновник всего этого. Будь осторожен.

Рейчал задержался у двери на секунду, не оборачиваясь:

– Непременно.

И вышел. Машина завелась, и он вскоре исчез из виду, оставив Барри и пустой кабинет позади. Рейчал продолжал ехать по опустевшей трассе. День неумолимо клонился к вечеру – небо темнело, а за горизонтом уже мерцали первые звёзды. Фары транспорта вырывали из сумрака полосы дороги и очертания редких зданий на обочине. Подъезжая к небольшой заправке, он плавно затормозил, вышел из машины и поставил бак на зарядку.

Пока топливо перекачивалось, он достал из внутреннего кармана телефон, нашёл нужный контакт и нажал кнопку вызова.

– Алло, Диана? – произнёс он после коротких гудков. – Говорить можешь?

На том конце раздался уставший, но всё ещё внимательный женский голос:

– Да, Рейчал. Слушаю. Ты что-то хотел?

– Да. Мне нужна твоя помощь. И, боюсь, без твоей способности тут не обойтись.

Диана ненадолго замолчала, а затем, с лёгкой настороженностью в голосе, ответила:

– Хм… Звучит так, будто это не тот разговор, который стоит вести по телефону. Полагаю, дело касается того расследования?

– Именно. Мы с Барри, кажется, нашли зацепку. Но всё не так просто.

– Поняла. Слушай, давай лучше обсудим это завтра. Зайди ко мне днём, я буду в агентстве. Подробно всё расскажешь.

– Хорошо. Я заеду. Пока.

– Пока, – мягко откликнулась она.

Он завершил звонок, убрал телефон в карман и сел обратно в транспорт. Бак был полон, автомат мигнул зелёным, и через минуту машина вновь мягко заскользила по ночной дороге. Внутри было тихо, лишь гудение мотора и редкие огоньки с обочины сопровождали его путь домой. Когда Мелиса и Кайрос покинули участок, небо уже пылало закатом. Она взяла его за руку, и они неспешно шли по тихой улице. По пути мелькали силуэты заброшенных зданий и рекламные экраны, пока перед ними не возникла станция надземного метро. Девушка провела картой по турникету и повела спутника внутрь вагона. Вибрация рельсов и приглушённый гул поездов создали удивительно умиротворённую атмосферу – здесь было теплее и спокойнее, чем среди столичного шума.

Кайрос прижался к стеклу, разглядывая мерцающие огни города, его умывала лёгкая дрожь восторга. Ему нравилось всё: величественные небоскрёбы, маленькие зелёные оазисы между домами, прохлада кондиционированного воздуха. Каждая деталь казалась для него открытием.

Вскоре они вышли из вагона, и Мелиса вела его по пешеходной эстакаде. Когда лестница опустила их у жилого квартала, девушка ахнула – они стояли перед массивным зданием, чьи фасады в сумерках переливались золотыми и бронзовыми оттенками. Это был элитный район, где умудрённые опытом дома соседствовали с утончёнными парками.

Они приблизились к стеклянным воротам – огромным, но почти незаметным в заборе из живой изгороди. Сенсоры с тихим писком отсканировали тело Кайроса, и с легким скрежетом распахнулись створки. Перед ними открылся ухоженный двор: аккуратно подстриженные лужайки, ряды фонарей с мягким светом, скамейки и стильные автоматы с прохладительными напитками. Вдали – кристально чистый открытый бассейн, окружённый шезлонгами.

У самого дома, выкрашенного в тёплый жемчужный цвет, Мелиса остановилась у входной группы. Огромные стёкла и латунные элементы подчёркивали респектабельность. Она нажала кнопку вызова лифта, и вскоре они оказались внутри кабины, где мягкий LED-освещение отражалось в зеркальных стенах. Девушка выбрала этаж, и лифт плавно, без рывков, понёс их вверх.

На одиннадцатом уровне светлые коридоры вели к дверям с электронными панелями. Мелиса провела пальцем по табличке «11.2», и экран тут же загорелся зелёным. Кайрос приложил ладонь к сенсору – и дверь бесшумно отъехала в сторону.

Мелиса задержала руку на ручке двери, собираясь войти, но передумала. Богатая обстановка и мысль о том, что она сейчас окажется здесь вместе с едва знакомым человеком, связным с делом, заставили её усомниться. Сохраняя лёгкую фальшивую улыбку, она повернулась к спутнику:

– Ну что ж, Кайрос, вот и мы дома. Заходи, располагайся, а я пока вернусь к себе, – сказала она, отворачиваясь и вытягивая плечи.

– Подожди… – Кайрос приладил взгляд к её фигуре в дверном проёме. – Может, ты зайдёшь ненадолго?

Она мягко отмахнулась:

– Спасибо, но не сегодня. Я обещала отвезти тебя домой, а уже темнеет. Нужно успеть вернуться домой. Завтра обязательно встретились, всё обсудим.

Юноша кивнул, на мгновение угасший энтузиазм сменился лёгким огорчением:

– Ну ладно…

Мелиса закрыла дверь и нажала кнопку лифта. Кабина покачнулась, отправляясь вниз, а за окном холла погас свет.

Кайрос оказался наедине с просторной квартирой. Впечатляющей высоты потолки, огромные окна в пол, мягкий перелив светильников. Везде царил идеальный порядок – будто хозяин был фанатом чистоты. Он провёл взглядом по утончённым линиям мебели, открывая тайну: за роскошью скрывалась простота – здесь почти не было хвастовства, разве что рояль в центре зала. Кайрос остановился у него, осторожно провёл пальцами по крышке:

«Хм… Разве я когда-то играл на чём-то подобном?» – подумал он, улыбнувшись своей растерянности.

Заглянув в огромный шкаф, он обнаружил коллекцию классической и слегка викторианской одежды. Высокие воротники, тщательно сшитые пиджаки и брюки – всё казалось ему одновременно непривычным и удивительно подходящим.

«А у меня, наверное, был вкус», – улыбнулся он, качнувшись на месте.

Захотев перекусить, он прошёл на кухню и открыл холодильник. Там стояла кастрюля с карбонарой – явно его рук дело. Он наложил порцию в тарелку, разогрел в микроволновке и, прихватив стакан апельсинового сока, устроился за широким столом. Первый кусок пасты взорвался во вкусе, и Кайрос почувствовал, как радость наполняет его грудь.

Когда тарелка опустела, он отправился в ванную. Подойдя к стеклянной кабине с джакузи и раковиной, принял тёплый душ. Горячая вода согрела тело и смыла остатки усталости. Выйдя, он накинул белый махровый халат и направился в спальню.

В комнате было полумрачно: чёрные тяжёлые занавески до пола, прячущие ночной город. У стены стояла большая двуспальная кровать, а на тумбочке возле кровати стояла небольшая лампа.

Кайрос сел на край кровати и с интересом посмотрел на тумбочку у изголовья. Что-то подсказывало ему, что внутри может скрываться нечто важное – не просто вещи, а часть его утраченной жизни. Он осторожно открыл выдвижной ящик. Внутри лежали аккуратно разложенные личные предметы: телефон, зарядка, картхолдер, пара документов, ключи от машины… и странный предмет, сразу притянувший взгляд – чёрный револьвер с одним-единственным патроном. Рядом – толстый дневник в кожаной обложке.

Кайрос нахмурился. Он взял револьвер в руки, повертел его, ощутив прохладу металла. Зачем он ему? И почему внутри всего один патрон? Это казалось зловещим и непонятным. Ни намёка на ответы, только ещё больше вопросов. Не найдя смысла, он положил оружие обратно и вздохнул. Рука потянулась к телефону.

Экран загорелся, и устройство быстро распознало его лицо. Всё сработало автоматически, как будто этот момент уже случался тысячи раз. Но Кайрос не чувствовал, что телефон его. Он словно заглядывал в чужую жизнь.

В списке контактов – немного имён. Несколько родственников и пара друзей. Никаких сообщений, никакой переписки. Пустота. Это вызывало странное ощущение – как будто всё стерто с намерением. Он открыл банковское приложение, и глаза расширились от удивления: на счету лежали миллионы. Он был не просто обеспеченным – настоящим мультимиллионером.

– Кто же я такой… – прошептал он, не отрывая взгляда от экрана.

Перелистывая меню, он не находил ничего особенного. Стандартные приложения, никаких зацепок, никакой тайны… кроме того, что всё это принадлежит человеку, которого он больше не помнит. С усилием он отложил телефон и медленно, почти торжественно, раскрыл дневник.

Страницы были исписаны от руки, красивым, уверенным почерком. Это были не просто записи – размышления, исповедь, философия. Он читал про самого себя. Про одиночество. Про ненависть к людям, которых считал опасными, непредсказуемыми. Про отчаяние и срывы. Страницы были полны боли и странной мрачной поэзии. Он описывал, как часто терял контроль, как игра на рояле помогала ему не сойти с ума, и как он, в отчаянные моменты, играл в русскую рулетку, надеясь, что случай решит за него.

Дальше – размышления о дружбе, любви, предательстве. О том, что он всегда оставался один, даже в окружении людей. Он писал, что верил лишь в собственные выводы и ощущал постоянное внутреннее напряжение, которое разъедало его изнутри.

Кайрос читал, не отрываясь. Страницы словно оживали, слова отзывались эхом в его сердце, вызывая странное ощущение узнавания и отторжения одновременно. Он не хотел верить, что это написал он. Не хотел признавать, что этот человек с такой тьмой внутри – это он сам. Но строки были слишком личными, слишком искренними. Они звучали так, как мог бы говорить только тот, кто прожил всё это.

Он закрыл дневник, но мысли продолжали кружиться в голове. Он сидел в тишине, сжимающий в руках старую тетрадь, и впервые за всё это время почувствовал что-то похожее на тревогу. Внутри будто пробудилось нечто спящее – слабый шепот воспоминаний или, быть может, голос самого себя, о котором он забыл.

Размышляя о прочитанном, он не заметил, как веки начали опускаться. Мысли путались, обрывки фраз из дневника всплывали в сознании. Тишина квартиры окутала его мягким теплом, и в какой-то момент Кайрос просто уснул, лежа на кровати, всё ещё сжимая в руках дневник.

Утро наступило медленно, почти неохотно. Солнечные лучи робко проникали сквозь плотные шторы, пробегая по полу полосами света. Кайрос открыл глаза и несколько мгновений просто лежал, глядя в потолок. Всё, что произошло накануне, казалось ему странным и тревожным сном – дневник, мысли, одиночество, револьвер… Но, увы, это было реальностью, пусть и не до конца понятной.

Он чувствовал себя слегка подавленным. Тело оставалось вялым, разум – ещё наполовину где-то в снах. Неохотно он потянулся к телефону, посмотрел на экран: 10:43. С тихим вздохом он поднялся с кровати, прошёл в ванную, где холодная вода помогла немного прийти в себя. Затем снял халат и начал одеваться. Выбрал тёмные, хорошо сидящие брюки, лёгкую голубоватую рубашку и элегантный тёмный жилет. Галстук, чёрные кожаные туфли – всё в нём теперь говорило о вкусе и сдержанном стиле. Слегка увлажнив волосы, он зачесал их назад и зафиксировал. В зеркале отразился человек, в котором всё ещё было много вопросов, но уже меньше хаоса.

Он взял с собой только самое необходимое: телефон, картхолдер и дневник – вещь, которую теперь ощущал как неотъемлемую часть себя. Выйдя из квартиры, Кайрос прошёл по коридору, вызвал лифт и, спустя минуту, оказался на шумных городских улицах.

Город жил своей обычной жизнью. Машины проезжали мимо, люди спешили по делам, витрины магазинов сверкали, отражая солнце. Кайрос шёл медленно, не торопясь, будто впервые видя всё это. Он изучал лица прохожих, замечал их жесты, слышал фразы, вырванные из разговоров. И в каждом человеке ему чудилось что-то удивительное, будто каждый нёс в себе целый мир.

Солнце светило особенно ярко, разливаясь золотом по асфальту и стёклам. Даже тени от высоких зданий не могли спрятать этот свет. Лёгкий ветер приятно касался кожи. Кайрос пересёк улицу, подошёл к широкой лестнице, ведущей к городской площади. Слева от него текла полноводная река – её гладкая поверхность блестела под солнцем, а ветер с воды приносил свежесть. Он остановился, поднял руки и закрыл глаза, словно впитывая эту гармонию.

В этот момент он чувствовал нечто большее, чем просто радость. Это было ощущение подлинной свободы. Он стоял один среди пространства и света, и в душе разливалось невообразимо тёплое чувство – как будто мир принимал его, как будто всё вокруг было соткано из покоя и красоты. Он видел свет в каждом движении, слышал музыку в самом дыхании города. Его охватило настоящее, редкое, почти хрупкое счастье.

Дальше он отправился вдоль дороги, окружённой зеленью. Между тротуарами цвели кусты, деревья лениво покачивались от ветра. Птицы пролетали над головой, порой опускаясь на ветви и весело щебеча. Кайрос шёл, наслаждаясь каждым мгновением. Несколько часов он бродил по городу, словно странник, только что открывший для себя прелесть обычной жизни.

Он заглянул в парк, где дети играли и смеялись. Их радость была чистой, искренней, и от неё становилось теплее на душе. На скамейках сидели взрослые и пожилые, кто-то беседовал, кто-то просто отдыхал в тишине. Кайрос улыбнулся. Он почувствовал, как внутри зарождается тихая, спокойная нежность ко всему этому. Сорвав один из цветов, росших у тропинки, он вдохнул его аромат и вновь отправился в путь.

Проходя мимо зданий и улиц, он вдруг заметил нечто необычное. Среди современной архитектуры, ярких вывесок и витрин выделялась массивная конструкция, похожая на арену. Она выглядела старинной, почти древней, но при этом была ухоженной и величественной. Изнутри доносился рёв толпы и приглушённые удары.

Его что-то потянуло туда, неведомое чувство – любопытство, притяжение или что-то большее. Он сделал шаг вперёд. Затем ещё один.

Кайрос шагнул внутрь арены – и сразу ощутил, как тишина старого каменного зала контрастирует с шумом улицы. Здесь было удивительно чисто, всё выглядело ухоженным, почти торжественным: полы блестели, колонны поднимались ввысь, а приглушённый свет падал мягкими оттенками на мраморные стены. Но путь вперёд был преграждён металлическим турникетом. Рядом стоял охранник – крупный мужчина в форменной куртке, с серьёзным взглядом.

Кайрос подошёл, собираясь пройти, но тот резко поднял руку:

– Прошу прощения, но вход закрыт. Сейчас на арене нет боёв, и ни посетителей, ни бойцов не пускают.

Он хотел развернуться, чтобы уйти, принимая отказ спокойно, как вдруг почувствовал, как чья-то рука мягко, но уверенно легла ему на плечо. За спиной послышался голос – спокойный, ровный, с едва заметной ноткой иронии:

– О, не спеши так легко прогонять людей, не узнав, кто они. Этот человек – особый гость, и я лично пришёл, чтобы сопроводить его. Думаю, в следующий раз стоит потратить секунду, чтобы уточнить имя.

Кайрос обернулся и увидел высокого мужчину, чей облик сразу же приковывал взгляд. Его рост приближался к метру девяноста, светлые волнистые волосы свободно спадали на плечи и верх спины. Он выглядел элегантно: тёмный жилет, из кармана которого виднелась тонкая золотая цепочка от часов, тёмно-синий плащ с бархатной отделкой, цилиндр на голове. Его глаза – ярко-голубые, ясные и проницательные, лицо – благородное, спокойное, почти обаятельное. На губах играла лёгкая, непринуждённая улыбка, а голос обладал удивительной мягкостью и уверенностью, от которой трудно было не проникнуться доверием.

Охранник, услышав слова, напрягся. Его глаза расширились, губы задрожали:

– Г-господин Зараканди?.. Простите! Прошу прощения, я не узнал вас! Конечно, конечно, проходите, и ваш гость тоже!

С заминкой и неуверенным движением он открыл турникет, отступая в сторону. Кайрос молча прошёл вперёд, по-прежнему не понимая, кто этот человек и почему он заступился. Незнакомец шагал рядом, не теряя своей невозмутимости. Их шаги отдавались гулким эхом по длинному коридору, ведущему в глубины арены.

Кайрос бросил на него косой взгляд. Что-то в этом человеке не давало покоя. Он казался совершенно незнакомым, но в то же время ощущался… странно близким.

Через несколько шагов мужчина остановился, повернулся к нему лицом. Его движения были изящны и точны. Одной рукой он слегка коснулся груди, а другой – снял цилиндр и элегантно поклонился:

– Прошу простить мою резкость. Забыл представиться. Моё имя – Уильям Зараканди, к вашим услугам… господин Безликий.

Эти слова прозвучали особенно отчётливо. Последнее имя эхом отозвалось в сознании Кайроса. Он не знал, откуда оно, но как только оно прозвучало – внутри что-то дрогнуло. Как будто глубокий, давно забытый колокол тихо ударил где-то в глубине души.

Кайрос смотрел на Уильяма, и теперь в его взгляде читалась смесь удивления, недоверия и едва ощутимого страха. Этот человек явно знал больше, чем должен. Но кем он был? И почему называл его так?

Кайрос с лёгким замешательством посмотрел на мужчину рядом и тихо спросил:

– Вы… вы назвали меня Безликим? Это… я, что ли?.. Неужели вы меня знаете?

На лице Уильяма Зараканди промелькнула лукавая полуулыбка. Он чуть склонил голову вбок, словно изучая собеседника, и с ноткой мягкого насмешливого превосходства ответил:

– Ну что вы… Я не столь осведомлён, как вам, возможно, показалось. Я просто умею видеть немного больше, чем остальные. Лишь крупицы, отражения, отголоски – этого порой достаточно.

Кайрос уже открыл рот, чтобы задать следующий вопрос, но вдруг остановился. Всё внутри словно сжалось. Воздух – на мгновение стал плотнее, холоднее. Он резко напрягся, чувствуя, как неведомая сила словно надвигается на него. Его дыхание участилось, пальцы невольно сжались.

Где-то вдалеке раздался ритмичный, чёткий стук: тук… тук… тук… – звук трости, ударяющейся о каменные плиты коридора. И с каждым шагом он становился всё отчётливее, всё громче – будто этот стук звучал не только снаружи, но и прямо в его голове, отдаваясь глухим эхом в черепе.

Из тени вышел мужчина. Его походка была ровной и уверенной, движения – точными, почти военными. На первый взгляд ему было около сорока семи. Чуть ниже Уильяма ростом, с тёмными, аккуратно уложенными волосами, в которых уже пробивалась благородная седина. Лицо его украшала аккуратная борода, а строгие карие глаза выражали холодную, сдержанную силу. Его лицо было испещрено морщинами, но не от усталости – от времени и власти.

Он был одет безукоризненно: светлая рубашка в тёмную полоску, чёрный жилет, плотный галстук, тёмный пиджак и поверх – элегантное длинное пальто. Его руки скрывались в чёрных кожаных перчатках, а в правой он держал изящную, но тяжёлую на вид трость с серебряной головой ястреба.

Подойдя ближе, он остановился, бросив взгляд на Уильяма. Его голос раздался низким и гулким, словно отдаваясь в стенах:

– Зараканди… Вот ты где. Я как раз тебя искал.

Уильям повернулся к нему с той же своей лёгкой улыбкой, в которой сквозила ирония, будто он и ожидал этой встречи:

– Ах, господин Гаспар. Рад вас видеть. Чем обязан такой чести?

– Нам всем нужно срочно собраться. Сам знаешь, где. Это касается Безликого. Он долго не выходил на связь, и есть основания полагать, что… всё не так просто. Надо обсудить, что делать дальше, – проговорил мужчина сурово, без малейшего намёка на колебание.

Уильям кивнул неторопливо:

– Вот оно как… Что ж, если дело столь срочное – отказываться не буду. Пойдём.

Кайрос растерянно смотрел то на одного, то на другого. Его голос вырвался с замешательством:

– Подождите… Вы… вы тоже знаете Безликого?.. Кто он? Что вообще происходит?

Гаспар резко обернулся. Его взгляд был тяжёлым, колючим. Он буквально пронзал Кайроса насквозь, будто в следующую секунду собирался его атаковать. В этом взгляде было нечто большее, чем подозрение – скорее, опасение, будто он смотрел на возможную угрозу.

Но прежде, чем что-либо произошло, Уильям мягко вмешался:

– Не стоит, господин Гаспар. Это просто мой старый знакомый. Мы вели с ним разговор на отвлечённые темы, не берите в голову.

С этими словами он шагнул мимо Кайроса, но в тот самый миг, когда оказался рядом, незаметно вложил ему в ладонь тонко сложенный лист бумаги – будто это был жест случайной дружеской поддержки.

– До встречи, – проговорил он уже на ходу, следуя за Гаспаром вглубь арены.

Кайрос стоял на месте, сжимая в ладони тонкий листок. Его пальцы дрожали, когда он медленно развернул бумагу. На ней аккуратным, почти каллиграфическим почерком было выведено всего несколько слов:

«Ищи части своей памяти».

Он замер, будто это послание пронзило его насквозь. Всё внутри сжалось. Странная дрожь пробежала по позвоночнику. Эти слова – простые, но при этом полные смысла – будто всколыхнули что-то глубоко забытое. Как будто внутри него что-то давно спало… и теперь начинало пробуждаться.

Кайрос прижал записку к груди, глядя в ту сторону, куда ушёл Уильям Зараканди. Он знал. Он определённо знал гораздо больше, чем говорил. В его глазах была уверенность, в словах – осторожность, а в движениях – намерение. Кайрос чувствовал: это не было случайностью. Зараканди специально вывел его туда. Специально оставил эту фразу.

Он хотел было броситься за ним, потребовать объяснений, закричать, потребовать правду – но в ту же секунду раздался звонок. Резкий, будничный, чуждый той странной тишине, в которую он на мгновение погрузился.

Кайрос с раздражением вытащил телефон и, не глядя на экран, нажал кнопку ответа:

– Алло? Кто это?

– Кайрос, это я. Рейчал, – раздался знакомый голос на том конце.

Он чуть нахмурился.

– Рейчал?.. Откуда у тебя мой номер?

На том конце линии послышался тихий смешок.

– Хм… ты разве забыл, что вчера мы копались в твоих данных? Он там был, просто ты, видимо, не обратил внимания. В любом случае – неважно. Слушай, тебе срочно нужно приехать в Башню Техно. Можешь включить навигатор, он доведёт. Я и Мелисса будем ждать тебя там. Это очень важно… и касается тебя напрямую.

Кайрос мгновенно почувствовал, как внутренняя пелена сбрасывается. Его внимание вновь сосредоточилось. Голос Рейчала был серьёзен, и каждое слово звучало с весом.

– Ага. Понял. Скоро буду, – ответил он коротко и, не прощаясь, завершил звонок.

Спрятав телефон в карман, он ещё раз взглянул на записку. Затем аккуратно свернул её и убрал во внутренний карман жилета. С шагом, ставшим уверенным, почти стремительным, он направился к выходу из арены.

Рейчал, завершив разговор с Кайросом, медленно опустил телефон, задумчиво посмотрел на экран, затем убрал устройство в карман. Его облик уже не напоминал легкомысленного пляжного паренька: на нём были строгие тёмные брюки, безупречно выглаженная белоснежная рубашка, застёгнутая на все пуговицы – вплоть до самой верхней. Узкий чёрный галстук подчёркивал серьёзность его намерений, а чёрный пиджак он не спешил надевать, небрежно перекинув его через левую руку, на которой также красовались простые, но дорогие часы. Его глаза скрывались за стильными очками-авиаторами с жёлтыми прозрачными линзами, придававшими его облику лёгкую отстранённость.

Подойдя к зданию башни "Техно", он прошёл сквозь стеклянные двери, прикоснулся пропуском к сканеру турникета и уверенно направился к лифту. Несколько секунд – и кабина несла его вверх, пока на табло не вспыхнула цифра восемь. Лифт мягко остановился, двери разошлись, и перед Рейчалом открылся просторный тёмный зал, где царила полумгла. В центре возвышалась гигантская голографическая модель мегаполиса – объёмная, детализированная до мельчайших улиц и перекрёстков. По периметру, словно тени в тишине, сидели сотрудники, глядя в мониторы и печатая что-то на клавиатурах.

Он не задержался здесь: уверенным шагом направился к дальней двери. Тихий щелчок – и он вошёл в отдельный кабинет.

Помещение было аккуратным, но достаточно просторным, с приглушённым светом и строгой обстановкой. За столом сидела молодая девушка – лет двадцати пяти, не старше. Её образ был элегантен и сдержан: светлая офисная блузка подчёркивала стройную талию, тёмная юбка плотно облегала бёдра, а на ногах были лаконичные каблуки. Каштановые прямые волосы были аккуратно убраны в пучок, из-под которого открывалось лицо с выразительными чертами и спокойными карими глазами. Тонкая тёмная оправа очков лишь подчёркивала её собранность и деловой настрой.

Она была сосредоточена на бумагах, перебирая отчёты, делая пометки, не отвлекаясь ни на что лишнее.

– Здравствуй, Диана, – произнёс Рейчал, мягко подходя ближе.

Она только на мгновение подняла на него строгий, быстрый взгляд, будто удостоверилась, что это именно он, и вновь вернулась к работе.

– А, Рейчал, – сухо ответила она, – давно не виделись. Ну так что? Что ты хотел обсудить по делу?

Её голос был спокойным, сдержанным, но в нём сквозила лёгкая искра интереса, едва заметная – словно она заранее чувствовала, что разговор будет не из обычных.

– Хм, сразу к делу? – с притворным удивлением протянул Рейчал, опираясь рукой на край стола и наклоняясь чуть ближе. – Ты какая-то слишком серьёзная сегодня. Могла бы хотя бы поинтересоваться, как у меня дела… ну, или как день вчера прошёл, – добавил он, нарочито обиженным тоном, отчётливо издеваясь.

Диана резко перевела на него взгляд, приподняла брови и, откинувшись в кресле, с сухим сарказмом в голосе произнесла:

– Ох да, прости, как же я могла забыть о такой важной части нашей беседы. Ну и как у тебя день прошёл, о, несравненный Рейчал?

– Знаешь, – с лёгкой усмешкой ответил он, присаживаясь на подлокотник соседнего кресла, – в целом неплохо. За исключением пары неприятных моментов. Отдохнул, развеялся… тебе бы тоже не помешало. А то сидишь тут такая злая, как будто мир рушится. Улыбнись хоть раз, для разнообразия.

Диана устало вздохнула и чуть прикрыла глаза, прислоняя ладонь к виску. Она выглядела измученной – и не столько физически, сколько морально.

– Ах, Рейчал… пожалуйста, не еби мне мозг, – произнесла она с особым нажимом, но без злобы. – У меня работы по горло, а ты со своими типичными шуточками… не вовремя.

Он поднял руки в примирительном жесте.

– Ладно-ладно, понял. Вижу, действительно не до смеха. В общем, вчера мы нашли одного из пропавших. Его зовут Кайрос, – начал он, положив локти на подлокотники кресла. Барри уже пробил его по базе. Интересно то, что он находился в Пустошах и, как мы выяснили, покинул их практически в то же время, что и его мать. Только вот… он был один. Никаких следов её рядом не было.

– И что с ним? – тихо спросила она.

– Он ничего не помнит. Совсем. Когда мы с ним заговорили, он едва мог вспомнить даже своё имя. Сначала мы подумали, что это обычная амнезия… травма, шок. Но Барри использовал свою способность, просканировал его тело. И выяснил: памяти в буквальном смысле нет. Не заблокирована, не искажена – её как будто просто удалили. Или… извлекли.

– Амнезия, говоришь? Или всё же чьё-то вмешательство?

– Мы склоняемся ко второму, – подтвердил он. – Барри уверен, что это результат чужой способности. Причём точечной и мощной. Не просто стирание – а целенаправленное изъятие.

Девушка откинулась в кресле, взгляд её на мгновение стал отстранённым. Она задумалась, будто что-то сопоставляя в уме.

– Значит, ты пришёл ко мне не просто так, – тихо сказала она. – Вы хотите, чтобы я попробовала найти его память. Вернуть её, если получится. Тогда вы поймёте, что произошло.

– Бинго, – сказал Рейчал с лёгкой улыбкой, щёлкнув пальцами. – Прямо в цель. Я уже связался с ним. Он скоро будет здесь.

Диана немного помолчала, потом медленно поднялась из-за стола и подошла к большому окну, откуда открывался вид на мегаполис, утопающий в синеватом свете голограмм.

– Это, конечно, возможно, – произнесла она негромко. – Но ты ведь знаешь, как работает моя способность. Я не могу просто сказать: «Найди воспоминания». Мне нужно понимать, что искать, а также хоть что-то. Образ, запах, звук – любая связанная с памятью деталь. Иначе я даже не смогу поймать след. И даже если поймаю – на это уйдёт время.

Рейчал встал, сунув руки в карманы брюк.

– Я знаю. Но у нас нет другого пути. Мы должны хотя бы попытаться. Если это чья-то способность, то, возможно, мы сможем обнаружить отпечаток, резонанс, всё что угодно. Главное – не упустить шанс.

Диана глубоко вздохнула, повернулась к нему.

– Хорошо. Как только он придёт – я осмотрю его. Но запомни, Рейчал: если кто-то действительно забрал его память… значит, у этого «кто-то» были веские причины. И нам, возможно, не понравится то, что мы найдём.

В этот момент перед ними внезапно, без малейшего звука, появилась Мелиса. Как и Рейчал, она сменила свой наряд: теперь на ней были тёмные облегающие брюки и белая блузка, поверх которой – лёгкая, расстёгнутая тёмная кофта. Волосы она распустила, и теперь они свободно спадали на плечи, придавая ей особенно живой и непринуждённый вид.

– А? Мелиса? Как ты тут оказалась? – удивлённо спросил Рейчал, слегка приподняв бровь.

– Ты что, дурачок? – ответила она с насмешливой мягкостью. – Телепортировалась. Забыл мою способность?

– Да нет, не забыл. Просто… ты же телепортируешься только в пределах видимости. Как ты попала сюда?

– Вообще-то у меня нет ограничений ни по расстоянию, ни по сложности объекта, – спокойно объяснила она. – Просто чтобы попасть куда-то за пределы поля зрения, мне нужно знать точные координаты или чёткое описание места. Навигатор мне с этим помог.

– Вот видишь, Рейчал, – вмешалась Диана, – даже Мелиса развивает свою способность, а ты вечно сидишь на заднице с банкой пива.

– Ди-и-ина, как же я скучала по твоему занудству, – искренне и с улыбкой ответила Мелиса, крепко обнимая подругу.

– Да-да, я тоже скучала по твоей безумной энергии, – фыркнула Диана, с преувеличенным вздохом. – И отпусти уже меня, пожалуйста. Хватит.

Рейчал, наблюдая за этой сценой, театрально отвернулся.

– Ага, вот вы и встретились. А я, как всегда, иду лесом. Даже не обнимут, – сказал он, стараясь изобразить обиду.

– Ой, иди поплачь, – засмеялась Мелиса.

В ответ Рейчал щёлкнул пальцами, и вокруг Мелисы образовался невидимый купол – внутри него звуки исчезли. Она продолжала что-то говорить, активно жестикулируя, но её голос пропал.

– Тебе бы не помешало немного тишины, – прокомментировал он с показной серьёзностью.

– Да, по вам сразу видно – лучшие друзья, ничего не скажешь, – усмехнулась Диана, покачав головой.

В этот момент у Рейчала зазвонил телефон. Он неспешно достал его из кармана, поднёс к уху и произнёс:

– Да, я слушаю.

На том конце провода раздался спокойный, слегка глуховатый голос охранника:

– Извините за беспокойство, господин Рейчал. Здесь какой-то юноша просится внутрь. Говорит, что вы его ждёте. Уверяет, что вы просили его прийти.

– А, точно, – кивнул Рейчал, будто сам себе, – всё верно. Это мой знакомый. Пропустите его, пусть поднимается на восьмой этаж.

– Понял, сейчас передам, – ответил охранник и положил трубку.

Прошло всего несколько минут. Лифт мягко щёлкнул, и створки дверей разъехались. Изнутри вышел Кайрос. Он на мгновение замер – поражённый необычной атмосферой зала, приглушённым светом, голографической моделью мегаполиса, тихо работающими специалистами и троицей, ожидавшей его в глубине комнаты. Немного растерявшись, он всё же собрался, улыбнулся и направился к ним.

Первым он пожал руку Рейчалу – тот слегка приобнял его, хлопнув по плечу. Затем Кайрос повернулся к Мелисе, которая с теплотой приняла его короткое, почти дружеское объятие. Подойдя к Диане, он протянул руку.

– Здравствуйте. Я Кайрос. А вы, наверное…

– Диана, – уверенно ответила она, пожимая ему руку с точностью и уверенностью, свойственными деловому человеку. – Рада знакомству. Значит, ты и есть тот самый потеряшка без памяти?

– Ну… да, – неловко усмехнулся он. – Всё верно.

– Угу, хорошо, – кивнула она, уже переходя к делу. – Слушай внимательно. Ты потерял память, и я могу помочь её вернуть. Но для этого мне нужно хоть что-то, что с ней связано. Есть у тебя какие-то зацепки? Любая вещь, предмет, что-то личное.

Кайрос немного подумал, потом вытащил из-за пояса потрёпанный тёмный блокнот.

– Есть вот этот дневник. Я нашёл его у себя в квартире. Похоже, это мои записи… о себе.

– Подойдёт, – коротко бросила Диана и, не дожидаясь разрешения, ловко выхватила его из рук.

– Только… пожалуйста, не читайте, – смущённо сказал Кайрос. – Там… не самые приятные вещи обо мне.

– Не беспокойся, мне нет дела до твоих откровений, – ответила она холодно, держа дневник. – Дневник не источник информации, а маяк. Я использую его, чтобы найти объект с похожей информацией.

С этими словами она отошла в сторону и сосредоточилась. Её взгляд стал отстранённым, а пальцы сжали обложку дневника. Кайрос же в этот момент подошёл к Рейчалу и Мелисе, тихо произнеся:

– Она какая-то… строгая. Может, я ей не понравился?

– Не бери в голову, – усмехнулся Рейчал. – Она всегда такая. Работа у неё такая – быть занудой.

– К слову, – добавил он, прищурившись, – а чего ты такой запыханный? Ты ведь вроде не так уж и далеко живёшь от башни?

– Да я решил с утра прогуляться по городу и случайно забрёл к какой-то арене для боёв, – сказал Кайрос, словно между прочим.

– Арена для боёв? Ах да, знаю такую, – отозвалась Мелиса, сразу оживившись. – Раньше там проходили турниры, участники сражались, используя свои способности… Были настоящие зрелища.

Она на мгновение замолчала, и в её голосе прозвучала лёгкая грусть:

– Жаль, что её закрыли. Теперь там пусто, и бои больше не проводят.

– Да, мне об этом тоже сказали. Но самое странное – меня туда всё-таки впустили. Какой-то мужчина помог пройти. Он сказал, что знает меня…

– Что? Знал тебя? – Рейчал резко развернулся, схватив Кайроса за плечи. – Кто он? Как выглядел? Что за человек?

– Он представился. Сказал, что его зовут Уильям Зараканди. Утверждал, что немного меня знает, но, как я понял, у нас не было никакого тесного общения.

– Хм… Уильям Зараканди? – нахмурился Рейчал и обернулся к Мелисе. – Мелиса, ты не слышала о нём?

– Впервые слышу это имя, – покачала та головой.

– А, и ещё кое-что, – перебил их Кайрос, будто только что вспомнил важную деталь. – Он назвал меня… господином Безликим. Я хотел спросить, что это значит, но в этот момент нас прервал его знакомый – кажется, его звали Гаспар. И, что интересно, этот Гаспар тоже упомянул Безликого. А Зараканди почему-то сразу замолчал. Хотя именно он первым упомянул это имя.

Он полез во внутренний карман и достал аккуратно сложенный лист бумаги.

– На прощание он передал мне вот это. Здесь сказано: «Ищи части своей памяти».

Кайрос протянул записку Рейчалу. Тот взглянул на неё, потом перевёл взгляд на остальных и тихо выругался:

– Что за чёрт…

Он начал нервно шагать по комнате, обдумывая сказанное.

– Гаспар. Зараканди. Безликий… Кто они такие? – задумчиво произнес Рейчал. – Всё это звучит слишком странно. Но они явно как-то связаны с тобой, Кайрос. И с твоим прошлым. Всё это… запутывается.

– Эй, Диана! – окликнул Рейчал, обернувшись. – Хватит сидеть в себе. Иди сюда, нужно поговорить.

– У вас что-то срочное? Если нет – не отвлекайте, – холодно ответила она, не отрывая взгляда от дневника.

– Срочное, – отчеканил он. – Кайрос только что рассказал о двух подозрительных типах. Один назвал его Безликим и отдал записку. Память, похоже, разделена на части. Мы должны найти их все.

– Что?! – Диана резко подняла голову, в глазах загорелось раздражение. – И вы молчали до сих пор?

Она встала, отложив дневник, и подошла ближе, быстро прокручивая в уме возможные сценарии.

– Получается, память Кайроса действительно разрознена. А это значит, что поиск займёт гораздо больше времени. Придётся отследить все фрагменты по отдельности… Чёрт.

– Всё верно, Дина, – подтвердила Мелиса. – Мы должны собрать всё по частям.

– Ладно. Тогда действуем так, – сказала Диана взяв командование на себя. – Рейчал, ты идёшь к Барри. Нужно выяснить всё, что возможно, об этих троих: Уильям Зараканди, Гаспар и… кто такой Безликий.

Она повернулась к Мелисе и смягчила голос:

– Лиса, ты с Кайросом пока свободны, но держитесь на связи. Возможно, вам придётся заняться получением сфер.

– А ты? – спросил Рейчал.

– Я займусь поиском памяти, – коротко ответила Диана, уже отворачиваясь. – Работа только началась.

После разговора обстановка немного смягчилась, и каждый словно получил свою задачу. Не теряя времени, Кайрос, Рейчал и Мелиса направились к выходу из башни.

На улице их встретил прохладный ветер. Серое небо затягивалось облаками, обещая дождь ближе к вечеру.

– Ладно, мне пора к Барри, – сказал Рейчал, направляясь к припаркованной у обочины машине.

Он открыл дверь, на мгновение замер, глядя на них.

– И будьте на связи. В любой момент может понадобиться ваша помощь.

Кивнув, он сел за руль, и двигатель ожил глухим рычанием. Машина плавно тронулась с места и скрылась за поворотом, оставляя за собой лишь вихрь пыли и лёгкий запах бензина.

Кайрос и Мелиса остались стоять у входа. Некоторое время они молчали – как будто не спеша прощаться.

– Ну что ж, – наконец сказала она, вытаскивая из кармана телефон, – будем ждать вестей от Дианы. А пока…

– Пока, видимо, каждый по своим делам, – закончил Кайрос, слегка улыбнувшись.

Они обменялись номерами. Кайрос быстро внес её имя в контакты, поставив рядом небольшое изображение лисы – по прозвищу, которое Диана использовала с особым теплом. Мелиса усмехнулась, увидев это.

– Значит, ты всё же не совсем потерянный, раз умеешь пользоваться телефоном, – поддела она добродушно.

– В памяти пусто, но понимание есть, – ответил он.

Они на секунду задержали взгляд друг на друге, в этом взгляде была и легкая настороженность, и тёплое, едва уловимое доверие, которое только начинало зарождаться. Затем каждый пошёл своей дорогой – Мелиса свернула в сторону метро, а Кайрос направился в сторону богатых кварталов, где находилась его квартира.

Глава 2: Начало спектакля

Прошло несколько дней с момента их последней встречи. Кайрос провёл это время в одиночестве, почти не покидая своей квартиры. Он без особого энтузиазма выходил лишь по необходимости, чтобы развеяться или подышать свежим воздухом, но внутреннее чувство пустоты не отпускало. Мир вокруг жил своей жизнью – горожане спешили по делам, солнце по-прежнему заливало улицы светом, но сам Кайрос чувствовал, как внутри него всё замирает. Его дни стали однообразны, а ночи – беспокойны.

Он часто думал о Мелисе. Снова и снова писал ей сообщения: интересовался, как у неё дела, что нового, предлагал встретиться. Но ответы от неё приходили редко и были короткими – сухие, почти официальные. Без теплоты, без намёка на ту дружелюбную игривость, что была между ними прежде. Это ранило. Он не понимал, почему она вдруг стала такой отстранённой, но, несмотря на холодность её слов, радовался даже скромным ответам. Каждый из них был для него лучом в пустоте.

В очередной из таких безликих дней, когда он уже собрался выйти прогуляться, Кайрос решился в последний раз – написал ей и предложил пройтись вместе. Он не особо надеялся на положительный ответ, но всё же… надежда оставалась.

И вдруг – звонок.

Он, немного опешив, поспешно снял трубку. Сердце чуть учащённо застучало: неужели согласилась?

– Алло! – с воодушевлением отозвался он.

Но вместо ожидаемого мягкого ответа, в трубке послышался напряжённый голос Мелисы:

– Слушай, нет времени объяснять. Только что звонила Диана. Похоже, её способность что-то зацепила – она нашла магический след. Я уже иду по нему.

Она говорила быстро, почти на бегу, и в голосе чувствовалась концентрация. Кайрос застыл, всё ещё пытаясь осмыслить услышанное.

– Я скину тебе геолокацию. Приходи как можно скорее.

И прежде, чем он успел задать хоть один вопрос, линия оборвалась. Он остался стоять с телефоном в руке, ощущая не столько тревогу, сколько внутреннюю растерянность. Её резкость, её тон, будто что-то произошло – или вот-вот произойдёт.

Он глубоко вдохнул и взглянул на карту – геолокация уже пришла. Не раздумывая больше ни секунды, он развернулся и быстрым шагом направился прочь от своего дома.

Мелиса, идя по следу, оставленному магией Дианы, внимательно вглядывалась в тусклые голубые отпечатки, мерцавшие на асфальте. Они становились всё менее различимыми, словно кто-то пытался их стереть или замаскировать. Обогнув угол здания, она остановилась. В нескольких метрах впереди стоял пожилой мужчина.

Он был элегантен и крайне аккуратен – зачесанные назад серебристые волосы, сдержанное лицо, исчерченное глубокими морщинами, в левом глазу блестел монокль. Его костюм был чёрным, безупречно выглаженным, а поза – выверенной, как у человека, привыкшего держать себя в высшем обществе. Он стоял рядом с другим мужчиной, одетым проще, расслабленно. Между ними происходил обмен – деловой, холодный и чёткий. Без лишних слов.

Чужак в свободной одежде протянул пожилому шкатулку. Тот приоткрыл её, внутри светилась голубая сфера – слабое сияние наполнило пространство между ними. Глаза мужчины с моноклем заискрились удовлетворением, и он передал в ответ кейс. Что в нём было, оставалось загадкой, но Мелиса почти не сомневалась – деньги. Или нечто равнозначное.

Она прищурилась, вглядываясь в шкатулку. Всё внутри неё подсказывало – это часть памяти Кайроса. Чистая, зафиксированная энергия воспоминаний. Ценная, почти невосполнимая.

И вдруг – резкое прикосновение к плечу. Мелиса резко обернулась, сердце вздрогнуло. Позади стоял Кайрос с лёгкой, наивной улыбкой.

– Привет, Мелиса, – негромко сказал он.

– Чёрт! – с явным раздражением выдохнула она. – Ты меня напугал. Нельзя же так хватать за плечо из ниоткуда.

– Прости… Я не хотел, – смутился он, убрав руку.

– Ладно, бывает, – вздохнула она, возвращая себе спокойствие. – Но сейчас посмотри вперёд. Видишь того старика? Он как раз садится в ту элитную машину.

Она указала пальцем, и Кайрос, прищурившись, заметил мужчину с моноклем, как раз подходящего к роскошному автомобилю с затемнёнными окнами и глянцевым кузовом.

– Вижу, – кивнул он.

– Так вот, у него в руках шкатулка. И, судя по всему, в ней – часть твоей памяти.

Кайрос резко выпрямился, будто к нему вернулась энергия.

– Мы её нашли? Наконец-то… – в голосе прозвучал восторг, смешанный с волнением.

– Да, – подтвердила Мелиса. – Но не думай, что он просто отдаст её тебе. Такие, как он, не делают ничего просто так. Возможно, придётся убедить, а может – выкупить или пойти на сделку. Мы должны подойти к нему. И попробовать поговорить. Идём.

Старик, поправив зеркало заднего вида, заметил в отражении фигуры двух человек, выходящих из-за угла. Его взгляд стал тревожным. Пальцы на руле сжались, лицо напряглось. Он мгновенно сделал вывод: либо полиция, либо наёмники, решившие выкрасть сферу. Не желая рисковать, он без колебаний нажал на газ, и автомобиль срывался с места, врываясь в поток движения.

Мелиса, собираясь было подойти, резко крикнула:

– Стойте!

Но её голос утонул в шуме мотора. Без промедления она схватила Кайроса за руку и, не теряя ни секунды, телепортировала их обоих прямо на крышу движущегося автомобиля. Старик ощутил их вес, машина чуть просела, и он понял – его преследуют.

Лицо старика потемнело, и в тот же миг активировал свою способность. Машина начала вести себя странно – дёрнулась, как будто наехала на невидимую яму. Крыша под ногами Мелисы затряслась, и она вместе с Кайросом сорвалась вниз, ударившись об асфальт.

Мелиса быстро вскочила и увидела, как сверху на них падает металлический столб. Не теряя концентрации, она в последнюю секунду телепортировала его в сторону, а затем, схватив Кайроса, побежала дальше вслед за машиной.

Старик, едва справляясь с управлением, мчался по перекрёстку. Внезапно сбоку в него влетел автомобиль. Машину закрутило, но он выровнял её и продолжил движение. Сквозь сжатые зубы он пробормотал:

– Проклятая способность. Закон Мёрфи в действии. Всё, что может пойти не так – обязательно пойдёт…

В это время Кайрос, бегущий впереди Мелисы, наступил на открытый люк и начал проваливаться. Сердце на мгновение замерло, но Мелиса успела телепортировать его в сторону, не дав упасть в темноту.

Они продолжали преследование, вокруг творился хаос. Машины сталкивались, фонари падали, бетонные опоры рушились. Кайрос едва успевал уворачиваться от обломков, а Мелиса, уставшая, но собранная, помогала ему телепортироваться в безопасные зоны.

В какой-то момент одна из машин взлетела в воздух и полетела прямо на них. Им пришлось прыгать в разные стороны. Оба упали, получив ссадины и царапины. Несмотря на боль, они вскочили. Мелиса схватила Кайроса и переместила их к автомобилю старика.

– Что, чёрт побери, происходит? – крикнул Кайрос, стараясь перекричать шум и ветер.

– Это его способность, – ответила Мелиса, тяжело дыша. – Он использует её, чтобы оторваться.

– И как мы его остановим? Так мы точно не догоним, – сказал Кайрос, с тревогой глядя на удаляющийся автомобиль.

– Раз он решил идти на крайние меры, – глаза Мелисы вспыхнули решимостью, – значит, и я пойду.

Мелиса сосредоточилась, и в одно мгновение вместе с машиной переместила старика в другую точку пространства. Однако что-то пошло не так – координаты дали сбой. Автомобиль не оказался рядом, как задумывалось, а внезапно материализовался прямо над ними.

С грохотом и звоном металл рухнул вниз. Лишь благодаря молниеносной реакции Мелиса успела телепортировать себя и Кайроса подальше, спасая от неминуемой гибели. Машина с треском врезалась в асфальт, искорёженная, словно после взрыва. Из салона, шатаясь, вылез старик. Его лицо было в крови, шаги неуверенные, но, несмотря на раны, он начал упрямо убегать прочь.

Кайрос тут же рванул за ним, не обращая внимания на боль и усталость. Он стремительно сокращал расстояние, почти настиг цель, рука уже потянулась схватить беглеца, как вдруг сверху раздался лязг.

На строительных лесах рабочие поднимали стеклянные панели, и одна из них по роковой случайности соскользнула. Огромное окно рухнуло вниз, разбиваясь об асфальт в нескольких шагах от Кайроса. Осколки, сверкая, полетели в стороны, словно осколки ледяных стрел. Несколько из них пронзили его правую икру, одно – плечо, а острый, скользящий осколок рассёк щёку. Он рухнул на колени, инстинктивно прикрываясь руками от дождя из стекла.

Мелиса, бежавшая следом, увидела, как он упал, и закричала, полная тревоги:

– Кайрос!

Но не успела она сделать и шага, как кто-то из прохожих, обезумевший от паники, налетел на неё плечом, сбивая с ног. Она упала, тяжело ударившись о тротуар. В тот же миг дерево, вырванное недавним взрывом, начало падать в её сторону. Среагировав за долю секунды, Мелиса телепортировала массивный ствол в сторону.

Не успела она вдохнуть с облегчением, как на неё на огромной скорости понеслась разбитая машина. Кайрос, не раздумывая, вскочил и, несмотря на боль в ноге, бросился к ней. Он подхватил Мелису на руки и отпрыгнул в сторону, успевая на считаные мгновения до столкновения.

Они оба рухнули на землю, тяжело дыша. Мелиса в панике поднялась:

– Живо! Он всё ещё убегает!

Однако не успели они двинуться, как здание впереди начало обрушаться. Поток пыли, камней и мусора хлынул в их сторону. Ударная волна сбила их с ног, царапая кожу, вгоняя в плечи и спины мелкие обломки.

Когда всё, наконец, стихло, город на миг замер. Над улицей повисла тишина, наполненная пылью и напряжением. Кайрос и Мелиса, израненные и уставшие, лежали на земле, тяжело дыша.

Мелиса медленно поднялась, отряхивая с себя пыль и куски бетона. Сквозь полуприкрытые веки она посмотрела на Кайроса, сидящего на земле и державшегося за плечо.

– Ты в порядке? – спросила она, вглядываясь в его лицо, исцарапанное, но всё ещё сохраняющее ту же твёрдость.

Кайрос выдохнул с лёгкой ухмылкой:

– Жить буду. Несчитая пары ран и царапин, всё терпимо.

Мелиса раздражённо огляделась.

– Чёрт, мы его упустили. Что теперь?

Он, покашливая, с трудом поднялся и указал рукой на асфальт:

– Подожди… Смотри. Следы. Они светятся. Значит, Диана всё ещё держит контакт. Мы можем его догнать.

Глаза Мелисы вспыхнули неожиданной надеждой.

– Вот это поворот. Способность Дианы продолжает отслеживать цель. У нас ещё есть шанс достать этого говнюка.

Но тут она бросила взгляд на кровь, стекающую по ноге Кайроса, и осеклась.

– Хотя… нет. Мы сейчас не в состоянии продолжать погоню. Мелиса стиснула зубы, она на миг прикрыла глаза, словно собираясь с мыслями, а потом резко сказала:

– Ладно. Тогда вот что. Я знаю, кто он такой. Это коллекционер. Один из самых влиятельных богачей мегаполиса. Он известен тем, что скупает любые редкости – артефакты, магические предметы, даже фрагменты истории. Уверена, что и твоя сфера у него не случайно. Он мог знать, что это такое.

Кайрос поднял бровь.

– Значит, мы знаем кто он. Это уже не погоня, это официальное дело.

– Именно. С таким уровнем разрушений, которые он устроил своей способностью… – Мелиса резко вытащила из внутреннего кармана побитый, но ещё работающий телефон и набрала Диану.

Через несколько гудков раздался встревоженный голос:

– Лиса? Что там у вас? Во всех новостях показывают какой-то хаос посреди города!

– Диана, это был он. Коллекционер. У него оказалась сфера памяти Кайроса. Мы пошли за ним… но он использовал способность, устроив настоящий ад. Весь этот хаос – его рук дело.

– Чёрт… вы с Кайросом в порядке?

– Да, но нас зацепило. Мы не можем продолжать погоню. Он тоже пострадал, возможно, отлеживается у себя. Поэтому, слушай внимательно: запрети ему выезд из города, и направь бригаду на его арест. У нас есть причина. Он только что совершил преступление против мегаполиса.

На другом конце линии повисла пауза. Потом голос Дианы прозвучал решительно:

– Принято. Сейчас всё организую. Оставайтесь на месте, я вышлю вам медицинскую помощь и боевую группу. Этого засранца мы возьмём. Обещаю.

Мелиса отключила телефон, опуская его в карман, и посмотрела на Кайроса.

– Всё. Теперь он далеко не уйдёт. Мы его дожмём.

За несколько часов до этого Рейчал неспешно поднялся по скрипучим ступеням и толкнул дверь кабинета Барри. В нос ударил запах кофе и лёгкий аромат табака.

– Здорово, Барри. Ну что, нашёл что-нибудь об этих троих? – спросил он, бросив взгляд на старый, заваленный бумагами стол.

Барри, не отрываясь от ноутбука, покачал головой.

– Боюсь, разочарую тебя. Об Уильяме я перелопатил все архивы и базы, но результата нет. Либо такого человека вообще не существует, либо вся информация о нём тщательно вычищена. Насчёт Гаспара всё ещё хуже. Одного имени недостаточно, чтобы вычислить нужного, таких Гаспаров хоть сотня.

Рейчал тихо выругался, достал из кармана мятую пачку и закурил, выпуская тонкую струйку дыма.

– Хм… Значит, эти парни явно непростые, если о них нет ни строчки. А что насчёт Безликого? Кто он такой?

Барри приподнял бровь, словно собираясь подогреть интригу.

– Не поверишь, что я узнал о нём.

– Ну и? – Рейчал слегка наклонился вперёд, ожидая сенсации.

– Ничего. Абсолютно, чёрт возьми, ничего, – сказал Барри, уже громче и грубее, с едкой усмешкой. – Ты правда думал, что о нём найдётся хоть что-то?

– А вдруг, – с равнодушным видом отозвался Рейчал, стряхивая пепел.

– Послушай, – Барри откинулся в кресле, сцепив пальцы. – Эти трое явно связаны между собой. И я уверен, они не единственные в своём роде. Возможно, за ними стоит целая организация. Но скажу тебе одно – лучше не лезь к ним. Даже если это мешает твоему расследованию. Забудь о них, сосредоточься на воспоминаниях того пацана.

Рейчал затянулся ещё раз, вглядываясь в серый дым, и усмехнулся.

– Понимаю твоё беспокойство, дружище, и спасибо за него. Но я хочу докопаться до истины. Несмотря на твои предупреждения, я продолжу искать их, даже если это будет стоить мне жизни. Честно говоря, это даже забавно.

Он поднялся, собираясь уходить. Барри лишь вздохнул.

– В этом весь ты. Всегда ищешь приключений на свою задницу. Ладно, не буду мешать. Но учти, если что-то случится – я не при делах.

– Непременно. Обещаю, тебя не тронут, – бросил Рейчал на прощание и вышел, оставив за собой лёгкий запах табака.

Выйдя на улицу, Рейчал докурил сигарету и, облокотившись на машину, задумался, куда пойти дальше. Мысли давили на него: черт, что же делать… Никакой информации, ни зацепок, ни намеков, кто они и где находятся. Было бы хоть что-то, за что можно зацепиться.

Отойдя от машины, он решил немного пройтись. Дождь застал его в пределах квартала. Рейчал остановился на углу здания возле светофора и встал под небольшим навесом, пытаясь укрыться от струй воды. Достал сигарету, поднес зажигалку, но пламя так и не появилось. Он с раздражением нажимал на колесико все быстрее, чувствуя, как в нем закипает раздражение.

И вдруг из-за угла вышел высокий мужчина в классической темной одежде со светлыми волосами до плеч, и цилиндром на голове. Его походка была уверенной, а движения – размеренными. Не говоря ни слова, он протянул Рейчалу руку с уже горящей зажигалкой.

– Вот, держите.

Рейчал слегка удивился, но принял помощь и закурил.

– Спасибо, – сказал он, выпуская струю дыма.

– Всегда рад помочь, – ответил незнакомец с теплой улыбкой и мягким, вкрадчивым голосом. – Могу поинтересоваться, вы здесь от дождя прячетесь, мистер…

– Рейчал, – коротко представился он.

– Очень приятно, мистер Рейчал. Меня зовут Уильям, – незнакомец протянул руку, и Рейчал пожал ее, не отводя взгляда.

– Взаимно, – сказал он. – На самом деле, я тут скорее стою в раздумьях, чем прячусь от дождя.

– Вот как, понятно… – произнес Уильям, и его улыбка едва заметно изменилась, будто стала чуть искусственной. – Что же вас гложет?

– Личное. Одно дело, которое расследую. Не берите в голову, – отозвался Рейчал холодно и с оттенком недоверия.

– Понимаю. Тяжелая у вас профессия.

Рейчал немного помедлил, затем спросил:

– Уильям, а твоя фамилия случайно не Зараканди? Просто я ищу человека с таким именем, и твое имя совпадает.

– Нет, что вы, моя фамилия Карлселфи, – спокойно и уверенно ответил Уильям. – Так что, боюсь, я не тот, кого вы ищете.

– Вот как… Прошу прощения, что заподозрил, – сказал Рейчал, наблюдая за его реакцией.

– Ничего страшного, я все понимаю. Знаете, я бы посоветовал вам немного расслабиться. Иногда, когда отпускаешь мысли, решение приходит само собой. Кстати, у нас есть знаменитая арена. Говорят, скоро там будут проводить зрелищные бои. Может, это и не даст вам полностью отвлечься, но точно поможет забыться хотя бы на пару часов. Атмосфера там непередаваемая: шум, азарт, ставки, крики зрителей… – в голосе Уильяма слышалась едва уловимая насмешка.

И вдруг Рейчала словно осенило. Точно… Он вспомнил, что Кайрос упоминал о встрече с ними именно внутри арены. Значит, есть шанс, что и они появятся там.

Его лицо оживилось. Он выбросил сигарету и, почти не глядя на собеседника, сказал:

– Извините, кажется, я кое-что понял. Мне нужно идти. До встречи.

– До встречи, мистер Рейчал, – отозвался Уильям все с той же радостной улыбкой.

Оставшись один, Уильям медленно достал из внутреннего кармана изящный, будто вылитый из золота, телефон. Его пальцы легко набрали короткий номер.

– Это я, – сказал он тихо, но уверенно. – Прошу прощения, не мог бы ты ненадолго покинуть свой пост у входа?

– Да, господин. На сколько? – ответил голос на другом конце.

– Думаю, час будет достаточно.

– Понял, будет сделано.

– Благодарю, – произнёс Уильям Зараканди, обрывая связь.

На секунду он застыл, глядя куда-то в сторону, словно выстраивая в уме невидимую шахматную партию. Затем губы его дрогнули в едва заметной улыбке.

– Прекрасно… в этой пьесе появился новый персонаж, – прошептал он, прикрывая лицо ладонью, и тихо рассмеялся. Смех был негромким, почти интимным, но в нём звучала странная смесь предвкушения и мрачного веселья.

Рейчал, дойдя до машины, сел за руль и направился к арене. Дорога заняла немного времени, и вскоре он уже припарковался неподалёку. Выйдя из автомобиля, он решил войти незаметно, через чёрный ход.

Тихо обогнув здание, он оказался у служебного входа и, оглянувшись, осторожно вошёл внутрь. Коридоры были тускло освещены, и каждый его шаг отдавался в тишине глухим эхом. Он двигался медленно, стараясь не издавать лишних звуков.

Подойдя к посту охраны, Рейчал уже начал обдумывать, как бы отвлечь или обойти охранника, но, к его удивлению, на посту никого не оказалось. «Странно…» – мелькнуло в голове, но он решил воспользоваться случаем. Пройдя к консоли, он на несколько минут отключил камеры наблюдения, чтобы не оставлять за собой следов.

Двигаясь дальше, он дошёл до развилки. Один коридор вёл прямо к арене, другой – за кулисы. Но рядом с проходом он заметил ещё одну деталь, которая заставила его остановиться: у стены находились лифт и металлическая лестница, ведущая вниз.

«Откуда это здесь?» – подумал он, внимательно осмотрев конструкцию. Любопытство взяло верх, и Рейчал, не раздумывая, направился к лестнице и начал медленно спускаться вглубь, чувствуя, как с каждым шагом воздух становится всё прохладнее и тише.

Рейчал быстро спустился вниз и, приблизившись к массивной двери, осторожно приоткрыл её, осматриваясь по сторонам. Недалеко от входа стояли люди в одинаковой белой, строгой форме: лёгкие кители с высокими воротниками, украшенные тонкими серебряными полосами на плечах, гладкие чёрные ремни с серебряными пряжками, идеально выглаженные брюки и начищенные до блеска ботинки. На груди у каждого был вышит эмблемный знак в виде распахнутых крыльев, охватывающих чёрный круг. Всё в их облике говорило о дисциплине и принадлежности к закрытой организации.

Выйдя из комнаты, он быстро свернул за ближайший угол. Внизу царила непривычная для подземных помещений чистота: светлые стены без следов пыли, пол, отполированный до блеска, и ровный белый свет, льющийся из потолочных ламп. Продвигаясь по коридору, Рейчал уловил голоса – мужской и женский.

Он резко открыл первую попавшуюся дверь и юркнул внутрь. Это оказалась просторная раздевалка с металлическими шкафчиками, аккуратно выстроенными в ряды. Внутри никого не было. Подойдя к двери, он оставил узкую щель и начал наблюдать.

В поле зрения оказался мужчина лет шестидесяти, среднего роста, с заметной залысиной. Его лицо, обрамлённое чёрно-седыми волосами, было усталым и полноватым, с глубокими морщинами, выдававшими возраст. Карие глаза смотрели чуть устало, но уверенно. На нём была белая рубашка, коричневый галстук и костюм, пиджак которого он не застегнул, – живот мешал. Голос звучал хрипловато, но чётко. Рейчал сразу его узнал: министр финансов города Зеро.

"Что он здесь делает?" – мелькнуло в голове, и он достал телефон, решив сфотографировать происходящее.

Рядом с мужчиной стояла женщина в той же белой форме, но с белой накидкой, спускавшейся до груди. Лицо скрывала чёрная маска с узким вертикальным прорезом для глаз.

– Благодарю вас за то, что продолжаете с нами сотрудничать, – произнесла она ровным, уверенным голосом.

– О, не переживайте, мисс Бейкер, – ответил он с лёгкой улыбкой, – за небольшой, так сказать, скромный процент никто не станет задавать лишних вопросов о ваших финансах и о том, что тут происходит.

– Рада это слышать, – спокойно сказала она.

– Ну что ж, я был рад побеседовать, мисс Бейкер, но мне уже пора. Сами понимаете, дела.

– Понимаю. Может, вас проводить?

– Не стоит. Не хочу тревожить вас лишний раз. Я найду выход. До скорого.

– До встречи, – коротко ответила она.

Мужчина зашёл в лифт и скрылся, поднявшись на верхний уровень.

Недалеко от девушки стояли два охранника, тихо переговариваясь между собой. Заметив их, она уверенно подошла ближе. Те, едва увидев её, поспешили выпрямиться и почти хором произнесли:

– Здравствуйте, мисс Сара.

В ответ она посмотрела на них строгим, почти холодным взглядом.

– Почему вы болтаете на посту? Где ваша дисциплина? Совсем распустились, – произнесла она серьёзным голосом, без тени улыбки.

Охранники замерли, растерянно переглянувшись. В их взглядах сквозило лёгкое испуг и недоумение. Но вдруг девушка тихо рассмеялась, сняла с лица маску и с озорным блеском в глазах произнесла:

– Да шучу я. Неужели вы и правда поверили, что я так скажу?

Теперь Рейчал смог рассмотреть её лицо. Перед ним стояла молодая женщина лет двадцати пяти. Карие глаза сияли теплом и спокойствием, коричневые волосы были аккуратно собраны в высокий хвост. Она была привлекательна, а на губах играла лёгкая, искренняя улыбка, будто говорящая, что перед ними человек с добрым сердцем.

– Мы, если честно, вначале и правда испугались, – признался один из охранников. – А то вы так строго это сказали, что мы чуть не поверили.

– Вы уж не пугайте так, – добавил другой, нервно усмехнувшись.

– Да ладно вам, – Сара пожала плечами. – Зато немного взбодрились.

– Ну, бодрости уж точно добавилось, – хмыкнул первый.

– Как у вас дела, мисс Сара? – спросил второй, чуть расслабившись. – Всё прошло хорошо с господином Уинстоном?

– Всё прошло идеально, – ответила она без тени колебаний. – Господин Уинстон – хороший человек. Да, он занимается коррупцией, но делает это во благо общему делу. С ним приятно работать.

– Рады слышать. Знаете, вы тоже очень хороший человек… и начальник, – сказал один из них.

– Правда? – удивлённо переспросила Сара.

– Правда-правда, – подтвердил второй. – Вы добры, открыты, всегда общаетесь с нами по-человечески и относитесь к каждому с уважением. В отличие от некоторых… Особенно господин Гаспар. Он жуткий тип, честно. От одного взгляда у нас колени дрожат.

Сара слегка смутилась, тронутая их словами. На её лице появилась тёплая улыбка.

– Господин Гаспар хоть и суров, а на вид – пугающий, но на самом деле он хороший человек, – мягко сказала она. – Он искренне беспокоится о господине Безликoм и предан ему всей душой, просто не показывает этого. Совсем другое дело господин Уильям…

– Вы про Уильяма Зараканди? – уточнил один из охранников.

– А что вас так беспокоит в нём? – спросил второй. – По-моему, он тоже очень хороший, добрый и обаятельный человек.

Рейчал, услышав, что речь зашла о Гаспаре и Зараканди, невольно стал слушать внимательнее.

– Вот именно это меня и тревожит, – ответила Сара. – Его доброта и обаяние кажутся мне… чересчур идеальными. Словно он притворяется. Порой он напоминает мне змея – скользкого, осторожного, скрывающего истинные намерения. И, если честно, я ему не до конца доверяю.

– Ну, будем надеяться, что это просто вам кажется, – с лёгкой улыбкой сказал второй охранник. – Может, на деле он действительно такой, каким себя показывает.

– Да, пожалуй, —ответила Сара.

В этот момент на её рабочий телефон золотистого цвета пришло уведомление. Сара взглянула на экран и сказала:

– Ох, похоже, я срочно нужна в нашем финансовом отделе… Была рада поболтать с вами, но мне пора. До встречи, может, ещё увидимся.

– До встречи, мисс Сара, – почти хором ответили оба.

Сара Бейкер неспешно удалилась по коридору, а двое стражников остались на своём посту, продолжая разговор уже на личные темы.

«И разве они какая-то опасная организация? – подумал Рейчал, наблюдая, как Сара уходит. – Не похоже… Какая приятная девушка. И всё же… что-то здесь явно не так».

Из конца раздевалки раздался мужской голос:

– Эй, ты! Что ты тут делаешь? Кто такой?

Рейчал резко обернулся. Из душевой, которую он не успел проверить, вышел мужчина, вытирая мокрые волосы.

– Кто я? – нервно отозвался Рейчал, придумывая ответ на ходу. – Я новенький. Меня только что приняла в организацию мисс Сара Бейкер… но я тут ещё не освоился, немного нервничаю.

– Хм, вот как… – мужчина прищурился, оценивающе глядя на него. Но уже через мгновение его лицо расплылось в доброжелательной улыбке. – Что ж, добро пожаловать! Мисс Сара – прекрасный человек, неудивительно, что она взяла тебя. Позволь помочь.

Он дружелюбно хлопнул Рейчала по плечу и потянул за руку.

– Это у нас раздевалка. Дальше душевая, если захочешь помыться. Здесь же надеваем форму.

– Понял, – кивнул Рейчал. – А где мне взять форму?

– Форму? Разве тебе её не выдали вместе с ключом от шкафчика? – в голосе мужчины мелькнули подозрительные нотки.

Рейчал быстро нашёл оправдание:

– А-а… Понимаешь, она не подошла мне по размеру. Вот и хотел спросить, нет ли запасных?

– Так вот в чём дело, – мужчина сразу успокоился. – Вон в том ящике лежат запасные комплекты. Возьми подходящий, а по окончании смены верни. Потом попроси выдать другой размер.

– Спасибо, – ответил Рейчал и открыл указанный шкафчик, перебирая аккуратно сложенные вещи.

Пока он выбирал и надевал форму, мужчина, уже вытершись полотенцем, облачился в свой комплект и стал собирать вещи.

Мужчина подошёл к Рейчалу:

– Ну, и за что ты отвечаешь? Какая твоя специализация здесь?

Рейчал, вспоминая подслушанные разговоры, ответил:

– Я работаю в отделе финансов и являюсь связным между господином Уинстоном и мисс Сарой.

– Хм… что-то ты темнишь. Зачем им связной? – в голосе мужчины снова появилось подозрение.

– Дело в том, что сейчас СБМ (Служба безопасности мегаполиса), начали проверять всех в городе из-за недавнего инцидента с массовой пропажей людей. Под удар попал мистер Уинстон: его могут прослушивать и отслеживать. Чтобы его не поймали на наших с ним небольших выплатах, я взял на себя роль связного. Я под прикрытием в СБМ и контролирую, что именно они проверяют, – уверенно произнёс он, умело превращая обрывки недавних знаний в связный рассказ.

– Ого… я и не знал, – мужчина приподнял брови. – Это серьёзное дело. Теперь понятно, зачем приходил мистер Уинстон и почему ты здесь. Ну да ладно, рад был познакомиться, но моя смена окончена, я домой. Ты пока осваивайся. Если что-то нужно, спроси у других – ребята хорошие, помогут, – сказал он и направился к выходу из раздевалки.

– До скорого, и спасибо за помощь, – наигранно отозвался Рейчал.

Оставшись один, он вышел в коридор и, чувствуя себя в относительной безопасности, продолжил искать, где может храниться информация об этой организации.

Передвигаясь по узким коридорам, Рейчал заметил на стенах камеры наблюдения.

Чёрт… похоже, здесь они работают. Но тревоги пока нет. Значит, меня ещё не засекли. Времени всё равно мало – нужно срочно найти серверную, отключить камеры и стереть записи, где я засветился.

Он ускорил шаг, лавируя между поворотами. Перед каждой камерой на мгновение вздымалась тонкая, но непроглядная завеса щита – она скрывала его от наблюдения, оставляя лишь пустую картинку.

В это время в серверной охранник, вернувшийся с чашкой кофе, уселся за пульт и стал проверять камеры, а заодно просматривать, что происходило в его отсутствие. Мотнув запись назад, он заметил, как неизвестный парень выходит из одной из дверей и направляется в раздевалку. Его насторожило, что лицо незнакомо, и он перемотал дальше. Там он увидел, как из раздевалки выходит его коллега, а следом и тот же парень – уже в форме.

Может, новенький? – подумал охранник, глядя на неуверенную походку. – Раз коллега ничего не сделал, значит, он свой?

Однако сомнения не давали покоя. Он запустил сканирование… и сканер выдал: неопознанный объект. Лицо охранника напряглось. Всё стало ясно – это нарушитель.

Он потянулся к кнопке тревоги, но вдруг его палец уткнулся в невидимый барьер, тянувшийся прямо по поверхности кнопки.

– Что за… чёрт возьми? – выругался он, пытаясь пробить защиту.

В этот момент дверь открылась, и в проёме появился Рейчал, с лёгкой ухмылкой:

– Здарова.

Щёлкнув пальцами, он заключил охранника в полупрозрачную сферу из щитов, сковав движения.

– Посиди пока так, – бросил он и опустился в кресло.

Пальцы быстро забегали по клавиатуре: Рейчал удалял все записи с камер, на которых он появлялся, а затем отключил систему наблюдения полностью. Уже собирался копнуть глубже – добраться до внутренних данных об организации, – как вдруг в заточении охранник сжал кулаки, и по воздуху прошла вспышка электричества. Разряд ударил в серверные стойки, замыкая цепь. Искры ослепили помещение, и оборудование коротнуло, окончательно выводя его из строя.

Рейчал, глядя на дымящиеся серверы, зло прищурился. Щёлкнув пальцами, он изменил структуру сферы: верхняя часть раскрылась, оставив открытой лишь голову охранника, а всё остальное тело оказалось сжато щитом с чудовищной силой.

– Что ты, мать твою, наделал? – рыкнул он, сжимая щит.

– Я уничтожил базу данных… – с трудом прохрипел тот, сквозь боль и дрожь. – Чтобы тебе, ублюдку, не досталась информация с серверов.

– Чёрт… – прошипел Рейчал.

Внутри щита начали вырастать острые, как клинки, шипы. Они медленно впивались в тело, вызывая крик боли.

– Говори. Есть ли ещё место, где могут храниться копии данных?

Охранник задыхался, напрягаясь от боли, но упрямо молчал.

Понимая, что обычное давление не сработает, Рейчал изменил тактику. Щит с хрустом разлетелся на осколки, и на его месте возник новый – полностью окутывающий охранника, словно кокон. Внутри начала клубиться мутная газовая завеса.

Спустя несколько секунд Рейчал развеял щит. Охранник упал на пол, судорожно вдыхая остатки газа. Его взгляд стал мутным, движения – дергаными, а поведение неадекватным. Он тихо хихикал, словно всё происходящее было какой-то шуткой.

– Повторю ещё раз, – холодно произнёс Рейчал, глядя прямо в его безумные глаза. – Есть ли копии данных сервера?

– М-м… есть… – охранник запнулся, а затем с блаженной улыбкой выдавил: – Главный компьютер… в кабинете Предвестницы…

Он внезапно расхохотался, покачиваясь взад-вперёд на полу, словно ребёнок в истерике.

Кабинет Сары, – мгновенно понял Рейчал.

Не тратя больше времени, он развернулся и покинул серверную, оставив охранника сидеть в углу, потерявшего связь с реальностью.

Наложив плотный щит на дверь серверной, чтобы никто не смог войти, Рейчал с лёгким чувством облегчения покинул помещение. Он был уверен: ближайшее время проблем здесь не будет. Спустя какое-то время он оказался у нужной двери. Осторожно приоткрыв её, он заглянул внутрь, прислушался. Тишина. Убедившись, что кабинет пуст, Рейчал вошёл и заблокировал вход ещё одним щитом.

Помещение разительно отличалось от холодных, тусклых коридоров. Здесь царил мягкий, почти домашний уют: желтоватый свет декоративных ламп создавал лёгкие тени на беловатых стенах. В центре лежал роскошный красный ковёр с замысловатыми узорами. Слева – мягкий диван, рядом с ним в дальнем углу – высокий шкаф. Посередине, ближе к дальней стене, стоял массивный стол с аккуратно разложенными папками и чёрным кожаным креслом. Настольная лампа отбрасывала на поверхность стола тёплое золотистое свечение. Справа, у ближнего угла, располагался небольшой кофейный столик с двумя кремовыми креслами – очевидно, из того же комплекта, что и диван.

Компьютер на столе привлёк внимание сразу. Рейчал подошёл, уселся в кресло и включил машину. Экран встретил его окном ввода пароля. Ничего неожиданного. Он достал заранее подготовленную в агентстве специальную флешку, вставил её в порт – индикатор загорелся, началась автоматическая подборка. Через несколько секунд доступ был получен.

Не теряя времени, Рейчал вынул флешку и подключил другой накопитель, готовясь скопировать все данные. Но едва он успел выбрать нужные папки, справа от двери что-то зашуршало.

На стене начали проступать тонкие алые линии, будто невидимые лезвия разрезали поверхность изнутри. Штукатурка треснула, воздух наполнился еле слышным металлическим звоном. И из этой странной рваной щели шагнула Сара.

– Кто вы? Шпион? – спокойно и вежливо спросила Сара, стараясь понять, что за человек стоит перед ней.

Рейчал, аккуратно отходя от стола, ответил негромко:

– Не совсем.

– Хм… на вас наша форма, но ваше лицо мне не знакомо. Значит, вы просто притворились одним из нас, – заметила Сара, слегка задумавшись.

– А вы умна, мисс Сара. Так легко сразу определить, кто я, – ответил Рейчал.

– Благодарю вас, но это не только благодаря уму. Я просто хорошо знаю всех людей, с которыми работаю, – сказала Сара с лёгкой улыбкой. Её голос не был злым, он звучал доброжелательно и спокойно.

– Вот как… рад, что вы так хорошо ладите с людьми. Похоже, вы приятный человек. Но, как бы то ни было, я не хочу вам вредить. Правда, – в голосе Рейчала слышалось искреннее желание избежать конфликта.

– Я прекрасно вас понимаю, господин, но и вы поймите меня. Как бы я ни хотела обойтись без этого, я вынуждена вам помешать. И, так же как и вы, не желаю вам вреда. Поэтому прошу – не сопротивляйтесь. Думаю, мы сможем договориться и потом отпустить вас, – сказала Сара, стараясь убедить собеседника.

– Я не могу уйти с пустыми руками. Я должен выяснить всё об этой организации, о Безликом… и как с этим связаны Гаспар и Зараканди. Кто они такие? – Рейчал слегка повысил голос, но не кричал, а словно просил Сару не мешать ему.

– Гаспар и Зараканди, говорите?.. – Сара нахмурилась. – Что же господин Уильям опять натворил. Честно, скользкий тип, даже для нас. Но, тем не менее, я бы хотела с вами всё обсудить и разобраться, что к чему. Только не в этой обстановке. Даже если я и пойду вам на уступки, здесь полно солдат, которые остановят вас. И хуже – если сюда придёт кто-то из других Предвестников.

– Предвестники? Кто они? Ответьте хотя бы на это, прошу вас, – попросил Рейчал.

– Могу сказать лишь то, что Предвестники – это своего рода заместители Безликого. Нас всего девять, но каждый из нас играет важную роль, – сказала Сара. – Вот я ответила на ваш вопрос, теперь будьте добры ответить на мой. Один.

– Хорошо, задавайте, – согласился Рейчал.

– Что вы хотите здесь найти? – спросила она.

– Я хочу узнать больше о вашей организации. Мой друг потерял память, и он как-то с вами связан. Зараканди его знает, но что-то скрывает, – уверенно сказал Рейчал.

– Теперь понятно… – тихо проговорила Сара. – Что ж, я учту вашу информацию, господин незнакомец, и обязательно приму меры. Но, к сожалению, в текущей ситуации вы не сможете покинуть это место. Проникновение на базу организации и попытка кражи информации жестоко караются. Если я вас отпущу, то сама попаду под удар как предательница. Так что простите меня, но я вынуждена вас остановить. И, раз вы не желаете сдаваться, мне придётся применить способность… пусть я и не хочу вас ранить.

Они оба уже готовились к решающему столкновению, когда здание вдруг вздрогнуло, словно от мощного удара. Свет начал дёргаться в судорожных вспышках, по стенам побежали трещины, а где-то в коридоре раздался глухой грохот падающих конструкций. Несколько потолочных светильников сорвались с креплений, один из них, ударившись об пол, зажёг край ковра. Почти сразу по всему помещению завыла сигнализация, загорелись мигающие красные лампы, а из потолка хлынули струи воды пожаротушения.

Всё погрузилось в хаос. Рейчал метнулся к накопителю с данными, но споткнулся, ударившись боком о край стола. В этот момент кусок потолка рухнул, перекрыв доступ к компьютеру. Сара, воспользовавшись заминкой, шагнула вперёд, намереваясь схватить его, но он успел возвести перед собой плотный, чёрный, как смола, щит.

– Нет времени! – бросил он, защищая и её от падающих обломков. Затем, прорвавшись через проломленную ранее стену, он снял с неё старый щит и наложил новый – прозрачный, дававший свободу движений, но всё так же отгораживающий от хаоса вокруг.

Пока здание дрожало и рушилось, Рейчал рванул к выходу. По пути он сталкивался с охранниками, которые выбегали навстречу, едва успевая отскакивать от падающих сверху ламп. Добравшись до лестницы, он начал стремительно подниматься, но оступился, потерял равновесие и, перекатившись через несколько ступеней, лишь чудом избежал травм – щит принял на себя удар.

– Что тут, нахер, твориться?! – выдохнул он, поднимаясь.

Выбравшись из здания, Рейчал замер. Перед ареной творился настоящий ад: клубы дыма, крики людей, разбросанные обломки, снующие в панике фигуры. Не тратя время на раздумья, он отыскал свою машину – помятую, но всё ещё на ходу – и, забравшись за руль, рванул в сторону агентства, не оглядываясь.

По прибытии в агентство Рейчал, не теряя ни секунды, вбежал по лестнице, едва не сбив с ног пару сотрудников. Дыхание сбилось, сердце колотилось. Он вырвался на нужный этаж, толкнул дверь и, не удосужившись даже поздороваться, подбежал к Диане.

– Диана, что тут, чёрт возьми, происходит? Что за разрушения? – выдохнул он, всё ещё пытаясь перевести дух.

Та взглянула на него с лёгким отстранением, будто старалась не поддаваться общей панике.

– Что произошло? Сам полюбуйся, – сказала она, указывая на огромный экран.

На нём шёл прямой эфир новостей. Молодая журналистка с тревожным лицом говорила о том, что по всему городу вспыхнули беспорядки. Камера выхватывала кадры хаоса: рушащиеся здания, аварии на дорогах, пожары и столбы дыма. Среди этих сцен Рейчал и Диана заметили момент, где некая машина мчалась на пределе скорости, а за ней, в плотной погоне, следовали Кайрос и Мелиса.

– Лиса?.. Чёрт, во что вы там двое уже ввязались? – Диана, впервые за время разговора, потеряла самообладание.

– Ха, и что они там вообще делали? – нахмурился Рейчал.

– Возможно, погнались по следу моей способности, – предположила Диана, сжав руки за спиной.

– Понятно… Наверное, стоит с ними связаться и проверить, как они там. Хотя, конечно, я в нашей дорогой подруге не сомневаюсь – когда надо, она перестаёт быть воробушком, – сказал он с лёгкой усмешкой.

Диана приподняла уголок губ.

– Ты всё ещё так её называешь?

– Разумеется. Она ведь, как воробушек: маленькая и ебанутая, – с усмешкой ответил он.

– Это точно, – согласилась Диана. – Но с тобой-то что приключилось? Чего такой запыханный? Неужто и тебя хаосом накрыло?

– Не совсем, – покачал головой Рейчал. Затем, отдышавшись, он начал рассказывать о случившемся и о том, что узнал.

Диана слушала рассказ Рейчала, не перебивая, но её недовольство ощущалось в каждом коротком, сухом «угу». Когда он закончил, она откинулась на спинку кресла, смерила его тяжёлым взглядом и, не скрывая раздражения, произнесла:

– Угу… То есть, ты никому ничего не сказав, проигнорировав слова Барри, самовольно пробрался под прикрытием в организацию, устроил там бог знает что, а потом тебя ещё и раскрыла какая-то девка… после чего ты позорно сбежал. Так ведь?

– Эм… ну… да, – Рейчал по-детски отвёл взгляд, пытаясь скрыть неловкую улыбку.

Диана шумно выдохнула, словно сбрасывая с себя желание врезать ему чем-нибудь тяжёлым.

– Идиот! Ну, хоть жив остался – и на том спасибо.

– Что насчёт информации… Её, конечно, не так много, но теперь мы хотя бы знаем, что их лидер – некий Безликий. Что Гаспар и Зараканди являются его предвестниками. И что Уинстон с ними на короткой ноге. К тому же у тебя даже есть доказательства.

– Вот видишь, какой я молодец: и цел остался, и данные добыл, – с победной интонацией заявил Рейчал, явно наслаждаясь моментом.

– Ага, – протянула Диана с ядовитой усмешкой, – если бы не разруха повсюду, фиг бы ты выбрался. И да, ту информацию, что хотел скачать с компьютера, ты всё-таки просрал.

Рейчал хмыкнул, но спорить не стал.

В этот момент на столе Дианы завибрировал телефон. Она подняла трубку, и по голосу стало понятно – это Лиса. Диана внимательно слушала, изредка задавая уточняющие вопросы. Закончив разговор, она подняла взгляд на Рейчала.

– В общем, мне звонила Мелиса. Они с Кайросом живы, но ранены и сейчас не в состоянии действовать. Выяснили, что за всем хаосом стоит Виктор Вандед – тот самый коллекционер. У него сейчас часть памяти Кайроса, и разрушения он вызвал своей способностью, пытаясь уйти от погони. Поэтому, – её голос стал твёрдым, – собирай людей и готовься выдвигаться к Виктору домой. Твоя задача – арестовать его. Я же запрещу ему покидать мегаполис и отправлю помощь Лисе.

– Хорошо, будет сделано, моя дорогая начальница, – с нарочитым пафосом и театральным поклоном отозвался Рейчал.

Виктор, едва добравшись до поместья, почти влетел в массивные дубовые двери. Он захлопнул их за собой, облокотился на створку, тяжело дыша, и крикнул охранникам:

– Окружить поместье! Никого не впускать и не выпускать!

Его одежда была изорвана, лицо в ссадинах, рука прижата к боку, где темнела кровь. Не теряя времени, он выхватил телефон, дрожащими пальцами набрал номер и поднёс трубку к уху.

– Алло… мистер Зараканди? – голос Виктора дрожал от напряжения.

– Да, слушаю вас, мистер Вандед, – ответил Уильям ровным, холодным тоном, словно не удивлён столь срочному звонку.

– Беда, – выдохнул Виктор. – Меня преследовали двое… люди, похоже, охотились за сферой памяти, которую я только что приобрёл. Мне пришлось использовать способность… и теперь весь мегаполис в руинах. За мной явно начнётся охота. Господин Зараканди, прошу вас… помогите мне, как когда-то помогал я вам.

На том конце линии повисла короткая пауза. Когда Уильям заговорил снова, его голос остался всё таким же безэмоциональным:

– Хорошо, мистер Вандед. Я вышлю к вам своего человека. Ожидайте.

– Спасибо… спасибо вам, – с облегчением произнёс Виктор, чувствуя, как камень спадает с его груди.

Но в ответ раздался лишь глухой сигнал сброшенного вызова.

Спустя какое-то время к воротам особняка Виктора подкатили несколько патрульных машин и два чёрных фургона спецгруппы. Двигатели глухо рычали, проблесковые маячки разрывали сумерки вспышками синего и красного света. Из фургонов, слаженно и молча, вышли бойцы группы перехвата – в бронежилетах, с оружием наготове. Они рассредоточились по периметру, направив стволы на охрану особняка.

Диана и Рейчал, шагая вперёд, подошли к массивным воротам. Диана, не тратя ни секунды, громко и чётко произнесла:

– Немедленно откройте! Пропустите нас. Этот человек совершил тяжкое преступление, и у нас ордер на его арест.

Она продемонстрировала документ, подняв его так, чтобы каждый охранник видел печать.

Секунды тянулись мучительно долго. Охрана переглядывалась, колеблясь, но постепенно на их лицах проступало понимание: деньги, которые им платят, не стоят жизней, которые они могут потерять прямо здесь. Сдержанно, без лишних слов, они открыли ворота.

Внутрь ворвалась Диана, за ней – Рейчал и несколько вооружённых солдат. В гостиной, среди роскоши и полумрака, на диване сидел Виктор. Голова была перебинтована, взгляд усталый, но в нём всё ещё тлела надменная искра.

– У нас ордер на ваш арест. Живо встаньте, руки за голову – и без фокусов, – голос Дианы был холодным и резким, как сталь.

Виктор медленно поднялся, тяжело опираясь на спинку дивана.

– О… поверьте, вы совершаете огромную ошибку, идя против меня. Организация просто так этого не оставит.

– Так ты всё же с ней связан, – усмехнулся Рейчал. – Отлично, на допросе и обсудим это.

– Сомневаюсь… – тихо сказал Виктор, и в его голосе промелькнула странная обречённость. – Вас остановят раньше, чем вы доставите меня куда-то.

В этот момент за его спиной, словно из самой тени, возник силуэт мужчины. Лица его не было видно – фигура будто расплывалась в полумраке. Виктор замер, а по его лицу пробежала тень ужаса. Незнакомец подошёл вплотную, наклонился к самому уху и произнёс едва слышно:

– Прошу тебя… умри.

В глазах Виктора мелькнула паника, затем – пустота. Его тело обмякло. Сердце остановилось. Он рухнул на ковёр, как сломанная кукла.

– Ты ещё кто такой?! Что ты наделал?! – выкрикнула Диана. – Живо сдайся, это приказ!

Все бойцы в комнате мгновенно подняли оружие, готовые стрелять и применять способности.

Незнакомец сделал шаг вперёд, прижимая ладонь к шее, из глубокой раны которой хлестала кровь. Его голос прозвучал тихо, почти печально:

– Замрите.

И всё вокруг застыло. Каждый в пределах особняка оцепенел в той позе, в какой его настигли слова. Ни дыхания, ни движения – будто сама жизнь в одно мгновение остановилась.

Мужчина медленно прошёл сквозь застывших людей. Кровь сочилась меж его пальцев, струилась по предплечью и падала вниз тяжёлыми каплями, оставляя за ним алую дорожку. Он шёл спокойно, словно боль и смертельная рана не имели над ним власти.

Добравшись до двери, он отворил её и шагнул наружу. В сумерках его силуэт терял очертания, растворяясь в сгущающейся тьме. Его горло было почти изорвано, кровь текла без остановки, заливая грудь, скатываясь по руке и роняя алые капли на каменные плиты. Казалось, сама ночь приняла его, укрывая фигуру, уходящую во мрак и кровавое безмолвие.

Глава 3: Память

Мегаполис Абсолют. Главный командный центр.

Сара шла по длинному коридору базы. Тяжёлые двери, строгие линии стен, гулкие шаги – всё здесь дышало холодной мощью. Остановившись у массивной створки, она глубоко вдохнула и вошла. Это оказался кабинет Гаспара.

Он стоял у стены, слегка опираясь на трость, и рассматривал огромную картину. На полотне руины и люди, охваченные яростью, использовали свои способности друг против друга. В их лицах застыли гнев и ненависть – картина словно дышала войной.

Сара нерешительно подошла ближе, сложив руки перед собой и чуть опустив голову. Её голос прозвучал мягко, почтительно, почти шёпотом:

– Здравствуйте, господин Гаспар.

Медленно, будто выныривая из собственных мыслей, Гаспар повернулся к ней. На его лице сначала промелькнула сдержанная улыбка, затем появилось что-то более тёплое, искреннее. Было видно – он действительно рад её видеть. Подойдя ближе, он слегка приобнял девушку.

– Здравствуй, Сара. Редкий гость… рад, что ты всё же заглянула. Старик ведь не так часто удостаивается твоего общества.

– Простите меня… слишком много дел, – тихо ответила она.

– Понимаю, работа здесь нелёгкая, особенно для предвестника, – произнёс Гаспар спокойно, но без строгости. – Но ты сильная девушка, Сара. Я знаю ты справишься!

Его глаза вновь блеснули вниманием.

– Раз уж ты пришла ко мне, значит, есть серьёзный повод. Верно?

– Да, – собравшись с духом, сказала Сара. – Я бы хотела поговорить о втором предвестнике.

Взгляд Гаспара потяжелел. Его лицо снова стало серьёзным.

– Об Уильяме?

В этот момент дверь отворилась, и в кабинет вошёл сам Уильям Зараканди. Как обычно, с лёгкой улыбкой, уверенный, будто всё происходящее заранее известно только ему.

– Господин Гаспар, я как раз вас искал, – сказал он вежливо, но с привычной лёгкой насмешкой в голосе. – Хотел обсудить кое-что важное. О, и вы здесь, мисс Сара? Какое любопытное совпадение… хотя, признаюсь, я его и ожидал.

Гаспар слегка усмехнулся.

– Вот уж действительно ирония… Мы только что обсуждали тебя, Уильям, и вот ты появляешься.

– Что ж, – ответил Зараканди всё с той же беззаботной улыбкой, – ничего особенного. Просто я умею оказываться в нужное время и в нужном месте.

Гаспар перевёл взгляд с одного на другого и чуть приподнял бровь.

– Вопрос теперь лишь в том, кого мне выслушать первым… Мисс Сара как раз собиралась обсудить тебя, Уильям. Надеюсь, твоё присутствие не повлияет на её откровенность?

– Ни в коем разе, – мягко ответила Сара, и на её лице появилась добрая улыбка. Она чуть прикрыла глаза, словно улыбка была искренне тёплой и облегчённой. – Напротив… хорошо, что вы пришли.

Она и Гаспар сели вместе на диван, а Уильям сел напротив в кресло.

– Дело в том, что в Мегаполисе Зеро, на моей базе, был обнаружен посторонний. Он сумел выдать себя за одного из моих солдат и проник прямо в мой кабинет. К сожалению, схватить его не удалось, но кое-что я всё же успела узнать.

Гаспар и Уильям слушали её внимательно. Атмосфера в комнате постепенно сгущалась.

– Этот мужчина пытался скопировать данные с наших серверов, – продолжила Сара, её голос стал твёрже, – и, кроме того, он искал информацию… о вас, господин Гаспар, и о вас, господин Зараканди.

Взгляд Гаспара стал ледяным, но он не произнёс ни слова. Уильям же лишь слегка приподнял бровь, сохраняя свою лёгкую улыбку.

– Ему откуда-то было известно о господине Безликом, о вашей организации… и о вас двоих. Немного, лишь отрывки, но всё же достаточно, чтобы рискнуть и проникнуть внутрь. Однако кое-что меня особенно смутило.

Сара перевела дыхание и произнесла с явным волнением:

– Этот незнакомец сказал, что его друг знаком с вами, господин Зараканди. И именно незнакомец сумел сбежать благодаря хаосу, который разразился внезапно. Хаосу, созданному способностью Виктора Вандеда… Человека, который был моим союзником и в то же время находился в подчинении и у меня, и у вас, господин Зараканди.

Она на миг замолчала, глядя то на Гаспара, то на Уильяма.

– Всё это наталкивает меня на мысль, что второй предвестник что-то замышляет против нас. И, возможно, именно он причастен к бегству этого неизвестного через Виктора.

Внешне Уильям слушал её спокойно, даже с любопытством. Но в его глазах мелькнула тень, которую Сара не заметила. В тот же миг, пока она говорила, он с помощью способности проник в её разум – прочёл все данные о ней и знал теперь все об этом человеке.

Чёртова девчонка, – мелькнуло у него в мыслях. – Она знает слишком много. И самое опасное – рассказывает всё этому старику, который доверяет ей безоглядно. Ведь именно он сделал её предвестником… А теперь она способна обратить его против меня. Сейчас я в куда более опасном положении, чем кажется. Нужно срочно искать выход, пока есть шанс…

Уильям слегка прищурился, но улыбка не сошла с его лица.

Ну что ж… решила сыграть со мной в мою игру? Пусть так. Даже интереснее. Этот спектакль только набирает обороты… и мне всё больше хочется наблюдать, чем закончится твой смелый номер, девчонка.

– Что ж… – голос Гаспара стал холодным, деловым, будто он превратился из мудрого наставника в строгого судью. Его спина выпрямилась, а взгляд потяжелел. – Это крайне серьёзное обвинение. Девятая предвестница, мисс Сара Бейкер, утверждает, что второй предвестник Уильям Зараканди левая рука господина Безликого, замешан в измене и предательстве организации.

Он сделал паузу, и тишина повисла в воздухе, давя на всех присутствующих.

– Скажите, второй предвестник, вам есть что на это ответить?

Сара затаила дыхание. Казалось, её слова вот-вот решат судьбу того, кого сама считала союзником.

Уильям же… лишь ещё шире улыбнулся. Его лицо оставалось спокойным, уверенным, почти насмешливым. Внутри него не было ни капли паники. Напротив, он ощущал, как напряжение в комнате начинает играть на нём. Он уже придумал, как перевернуть всё в свою пользу.

Он выпрямился, чуть наклонил голову набок, словно любуясь тем, как далеко зашла эта маленькая интрига. Его голос прозвучал мягко, уверенно, с оттенком иронии:

– Несомненно, слова мисс Сары о проникшем незнакомце – истина. Однако выводы, сделанные ею насчёт меня… увы, несколько поспешны и ошибочны. Всё дело в том, что ей известна лишь часть картины. Лишь фрагменты, вырванные из контекста.

Он сделал паузу и чуть прищурился, бросив короткий взгляд на Сару, как на невинную, но опасную пешку в чужой игре.

– Но у меня есть вся картина. Полное понимание того, что на самом деле происходит. Собственно, именно для этого я и пришёл к вам, господин Гаспар. Чтобы раскрыть детали, которые не известны девятой предвестнице… и которые многое меняют.

– Итак, начнём с самого начала, – голос Зараканди звучал мягко, но в нём была скрытая сила, способная подчинять внимание. – Неизвестный, о котором говорит мисс Сара, зовут Рейчал Линде. Он агент СБМ, проникший к нам как лазутчик. А теперь о его словах… Да, я действительно знаком с его так называемым другом. Более того, вы все прекрасно знаете, кто он.

Он сделал паузу, улыбнулся и, прищурившись, бросил взгляд на Гаспара.

– Как думаете, кто? Этот друг – никто иной, как сам господин Безликий.

– Ложь! – Гаспар резко повернулся, его голос стал твёрдым, словно удар. – Я ни за что не поверю, что речь идёт о господине Безликом.

Уильям поднял ладонь, словно прося позволить закончить. Его улыбка ни на миг не дрогнула.

– Знаю, знаю, звучит невероятно. Но всё не так просто. В агентстве работают мои люди… двойные агенты. Благодаря им я прекрасно осведомлён о делах СБМ. И могу с полной уверенностью сказать: сейчас господин Безликий действительно в их руках.

Он чуть наклонился вперёд, словно доверяя страшную тайну.

– Хотите знать причину его исчезновения? У него изъяли память. Более того, её разделили на части и разбросали по миру. СБМ держит его живым и укрывает так тщательно, что о нём даже не шепчутся.

– Немыслимо… – проговорил Гаспар, бледнея. – Безликий – сильнейший. Он не мог позволить лишить себя памяти!

– И всё же, – спокойно продолжил Уильям, – если мои слова правда, единственное, что остаётся – это признать: чудеса бывают даже с теми, кто кажется непоколебимым.

Гаспар тяжело выдохнул, и в его голосе появилась нерешительность:

– Если это так… если Безликий в плену… значит, его нужно немедленно вытащить из лап СБМ.

Сара, сдерживая волнение, заговорила:

– Мистер Зараканди, а что насчёт Виктора? Ведь именно из-за него Рейчал сумел сбежать. Как это связано с Безликим?

Уильям откинулся назад, как актёр, готовящийся к финальной реплике, и заговорил по порядку:

– Во-первых, вытащить Безликого сейчас – не лучшее решение. СБМ далеко не слабаки. Они держат его живым специально, чтобы у нас не было повода для открытой войны. Во-вторых, они уже начали собственный поиск частей его памяти. У них есть специалисты, способные отыскать даже то, что мы посчитали бы утраченным. Их цель ясна: собрать воспоминания и не дать нам восстановить истинного господина.

Он сделал паузу и поднял взгляд, позволив своим словам повиснуть в воздухе.

– В-третьих, Виктор Вандед. Да, именно он стал причиной хаоса. Но знаете, что послужило причиной охоты за ним? Он приобрёл одну вещицу… одну из тех самых частей памяти Безликого. СБМ узнало об этом и бросило силы, чтобы вырвать её из его рук. Виктор активировал свою способность, а дальше… вы оба знаете последствия.

– Хм… во всё это трудно поверить, – Гаспар задумался, его взгляд метался между собеседниками. – Но некоторые вещи звучат слишком логично. Возможно, ты в чём-то прав. Тогда нужно решать, как действовать.

Сару не покидала тревога. Взгляд Уильяма, его спокойствие, его слишком гладкие слова – всё в нём внушало недоверие. Но сейчас она понимала: взять верх у неё не выйдет. Вынужденная уступить, она произнесла:

– Если всё так, как вы говорите, господин Уильям, прошу прощения за свои слова и обвинения.

Уильям склонил голову, сложив руки за спиной, и улыбнулся с почти детской невинностью.

– Ну что вы, мисс Сара, я вовсе не держу зла. Понимаю: я могу вызывать недоверие. Но, уверяю вас, оно напрасно.

Гаспар, не меняя холодного выражения лица, заговорил снова. Его голос стал спокойным, но в нём ощущалась жёсткая требовательность:

– Тогда скажи, Уильям. Что именно ты предлагаешь делать? Ведь сейчас именно ты знаешь больше всех. И что-то мне подсказывает… всё это ты давно спланировал.

Зараканди чуть наклонил голову, будто соглашаясь с намёком.

– На данный момент, – его голос стал твёрже, – я предлагаю собрать Совет Девяти Предвестников. Мы должны бросить все силы на поиски частей памяти господина Безликого и параллельно сорвать поиски СБМ. Как только мы соберём все пять фрагментов, мы объявим СБМ войну и, объединив все ресурсы, вернём господину его силу. С ним во главе мы одержим верх.

Слова зависли в воздухе тяжёлым приговором.

Гаспар медленно поднялся с дивана. Его шаги звучали глухо, отмеряя напряжение в комнате. Подойдя к Уильяму, он крепко сжал трость и, выпрямив руку, направил рукоять прямо к его горлу. Взгляд его стал холодным, а голос – угрожающим, словно обрушивался каменный обвал:

– Я поверю тебе, как второму предвестнику и приближённому господина Безликого. Но знай: если ты меня обманываешь, ты об этом сильно пожалеешь!

Уильям лишь улыбнулся в ответ, не моргнув, не дрогнув ни на секунду.

Гаспар развернулся и, не сказав больше ни слова, направился к выходу. Тяжёлая дверь скрипнула. За ним, почти синхронно, последовали Уильям и Сара.

Пока они шли по длинному коридору, шаги гулко отражались от каменных стен. Гаспар молча достал из внутреннего кармана пальто золотой телефон, чьи края мерцали в полумраке. Набрав короткую комбинацию цифр, он произнёс лишь одно слово-код:

– СДП.

После этого он сразу выключил устройство и, убрав его обратно, слегка повернул голову к Уильяму и Саре. Его голос прозвучал сухо, без тени эмоций:

– Идите в Зал Предвестников. Я присоединюсь к вам позже.

Он свернул в боковой проход и исчез за углом, оставив их вдвоём.

Уильям и Сара продолжили путь. Коридор постепенно становился шире и выше, стены уходили ввысь, словно они входили в подземный храм. В конце виднелась огромная дверь, массивная, как сама скала, из которой она была высечена.

Зал предвестников встретил их тяжёлой тишиной. Пространство утопало во мраке, и лишь в центре бился слабый холодный свет. В этом свете простирался огромный мраморный стол, будто из цельной глыбы. Его поверхность сверкала мёртвым блеском, а по полу и самой плите клубился густой серый туман, лениво извивающийся, словно живое существо.

Вокруг стола возвышались каменные кресла, но лишь одно кресло выделялось среди остальных: центральное, с высокой, величественной спинкой, словно трон, чьё присутствие задавало тон всему залу.

Кресла были мрачного серого цвета, холодные, будто насквозь пропитанные безысходностью. Воздух здесь был тяжёлым, наполненным гулкой тишиной и ощущением, что сам зал наблюдает за каждым их шагом.

Уильям и Сара заняли свои места. Их силуэты растворились во мраке, и лишь слабое свечение в центре подчеркивало линии их лиц.

Спустя некоторое время все предвестники один за другим прибыли в зал и расселись на свои места. Огромный мраморный стол теперь был полностью окружён фигурами в мрачных каменных креслах, и туман, клубившийся у их ног, казался ещё плотнее, словно оживший в присутствии собрания. Все ждали Гаспара.

Слева стола, ближе к входу, устроились двое молодых подростков – брат с сестрой. На вид им было не больше восемнадцати-девятнадцати лет. Их юные лица с голубыми глазами и светлыми волосами резко выделялись на фоне мрачного зала. Близнецы были невысокого роста, едва дотягивая до метра шестидесяти. У парня, Рейнхольда, волосы были кучерявые, средней длины, всего около пяти сантиметров. У сестры же, Рейнхильды, прямая светлая прядь спадала до самой талии, подчёркивая её странное, почти кукольное сходство с братом. Оба были облачены в чёрные военные мундиры, напоминавшие форму нацистов, что придавало их облику зловещую, маниакальную нотку.

– Ахахахах! – раздался безумный смех Рейнхольда. – Надо же, мы опять собрались. Весело, весело, очень весело! Интересно, по какому поводу? Что думаешь, сестрица?

Он говорил с исступлённым восторгом, в голосе звучала настоящая психопатия.

– Да плевать, – отозвалась Рейнхильда, и её смех был таким же надломленным и ненормальным. – Главное, чтобы это было связано с тем, чтобы кого-то убить. Ведь это будет так весело.

– Полностью согласен! – оживлённо выкрикнул Рейнхольд, подпрыгивая на месте. Его глаза горели болезненным блеском. – Эй, а вы чего все такие невесёлые сидите? Давайте померяемся, кто из нас сильнее. Это будет так забавно и безумно!

Но не успел он договорить, как чья-то мощная рука резко схватила его за лицо, сдавливая пальцами скулы. Все звуки смеха тут же оборвались, превратившись в глухое мычание.

Это был Мордхар, третий предвестник, сидевший слева от близнецов. Его высокая фигура возвышалась над остальными: почти метр девяносто роста, длинные чёрные волосы, ниспадавшие до талии, словно тёмная мантия, скрывали половину тела. Лицо же закрывала металлическая маска треугольной формы, прикрывающая глаза и оставляющая лишь нижнюю часть лица открытой. На вид ему было около тридцати пяти – сорока лет. Тело покрывал особый костюм, больше напоминающий сплетение имплантов, как у киборга. Поверх него лежала коричневая накидка, скрывающая большую часть странного облика.

Сжимая лицо Рейнхольда, Мордхар холодным, твёрдым голосом произнёс:

– Умолкните.

Его слова прозвучали так резко и тяжело, что даже Рейнхильда невольно вздрогнула. Освободив брата, Мордхар откинулся на спинку каменного кресла, словно ничего не произошло. Близнецы же моментально утихли и замерли на своих местах, сидя смирно и не смея больше нарушать тишину.

– Ха, только глянь на этих детей-демонов! – весело и игриво произнёс Винсент, восьмой предвестник. Он широко улыбался, явно получая удовольствие от происходящего. – А я ведь только забывать стал о них, а они опять своим присутствием веселье устраивают. Эй, я ведь прав? – он игриво ткнул пальцем в соседа, седьмого предвестника, Элигиуса де Ля Нуара.

– Поверь, сейчас со стороны ты выглядишь ничуть не лучше их, – холодно отрезал Элигиус. Его голос прозвучал без всяких эмоций, словно он ставил окончательную точку. – Такой же клоун, как и они. Так что сядь ровно и замолчи.

Улыбка Винсента чуть дрогнула, но он не стал отвечать. Он был парнем лет двадцати шести, среднего роста, с крепким, мускулистым телосложением. Длинные, неопрятные рыжие волосы падали на плечи, в зелёных глазах искрилась дерзость и насмешка. На нём была простая белая футболка с крупной надписью Perfect Moment, поверх которой он носил чёрную кожаную жилетку, а также тёмные штаны. В его облике чувствовалась нарочитая небрежность, словно он намеренно противопоставлял себя остальным.

Элигиус же, напротив, выглядел как чужак среди этой компании. Его рост был около метра восьмидесяти, телосложение среднее, без намёка на силу, но от него исходило какое-то внутреннее спокойствие и уверенность. Голубые глаза смотрели холодно и отчуждённо, а длинные чёрные кудрявые волосы придавали облику некую утончённость. Он был облачён в старомодный наряд: брюки викторианской эпохи и белая винтажная рубашка с изящным воротом и манжетами. На фоне остальных предвестников он выглядел словно человек из другого времени, чужой, но в то же время недосягаемо величественный.

Тогда Винсент повернул голову слегка направо, в сторону сидевшего напротив шестого предвестника, известного по прозвищу Молчащий. Его фигура сразу выделялась на фоне остальных: он, как и Сара, был облачён в белую форму. Высокий, под метр девяносто, худощавый, на вид лет двадцать девять или тридцать. Его короткие тёмные волосы скрывал капюшон белого цвета, а на лице красовалась маска, закрывающая рот, оставляя лишь глаза открытыми. Эти глаза казались вечно уставшими, с тёмными мешками под ними, будто он не спал уже долгие годы.

– Ну а ты что скажешь, я ведь прав, да? – протянул Винсент с сарказмом, глядя прямо на Молчащего.

В ответ тот лишь медленно поднял взгляд. Его тёмные глаза смотрели на Винсента так устало и безразлично, что стало очевидно: слова восьмого предвестника не имели для него ни малейшего значения.

– Ах да, сорян, – усмехнулся Винсент, склонив голову набок и не убирая своей насмешливой улыбки. – Ты же не говоришь. Ну да ладно, что с твоим горлом приключилось-то? Выглядит ужасно. – Его голос стал чуть спокойнее, но нотки веселого издевательства всё ещё звучали в интонации.

– Он слегка переборщил со своей способностью, вот горло и не выдержало, – спокойно ответил Уильям, словно заполняя тишину. Он улыбался и пытался выглядеть дружелюбным.

– А? Переборщил? Где это он так? – с лёгким, почти наигранным удивлением протянул Винсент.

– Я попросил дорогого Молчащего устранить Виктора Вандеда, – Уильям говорил ровно, с намёком на важность. – Была угроза быть пойманными. Вот за приказ на убийство и за возможные преграды, которые пришлось устранить с помощью способности, горло и не выдержало. Может, не все здесь знают, но если злоупотреблять своей силой, это сильно отражается на состоянии тела. Особенно у тех, кто обладает по-настоящему мощной способностью. Иногда достаточно одного использования, чтобы получить серьёзный ущерб. Лучше всех об этом знает наш дорогой Мордхар… – он перевёл взгляд на третьего предвестника, и в его голосе прозвучало сожаление. – По достаточно печальным обстоятельствам.

Винсент усмехнулся и, удобно откинувшись в кресле, положил руки на подлокотники.

– Ха, ну не думаю, что лично мне это будет сильно грозить. Я всегда выйду победителем, – произнёс он уверенно и спокойно, с тем оттенком самодовольства, что раздражал остальных.

И в этот момент из входа донеслись тяжёлые гулкие шаги. Каждый удар трости о каменный пол звучал, словно молот по наковальне, прокатываясь эхом по залу. Атмосфера мгновенно переменилась: воздух словно стал гуще, тишина нависла над собравшимися. Все разом замолкли. Даже Винсент, мгновение назад полный бравады, резко выпрямился, откинулся от подлокотников и сел прямо, взгляд его стал серьёзным. В зал вошёл Гаспар.

Он подошёл к длинному столу и неторопливо сел в кресло, заняв место между предвестниками, напротив огромного трона, возвышавшегося словно символ власти и ужаса. Все взгляды тут же обратились в его сторону. В зале повисла напряжённая тишина: каждый прекрасно понимал, что перед ними сидел не просто один из них – это был Гаспар, первый предвестник, правая рука самого Безликого.

Гаспар выпрямился и, сложив руки перед собой, заговорил строгим и властным голосом:

– Что ж, я полагаю, вас всех интересует повод, по которому вас собрали.

Его слова отозвались в гулкой тишине. Ни один из предвестников не осмелился перебить.

– Итак, – продолжил он, – благодаря ценным сведениям, которые предоставил мне второй предвестник, я смею сообщить вам, что нам стало известно о том, что случилось с господином Безликим. Дело в том, что, как бы абсурдно это ни звучало, его схватили агенты СБМ.

В тот миг зал наполнился потрясением: предвестники переглядывались, глаза многих округлились от шока. Кто-то шумно втянул воздух, другие едва слышно начали перешёптываться, не веря услышанному. Лишь Сара и Уильям сидели спокойно: они знали об этом заранее.

Гаспар на мгновение умолк, позволяя всем осознать сказанное, но тут же повысил голос, заставив шепчущихся смолкнуть:

– Я прекрасно понимаю ваше удивление и отвечу сразу, как это могло произойти. Господина Безликого лишили воспоминаний. Они теперь разбросаны по миру, чёрт знает где, из-за чего он оказался не в состоянии что-либо предпринять.

По залу пронёсся глухой ропот, но Гаспар снова властно поднял голос, и тишина вернулась.

– Поэтому мы с господином Уильямом обсудили всё и пришли к решению. Прямо сейчас СБМ активно начали поиски частей воспоминаний господина Безликого. Наша задача – не дать им завладеть ими. Мы должны собрать все осколки памяти первыми и вернуть господина Безликого в его прежнее состояние. Это задание для всех вас, оно особой важности. С этого момента я снимаю с вас любые ограничения. Разрешаю использовать все доступные методы для достижения цели. Вам всем ясно?

– Да, – ответили предвестники в унисон, их голоса гулко отразились от стен.

Гаспар поднялся со своего кресла и, не бросив больше ни слова, направился к выходу. Его шаги отдавались в тишине зала, пока массивные двери не закрылись за ним.

Близнецы не выдержали первыми. Их смех разорвал тишину, прозвучав как крик безумия, эхом прокатившийся по залу.

– Ты слышала это, сестрёнка? – произнёс Рейнхольд, глаза его блеснули мрачным огнём. В его голосе звучала откровенная, дикарская радость, наполненная безумием.

– Да, братец, конечно же слышала, – столь же безумно отозвалась Рейнхильда, её губы растянулись в улыбке, от которой по коже могло пробежать холодное озноб.

Их смех усилился, превратившись в нервный хор, и, переглянувшись, они произнесли в унисон, с нотками чистой психопатии:

– Это значит, что мы сможем убивать и пытать кого захотим под предлогом поиска информации!

Их голоса взорвались хохотом, и в следующий миг они рванулись с места. Движение было столь стремительным, что никто толком не успел уловить момент: близнецы исчезли, оставив после себя лишь порыв ветра и дрожь воздуха.

– Хм, ну и ну… похоже, намечается что-то весёлое, – протянул Винсент, откинувшись в кресле и широко улыбаясь. Его слова утонули в пустоте: никто не обратил на него внимания.

Третий, шестой и седьмой предвестники, сохраняя мрачное молчание, один за другим поднялись и безмолвно покинули зал.

– Эй, ну вы куда? Почему вы такие необщительные? – с притворным разочарованием спросил Винсент, разводя руками, словно обиженный ребёнок.

Сара, до сих пор сидевшая спокойно, повернула голову в его сторону. На её губах мелькнула лёгкая, едва заметная усмешка.

– Не переживайте, господин Винсент, – мягко сказала она, – такие уж они, неразговорчивые. Но их можно понять. И не думайте слишком плохо о словах господина Элигиуса. У вас пусть и буйный нрав, но всё же вы – хороший и весёлый человек, который хоть немного разбавляет эту мрачную, напряжённую атмосферу.

Слова Сары зажгли Винсента. Его лицо расплылось в радостной улыбке, он словно снова ожил, глаза вспыхнули весельем.

– О, благодарю вас, мисс Сара! – воскликнул он с искренней радостью. – Мне правда приятно это слышать. Вы – одна из тех, с кем можно поговорить. Спасибо вам!

– Да не за что, – ответила она, поднимаясь с кресла, её голос был спокойным, даже слегка отстранённым. – Я лишь сказала то, что думаю, вот и всё.

Она направилась к выходу, её шаги звучали легко и уверенно. Винсент тут же вскочил с места, будто не желая упустить шанс.

– Прошу, мисс Сара, позвольте проводить вас, – сказал он с оживлённой галантностью.

– Ну хорошо, я не против, – тихо ответила она.

Они вышли вместе, оставив позади гулкий, пустой зал.

Когда двери за ними закрылись, остался лишь один. Уильям сидел в кресле, слегка наклонившись вперёд. Его локти упирались в стол, руки были сцеплены, а на лице расползалась широкая, почти болезненная улыбка. Он молчал, но внутри, в своей голове, хохотал громко, безудержно, смакуя всё происходящее как искусный кукловод, наслаждающийся спектаклем. Всё шло именно так, как он задумал.

Мегаполис Зеро. Особняк Виктора.

Действие способности прекратилось, и все вокруг вновь смогли двигаться. В зале тут же поднялась неразбериха: солдаты и агенты СБМ, вырвавшиеся из оцепенения, метались, отдавали команды, перекрикивали друг друга. Последствия силы незнакомца оставили хаос, в котором никто не мог сразу сориентироваться.

Диана и Рейчал стояли возле тела Виктора. Женщина опустилась на колени и наклонилась, проверяя пульс. Её пальцы задержались на холодной коже, но сердце молчало.

– Чёрт! – воскликнула она с отчаянием и злостью. – Он мёртв! Теперь мы ни информации не получим, ни ответственности за эти разрушения. Всё пошло не по плану, что же делать?..

Гнев и раздражение дрожали в её голосе, будто она едва сдерживалась, чтобы не сорваться ещё сильнее.

Рейчал молчал. Его взгляд остановился на массивном кресле, и он заметил шкатулку, оставленную на подлокотнике. Подойдя, он медленно открыл её. Внутри лежала сфера глубокого голубого цвета, светившаяся мягким, но живым сиянием.

– Что ж, – сказал он, обращаясь к Диане, – пусть мы и не смогли схватить Виктора, но кое-что всё же смогли заполучить.

Диана резко обернулась, её глаза впились в сияние сферы.

– Смотри, – продолжил Рейчал, – похоже, это часть памяти Кайроса.

Диана выдохнула, её лицо стало спокойнее.

– Радует, что хотя бы это не забрали, – сказала она уже ровнее. – В таком случае бери сферу и отправляйся к Мелисе с Кайросом. А я пока разгребу здесь бардак.

Рейчал ухмыльнулся и, нарочито передразнивая её голос, насмешливо проговорил:

– Вот только не бери на себя слишком много. А то знаю тебя: сейчас всё взвалишь на себя, а потом разгребай за тебя. И не трогай её из-за того, что я в депрессии.

Диана лишь усмехнулась. На её губах появилась коварная, дерзкая, но дружеская улыбка. Она, словно насмешкой отвечая на насмешку, бросила:

– Иди к чёрту!

Рейчал хищно улыбнулся, в его глазах мелькнул безумный огонёк. Он коротко рассмеялся, сдерживаясь, словно внутри его распирало от чего-то большего. Сжав сферу, он развернулся и уверенно направился к выходу – туда, где его ждали Кайрос и Мелиса.

Спустя некоторое время Рейчал добрался до агентства. Войдя внутрь, он привычно направился по коридорам, поднялся на второй этаж и, свернув направо, оказался в медицинском отделе. Тихий запах антисептика и лекарств витал в воздухе, в приглушённом свете ламп коридор казался холодным и безжизненным.

Зайдя в шестую палату, он увидел знакомую картину: Мелиса лежала на кровати, лениво скользя пальцем по экрану телефона, её взгляд был тусклым и отрешённым. Кайрос же лежал на соседней койке, но вёл себя совсем иначе: он с любопытством осматривал всё вокруг – то бросал взгляд в окно, то задерживал его на белых стенах палаты, словно хотел в них разглядеть что-то большее.

Рейчал вошёл, но его появление никто из них даже не заметил. Он постоял мгновение, а затем постучал по двери. Сделав важный вид, он опёрся плечом о дверной проём и, слегка кашлянув, привлёк их внимание.

Мелиса нехотя подняла глаза от телефона, и в её лице мелькнуло лёгкое удивление:

– О, ты пришёл?.. Ну как всё прошло?

Кайрос отреагировал куда живее. Он резко повернулся, и в его глазах загорелась неподдельная радость. Казалось, он встретил старого друга, которого давно не видел:

– Рейчал! Привет! Ну рассказывай, как ты? Мы так давно не виделись, мне правда интересно! – его голос звучал искренне, в нём не было ни капли фальши, только доброта и наивное любопытство.

Рейчал прищурился, на его губах появилась ленивая усмешка. Он поднял руку и машинально провёл пальцами по шее, словно это помогало сосредоточиться.

– Вот так сразу, да? Прям не терпится узнать, что было? Ха… Вы и любопытные, конечно. Минуту назад сидели тут, унылые, даже не заметили, как я вошёл. Ну и ну… забывчивые вы, однако. – Он сделал вид, будто великодушно идёт им навстречу. – Ладно, так и быть, расскажу.

Его голос стал чуть серьёзнее:

– В общем, мы оцепили особняк Виктора. Но схватить его не удалось. Какой-то хер с бугра явился, завалил его своей способностью, а потом ещё и нас обездвижил, прежде чем смыться из особняка.

– Чего? – сказала Мелиса, реагируя скорее наигранным удивлением, с лёгкой насмешкой в голосе. – Это каким образом он убил его и вас обездвижил? – добавила она, приподняв бровь и отложив телефон в сторону.

– Точно не могу сказать, – Рейчал пожал плечами, криво усмехнувшись. – Но судя по тому, что я видел, он будто отдавал приказы своим голосом. Сказанное им происходило буквально. Шепнул что-то Виктору – и тот тут же умер. А нам приказал: замрите… ну вот мы и замерли на несколько минут. Ох, знали бы вы, как у Дианы подгорело от всего этого.

Мелиса не удержалась, хмыкнула и, слегка прищурившись, ответила:

– Ха, могу себе представить злую Дину. Она там явно сейчас рвёт и мечет, – в её тоне сквозило откровенное насмешливое удовольствие от этой картины.

– Ага, – подхватил Рейчал, изобразив преувеличенное недовольство. – А потом опять вымотается, войдёт в депрессию и забьёт на всё. А нам, как обычно, разгребай.

Он махнул рукой, будто отгонял назойливую мысль, и чуть смягчил голос:

– Ну да ладно. Всё же есть и хорошая новость. Твоя сфера памяти, Кайрос. У меня вот она.

Рейчал протянул руку, в которой мягко переливалась голубым светом сфера.

– Ого… так вот она какая… – произнёс Кайрос, осторожно беря её в ладони. Его глаза расширились, когда он стал внимательно рассматривать находку. Казалось, он видел внутри что-то, скрытое от остальных. Внезапно он прижал левый глаз к сияющей поверхности, пытаясь рассмотреть глубже.

И тут сфера дрогнула и засияла ярче. Голубоватый свет, словно живой ручей, начал медленно перетекать из неё прямо в голову Кайроса. Комната озарилась мягким, холодным сиянием, и Мелиса непроизвольно замерла, наблюдая за происходящим.

Свет вливался всё быстрее, пока полностью не поглотился. Опустевшая сфера стала прозрачной, безжизненной и вдруг выскользнула из рук Кайроса. Она ударилась о пол и разлетелась на мелкие осколки.

– Кайрос! – вскрикнула Мелиса, когда тот внезапно обеими руками схватился за голову. Его лицо исказила гримаса боли, он зажмурил глаза и, слегка корчась, издал сдавленный стон.

В голове Кайроса, словно яростный поток, закружились образы его прошлого. Сначала это были книги: стопки томов, раскрытые страницы, приглушённый свет, падающий на строчки. Он помнил, как каждый день перечитывал философские трактаты, труды о психологии и устройстве мира. Эти книги словно раздвигали границы его сознания, заставляли видеть больше, чем просто слова. Каждая мысль, каждое утверждение вызывало в нём отклик, иногда согласие, иногда протест, но неизменно толкало к размышлениям.

Он вспоминал, как ночи напролёт сидел, погружённый в чтение, а потом, закрыв книгу, долго смотрел в темноту, анализируя прочитанное. Постепенно его взгляды менялись. Он начинал складывать собственную философию, где наблюдения за людьми и личный опыт становились её основой.

Картины людских жизней возникали перед глазами одна за другой. Он видел нищих, которые не пытались бороться за перемены, а предпочитали сидеть на улицах с протянутой рукой. В их глазах не было ни стремления, ни воли, и это рождало в Кайросе отвращение. Он видел, как толпа безжалостно смеётся над слабым, как издеваются над теми, кто не может дать отпор. Жестокость людей не знала границ – они ранили словом, поступком, равнодушием.

Затем в памяти всплывали войны: армейские колонны, ряды солдат, крики, дым, пламя. Люди убивали друг друга ради власти, ради кусков земли, ради богатств, которые не могли унести с собой в смерть. Он видел, как в этих войнах страдали не только враги, но и невинные, те, кто никогда не держал оружия. Дети, женщины, старики – для людской алчности они не имели значения.

Особенно больно было видеть контраст: одни сидели у власти, купаясь в роскоши и высокомерии, считая себя выше других, в то время как миллионы гнулись под тяжестью нищеты. Одни тратили жизнь на праздность, другие на изнуряющий труд, и всё ради того, чтобы лишь продержаться ещё один день.

Все эти картины складывались в одно мрачное полотно, заставляя Кайроса усомниться в человечестве.

Он вновь и вновь задавался вопросом: «Для чего всё это? В чём смысл?» Но ответ не приходил. Люди, как он видел, лишь бесконечно повторяли один и тот же цикл: детство, школа, работа, пенсия, смерть. День за днём, поколение за поколением. Суета ради выживания. Развитие ради удобства. Но зачем? Ради чего? Он не находил ответа. Смысл ускользал, оставляя лишь пустоту.

И в этой пустоте рождалась тяжесть. Он видел, как мир однообразен, как в жизни большинства нет настоящего света, лишь редкие вспышки счастья, быстро угасающие в серой рутине. Всё это казалось бессмысленным движением, словно человечество бежит в никуда.

Вместе с воспоминаниями пробуждалось и знание о его силе. Он вспомнил о телекинезе, о том, что он способен влиять на мир одним лишь усилием воли. Правда, знание было неполным, зыбким, словно едва различимый намёк, оставляющий ощущение, что впереди скрывается нечто большее.

Когда поток видений иссяк, Кайрос медленно опустил руки. Его пальцы дрожали, дыхание было прерывистым. Он молчал, глядя в одну точку, но в глазах его застыла тяжёлая тень – тень сомнений. Он вновь почувствовал ту холодную мысль: люди недостойны доверия. Даже те, кого он знал недавно – Мелиса, Рейчал, Диана – внезапно показались чужими. Их игнор, их лёгкое отношение к нему, то, что он был для них скорее союзником, чем настоящим другом, всплыло в памяти.

Боль от этих мыслей была острой, но он спрятал её. Не дал вырваться наружу. Внешне он оставался тем же – спокойным, тихим, собранным. Но внутри в нём рождалась трещина. И чем дольше он размышлял, тем шире она становилась, угрожая разломать его доверие к окружающим.

. – Кайрос?.. – тихо, с лёгкой неуверенностью спросил Рейчал, пристально вглядываясь в его лицо.

Тот медленно повернул голову и посмотрел на них спокойным взглядом. На губах появилась улыбка, но в ней уже не было прежней искренности – она казалась чуть сдержанной, словно тщательно подобранной маской.

– Хм, да, это я, – произнёс он ровным, почти весёлым, но всё же сдержанным голосом. – Всё хорошо. Не волнуйтесь.

– Ч-что ты видел? – спросила Мелиса, в её голосе прозвучала осторожность. – У тебя вернулась память?

Кайрос усмехнулся чуть теплее, но опять же сдержанно.

– Память?.. Нет, не вся. Лишь часть… скажем, двадцать процентов. Чтобы восстановить её полностью, нужно найти ещё четыре таких сферы.

– Ха, ну это было понятно, – хмыкнул Рейчал, стараясь придать голосу бодрости. Он слегка похлопал Кайроса по руке. – Давай, колись, что видел. Есть там что-то ценное?

– Прости, – покачал головой Кайрос. – Я вспомнил в основном только то, что связано со мной. Мои знания, чему учился, мои размышления. Всё поверхностное. Ничего связанного с расследованием или организацией… думаю, ясность придёт, когда соберём хотя бы ещё две сферы.

– Эх, жаль, – протянул Рейчал наигранно, но было видно, что его это не слишком задело. – Ну, ничего. Будем искать дальше. Рано или поздно всё выясним. Даже если для этого придётся собрать все части.

Кайрос слегка улыбнулся, но теперь уже увереннее.

– Но есть и кое-что полезное, – сказал он, нарочно подогревая интригу.

– И что же? – настороженно спросила Мелиса.

– Я больше не буду для вас обузой, – ответил он, позволив себе лёгкий оттенок гордости. – Вспомнил о своей способности и сумел её почувствовать. Мой дар – телекинез.

Он говорил это с едва заметным хвастовством, но тут же добавил, почесав затылок и стараясь изобразить невинность:

– Правда, пока я вспомнил о нём лишь частично. Так что сила может быть ограничена. Сильно рассчитывать не стоит.

– Хм… телекинез, – задумчиво произнёс Рейчал. – Неплохо. Уверен, пригодится.

В этот момент у Мелисы зазвонил телефон. Она вздрогнула от неожиданности, достала трубку и поднесла к уху.

– Алло… Да, Дина, я слушаю.

Из динамика донёсся уставший голос Дианы, наполненный раздражением и усталостью, словно она уже давно была на пределе:

– Лиса… минуту назад снова активировалась моя способность. Кажется, она уловила следующий фрагмент. Судя по направлению… он за пределами мегаполиса. Возможно, где-то в пустошах.

– Ага, поняла тебя, Дина, – сразу собралась Мелиса. – Мы выдвигаемся немедленно.

– Хорошо. Я останусь в центре и буду вашим информатором. Если что – помогу удалённо, – сказала Диана сухо, но в её голосе сквозило напряжение.

– Принято, – сказала Мелиса и сбросила звонок.

– Чтож, звонила Дина. Похоже, она обнаружила следующий фрагмент, и он за пределами мегаполиса. Так что нам явно стоит слегка собраться, – сказала Мелиса, будто искренне радовалась возможности покинуть душный город.

– Окак. Похоже, будет весело, а я ведь только недавно вернулся домой, – протянул Рейчал, притворно изображая нытьё.

– Ой, не ной, тоже мне нашёлся, – с дружеской насмешкой ответила Мелиса.

– Ну ты, конечно! – возмутился Рейчал, скрестив руки на груди.

– Что я «конечно»? Полай еще! – парировала она, продолжая поддразнивать его.

Рейчал почувствовал нотки весёлого раздора, но вместо того чтобы продолжать спор, только фыркнул:

– Ой, блять, иди нахер. Я пойду, буду ждать в машине, а вы собирайтесь.

– Океюшки, – отмахнулась Мелиса, словно и не слышала его слов.

Кайрос всё это время молча наблюдал за ними. Сцена показалась ему забавной – будто он смотрел на представление клоунов, которые не могут договориться, но всё равно остаются рядом. Усмехнувшись про себя, он поднялся и направился к выходу. За ним почти сразу пошла Мелиса.

Вскоре все трое оказались в машине. Сначала они быстро заехали к каждому домой – взять самое необходимое. Потом сделали короткую остановку, чтобы набрать еды и воды в дорогу. И уже через час их машина мчалась прямиком в сторону пустошей, оставляя мегаполис позади.

Они ехали по пустошам уже несколько часов, следуя указаниям Дианы. Ветер то и дело поднимал в воздух тучи пыли, но машина шла ровно: Рейчал держал над ней защитный щит, отсекая от дороги редкие камни и непредсказуемые порывы.

Но внезапно небо потемнело, и воздух загудел. Сначала лёгкая пыль закружилась в вихрях, а затем буря разразилась во всю силу, накрывая землю тяжелыми клубами песка.

– Буря?.. Это нехорошо, – напряжённо сказал Кайрос, крутя головой в поисках хоть каких-то ориентиров. Его голос прозвучал глухо сквозь завывание ветра.

– Не беспокойся, щит выдержит. Нам эта буря не страшна, – ответил Рейчал с самоуверенной усмешкой, словно буря была для него всего лишь забавным неудобством.

– Ага, вот только из-за неё ничего не видно, – вмешалась Мелиса, её голос звучал серьёзно. – И следов способности Дианы тоже нет.

Ветер усилился, песок хлестал по стеклам, словно тысячи острых игл. И вдруг, без предупреждения, машину резко подбросило вверх. Удар был настолько силён, что их едва не вырвало из сидений. Машина перевернулась, с грохотом упала на землю и скользнула по песку, но в последний миг защитный щит Рейчала поглотил удар, спасая их от гибели.

Внутри повисла тишина, нарушаемая лишь их тяжёлым дыханием.

– Все целы!? – резко выкрикнул Рейчал, уже вставая и проверяя обстановку.

– Вроде да… – отозвался Кайрос, пытаясь прийти в себя. Его сердце бешено колотилось.

– Да, я в порядке, – отозвалась Мелиса, поправляя волосы, сбившиеся на лицо. Её взгляд стал холодным. – Похоже, нас атакуют.

– Ага, – ухмыльнулся Рейчал, его голос прозвучал почти радостно. – И похоже, будет весело.

Не успели они обменяться словами, как из песка вырвался гигантский поток, похожий на щупальце. Оно с оглушающим свистом обрушилось в их сторону. Все трое в последний миг успели отскочить, и земля там, где они только что стояли, взорвалась облаком песка и камней.

В метельной завесе бури постепенно проявился силуэт. К ним шагал человек. На нём был длинный, изодранный плащ, капюшон плотно натянут, лицо скрыто тряпичной маской, а глаза – за песчаными очками. Его движения были размеренными, будто буря вовсе не касалась его.

– Умрите, – произнёс он холодным, безразличным голосом, протянув руку вперёд.

Земля под их ногами ожила. Песок дрогнул, и из него начали вырастать острые, как клинки, лезвия. Они взмывали наружу с пугающей скоростью, устремляясь прямо к отряду.

Мелиса мгновенно телепортировалась в сторону, исчезнув в свете вспышки. Рейчал поднял щит, и песчаные клинки ударились о невидимую преграду, рассыпаясь в пыль. А Кайрос, стиснув зубы, сосредоточил силу: телекинезом он давил на землю под собой, превращая песок в плотный камень. Из-под него не смогли пробиться лезвия, и почва застыла, словно закованная в камень.

– Этот незнакомец явно один из головорезов, что шастают по пустошам! Будьте осторожны! – крикнул Рейчал, укрепляя щит, когда песок начал оживать.

Бандит, вытянув руки, поднял вихри песка, превращая их в десятки хлестких щупалец. Они взвились в воздух, хлестали по щиту, пытаясь достать каждого из троицы. Рейчал, скрипя зубами, сдерживал напор, усиливая барьер.

Мелиса же не теряла времени: она телепортировала его прямо к разбойнику. В следующее мгновение Кайрос, вложив всю ярость в удар, направил кулак ему в солнечное сплетение, усилив его телекинезом. Воздух вздрогнул, и головорез, захрипев, отлетел назад. Не давая ему опомниться, Кайрос поднял его телекинезом в воздух и с силой швырнул оземь.

Разбойник рухнул, захрипел, пытаясь подняться, но выглядел уже сломанным: дыхание сбилось, ноги подкашивались.

Рейчал уже хотел броситься добить врага, но вдруг земля содрогнулась – прямо перед ними поднялась стена песчаной бури. Вихрь рванул их в стороны, и из песка вырвался второй противник. Его вид был устрашающим: тот же серый плащ, но капюшона не было. На лице противогаз, из-под которого виднелись карие глаза. Тёмные волосы, собранные в хвост и выбритые по бокам, колыхались под напором ветра.

Первый бандит, собрав вокруг себя массу песка, метнулся вместе с ним в сторону, утащив Рейчала.

Второй же, не теряя времени, взметнул руки – и вокруг Кайроса с Мелисой разверзся настоящий ураган. Песчаный смерч завыл, превращаясь в бесконечный поток острых, как бритвы, песчинок. Они врезались в кожу, оставляя десятки неглубоких ран, раздирая одежду.

Кайрос, стиснув зубы от боли, поднял руку. Телекинезом он резко притянул самого бандита внутрь бури, используя его как щит. Тело разбойника приняло на себя рой порезов, кровь забрызгала плащ.

– Попался! – процедил Кайрос.

В тот же миг Мелиса, воспользовавшись заминкой, телепортировала врага прямо в небо. Разбойник взмыл вверх, захрипел, но Кайрос уже зарядил в него мощным телекинетическим толчком. С силой он схватил его прямо в воздухе и бросил вниз. Тело ударилось о землю с хрустом.

Мелиса подбежала первой – её нога со всего размаху врезалась ему в лицо. Разбойник застонал, но Кайрос не дал ему шанса: схватив его телекинезом за горло, он приподнял врага над землёй. Внутри закипала злоба, неведомая доселе жестокость. Песок ещё кружил вокруг, а в сознании Кайроса будто звучал шёпот – добей… не оставляй…

Глаза его потемнели. Пальцы сжались в кулак. Разбойник захрипел, пытаясь сорвать маску, но телекинез уже сломал ему шею. Один резкий рывок – и послышался сухой треск.

Тело обмякло. Вихрь песка рассыпался, буря стихла, оставив лишь тяжёлую тишину.

Кайрос ещё мгновение держал безжизненное тело в воздухе, а затем бросил его на песок. Его дыхание было тяжёлым, взгляд холодным и мрачным, словно в нём пробудилось что-то новое.

Мелиса стояла рядом, молча наблюдая. Даже для неё это зрелище оказалось слишком жестоким.

Погода постепенно утихла, и сквозь серое марево вновь пробилось солнце. Вдалеке они заметили Рейчала, который сражался с ещё одним разбойником. Тот, управляя песком, выпускал десятки щупалец, стремительно атакуя со всех сторон. Рейчал отчаянно создавал щиты прямо перед ударами, стараясь блокировать каждую атаку. Но напор был слишком велик: защитные барьеры трещали и рушились, и вскоре песчаные щупальца прорвали оборону, пронзив его тело несколько раз.

Израненный и истекающий кровью, он всё же стоял на ногах, стиснув зубы и не позволяя себе упасть. Мелиса в последний миг телепортировала его в сторону, спасая от очередного удара, а сама вместе с Кайросом переместилась ближе к головорезу. Кайрос, едва оказавшись рядом, мощным толчком телекинеза отшвырнул врага назад.

Разъярённый бандит собрал всю силу и поднял над ними гигантскую лавину песка. Масса рухнула вниз, готовая похоронить всех под собой. Рейчал, едва держась на ногах, создал огромный щит, удерживая натиск стихии. Но силы покидали его: тело истощалось, лицо бледнело, и, всё ещё удерживая защиту, он рухнул на колени, с хрипом выплёвывая кровь.

К нему на помощь тут же присоединился Кайрос. Его телекинез удерживая щит, а затем, собрав энергию в единый рывок, он толкнул его вперёд. С грохотом лавина рассыпалась, разлетаясь в стороны.

Но противник не сдавался. В следующее мгновение он создал гигантскую песчаную воронку, которая с ревом начала засасывать всё вокруг. В самом её центре находился разбойник, а под ногами образовывались смертоносные шипы и лезвия.

Кайрос, падая в бурлящую бездну, удерживал себя телекинезом. Одновременно он подхватил Рейчала и Мелису, не позволяя им сорваться вниз. Чувствуя, что силы быстро уходят, он заметил неподалёку массивный камень. Схватив его телекинезом, Кайрос с яростью метнул его прямо в головореза.

Удар был сокрушительным: разбойник рухнул, и воронка тут же ослабла, а затем полностью рассеялась. Кайрос и Мелиса успели вытащить Рейчала из смертельной ловушки. В ту же секунду песок, повинуясь воле Кайроса, поднялся стеной и начал засыпать врага. Разбойник сопротивлялся, но Кайрос телекинезом удерживал его тело, не позволяя контролировать стихию.

Глухой треск – и песок сомкнулся окончательно, погребая врага в импровизированной могиле.

Рейчал сидел на песке, тяжело дыша, но всё ещё оставаясь в сознании. На его лице играла странная улыбка: нервная, почти безумная, и в то же время будто бы искренняя. Он даже позволил себе тихий смешок, словно происходящее показалось ему забавным.

– Похоже, меня неплохо потрепало, – выдохнул он, – но, чёрт возьми, было весело.

– Паршиво выглядишь, – хмуро заметил Кайрос, глядя на его окровавленное тело.

– Ха, ерунда, – отмахнулся Рейчал, и, подняв руки, наложил на себя сияющий щит. Свет скользнул по его коже и одежде, и раны начали затягиваться. Не все, но достаточно, чтобы он смог выпрямиться. Следом он протянул ту же защиту к Мелисе и Кайросу: тонкая пелена коснулась их тел, затягивая кровоточащие порезы и ссадины.

– Хм, полезная способность, – удивлённо сказал Кайрос, рассматривая, как исчезают царапины.

– Да, но она больше подходит для защиты или поддержки, – пожал плечами Рейчал. – Для атаки – бесполезна. А вот твоя сила… это нечто. Пусть ты пока ещё не слишком умело ею управляешь, но у неё явный боевой потенциал. Без тебя нам бы пришлось куда тяжелее.

– Это уж точно, – добавила Мелиса, мягко коснувшись его плеча. – Смотри, как тебя задело. Ты бы, наверное, уже погиб.

Кайрос нахмурился, словно в задумчивости.

– Мне кажется, раньше я умел пользоваться своей силой, просто забыл как. Думаю, когда вернётся память, вернутся и мои способности.

– Возможно, – ответил Рейчал, глядя на него пристально. – Но надеюсь, что это не приведёт ни к чему дурному. Ты ведь видел, как жестоко ты убил тех двоих. Будто в тебе пробудилось что-то… не то.

Мелиса перебила, стараясь сгладить слова:

– В любом случае это были головорезы из пустошей. Здесь нет законов, никто не привлечёт тебя к ответственности.

– Это верно, – ответил Рейчал.

На мгновение воцарилось молчание, нарушаемое лишь посвистом ветра и далёким потрескиванием оседающего песка. Потом Кайрос заговорил вновь, всё ещё недоумевая:

– Послушай, что с тобой случилось во время лавины? Ты выглядел так, будто сам себе причинил вред.

– А, про это… – Рейчал усмехнулся, но в его голосе звучала усталость. – Немногие знают. Это был предел. У каждой способности есть свой лимит: злоупотребляй ею слишком сильно – и она начнёт разрушать твоё тело. Особенно это заметно на мощных способностях. Яркий пример – тот урод, что убил Виктора. Он использовал свою способность всего дважды, и его горло разорвало.

Кайрос задумался.

– Кажется, понял. Благодарю за объяснение.

– Всё это, конечно, очень увлекательно, – вмешалась Мелиса, скрестив руки. – Но время идёт. Нам нужно двигаться дальше, пока ночь не настигла. Я не собираюсь застревать здесь в темноте.

– Ладно-ладно, не ной, уже встаю, – с сарказмом отозвался Рейчал, кривя губы в усмешке.

Кайрос, сосредоточившись, восстановил машину телекинезом, выпрямляя металл и возвращая её в нормальное состояние. Спустя несколько минут троица вновь оказалась в пути, следуя за способностью Дианы, ведущим их прямо к сияющему мегаполису Элизиуму.

– Значит, в Элизиум? – спросил Рейчал, и в его голосе слышались нотки разочарования, словно он заранее знал, что их ждёт там ничего хорошего.

– Да, к сожалению, именно туда, – ответила Мелиса серьёзным, даже немного тяжёлым голосом.

Кайрос нахмурился, недоумевая:

– А что это за мегаполис такой, что вы оба говорите о нём с таким отвращением?

Рейчал усмехнулся, но усмешка вышла холодной и пустой.

– Как тебе сказать… Элизиум – это не город. Это одно огромное казино, растянутое на десятки улиц. Лабиринт неоновых огней, где потеряться проще простого. Приходишь туда с деньгами, а уходишь… без них. Если, конечно, вообще уходишь.

Он говорил так, будто вспоминал нечто неприятное, что ему довелось пережить самому.

– Теперь ясно, почему вы не в восторге, – тихо сказал Кайрос. Что ж, будем надеяться, что мы там не задержимся.

– Я тоже на это надеюсь, – отозвалась Мелиса и отвернулась, будто не желая больше продолжать разговор.

Пустоши, поселение скитальцев.

Поселение скитальцев, которое ещё вчера было пристанищем для отверженных, теперь представляло собой сплошные руины. Повсюду дымились остовы сожжённых хижин, удушливый запах гари смешивался со сладковатым и тошнотворным душком смерти. Земля была усеяна телами жителей, а в неподвижных лужах крови алело отражение пылающих крыш.

Среди этого ада ещё теплилась одна жизнь. Один из поселенцев, тяжело раненный, с надрывным хрипом полз по раскалённому песку, из последних сил уползая от кошмара. За ним тянулся неровный кровавый след, безмолвная летопись его агонии.

Внезапно движение прекратилось. С мерзким хрустом катана вонзилась ему в шею, выйдя остриём из горла. Последний хрип застрял в его лёгких.

– Ха-ха-ха! И куда это ты собрался, а? Наивный глупец… – раздался за его спиной весёлый, жутковатый смех. Рейнхольд, не спеша, вытянул клинок из тела, и оно безвольно рухнуло на землю. Он легко стряхнул алые капли с идеального лезвия. – Эй, сестрёнка! Не задерживайся там! – крикнул он, притворно-беспокоящим тоном, словно звал её на прогулку, а не на кровавую жатву.

Его слова потонули в треске горящего дома, из которого вдруг донёсся отчаянный мужской крик: —А-а-а! Прошу, не надо! Отпустите!

Дверь распахнулась, и на пороге появилась Рейнхильда. Её одежда была забрызгана багровыми разводами, а в правой руке она сжимала длинное копьё. Левой она волокла за собой за шиворот тщедушного мужчину, который, заливаясь слезами, пытался вырваться.

– Я здесь, братик. И погляди, какую диковинку я отыскала, – её голос звучал сладко и язвительно, словно отравленный мёд. – Похоже, именно этот червь обнаружил сферу памяти господина Безликого.

С лёгкостью она швырнула обезумевшего от ужаса мужчину к ногам Рейнхольда. Тот грузно упал на колени, подняв облачко пыли.

– Ну что ж, сестрёнка, – Рейнхольд медленно наклонился, и на его лице расцвела дьявольская, бесчеловечная улыбка. Его глаза, холодные и бездонные, впились в глаза жертвы. – Думаю, нашему новому знакомому есть что нам рассказать. Не так ли?

Мужчина, рыдая, бросился в ноги, его голос сорвался в исступлённый шепот: —Прошу… пощадите! Я ничего не знаю! Клянусь, правда, ничего не знаю!

Рейнхольд с холодным, почти скучающим видом наблюдал за тем, как мужчина рыдает у его ног. Эта жалкая пляска отчаяния, казалось, лишь навевала на него лёгкую досаду.

– Ну что ты как маленький… – протянул он и внезапным, отточенным движением вонзил клинок катаны в левую ладонь мужчины.

Сталь с глухим чавкающим звуком прошла сквозь плоть и глубоко вошла в песок, намертво пригвоздив руку к земле. Крик, короткий и раздирающий, пронзил воздух.

– Ты же мешаешь нам думать, – с небольшой злобой сказала Рейнхильда и, подойдя, с размаху ударила мужчину каблуком по лицу. Крик оборвался, превратившись в захлёбывающееся хрипение. – Вот так тише.

С лёгкостью, словно втыкая шест в мягкую землю, она вонзила своё копьё ему в правую ладонь, завершив симметричную картину муки. Теперь мужчина стоял на коленях, раскинув руки, распятый между двумя орудиями смерти на песке пустошей.

Близнецы синхронно присели на корточки перед своей добычей. Рейнхильда – напротив правой руки, Рейнхольд – левой. Их движения были отзеркалены, как в воде. Они обменялись взглядами – и на их лицах расцвели абсолютно идентичные, безумные улыбки. В унисон они обхватили своими пальцами окровавленные пальцы мужчины.

И заговорили нараспев, их голоса слились в жуткий дуэт:

– Давай поиграем в считалочку!

– РАЗ! – их голоса грянули, как выстрел. В ответ раздался сухой, оглушительно громкий хруст – мизинцы на обеих руках были вывернуты и сломаны одновременно. Крик пленника был диким, животным.

– Приоткрылся жуткий глаз! – пропели они, перекрикивая его, их глаза сияли лихорадочным восторгом.

– ДВА! *хруст пальцев* – Новострилася пила!

– ТРИ! *хруст пальцев*. – Мертвецы идут, смотри!

– ЧЕТЫРЕ! *хруст пальцев* – Открывайте двери шире!

Они сделали паузу, наслаждаясь финальным аккордом. Их дыхание участилось от предвкушения.

– ПЯТЬ! *хруст пальцев* – МЫ ИДЁМ ВАС УБИВАТЬ!

Они отпустили его руки. Кисти представляли собой бесформенные, окровавленные груды изуродованной плоти и торчащих обломков костей. Мужчина уже не кричал – он издавал непрерывный, низкий, похожий на сирену стон, прерываемый лишь судорожными всхлипами. Его сознание медленно уплывало в тёмную пучину шока и боли.

А близнецы, всё так же синхронно поднявшись, смотрели на своё творение. На их лицах играли улыбки блаженства, словно они только что насладились концертом чужих криков.

В этот миг из-под груды обгоревших балков внезапно появилась маленькая фигурка. Это была девочка, лет шести, вся в пыли и слезах. Услышав знакомый голос, искажённый болью, она забыла обо всём на свете.

– Папа! – её тонкий, испуганный голосок прозвучал неестественно громко в зловещей тишине, наступившей после стона. Она выбежала из укрытия и бросилась к распятому на песке мужчине.

Лицо отца исказилось нечеловеческим ужасом, затмившим его собственную невыносимую боль. —Нет! Эмили! Нет! Беги отсюда! – закричал он, и в его хрипе слышалась последняя, отчаянная надежда.

Но было поздно.

Тень накрыла девочку. Рейнхольд двинулся с кошачьей скоростью. Его рука вперёд схватила её за светлые волосы и резко дёрнула. Девочка с тихим всхлипом упала на песок. В воздухе вспыхнула вторая катана из алой энергии, и её лезвие холодком прижалось к её худенькой шее.

– А-ха-ха! – Рейнхольд издал негромкий, психопатический смешок, наклоняясь к самому её уху. – Так это твоя дочурка? Очень, очень забавная…

– Нет! Стойте! Прошу вас! – голос мужчины сорвался в истеричный визг. Он рванулся, но оружие, пригвоздившее его ладони, лишь глубже впилось в раны. – Не трогайте её! Я всё скажу! ВСЁ! Только отпустите её, пожалуйста!

– Ну так говори, – бросила Рейнхильда, скрестив руки на груди. Её взгляд скользнул с брата на девочку с живым интересом.

– Вы ищете голубую сферу, да? Она… она была у меня! Я нашёл её в песках! Но потом продал! Одному торговцу, клянусь! – слова вылетали из него пулемётной очередью, захлёбываясь и путаясь.

– И что это за торговец? – голос Рейнхильды стал твёрдым и металлическим, как сталь её копья. – Кто он? Где он сейчас?

– Его зовут Самир! Он странствующий торговец! Он отправился на запад, в сторону Каньона Разбитых Стел! Это всё, что я знаю, правда! Прошу, отпустите мою дочь! ОТПУСТИТЕ!

Рейнхильда задумалась на секунду, затем её лицо расплылось в сладкой, леденящей душу улыбке. —Что ж… так и быть, я верю. Но знаешь что? – в её руке материализовалось копьё с двумя остриями, напоминающее гигантскую вилку.

– Вы больше не нужны.

Она неспешным, почти небрежным движением повалила девочку на спину. Эмили замерла, широко раскрыв свои огромные, полные слёз глаза, в которых читался лишь животный, неосознанный ужас.

– Пап… – успела прошептать она.

Копьё взметнулось и обрушилось вниз с ужасающей силой. Два острия вонзились прямо в её глаза с мокрым, чавкающим звуком, выходя в мозг. Тело девочки дёрнулось один раз, потом ещё, издав несколько коротких, хриплых всхлипов. Затем затихло навсегда.

Отец не закричал. Он онемел. Весь мир для него рухнул в одно мгновение, оставив лишь пустоту и всепоглощающую тьму. Его рот беззвучно открылся в безмолвном вопле, в котором уместилось всё его отчаяние, вся его жизнь, закончившаяся в этот миг.

Рейнхольд, не дав ему издать ни звука, плавным движением снёс ему голову с плеч. Она покатилась по песку, оставляя за собой багровую полосу.

Наступила тишина, нарушаемая лишь потрескиванием далёкого пожара.

И тогда близнецы встретились взглядами. И рассмеялись. Это был нечеловеческий, чистый, безумный хохот, рвущий тишину Пустошей. Они разжали пальцы, и их окровавленное оружие, повинуясь воле, всплыло в воздухе, заструилось алым светом. Брат и сестра, словно в танце, легко запрыгнули на них, как на скейтборды, и оттолкнулись от земли.

– На запад! – прокричала Рейнхильда, и её смех нёсся по ветру.

– Убивать! – отозвался Рейнхольд.

И две алые черты помчались над песками, оставляя за собой след кровавой энергии и раскаты безумного, не смолкающего смеха.

Глава 4: Золотая клетка

Вечер того же дня. Мегаполис Элизиум.

Пройдя пограничный контроль, троица наконец добралась до города. Уже с первых улиц Кайрос почувствовал, будто попал в иной мир – мир, который жил по своим, диким правилам.

Элизиум сиял в ночи, словно бесконечный праздник. Небо здесь терялось за рядами гигантских небоскрёбов, окна которых сверкали разноцветными огнями. Мерцающие вывески, голограммы и неоновые панели озаряли улицы, превращая ночь в яркое разноцветное сияние. Казалось, сам воздух здесь вибрировал от музыки, смеха и бесконечного гула голосов.

На каждом шагу располагались казино – от скромных залов с полупустыми столами до величественных дворцов, сверкающих золотом и кристаллом. Вокруг них толпились люди: кто-то восторженно кричал, выигрывая крупную сумму, кто-то в отчаянии рвал волосы, проиграв всё до копейки.

Клубы и бары манили яркими вывесками, оттуда доносились ритмы музыки и громкий смех. Молодёжь танцевала прямо на улицах, взрослые не уступали в безудержном веселье. Люди в дорогих костюмах и блестящих платьях шли бок о бок с теми, кто едва держался на ногах от вина или наркотиков. Всё это сливалось в одну какофонию, словно город сам был живым существом, которое гулко дышало и бурлило внутри.

Кайрос смотрел на этот хаос с широко раскрытыми глазами, поражённый и даже заворожённый тем, как сияет город. Всё вокруг казалось настолько красочным и притягательным, что трудно было не поддаться этому ядовитому очарованию.

Мелиса и Рейчал, напротив, держались собранно. Их взгляды были серьёзными и отрешёнными, словно они заранее знали, какой ценой достаётся это веселье. Они видели подлинное лицо Элизиума: за фасадом роскоши и смеха скрывалась гниль. На их пути попадались подворотни, где долговые коллектора избивали должников, не сумевших вернуть кредиты, или жалкие тени людей, потерявших всё в карточной игре. Среди переулков лежали пьяные, кое-где мелькали те, кто искал утешение в запрещённых веществах.

И всё же город не останавливался ни на миг. Он гудел и сверкал, как огромный улей, где каждый был лишь частью этого безумного роя.

Спустя какое-то время, следуя за следами способности Дианы, они добрались до центра мегаполиса. Там возвышалось казино, которое затмевало собой все остальные. Оно было чудовищно огромным, словно целый дворец, облицованный зеркальными панелями и сиявший сотнями прожекторов. Его огни казались ярче, чем свет звёзд над головой.

– Ну что ж, – пробормотал Рейчал, припарковав автомобиль, – похоже, мы на месте.

Они вышли из машины и направились к входу, затерявшись в потоке людей, что стекались внутрь.

Подходя к входу, их встретил массивный охранник. Широкоплечий, с холодным выражением лица, он стоял в идеально выглаженном чёрном костюме, с галстуком и зеркальными очками, за которыми невозможно было разглядеть глаза. Его голос прозвучал хрипло и резко:

– Это место только для элиты города. Предъявите пропуск… или катитесь отсюда.

Рейчал нахмурился, его взгляд потемнел. Серьёзным шагом он подошёл вплотную к охраннику, глядя прямо в лицо, и без слов вынул удостоверение.

– Служба безопасности мегаполиса, – холодно произнёс он. – Мы тут по делу.

Охранник даже не взглянул на документ. Губы его изогнулись в усмешке, он слегка наклонился вперёд и с издёвкой прошипел:

– Ха… и что мне с того? Здесь, дружок, всем плевать на ваши законы. Особенно на СБМ. Видно, ты не местный, если этого не знаешь.

Рейчал уже открыл рот, чтобы резко ответить, но Кайрос лёгким движением руки остановил его. Он достал из картхолдера изящную карту – чёрную, с золотым узором, переливающуюся в свете неоновых ламп над входом.

– Вам случайно не эта нужна? – спокойно и даже немного надменно произнёс он.

Охранник напрягся. Грубость в его голосе исчезла, когда он увидел карту.

– Хм… да, это она.

Кайрос не дрогнул, смотрел прямо в глаза через тёмные стёкла очков и добавил твёрдым, властным голосом:

– В таком случае, эти двое со мной. Они сопровождают меня. Пропусти.

Охранник раздражённо фыркнул, но отступил в сторону, давая им пройти.

Они шагнули внутрь – и сразу оказались в другом мире.

Казино сияло изнутри, ослепляя роскошью. Потолок уходил так высоко, что терялся во мраке, а оттуда свисали гигантские люстры, переливающиеся кристаллами и отражающие огни сотен ламп. По стенам шли зеркальные панели, создавая ощущение бесконечности и удваивая блеск зала. Пол был застлан коврами с замысловатым орнаментом, которые заглушали шаги, а воздух был пропитан смесью дорогого парфюма, табачного дыма и спиртного.

Впереди их ждал огромный зал. Сотни игральных столов сияли зелёным бархатом, на каждом крутились фишки, скользили карты, вращались рулетки. Над залом царил нескончаемый шум: звон монет, голоса игроков, крики радости победителей и отчаянные возгласы проигравших.

В центре возвышалась сцена. Яркие софиты били сверху, освещая стройные фигуры танцовщиц. Девушки в блестящих, откровенных костюмах, усыпанных перьями и камнями, исполняли энергичные танцы, притягивая взгляды всей толпы. Их движения были отточены и грациозны, но в них было что-то нарочито соблазнительное, будто каждая из них играла со зрителями.

По обе стороны сцены тянулись изогнутые лестницы, ведущие на балконы второго уровня. Там находились отдельные залы и вип-комнаты, где, как знали Мелиса и Рейчал, ставки делались куда серьёзнее, чем на простых столах.

В зале царила публика – богачи в дорогих костюмах и дамы в ослепительных платьях, украшенных драгоценностями. Они смеялись, шумели, делали ставки, кто-то курил длинные сигары, кто-то поднимал бокалы с шампанским. И всё это сливалось в бурлящий водоворот.

Подходя ближе к сцене, они ощутили, как воздух вокруг внезапно переменился. Танцовщицы резко остановились, музыка стихла на полуслове, а яркие софиты погасли, уступив место мягкому, приглушённому свету. В этот момент весь зал будто замер.

Потом, с гулом включились специальные прожекторы, их лучи устремились к балкону второго этажа. Толпа смолкла, бросив взгляд наверх. И вот там, в свете огней, показался он. Мужчина лет 30 со светлыми волосами, и фиолетовыми глазами в длинном чёрном сюртуке с золотистыми и изумрудными вставками, украшенными тонким узором. Его одежда переливалась в свете ламп, напоминая о богатстве и тайне, которой он был окружён. На плечах лежала накидка с меховой отделкой, а за ней тянулись длинные ткани, словно струи драгоценного шелка, уходящие вниз. Белые брюки и изящные сапоги, инкрустированные узорами, завершали образ утончённого, но опасного аристократа. На его голове красовалась чёрная шляпа с пером и бирюзовым камнем, придавая облику таинственную элегантность. Взгляд скрывался за очками с светло-розовыми линзами, но даже сквозь стекло чувствовалась холодная насмешка и скрытая власть. Он стоял прямо, почти неподвижно, но от одного его появления весь зал словно оказался под его контролем. Украшения мерцали на его руках: браслеты, перчатки с открытыми пальцами, золотые кастеты, кольца – всё это говорило о роскоши и уверенности.

Глядя на него, было невозможно не ощутить той властной уверенности, что исходила от каждой его черты. Он медленно поднял руку, приветствуя толпу, и улыбнулся так, будто все здесь находились лишь ради него одного.

– Дамы и господа, – его голос разнёсся по всему залу, заполняя каждый угол, будто он говорил не просто словами, а властью. – Я снова рад приветствовать вас в своём казино!

С этими словами он снял шляпу, изящно склонившись в галантном поклоне. Толпа взорвалась аплодисментами, смехом, одобрительными криками, но он лишь поднял ладонь, и мгновенно шум стих, будто сам воздух подчинился его воле.

– Я прекрасно понимаю, – продолжил он, театрально разводя руками, – что отрываю вас от ваших игр, от вашего азарта, но… у меня есть для вас нечто особенное. Нечто, ради чего стоит остановиться!

Прожекторы резко скрестились на его фигуре. С улыбкой он извлёк из внутреннего кармана небольшой бархатный футляр и, открыв его, поднял над головой. В его ладони сверкнул камень.

– С величайшей радостью, – его голос перешёл почти на крик, – я объявляю о предстоящем величайшем турнире этого казино!

Толпа взорвалась восторгом. Смех, крики, звон бокалов – всё слилось в единый поток безудержного ликования.

– Главный приз, – продолжил мужчина, наслаждаясь каждой паузой, – станет этот уникальный драгоценный камень весом более двух с половиной тысяч карат!

Он повернул руку, и камень засиял голубоватым светом, словно хранил в себе целое небо. Публика ахнула в унисон: женщины закрывали рты ладонями, мужчины переглядывались с жадным блеском в глазах.

В этот момент он легко, почти скользя, спустился по лестнице вниз и вышел прямо на сцену. Его шаги были неторопливыми, но в каждом чувствовалась власть.

– Итак, – произнёс он торжественно, уже стоя под ослепительными огнями, – с завтрашней ночи, ровно в полночь, я объявляю турнир открытым! Здесь соберутся лучшие из лучших, и лишь один, победитель, обретёт этот камень.

Зал взорвался аплодисментами и восторженными криками. Толпа ликовала, словно была пьяна от одного обещания.

А в это время Кайрос, Мелиса и Рейчал наблюдали за представлением. Их лица оставались спокойными, но глаза выдавали потрясение. Стоило камню вспыхнуть холодным светом, они сразу поняли: это не просто драгоценность. В руке таинственного хозяина казино находилась сфера памяти Кайроса.

Мужчина, стоя на сцене в сиянии прожекторов, вновь обратился к ликующей публике:

– Благодарю вас за столь щедрую поддержку! – его голос звучал мягко, но властно, словно каждый в зале был обязан внимать ему. – Что ж, веселитесь, наслаждайтесь этой ночью, ведь совсем скоро начнётся нечто по-настоящему великое!

Он раскинул руки в стороны, словно охватывая всё казино, и, дав толпе насладиться последними словами, спрятал сияющую сферу в карман. После этого мужчина стал спускаться со сцены, небрежно достал монетку и начал играть с ней, перекатывая между пальцами, перекидывая из руки в руку. Его движения были настолько уверенными, что выглядели не просто привычкой, а демонстрацией контроля и лёгкой насмешки над миром. Проходя мимо одного из автоматов, он слегка задел рычаг, и барабан с лязгом закрутился. Секунда – и на табло вспыхнул «джекпот». Толпа взорвалась аплодисментами, а он лишь усмехнулся, даже не взглянув на выигрыш, продолжая идти вперёд с гордо поднятой головой.

Направляясь к лестнице, ведущей на верхний ярус, он услышал окрик:

– Эй, стой! У нас есть разговор! – крикнул Рейчал, сжав кулаки.

Мужчина остановился, слегка обернувшись через плечо, и с презрительным превосходством произнёс:

– Ха… Какая дерзость. Какая наглость. Деревенщина вроде тебя не смеет даже поднимать на меня голос. Как вообще такой… как ты сюда проник?

Эти слова больно резанули Рейчала, и тот уже шагнул вперёд, но Кайрос выставил руку, преграждая путь. Он спокойно сказал, обращаясь к мужчине:

– Это я его пропустил. Он и девушка – со мной.

Незнакомец наконец повернулся полностью, осматривая их. Его взгляд скользнул по Кайросу, и на губах появилась усмешка.

– Хм… Судя по твоей одежде и манере речи, ты уже меньше похож на жалкий сброд, – протянул он с ленивым интересом.

Он сделал шаг ближе, начал медленно обходить Кайроса по кругу, словно оценивая редкий экспонат. Его взгляд был пронзительным, изучающим, но в то же время насмешливо-хищным.

– Ну надо же, – наконец произнёс он, слегка приподняв бровь, – качественный материал, работа известного бренда. Не ожидал встретить здесь подобное.

На его лице мелькнуло выражение лёгкого удивления, сменившееся самодовольной улыбкой.

– Что ж… пожалуй, я готов с тобой поговорить. Пойдём наверх. Там тише, чем в этом муравейнике.

Он двинулся к лестнице, даже не удосужившись обернуться, зная, что Кайрос последует. Рейчал и Мелиса сделали шаг, чтобы идти вместе, но мужчина остановил их резким движением руки.

– Нет-нет-нет. Пойдёт только он. – Его голос зазвенел сталью. – Я желаю беседовать исключительно с ним. А вы… – он бросил на них короткий презрительный взгляд, – сидите внизу и будьте благодарны хотя бы за то, что оказались здесь.

Рейчал сжал кулаки, а в глазах Мелисы полыхнуло раздражение, но оба прекрасно понимали: создавать скандал в этом месте себе дороже. Им оставалось лишь наблюдать, как Кайрос поднимается вслед за загадочным хозяином казино.

Они поднялись на верхний ярус, удаляясь от шума и блеска главного зала. В дальнем углу, под мягким светом позолоченной люстры, стоял роскошный диван глубокого красного цвета. Перед ним – низкий кофейный столик из тёмного дерева, на котором сверкала хрустальная ваза с виноградом и фруктами. Мужчина уверенно опустился на диван, закинув ногу на ногу, и, словно в театральной позе, прислонил левую руку к торсу, а правой поддержал подбородок. Его глаза, холодные и внимательные, не отрывались от Кайроса.

Кайрос, не поддаваясь этому немому давлению, сел напротив – в массивное кресло с резными подлокотниками. Он скрестил ноги и слегка наклонился вбок, облокотившись на подлокотник. Их взгляды встретились и словно сцепились в немой дуэли.

– Что ж, – первым заговорил мужчина, голос его прозвучал сдержанно-властно, – полагаю, мы с тобой ещё не знакомы. Позволь представиться: моё имя Эрл. Я владелец этого казино, а заодно и хозяин этого города. – Он небрежно протянул руку, жест вышел больше демонстративным, чем дружеским.

Кайрос пожал её твёрдо и кратко, назвав своё имя.

– Ну а теперь, – Эрл откинулся назад и скользнул насмешливым взглядом, – расскажи-ка, чего ради ты пришёл? Точнее… чего добивается та шавка, что ошивалась рядом с тобой.

Кайрос чуть прищурился, но не изменил позы. Он поднял руку и указал пальцем на карман Эрла.

– Меня интересует то, что ты держишь при себе.

– А, ты об этом? – в его голосе зазвенела ирония. Эрл достал камень и чуть покрутил в пальцах, чтобы блеск голубоватого сияния осветил их лица. – Что, и тебя заинтересовало?

– Можно и так сказать, – спокойно произнёс Кайрос. – Но ты ошибаешься: это вовсе не драгоценность. Это сфера памяти. И, что важнее, она принадлежит мне.

Эрл разразился громким смехом, откинувшись на диван. В его смехе звучала насмешка, почти издёвка.

– Сфера памяти? И твоя? Ха-ха… Смешно. Забавная сказка, но я в неё не верю.

– Разумеется, – холодным тоном отозвался Кайрос. – Тебе нужны доказательства. Но, к сожалению, показать я смогу лишь тогда, когда она будет у меня в руках. Отдай её – и я докажу прямо при тебе.

Эрл сузил глаза, на его губах играла ленивая ухмылка.

– Хочешь правду? Мне безразлично, сфера это или камень. Для меня это просто трофей. Но… если жаждешь её получить – участвуй в турнире. Победишь – и она твоя.

В глазах Кайроса мелькнула тень угрозы. Он чуть наклонился вперёд, голос его стал низким, тяжёлым:

– А если я просто заберу её у тебя сейчас?

Эрл наклонился тоже, их лица на миг оказались почти напротив друг друга. Его голос стал резким и жёстким, будто удар клинка:

– Тогда ты не выйдешь отсюда живым. И уж точно не покинешь этот город. Пока он принадлежит мне – ни один чужак не сможет скрыться.

Повисло молчание, густое, напряжённое, словно воздух пропитался свинцом. Но вдруг Эрл громко рассмеялся, хлопнул ладонью по подлокотнику и снова расправился на диване.

– Ха-ха! Ну же, не будь глупцом. Я уверен, у тебя хватит ума так не поступать. Так что если хочешь свою «сферу» – приходи завтра, в полночь. Турнир решит всё.

Кайрос поднялся с кресла. В его взгляде горела решимость, но в душе оставался холодок раздражения.

– Что ж, выбора у меня, похоже, действительно нет. В таком случае я выиграю её, чего бы мне это ни стоило.

Эрл довольно кивнул, откинувшись назад и вновь играя монеткой.

– Отлично. До завтра, Кайрос. Буду рад увидеть, как ты изо всех сил пытаешься вырвать победу. – Его слова прозвучали с лёгкой насмешкой, словно издевательской благословляющей речью.

Кайрос, не отвечая, развернулся и пошёл прочь. За спиной ещё долго звучал тихий, уверенный смех хозяина казино.

Рейчал и Мелиса стояли у подножия лестницы, тревожно ожидая Кайроса. Рейчал сжимал кулаки, его лицо было мрачным, и слова срывались с губ почти шёпотом, но с ощутимой яростью:

– Да что он о себе возомнил? Смотрел на меня, как на мусор… самодовольный нарцисс. Как он только посмел.

Мелиса скрестила руки на груди, в её голосе звучала холодная решимость:

– Ничего, ещё придёт час, и мы с ним поквитаемся.

И тут по лестнице стал спускаться Кайрос. Его шаги были медленными и спокойными, но по лицу читалось разочарование. Друзья тут же устремили на него взгляды.

– Ну что? – спросили они почти одновременно.

Кайрос остановился напротив, его голос прозвучал ровно, без эмоций:

– К сожалению, сферу он не отдаст. Сказал, что единственный способ заполучить её – выиграть турнир.

– Турнир? – воскликнула Мелиса, возмущение прорвалось в каждом слове. – Это же бред! Во-первых, у нас нет шансов. Во-вторых, он попросту издевается, заставляя нас играть по его правилам. И в-третьих… почему мы не можем просто забрать её силой?

Кайрос бросил на неё серьёзный взгляд, в котором сквозила сталь:

– Прости, но силой мы не справимся. Его зовут Эрл. Он не только хозяин казино, но и владелец всего мегаполиса. Если попытаемся отнять иначе, живыми мы отсюда не уйдём.

Рейчал глухо выругался, сжав зубы:

– Сукин сын…

И в этот момент из полумрака неподалёку выдвинулась тень. В шаге от них появился высокий худощавый мужчина, ростом под метр восемьдесят пять. На вид ему было около тридцати. Тёмные волосы, уложенные аккуратными «шторками» с лёгким зачёсом, мягко обрамляли лицо. Карие глаза сверкали спокойным холодом, и от его взгляда веяло чем-то пронзительным, словно он видел их насквозь.

Он был одет безупречно: тёмная рубашка без галстука с чуть расстёгнутым воротом, строгие штаны в тонкую полоску, дорогие туфли. На рубашке – элегантный жилет, поверх которого лежал длинный пиджак до колен. Завершал образ высокий тёмный цилиндр и серебряная трость, которую он держал с изящной элегантностью.

Вся его фигура словно бросала вызов самому облику Эрла. Там, где владелец казино был показным и нарочито вычурным, этот незнакомец олицетворял сдержанную элегантность и мрачную аристократичность. Полная противоположность хозяину города.

– Прошу прощения за вторжение, – раздался ровный, холодный голос. – Я случайно подслушал ваш разговор. Полагаю, Эрл успел доставить вам немало хлопот, не так ли?

Мелиса шагнула вперёд, её взгляд был насторожен:

– Всё верно. Но кто вы такой?

Мужчина слегка наклонил голову, снял свой цилиндр и с едва заметной улыбкой сделал изящный поклон.

– Прошу простить мою дерзость. Моё имя – Джеймс, – произнёс он вежливо, но в его голосе ощущалась сдержанная сталь. – У меня давние и весьма личные счёты с этим самодовольным ублюдком. И, как вы понимаете, мои интересы совпадают с вашими. Я хочу доставить Эрлу неприятности… и сделать это могу куда эффективнее, если объединю силы с вами.

Его карие глаза холодно блеснули. Он сделал паузу, опираясь на серебряную трость, и продолжил:

– Поэтому у меня есть предложение. Я помогу вам завтра одержать победу в турнире. Уверяю, без моей помощи у вас почти нет шансов. Взамен же вы окажете мне одну услугу. Скажем так, сделаете для меня кое-что взамен. Как по рукам?

Он протянул ладонь.

Кайрос некоторое время молча изучал его, словно пытаясь понять, можно ли доверять этому человеку. В глазах Джеймса не было ни сомнения, ни страха – только уверенность и ледяная решимость. Наконец Кайрос протянул руку и крепко пожал её.

– Идёт, – сказал он твёрдо.

Лёгкая улыбка тронула уголки губ Джеймса, после чего он надел цилиндр обратно. Троица вместе с ним двинулась в сторону выхода из казино, негромко обсуждая условия нового союза и предстоящие шаги.

А тем временем, на втором этаже, в тени резного балюстрада стоял Эрл. Его глаза сверкали презрением, губы изогнулись в насмешливой улыбке. Он прекрасно знал, кто такой Джеймс, и понимал, какую опасность тот представляет. Но, вместо страха, в его взгляде читалось лишь превосходство и уверенность.

– Ну-ну, – пробормотал он себе под нос. – Значит, решил снова вмешаться? Что ж… игра становится ещё интереснее.

Выходя из казино, троица задержалась у входа. Ночной Элизиум всё так же сиял тысячами огней, клубы и игорные дома продолжали шуметь, словно не замечая происходящих интриг.

– Ну что ж, – первой нарушила молчание Мелиса, обращаясь к Джеймсу. – Может, расскажешь, как собираешься нам помочь? Или хотя бы, что за счёты у тебя с этим Эрлом?

Джеймс медленно повернул голову. Его взгляд был холодным, отстранённым, словно он обдумывал каждое слово.

– Расскажу, – сказал он ровным голосом. – Но не сегодня. Сейчас не время и не место. Завтра на рассвете приезжайте в западную часть города, там, на окраине, стоит огромный парк. Я буду ждать вас под большой ивой. Не опаздывайте.

Он сделал едва заметный жест рукой, и к бордюру тут же подъехала роскошная машина. Водитель в безупречном костюме поспешил открыть ему дверь. Джеймс сел внутрь, но перед тем как дверь захлопнулась, он опустил тонированное стекло и сказал:

– И ещё. Переночуете в гостинице на улице Краснополая, дом двадцать один. Это в тринадцатом районе. Отель принадлежит мне, я предупрежу персонал о вашем прибытии. Там будет безопасно.

С этими словами машина мягко тронулась и скрылась в потоке неоновых огней.

Рейчал с Мелисой переглянулись и направились к своей машине. Пока они садились, к ним подошёл Кайрос. Его лицо оставалось спокойным, но в глазах читалась усталость.

– Вы можете ехать, – сказал он тихо. – Я отправлюсь к себе, в квартиру.

– Квартиру? – удивилась Мелиса. В её голосе прозвучали и злость, и недоумение. – У тебя здесь разве есть квартира?

– Да, – без особого выражения ответил Кайрос. – Кажется, я купил её когда-то, по каким-то делам. Правда, уже не помню по каким… – он слегка нахмурился, словно сам пытался ухватить ускользающую память.

Рейчал лишь пожал плечами, не особо удивлённый:

– Хм. Неожиданно, но ладно.

Мелиса же, напротив, сузила глаза и недовольно произнесла:

– Знаешь, тебе не кажется, что ты слишком много от нас утаиваешь? Сначала – этот странный пропуск, потом дорогая одежда, из-за которой Эрл с тобой общался иначе, чем с нами. А теперь выясняется, что у тебя здесь квартира.

– Может быть, ты и права, – холодно ответил Кайрос. В его голосе прозвучала лёгкая печаль. – Но вспомни: вы спрашивали меня лишь о том, что связано с расследованием. О моей личной жизни никто из вас никогда не интересовался.

– Мы? – воскликнула Мелиса, уже не сдерживая раздражения. – А кто тебе мешал самому рассказать?

Повисла напряжённая пауза. Словно сама ночь прислушивалась к их ссоре.

– Ладно, хватит, – вмешался Рейчал, примиряюще подняв руки. – Не будем ссориться из-за пустяков. Время не ждёт. Мелиса, поехали в гостиницу. А ты, Кайрос, будь осторожен, когда пойдёшь домой.

Кайрос кивнул, не желая продолжать спор.

– Хорошо.

Мелиса и Рейчал сели в машину и уехали, оставив его стоять у ярко освещённого казино, среди толпы празднующих людей. Их смех и крики резали слух, а в глазах Кайроса отражалось что-то тревожное, словно тень прошлого, которое начинало возвращаться к нему.

Кайрос заказал такси бизнес-класса. Машина мягко скользнула по ночным улицам Элизиума, и вскоре он оказался у своего дома. Высотка с зеркальными стенами вздымалась в небо, словно отдельный мир, отрезанный от шумного города.

Наутро он проснулся от ярких лучей, пробивавшихся сквозь панорамные окна. Перед ним раскинулась удивительная картина: утро только вступало в свои права, солнце медленно поднималось из-за горизонта, окрашивая небосвод мягкими золотыми оттенками. Город, который ночью жил шумом казино, клубов и бесконечной толпы, теперь выглядел совершенно иным. Улицы пусты, звуки смолкли, тишина и покой воцарились там, где ещё несколько часов назад бурлила жизнь. Казалось, будто это и не Элизиум вовсе, а забытый уголок мира, замерший между сном и пробуждением.

Кайрос стоял у окна неподвижно, молча глядя в одну точку. Его лицо оставалось бесстрастным, глаза – холодными. Красота этого утра не вызывала в нём никаких чувств.

Спустя некоторое время он вышел из квартиры. Утренняя прохлада встретила его лёгкой сыростью, свежий воздух разрезал лёгкие остатки ночной духоты. Решив пройтись, он медленно зашагал по пустынным улицам и вскоре оказался у станции надземного метро.

Поднявшись по лестнице, он дождался прибытия электропоезда и сел в вагон. Первое время внутри было тихо, почти пусто. Кайрос устроился у окна и стал наблюдать за пейзажем, мелькавшим за стеклом: город постепенно оживал, рассыпался россыпью огней, и неон уходил прочь, уступая место дневному свету.

На каждой остановке в вагон заходило всё больше людей. Вскоре свободных мест не осталось. Шум усиливался: разговоры, смех, раздражённые реплики. Всё это давило на слух, раздражало Кайроса, но он не показывал недовольства, продолжая сидеть неподвижно, словно отстранённый от всего.

И вдруг его внимание привлекла сцена неподалёку. Молодая девушка, едва достигшая двадцати, сидела в наушниках. К ней подошёл пожилой мужчина, хмурый, с тростью. Его голос прозвучал грубо и требовательно:

– Встань. Разве тебя родители не учили уважать старших?

Девушка, не сразу расслышав, сняла один наушник и хотела переспросить. Но мужчина раздражённо ударил её тростью по ноге.

– Встань, сказал я!

С явным недовольством девушка поднялась, уступая место, а старик тяжело уселся, даже не удостоив её благодарности.

Кайрос наблюдал за этим, и его глаза холодно блеснули. Внутри пронеслась мысль: «Ничтожные люди. И это вы ещё хотите, чтобы их уважали? Эти старики своё отжили, стали бесполезным грузом. Но общество всё равно заботится о них, словно вкладываясь в то, что не принесёт ни пользы, ни прибыли. Вот он – один из примеров их наглости и жестокости. И при этом требует почтения. А эта девка? С виду – сильная, независимая, а на деле – слабая, неспособная даже постоять за себя перед дряхлым стариком. Остальные же пассажиры? Им и вовсе плевать. Как же вы все жалки.»

Его взгляд стал ещё холоднее, и в нём читалось глубокое разочарование.

Когда поезд прибыл на конечную станцию, Кайрос спокойно поднялся, вышел наружу и зашагал прочь, оставив за спиной толпу и её пустые нравы.

Кайрос медленно шагал по улицам города, внимательно оглядывая всё вокруг. Внутренне он удивлялся: «Хм… эта часть города совсем не похожа на то, что я видел вначале.» Перед ним раскрывалась совершенно иная картина: здесь не было бесконечных рядов игровых автоматов, сияющих вывесок и неоновых огней, что обычно окрашивали мегаполис в кричащие тона. Напротив, всё вокруг выглядело тихим и даже по-домашнему спокойным.

Низкие аккуратные дома, ухоженные газоны, ровные клумбы с цветами и зелёные деревья создавали атмосферу уюта. В воздухе витал запах травы и свежести, слышалось щебетание птиц. Казалось, он попал в другой мир – мир, где время текло медленнее, чем в безумном сердце Элизиума.

Продолжая путь, он вскоре вышел к парку. Тот оказался огромным. Фонтаны, сверкающие под лучами утреннего солнца, ровные аллеи, подстриженные кусты и удобные скамейки придавали месту особую изысканность. Пройдя по тенистой дорожке, Кайрос заметил пруд, гладь которого переливалась мягким светом. У самой кромки, под раскидистой ивой, стояла скамья, на которой сидел Джеймс. Похоже, он был один.

– А, Кайрос, ты уже здесь, – произнёс тот, заметив приближение собеседника.

– Да, – кивнул Кайрос. – А где Рейчал с Мелисой? Они ведь не с тобой?

Джеймс слегка развёл руками.

– К сожалению, нет. Видимо, они немного задерживаются. Хотя, признаюсь, я думал, что вы придёте вместе.

– Я отправился к себе в квартиру, так что мы разошлись, – спокойно ответил Кайрос.

– Вот как… – Джеймс закурил сигару и пустил в воздух плотное облако дыма. – Просто я был уверен, что вы, как друзья, должны были договориться о встрече.

Кайрос на мгновение задержал взгляд на спокойной глади пруда.

– Друзья? – он тяжело вздохнул. – Знаешь, я всё больше сомневаюсь в этом. Поначалу мне казалось, что между нами есть нечто большее, но сейчас скорее похоже, что мы лишь товарищи, связанные общим делом. Я бы хотел назвать их друзьями… но иногда у меня остаются сомнения.

Джеймс помрачнел, его голос стал мягче.

– Понимаю. У меня тоже был друг. Вернее… товарищ. Мы вместе стремились к великим вершинам, но со временем всё превратилось в борьбу за первенство. И дружба растворилась в этом соперничестве.

Он снова затянулся сигарой, взгляд его словно ушёл в прошлое.

После короткой паузы Джеймс вдруг предложил:

– Не желаешь прогуляться, Кайрос? Пока ждём тех двоих, можно пройтись. К тому же я бы хотел познакомить тебя со своим знакомым.

Кайрос чуть приподнял бровь, но согласился.

– Хм, почему бы и нет. Сейчас раннее утро, погода дивная: птицы поют, лёгкая прохлада смешивается с сыростью… самое время для прогулки.

Идя вдоль пруда, они заметили мужчину в необычном наряде, словно сошедшем с портретов викторианской эпохи. Длинный сюртук тёмного цвета, жилет с изящным узором, белоснежная рубашка с высоким воротником, аккуратная трость, прислонённая к скамье. Он стоял перед большим холстом, в руках держал кисть и что-то напевал вполголоса, едва слышным мычанием, полностью поглощённый своей работой.