Паладин. Священный огонь

Глава 1. Марафон Первых

Дверь со скрипом закрылась. Рэй прищурился и посмотрел на небо, силясь разглядеть стоящее в зените солнце. С наслаждением вздохнул. Изо рта вырвалось маленькое облачко пара и рассеялось в холодном воздухе. Мороз покалывал щеки, а внезапно налетавшие порывы ветра слегка обжигали кончики ушей.

С наступлением зимы предгорья Лапласа покрылись снежными шапками. Разноцветные листья давным-давно облетели, и застывшие в сугробах деревья напоминали теперь причудливых лесных великанов.

Крепкий снежок угодил Рэю прямо в плечо.

‒ Чего застыл, дружище? Так и окоченеть недолго! ‒ поддразнил его Нори.

Гном, пританцовывая от холода, обматывал шею смешным цветастым шарфом, из-под которого выглядывали концы длинных каштановых волос, плотно скрученных в дреды.

‒ Ты напал первым, коротышка, ‒ предупредил юноша и ответил на атаку двумя выстрелами, однако проворному полурослику удалось избежать прямого попадания.

Ребята носились по саду госпожи Со, ловко маневрируя между засыпанными снегом яблонями. Наконец юноше удалось схватить гнома за шкирку. Оба, хохоча и пихаясь, повалились в сугроб.

‒ Что ещё за дикарские игры? ‒ вдалеке раздался недовольный голос. ‒ А для тренировок, значит, погода неподходящая…

Друзья мгновенно смолкли и виновато обернулись к приближавшейся Рин. Одетая элегантный меховой полушубок, девушка строго смотрела на ребят.

‒ И поэтому ты решила пойти бал? ‒ оглядев наряд блондинки, уточнил Нори.

Рин закатила глаза, схватила парней за локти и рывком подняла на ноги.

‒ Что это на тебе? ‒ девушка пальцем указала на шарф. ‒ По наследству от бабушки перешло?

Гном картинно схватился за сердце.

‒ Он его сам связал, ‒ прыснув, пояснил Рэй.

‒ Как мило, ‒ съязвила воительница. ‒ Ладно, быстро за мной, балбесы. Иначе опоздаем.

Друзья послушно поплелись следом за Рин, продолжая тихонько толкаться и перебрасываться снежками за её спиной. Связываться в зимнем бою с подругой они больше не рисковали: задев однажды шальным выстрелом подол её новенького пальто, каждый получил по увесистому комку снега прямо в лицо.

Прошло уже пять месяцев с тех пор, как Рэй отстоял своё право на обучение в первой академии Авалона. Полученные на дуэли раны давно затянулись, и только длинный шрам на плече напоминал о том, какой путь юноше пришлось преодолеть.

Тёплые дни остались далеко позади, и теперь вокруг безраздельно властвовала зима. Суровое время года ощутимо затрудняло жизнь несчастным студентам, обитавшим в пригороде Лапласа, ведь путь к замку стал ещё сложнее. Тем больше друзей удивляло поведение Рин. Как только наступили холода и занятия с Шагрином прекратились, у девушки будто открылось второе дыхание. По утрам она появлялась у госпожи Со, чтобы забрать ребят и вместе с ними пойти на лекции, которые посещала теперь без исключений. Воительница стойко переносила тяготы студенческой жизни, тихо посапывая за партой рядом с Рэем и пробуждаясь только в моменты острой необходимости ‒ например, во время обеденного перерыва.

‒ Смотрите, на третьем ряду у окна свободно. Давай, коротышка, а то все места займут, ‒ девушка настойчиво пихнула гнома вперёд.

Нори открыл было рот, но Рэй скорчил такое страшное лицо, что тот обиженно поджал губы и послушно отправился на задание.

К урокам магистра Джун Рин не проявляла особого энтузиазма. Возможно, потому что ещё в детстве узнала всё о магических существах от Первого клинка Авалона, у которого истории о былых сражениях заменяли сказки на ночь. Рэй же, наоборот, с предельным вниманием впитывал всю услышанную информацию, поскольку давно понял, что выжить в бою с монстром, не владея магическим потенциалом, можно только полагаясь на собственную смекалку и полученные знания.

‒ Ты глянь, дружище, ‒ шепнул Нори, ‒ сколько времени прошло, а он всё ещё хватается за нос, когда смотрит на тебя.

‒ Проверяет, на месте ли клюв, ‒ хихикнула Рин.

Несколькими рядами выше расположилась довольно шумная компания, окружившая Локса во главе с Грэгом и какой-то визгливой девицей. Купаясь во внимании сверстников, Икар не забывал бросать опасливые взгляды в сторону Рэя. Со дня поединка аристократ прекратил свои нападки на юношу, а при упоминании его имени в разговоре заливался краской и мгновенно исчезал.

Время шло, и слухи постепенно сходили на нет. К зиме все забыли о прошедшей дуэли. Но только не Локс. О чем бы там не судачили его обожатели, Икар помнил каждую секунду позорного для него боя и поэтому молчал.

Вошедшая в кабинет преподавательница, как и всегда, одним своим видом положила конец разговорам студентов. Девушки с плохо скрываемой завистью следили за магистром Джун, пытаясь понять, в чем именно заключается секрет её непреодолимого очарования. Парни же, зная строгий нрав паладина, не отрывали взгляда от собственных записей, чтобы ненароком не нарваться на выговор.

‒ Что ж, это было довольно интересно, увлекательно, а самое главное… не-ве-ро-ят-но для вас полезно, ‒ иронично заключила магистр, закрывая два толстенных фолианта, лежавших на её столе. ‒ Будем надеяться, хоть одному из вас пригодится информация о человекообразных тварях, которые представляют угрозу для Авалона.

Девушка сжала зубы и тихо добавила:

‒ Если, конечно, кто-нибудь из этих кретинов решится вступить в один из легионов империи.

За время преподавания в Лапласе Джун окончательно убедилась в бессмысленности своего пребывания в замке. Избалованные аристократы мечтали занять тёплое местечко, которое им уже наверняка подготовили родители, и после окончания обучения продолжить вести жизнь, лишённую печалей и забот. Только малая часть студентов решится нести службу в рядах имперской армии. Такие настроения среди новичков злили и расстраивали паладина. И хоть Джун совершенно не симпатизировала своим ученикам, все же Рэй со своей странной компанией друзей вызывали у девушки необъяснимую симпатию. Юноша всегда внимательно слушал лекции и частенько задерживался после занятий, чтобы задать очередной заинтересовавший его вопрос.

Отыскав глазами Рэя, который как раз в это время протискивался сквозь толпу к выходу, Джун, неожиданно для самой себя, вдруг громко объявила:

‒ Не забудьте, что скоро первокурсников ожидает новое испытание! Об этом вам сегодня расскажет хранитель Лапласа!

Парень обернулся и, недоумённо вскинув брови, спросил:

‒ Испытание для первокурсников? Вы уверены, магистр?

‒ Абсолютно.

Паладин улыбнулась и подмигнула Рэю, отчего он слегка смутился:

‒ И в этом марафоне я поставлю на вас.

Так и не разобравшись, что преподавательница имеет в виду, юноша, боясь показаться невежливым, быстро вышел из аудитории и носом к носу столкнулся с Икаром. Локс раздражённо цокнул и, толкнув Рэя плечом, прошёл мимо. Парень усмехнулся.

‒ Чего ты там застрял? ‒ Рин помахала рукой из другого конца коридора. ‒ Пойдём уже, остальные занятия только что отменили!

Юноша направился к подруге, и, не дойдя до неё пары метров, вдруг почувствовал, что ноги его увязли в странной голубоватой луже. Рэй развёл руки в стороны, ища опоры, но было уже поздно: он по колено оказался затянут в трясину. Парень в панике взглянул на Рин. Она заинтересованно разводила руками потоки окутавшей её энергии.

Разлом под ногами стремительно расширялся. Все студенты, находившиеся в коридоре, были в замешательстве. Когда Рэй погрузился по шею, он инстинктивно задержал дыхание. На мгновение вокруг стало темно. Парень ощущал лишь окутавший его лёгкий холод. А потом словно чья-то уверенная ладонь вытолкнула юношу наружу. Он зажмурился и весь сжался. Рэй постарался успокоиться и, почувствовав под ногами твёрдую поверхность, приоткрыл один глаз: юноша оказался в большом зале, где более полугода назад Эсселт Генц впервые приветствовал новобранцев.

‒ Это что ещё за…

‒ Знаменитая пространственная магия великого архонта, ‒ прервала Рин негодование друга.

Она указала на сцену, где в окружении храмовников и старейших профессоров Лапласа возвышался его хранитель.

По всему залу слышался недовольный шёпот прибывающих первокурсников.

‒ Я думала, что сейчас задохнусь, ‒ прошипела кудрявая брюнетка, поправляя расшитый золотой нитью пиджак.

‒ Этот старик совсем из ума выжил? ‒ возмущался её спутник.

‒ Я всё расскажу отцу, ‒ заныла девушка, появившаяся прямо за Рин.

Та скривила лицо.

‒ Ага, удачи, ‒ закатила глаза блондинка.

Затем наклонилась к Рэю и прошептала:

‒ Пожалуется папочке на великого архонта! Ха-ха!

Юноша прыснул, но про себя отметил, что отчасти согласен с возмущённой аристократкой ‒ приключение было не из приятных.

‒ Приветствую вас, дорогие первокурсники! ‒ над головами разнёсся громкий голос Эсселта Генца. ‒ Прошу прощения за столь бесцеремонное обращение, однако нам очень важно было в короткий срок и без суеты доставить всех вас в главный зал. Думаю, вы уже наслышаны о новом испытании, которое наши лучшие преподаватели проводят для новобранцев каждый год. Должен сказать, что вы вольны сами решать: принимать ли в нём участие и получать ли… заслуженную награду.

Все разговоры стихли. Недовольство толпы сменилось искренним любопытством. Взмахнув рукой, старый волшебник вызвал в воздухе проекции героев прошлого, когда-то одержавших победу в ежегодном состязании. Эфемерные фигуры двигались, потрясали мечами, метали копья, поднимали кубки. Рэй с изумлением разглядывал победителей и, оборачиваясь, заметил Рин, которая не сводила глаз с одного-единственного воина. Высокий мужчина с развевающимися на ветру волосами смотрел вдаль, словно силился узреть там собственную судьбу. Он держал невероятных размеров меч, который в его сильных руках казался невесомой пушинкой.

«Это он, ‒ догадался Рэй. ‒ Первый клинок Авалона!»

Глядя на подругу, заворожённую призраком прошлого, юноша вдруг ощутил странную тоску, неприятно сжавшую его сердце. Он быстро заморгал и отвернулся, чтобы не смущать Рин.

Некоторое время Эсселт Генц наблюдал за удивлёнными студентами и, удовлетворившись произведённым впечатлением, наконец продолжил свою речь:

‒ Вам, дорогие первокурсники, скоро представится шанс встать в один ряд с героями, которых вечно будут чтить в стенах Лапласа!

Волшебник взмахнул рукой и фигуры бесшумно растворились в воздухе. Все взгляды обратились к великому архонту.

‒ Итак, Марафон Первых ‒ состязание, которое проверит силу, ловкость, отвагу и смекалку каждого из вас. Для того, чтобы стать его участником, вам нужно объединиться в команды от трёх до восьми человек. В этом году испытание будет проходить в Лесу Утраченных голосов и продлится семь дней.

В зале послышались вздохи разочарования. Хранитель Лапласа, хохотнув, погладил бороду:

‒ Мои юные друзья, вы должны быть готовы к тому, чтобы провести неделю в опасной местности, лишенной всяческих удобств. Мы с преподавателями будем неотлучно следить за успехами участников марафона и сразу же придём на помощь, если вашей жизни будет грозить опасность, однако это не исключает возможности получить… некоторые травмы.

Студенты снова загудели:

‒ Целая неделя в лесу?

‒ В такой холод? Они там что, совсем рехнулись…

‒ А что, это может быть интересно… Победители прославятся на долгие годы!

‒ Какие ещё травмы? Там же одни деревья!

‒ Ты разве не слышал про этот лес…

‒ Э, нет, я не готов рисковать жизнью ради такой ерунды!

Эсселт Генц поднял ладонь, призывая собравшихся к тишине.

‒ В этом году марафонцам необходимо добыть семь зачарованных кристаллов. Они будут надежно спрятаны в разных частях леса нашими доблестными храмовниками. Победит команда, участники которой, преодолев все препятствия и, конечно же, самих себя, соберут большее количество волшебных камней.

‒ А наградой… ‒ волшебник опустил руку в карман расшитой синим бархатом мантии и выудил оттуда маленький пузырёк с переливающейся жидкостью.

По толпе прокатилась волна возбуждённого шёпота.

‒ Станут слезы небесного дракона! ‒ торжественно объявил великий архонт.

Несколько стоявших поблизости студентов-заклинателей едва не потеряли сознание от настигшего их потрясения. Рэй недоверчиво нахмурился, но к нему тут же наклонилась Рин и быстро пояснила:

‒ Небесные драконы ‒ одни из древнейших существ на земле. Говорят, они ‒ порождения самой магии, её первое воплощение. Последнего такого дракона видели более пятисот лет назад. Человек, который выпьет его слёзы, сможет многократно увеличить свой магический потенциал.

«Это мне без надобности», ‒ подумал Рэй и разочарованно хмыкнул:

‒ Говоришь, ну прямо выдержками из энциклопедии.

Блондинка обиженно задрала нос и скрестила руки на груди:

‒ Я просто хорошо умею запоминать тексты.

‒ Есть ещё один приятный подарок, ‒ продолжал свою речь Эсселт Генц. ‒ Все вы знаете, что приближается Утро Возрождения ‒ главный праздник в Авалоне.

В зале раздались одобрительные возгласы.

Старый волшебник улыбнулся:

‒ Вы совершенно правы. Это значит, что в Лапласе наступит время отдыха, которое продлится шесть недель. Многие из вас отправятся навестить свои семьи, похвастаться успехами и набраться сил перед новым этапом обучения. Однако, как вы уже знаете, не всем нашим студентам позволено покидать академию. Поэтому мы, совместно с преподавателями, решили сделать исключение для победителей марафона. Один из участников команды финалистов, находящийся в Лапласе на особых правах, получит разрешение отбыть домой и увидеть близких.

Рэй обернулся в поисках друга. Нори, привалившись спиной к стене и вытянув вперёд ноги, сидел на полу в дальнем углу зала и с благостным выражением лица предавался поеданию сочного яблока. Заметно было, что гном нисколько не заинтересован ни в одном из объявленных призов.

‒ На раздумье у вас один день. Студенты, которые решатся принять участие в Марафоне Первых, должны явиться в мой кабинет завтра, едва солнце начнёт клониться к закату. Вы получите специальную метку, ‒ объявил хранитель. ‒ И уже через три дня начнётся испытание, которое может изменить вашу жизнь.

Под громкие аплодисменты Эсселт Генц покинул сцену, и через несколько минут зал практически опустел. Рэй, Рин и Нори под гул ледяного ветра вышли из башни и направились к воротам.

***

Весь следующий день академия буквально стояла на ушах. Первокурсники, разбившись на маленькие группки, без устали обсуждали предстоящее испытание. Большинство из них, конечно же, отказалось принимать участие в столь рискованной авантюре. Парни до последнего старались храбриться, но, узнав от старших товарищей о предыдущем Марафоне, нервно хихикали и оправдывались, когда сообщали о том, что, к большому сожалению, не смогут вступить ни в одну из команд.

К удивлению Рэя, Рин от состязания отказалась.

‒ Я не собираюсь играть в эти игры, ‒ отрезала она, когда ребята встретились с воительницей во время обеда. ‒ Какие глупости.

‒ А как фэ фой фявя Авен? ‒ не отрываясь от еды, прошамкал Нори.

‒ Да, Первый клинок же был одним из победителей! ‒ поддержал Рэй. ‒ Его все видели.

Блондинка вздохнула, отодвинула от себя тарелку и принялась объяснять, то и дело норовя ткнуть кого-нибудь из ребят вилкой в лицо:

‒ Раньше я бы обязательно приняла участие в Марафоне. Но теперь, после встречи с двумя туповатыми простачками… В общем, я пересмотрела свои взгляды и не собираюсь делать что-либо ради одобрения бестолковых аристократических отпрысков. И если вы будете донимать меня своими глупыми расспросами и мешать обедать, я вас… Хватит дёргаться! Чего вы хихикаете? Боже, с кем я вообще разговариваю…

Друзья беззвучно тряслись от смеха, так что у Нори сок стал литься из носа. Рин, активно жестикулируя столовым прибором, украсила свою причёску листами насаженного на вилку салата, и теперь, ничего не понимая, строго смотрела на товарищей.

‒ Мы просто очень польщены тем, что смогли изменить мировоззрение самой Ариадны Браун, ‒ откашлявшись, произнёс Рэй.

‒ А я, может, не о вас говорила, ‒ парировала девушка.

‒ Да-да, как будто в твоей жизни есть какие-то другие простачки, ‒ захлопал ресницами Нори.

Блондинка насупилась и покраснела.

‒ На самом деле, ты абсолютно права, ‒ посерьёзнел юноша. ‒ Рисковать нужно только ради близких тебе людей.

Нори громко кашлянул.

‒ И гномов, ‒ поспешно добавил парень.

После занятий Рэй ждал друзей на ступенях главной башни, наблюдая за стайками студентов, продолжавших обсуждение Марафона. Слова Рин не выходили у него из головы.

‒ Привет.

Он обернулся и увидел Еву. Видимо, девушка стояла рядом уже некоторое время, и выглядела слегка смущённой. Спрятав руки под меховой накидкой, она потрясла головой, смахивая с волос крупные снежные хлопья.

‒ Ева? Откуда ты…

‒ Кого я вижу! ‒ раздался громкий крик, и уже через секунду Нори радостно налетел на подругу.

Монахиня тихонько засмеялась.

‒ Тебя здесь нечасто встретишь, ‒ улыбнулся гном. ‒ Но кое-кто говорит о тебе чуть ли не каждый день и очень переживает, что мы совсем перестали видеться!

Рэй молниеносно поднялся и пихнул друга в бок, однако было слишком поздно. Ева прыснула и прижала ладонь к губам.

‒ У меня всё хорошо, ‒ успокаивающе произнесла она. ‒ Простите, что не успеваю провести с вами время: из-за приближающихся праздников в ордене сейчас полно забот. Мы… много практикуемся.

Девушка постаралась незаметно убрать руку под накидку, однако юноша успел заметить свежие ожоги на её ладони.

‒ Честно говоря, я пришла по делу, ‒ потупив взгляд, сообщила Ева.

‒ Чем мы можем тебе помочь? ‒ быстро сориентировался Нори.

Рэй немного завидовал умению друга находить нужные слова в любой ситуации. Сам же он постоянно маялся от охватывающего его волнения, и потому больше молчал, боясь лишний раз сказать глупость.

‒ Понимаете, Рин как-то подозрительно себя ведёт. Сегодня утром она ведь не зашла за вами, как делала это обычно?

‒ Нет, мы тоже удивились, ‒ ответил Рэй. ‒ Подумали, что это из-за сильного ветра. А что случилось утром?

‒ Перед занятиями я видела, как она разговаривает с Тюром.

‒ Не думаю, что стоит так удивляться, ‒ попытался успокоить девушку Нори. ‒ Великан у нас, конечно, нелюдимый, но мы все стараемся поддерживать связь. Может, она уговаривала его потренироваться? Этого миролюбивого лентяя практически невозможно привести на арену! Один раз появился там, помахал мечом… мы потом месяц его из библиотеки вытащить не могли! Он, видите ли, не любит обижать живых существ. Хотя тебе бы стоило посмотреть, как он орудовал кедровым стволом ‒ вот смеху-то было…

Рэй перебил разболтавшегося гнома:

‒ Что тебя смутило, Ева?

‒ Их разговор выглядел весьма странно. Оба были такими серьёзными, о чём-то шептались и постоянно оглядывались, ‒ нахмурилась она. ‒ А полчаса назад я видела, как Рин вошла в здание библиотеки.

‒ Сама? ‒ удивился гном. ‒ Без конвоя? Не может быть!

‒ Нори, пойдем, ‒ распорядился Рэй. ‒ Ева, пожалуйста, подожди нас здесь. Мы скоро вернёмся.

Ребята помчались в обитель великана. Добравшись до библиотеки, друзья молча вошли и, тихо притворив за собой тяжёлую дверь, прокрались на второй этаж, нырнув в лабиринт высоких стеллажей. Долго искать не пришлось. Возле длинного стола, который был завален невероятным количеством различных рукописей, замер Тюр, огромными руками сжимая спинку стула. Напротив него, вся раскрасневшаяся от напряжения, стояла Рин. Они говорили тихо, однако некоторые слова всё же можно было разобрать.

‒ Мне тоже не по себе… мы обязаны попробовать… ‒ блондинка явно была сильно взволнована.

‒ Такие методы… совсем не для меня… ‒ ответил гигант, судорожно протирая очки.

‒ Нужно решить…

‒ Хранитель сказал… Тогда кто будет третьим?

Нори, выпучив глаза, повернулся к Рэю. Парень едва успел зажать гному рот ‒ оба догадались, каков был предмет тайного разговора.

‒ В Лапласе ничего не стоит найти дурачка, который желает присвоить себе все лавры и отдать нам награду, ‒ раздался уверенный голос Рин.

‒ Хорошо, ‒ вздохнул великан. ‒ Я согласен.

Воительница радостно взвизгнула, хлопнула Тюра по плечу и умчалась вниз по лестнице, громко постукивая каблуками изящных сапожек. Когда дверь за ней захлопнулась, Рэй отпустил Нори, и ребята показались из-за стеллажей. Увидев друзей, Тюр от неожиданности выронил все книги, которые только что тщательно отсортировал по темам.

‒ Рэй! Нори… Что вы здесь делаете? ‒ спросил он, уже догадываясь, что произошло.

‒ Э, нет, дружище, ‒ решительно остановил здоровяка Нори. ‒ Сейчас вопросы будем задавать мы.

‒ Вы будете участвовать в Марафоне? Решили и даже нам ничего не сказали? ‒ весь покрасневший от праведного гнева, Рэй безжалостно напирал на растерявшегося товарища.

Тюр попятился, пока его широкая спина не упёрлась в дубовую стенку книжного шкафа. С обратной стороны послышался грохот упавших фолиантов.

‒ Ради чего всё это? Хотите прославиться? ‒ юношу буквально трясло от негодования.

Он никак не мог поверить, что друзья с ними так поступили. Неожиданно Нори твёрдой рукой отодвинул парня от ошеломлённого гиганта и мягко спросил:

‒ Это из-за семьи, да? Ты хочешь побывать дома?

Опасно поджав губы, великан поднял покрасневшие глаза и, привычным движением сорвав с носа очки, принялся остервенело протирать идеально чистые стекла.

‒ Я хочу увидеть отца, ‒ оглушительно шмыгнув носом, вполголоса сообщил он. ‒ Мы не виделись с момента моего определения в академию, а два месяца назад я получил письмо о том, что папа… отец был тяжело ранен во время важных раскопок на юге империи. Мне бы очень хотелось… Нет. Я сделаю всё, чтобы увидеть его.

Нори подошёл к Тюру и, поднявшись на носочки, ободряющего похлопал его по предплечью ‒ выше он не доставал. Рэй в изумлении уставился на друга. Интеллигентный, всегда спокойный и рассудительный, великан сейчас предстал перед ним в совершенно ином свете. В его глазах не было гнева или обиды. Лишь твёрдая, непоколебимая решимость.

‒ Прости, Тюр, ‒ сконфузился юноша. ‒ Я всё не так понял.

‒ Ничего, ‒ усмехнулся в ответ здоровяк. ‒ Поверьте, для меня самого такое поведение ‒ полная неожиданность!

‒ А что с Рин? Неужели поменяла своё мнение? ‒ ревниво поинтересовался Нори.

‒ Что? ‒ гигант непонимающе наклонил голову. ‒ Нет, она делает это ради Евы.

‒ А сестра-то здесь причем?

Тюр нацепил на нос очки:

‒ Слёзы небесного дракона являются весьма мощным артефактом для усиления магического потенциала…

‒ И с ними Еве больше не придётся проходить опасные практики, во время которых она получает серьёзные травмы, ‒ закончил за великана Рэй. ‒ Мы в деле.

‒ О чём это… ‒ гигант в недоумении выпучил глаза и покачал головой. ‒ О, нет, друзья, не стоит. Это довольно опасное мероприятие, во время которого…

Нори молниеносно запрыгнул на стол. Теперь он доставал Тюру до плеча. Гном уверенно ткнул пальцем ему в грудь и безапелляционно произнёс:

‒ Здоровяк, ты, кажется, не понял. Мы идём вместе.

***

Рин зажмурилась и едва слышно зашипела, но руку не отвела. Эсселт Генц только что лёгким движением пальцев нанёс на её ладонь рунический знак, однако девушка ощутила такую обжигающую боль, словно волшебник прикоснулся к ней раскалённым железом. Когда блондинка открыла глаза, на коже не осталось и следа от полученной метки. Она вопросительно взглянула на великого архонта.

‒ Моя разработка, ‒ усаживаясь обратно в кресло, с некоторой долей гордости сообщил хранитель Лапласа. ‒ Метка пространственного перемещения в любой момент позволит мне отправить тебя в безопасное место. Наносить её неприятно, но результат того стоит.

Рин равнодушно пожала плечами. В этом не было никакой необходимости ‒ девушка не собиралась проигрывать.

‒ Так что насчёт твоей команды? Где остальные участники? ‒ поинтересовался старый волшебник.

‒ Хранитель… ‒ блондинка слегка замялась и отвела взгляд.

Эсселт Генц тяжело вздохнул:

‒ В команде должно быть не менее трёх участников…

‒ Иначе нас не допустят к Марафону Первых, ‒ перебила его Рин. ‒ Я помню, хранитель.

‒ И всё же ты пришла одна.

Девушке так и не удалось найти третьего. Она рассчитывала на то, что многие захотят присоединиться к её команде: не зря же Ариадна Браун считается лучшей из воинов, обучающихся в Лапласе. К тому же участие великана должно было привлечь желающих победить в состязании. Однако Рин недооценила, что слухи о прошлогоднем Марафоне настолько испугают изнеженных аристократов. Сестра рассказывала, что тогда противниками студентов оказались тролли ‒ твари на редкость мерзкие и коварные. Чудища, достигавшие в высоту четырёх метров, славились своим умением устраивать засады, а исходивший от них смрад был настолько нестерпимым, что обжигал глаза тем, кто осмеливался приблизиться к монстрам. К тому же тролли умели быстро восстанавливать потерянные в бою конечности ‒ чего не скажешь о бедных первокурсниках. Несколько человек лишились пальцев, а кто-то даже остался без ноги. Все участники прошлогоднего испытания сошли с дистанции раньше установленного срока, поэтому Марафон остался без победителя.

‒ Понимаете…

Девушка нервно взглянула на часы: куда подевался Тюр? На секунду она решила, что гигант решил отказаться от намеченного плана и остаться в своей библиотеке. В этот момент дверь кабинета отворилась, и на пороге показался великан. Рин облегчённо выдохнула, но тут же сжала зубы: за Тюром протиснулись Нори и Рэй.

Эсселт Генц радостно хлопнул в ладоши.

‒ А вот и вы! Ну, проходите, ‒ он поманил друзей к столу.

Хранителю не терпелось покончить с набором команд и отправиться на заслуженный отдых. Рин скорчила гримасу. Ей хотелось прикончить ребят, полезших не в своё дело, однако в присутствии великого архонта она смогла только наступить на ногу Тюру, который этого вовсе не заметил, и хорошенько пнуть Нори. Гном ловко схватил девушку за пятку и потянул за собой. Блондинка потеряла равновесие и уже начала падать, когда Рэй хлопнул шутника по руке и подставил подруге плечо. Рин посмотрела на юношу. Она собиралась ударить и его, однако остановилась на полпути. Взгляд парня неожиданно напомнил ей дядю. Первый клинок всегда смотрел на неё точно так же ‒ без осуждения. Лишь с желанием встать рядом, биться вместе и, если необходимо, прикрыть спину.

‒ Наконец-то дружная компания в сборе, ‒ хохотнул великий архонт. ‒ Вытяните ладони вперёд. Вот так… Кверэре!

Волшебник взмахнул указательным пальцем правой руки ‒ ребята одновременно вскрикнули от неожиданности. Рин довольно фыркнула и закатила глаза. На коже друзей появились три одинаковые руны, которые, вспыхнув золотым светом, мгновенно испарились.

‒ Что ж, на этом и закончим, ‒ Эсселт Генц привстал, собираясь проститься с командой.

‒ Хранитель, подождите! ‒ позади раздался тихий, но решительный голос. ‒ Последней на сегодня стану я.

В дверях стояла Ева. Не обращая внимания на изумлённые взгляды, она прошла прямо к столу великого архонта и сняла длинную чёрную перчатку.

Рэю стало не по себе. Не только ладонь, вся рука монахини была покрыта свежими ожогами. Рин, громко шмыгнув носом, насупилась и отвела взгляд. Юноша сжал кулаки: теперь он больше всего на свете желал победы в Марафоне.

***

Друзья стояли у входа в башню. Был безветренный, ясный вечер. Полная луна роняла бледный свет на опустевший двор. Все молчали. Только Рин, доведённая до крайней степени возмущения, расхаживала из стороны в сторону, пиная покрытые хрустящей коркой сугробы.

‒ О чём ты вообще думал? Почему не остановил их?! Тюр, мы же до-го-во-ри-лись! Ты вроде умный… ‒ девушка раздражённо отчитывала гиганта.

‒ Рин, я…

‒ Молчи и слушай. Будь у меня гора мышц вместо тела, я бы силой заставила этих идиотов остаться!

Великан поджал губы и покачал головой. Потом достал платок и стал тереть очки.

‒ Послушай, Рин…‒ попытался успокоить подругу Рэй, однако наткнулся на такой злобный взгляд, что решил отступить.

‒ Ариадна, ты не права, ‒ строго сказала Ева и приблизилась к сестре.

В это же мгновение грозная воительница превратилась в маленькую обиженную девчушку. Она дулась на то, что её план провалился, и не хотела признавать поражения.

‒ Ты же собираешься принять участие в Марафоне Первых из-за дяди? Прости, я не сразу догадалась об этом, ‒ Ева крепко держала Рин за плечи, заставляя её посмотреть в глаза.

‒ Этого тебе знать необязательно, ‒ буркнула воительница.

Рэй, Нори и Тюр не вмешивались в семейные разборки и, притворяясь глухими, тактично разглядывали заснеженный двор.

‒ Как только я поняла, что ты задумала, сразу же решила присоединиться. Священники могут участвовать в состязании на любом году обучения, так что, думаю, мои навыки как нельзя кстати придутся в глухом лесу, наполненном опасными чудовищами.

Рин только засопела в ответ.

‒ Ну вот и договорились, ‒ улыбнулась Ева и повернулась к ребятам. ‒ Нам пора. Через три дня начнётся испытание. Давайте хорошенько к нему подготовимся.

Помахав друзьям на прощание, монахиня сгребла сестру в охапку и повела в комнату.

Нори потёр замерзшие ладони и, предвкушая грядущие приключения, ухмыльнулся:

‒ Ох и славная нас ждёт заварушка!

‒ Ничего славного я здесь не наблюдаю, ‒ меланхолично откликнулся великан.

‒ Тогда, может, ещё раз протрёшь очки? ‒ поддел товарища гном.

Тюр непонимающего уставился на шутника.

‒ Так, предлагаю всем отправляться спать, ‒ вмешался Рэй. ‒ Сегодняшний день из меня все силы вытянул.

‒ Пойдём, ‒ согласился Нори. ‒ Завтра утром встречаемся у ворот. Нам предстоит посетить одно весьма занимательное местечко.

С этими словами он подмигнул великану и сбежал по склону вниз.

‒ О чём это он?

В ответ Рэй лишь улыбнулся и неопределенно пожал плечами. Ему не хотелось заранее пугать миролюбивого гиганта.

Глава 2. Лес Утраченных голосов

Кузня находилась в противоположном направлении от пригорода. Ни Рэй, ни тем более Тюр никогда не забредали в эту сторону, поэтому путь к главному мастеру оказался для друзей совершенно неизведанным. Нори вёл их узкими тропками, спрятанными среди незамерзающих горных речушек и покрытых снежными шапками каменных глыб. Пройдя по шаткому мостику мимо шумного водопада, ребята долго поднимались к соседней вершине, пока не увидели наконец огромную пещеру, выдолбленную в скале. Вход в неё был гораздо шире врат Лапласа, и с трудом верилось, что всё это сотворено без помощи магии. Снаружи виднелись пустые строительные леса с оставленными на них рабочими инструментами.

Из пещеры валил пар, который, поднимаясь ввысь, смешивался с густым угольным дымом, выходившим наружу из проложенных в горе труб. Запах железа и огня так сильно ударил в нос, что у Рэя закружилась голова. Он натянул на нос ворот рубахи и мысленно поблагодарил небеса за свой относительно невысокий рост ‒ голова и плечи Тюра полностью скрылись в тумане.

Теперь юноша понял, почему, уходя в кузницу, Нори обычно надолго пропадал. Путь сюда был неблизкий. Даже у него, привыкшего к физическим нагрузкам, заныли колени. Что и говорить о коротконогом друге. К удивлению парня, гном выглядел довольно бодро. «Видимо, уже привык к бесконечным подъёмам и спускам. Скачет, как горный козёл!» ‒ Рэй покачал головой, глядя на приплясывающего товарища. Тот призывно помахал рукой, заметив взгляд юноши, и исчез в дыму. Парень тяжело вздохнул и, переглянувшись с нервно улыбавшимся Тюром, вошёл внутрь. На друзей тут же обрушилась новая волна обжигающе-удушливого воздуха. Рэй облизнул засохшие губы и мгновенно пожалел об этом: во рту почувствовалась нестерпимая горечь. Он скривился и тихо сплюнул в сторону.

‒ Ну и обстановочка, ‒ пробурчал юноша себе под нос, ‒ прямо как преисподней.

Они двигались по широкому тоннелю, увешанному едва различимыми в горячем тумане факелами. То тут, то там стояли наполовину загруженные тележки и большие холщовые мешки, ящики с пришедшими в негодность инструментами и бочки с оставленным на переплавку оружием.

‒ Мастер! ‒ крик Нори эхом разнёсся по стенам.

Рэй наконец нагнал друга и замер как вкопанный, удивлённо разглядывая открывшуюся его глазам картину. Крепкий рыжебородый гном стоял у самой плавильни. Мускулистыми руками в плотных перчатках он держал над огнём увесистую заготовку. Его лицо то и дело обдавало жаром из печи, отчего брови и усы становились ярко-красными. Обжигая кусок металла, гном практически весь погрузился в хищное пламя, так что фартук почернел от копоти. Но ему, казалось, пекло было нипочём: суровое лицо мужчины, усеянное сеткой мелких морщинок, напоминало Рэю раскалённый камень.

‒ Мастер Рок! ‒ повторил Нори, подойдя чуть ближе.

Бросив на ученика тяжелый взгляд, гном молча вынул заготовку из огня и окунул в бочку с холодной водой. Под громкое шипение остывающего металла мастер медленно направился в сторону посетителей. Отодрав от обуглившейся кожи перчатки, он пригладил пышную бороду и внимательно оглядел ребят. Особое внимание мужчина уделил Тюру. Пристально осматривая великана, гном громко хмыкал и откашливался.

‒ Друзья, познакомьтесь, ‒ объявил Нори. ‒ Главный кузнец Лапласа, рожденный в суровых горах Атрора ‒ мастер Рок!

Ребята приветствовали мужчину почтительным поклоном. Рэй отметил, что наставник был на целую голову ниже своего подопечного и куда шире его в плечах.

«Нори-то не соврал, ‒ хмыкнул про себя юноша. ‒ Он действительно довольно рослый для гнома. И весьма поджарый».

‒ Рар-р-рх-хр! ‒ басом громыхнул Рок, сплюнул под ноги и вопросительно уставился на ученика, скрестив руки на груди.

От его гортанного рыка Рэю и Тюру стало не по себе. Друзья вытянулись по струнке, предполагая, что суровый кузнец не очень-то рад их приходу.

‒ Конечно-конечно, ‒ ничуть не смутившись, Нори растянул губы в заискивающей улыбке. ‒ Ни о чём не беспокойтесь, мастер. Я обязательно успею обработать кость из бивня альфонта.

‒ Эххрар! ‒ рявкнул мужчина и закатил глаза.

‒ Ну что вы! Я никому не показывал эту разработку. Вы ведь пожертвовали для неё такой ценный материал. Поверьте, я бы не стал рисковать.

Рэй потянул было Нори за локоть, чтобы уточнить, не о паре ли огнестрельного оружия идёт речь, но тут же получил ощутимый тычок под рёбра. Резко втянув ртом горячий воздух, юноша закашлялся и отступил.

Рок подозрительно склонил голову и махнул на ученика рукой. Тот скорчил жалостливую рожицу. Мастер снова сплюнул и приблизился к Рэю. Крепко сжал его плечи. Ничего не понимающий парень от страха застыл на месте. Гном по очереди поднял его руки и обошёл кругом. Затем принёс стремянку и то же самое проделал с Тюром. Гигант открыл было рот, чтобы задать вопрос, однако, услышав недовольное пыхтение кузнеца, оставил всякие попытки сопротивляться.

Сняв мерки, атрорец пробурчал что-то невнятное, и оба гнома удалились вглубь пещеры, где виднелся выдолбленный в камне узкий проход. Через несколько минут Нори вернулся к ребятам с охапкой гремящих доспехов. Рэй и Тюр непонимающе смотрели на радостно улыбавшегося друга.

‒ Мастер согласился нам помочь, ‒ воодушевленно сообщил он. ‒ Хоть вы и, по его мнению, немного недоразвитые.

Рэй скептически поддел носком кучу ржавеющего металла:

‒ И ради этого хлама мы прогуляли сегодняшние занятия?

Позади него раздался оглушительный рык.

Парень побледнел и быстро отчеканил:

‒ Вот здорово! Передай мастеру, что мы премного ему благодарны.

Нори сделал страшное лицо и одними губами прошептал:

‒ Ты что, дурак?

‒ Да, друзья! Лучше доспехов вам нигде не найти! ‒ громко добавил он.

Удовлетворённый атрорец одобрительно рыкнул, нацепил перчатки и продолжил прерванную работу.

‒ Конечно, некоторые элементы необходимо будет… привести в порядок, ‒ нехотя признал Нори. ‒ Но, уверяю вас, это будет несложно.

‒ Возможно, нам самим стоит сшить себе нечто подобное? ‒ подал голос Тюр. ‒ В книгах я видел…

Он осёкся, заметив уставившихся на него друзей.

‒ Давайте же рассмотрим нашу амуницию, ‒ вздохнул великан, сдёргивая с носа многострадальные очки.

‒ Мастер Рок определил вам несколько достойных вещей, ‒ Нори деловито разбирал подарки. ‒ Тебе, Тюр, не стоит носить на себе слишком много металла. Держи, вот, кожаные нашивки на ноги ‒ положишь в сапоги, чтобы не стирались. Легкие наплечники, нагрудник и задник на спину из телячьей кожи. Ещё пригодятся наколенники и набедренники. Они, конечно, маловаты, но при твоих габаритах особо выбирать не приходится.

Гном ловко доставал из кучи все названные элементы и бросал прямо в руки гиганта. Тюр послушно поймал доспехи и отправился в угол пещеры, чтобы почистить всё от пыли и налёта специальной щёткой, оставленной для этой цели в большом медном тазу.

‒ Теперь ты, Рэй. Щитом-наручем я займусь сам, ‒ Нори выудил из рюкзака своё изобретение.

‒ Эй, когда ты успел его стащить у меня? ‒ юноша потянулся было к дорогому подарку, и гном тут же шлёпнул друга по руке.

‒ Сам сделал, сам и почищу. Вот тебе наголенники ‒ их нужно выпрямить. Возьми молоток, а я пока закреплю стол. Потом подошьешь кожаный набрюшник ‒ важная вещь! Защитит от косых ударов. Мастер ещё выдал тебе кольчугу, но в ней много разорванных звеньев, так что ею я тоже займусь без твоих кривых ручек.

‒ У меня не кривые ручки, ‒ обиженно пропыхтел парень, однако спорить не стал и послушно принялся за работу.

Тюр довольно быстро справился со своими заданием и, пока Рэй сопел, подшивая набрюшник, великан поступил в распоряжение мастера Рока. Тот изрядно погонял здоровяка, заставив его перетаскать дюжину огромных мешков, до краёв наполненных галькой и углём.

‒ Почему здесь никого нет? ‒ спросил юноша у корпевшего над кольчугой Нори.

‒ Гномы, знаешь ли, народ скрытный, ‒ ответил тот. ‒ Не любят делиться собственными изобретениями и потому предпочитают работать в одиночестве. Хотя несколько раз в неделю сюда приходят люди ‒ они добывают каменную руду.

‒ Получается… только ты помогаешь мастеру?

‒ Да, ‒ хохотнул гном. ‒ Как ты мог заметить, характер у старика суровый. Не каждый выдержит.

‒ Это точно. К тому же наречие у вас необычное… ‒ понизив голос, поделился Рэй. ‒ Только рычание и скрежет.

Нори остановился и с интересом наклонил голову:

‒ Дружище, ты разве не заметил? У наставника нет языка.

Парень вытаращил глаза.

‒ Врёшь!

Он обернулся и посмотрел на кузнеца. Атрорец, словно почувствовав взгляд юноши, уставился на него в ответ.

‒ Правда, говорю тебе.

‒ А что случилось? Как он его потерял?

‒ Не знаю, ‒ Нори беспечно пожал плечами. ‒ Дома, наверное, забыл.

Удовлетворившись изумлённым выражением лица, гном покачал головой:

‒ Поверить не могу, Рэй, заканчивай дурака валять. Думаешь, я стал бы спрашивать? «Мастер, скажите, а где вы потеряли свой язык? У меня тут друг интересуется!» Тьфу!

‒ Извини, что-то я не подумал. Но как же вы тогда общаетесь?

‒ Пробудешь столько времени с ним наедине и начнёшь понимать с одного лишь взгляда.

Парень понимающе закивал. Нори прыснул и закатил глаза.

В пылу работы Рэй успел заметить, как гном спрятал в рюкзаке длинный бумажный свёрток. Тот самый, с которым он везде таскался, когда они только познакомились.

«Да уж, скрытный народец, ничего не скажешь, ‒ хмыкнул про себя юноша. ‒ Надеюсь, когда-нибудь он всё-таки покажет, что за штуковина там спрятана».

Закончив чистить доспехи, парень стал наблюдать за работой главного кузнеца Лапласа. Он был поражён его мастерством и подумал о том, что, возможно, рычание гнома как нельзя кстати подходит к звону железа и рёву огромных каменный печей. Окунув клинок в воду, Рок смерил оружие оценивающим взглядом. Затем протянул его Рэю. У меча было широкое лезвие и в меру длинная рукоять, чтобы при необходимости взяться за неё обеими руками. Юноша сделал пару осторожных движений ‒ идеальный баланс. Наблюдая за ним, атрорец довольно заворчал.

‒ Есть небольшая проблемка, ‒ из ниоткуда рядом возник Нори. ‒ Нам нечем вооружить великана. В его огромных ручищах любой клинок превращается в зубочистку.

‒ Может, и не нужно меня вооружать? ‒ раздался робкий голос Тюра. ‒ Мне ведь незачем участвовать в битве. Не переживайте, я найду себе другое занятие. Могу нести поклажу или…

‒ Нет, ‒ твёрдо прервал его гном. ‒ Так не пойдёт. В команде каждый должен иметь возможность постоять за себя. Или защитить друга.

‒ Тогда я бы не хотел использовать что-нибудь острое или опасное, ‒ настаивал великан.

‒ Конечно, мы сейчас выдадим тебе волшебную палочку, ‒ съехидничал Нори. ‒ Хотя, постойте… Ах, да, точно. Два из двух.

Тюр засопел и принялся тереть очки.

Мастер Рок вдруг вскинулся и, схватив здоровяка за палец, потянул за собой к дровнику у центральной печи. Гном положил руку Тюра на какое-то бревно и рычанием приказал потянуть на себя. Великан с легкостью выудил из стопки необтёсанный ствол дерева. Атрорец довольно хрюкнул, жестами велел гиганту отнести находку к станку и принялся за работу.

Через час Тюр стоял возле входа в пещеру, нагруженный всеми необходимыми доспехами, и бережно сжимал в руках огромную дубину, созданную специально для него. Рукоять была покрыта лаком, а вершина увенчана несколькими тупыми пеньками для увеличения разрушительности при ударе.

На прощание ребята благодарно поклонились мастеру и, бурно делясь друг с другом впечатлениями о проведенном дне, отправились в обратный путь навстречу чистому небу, которое они, казалось, не видели уже пару лет.

Гора снова погрузилась в тишину, изредка нарушаемую тяжёлыми ударами молота. В главной кузнице Лапласа остался только её угрюмый хозяин. Хотя любой пришедший сюда решил бы, что в пещере трудится, по меньшей мере, сотня гордых и умелых гномов, рождённых в величественном Атроре.

***

Оставшиеся дни пролетели незаметно. Первое утро грядущего Марафона выдалось ясным и безветренным. Госпожа Со сновала по дому, делая последние заготовки для ребят. Она предусмотрительно насушила сухарей и упаковала сочные куски вяленого мяса.

‒ Детям надо хорошо питаться! ‒ безапелляционно заявила она ошалевшим друзьям и запихнула припасы в раздувшийся рюкзак.

Расчувствовавшаяся старушка проводила Рэя и Нори до самых ворот, где её перехватили Тилль и Дорн.

‒ Ну что вы, госпожа Со, ‒ успокаивал хозяйку светловолосый храмовник. ‒ Совсем сдаёте позиции.

‒ За нас так не переживаете, ‒ притворно надулся Дорн.

‒ Чего за вас переживать, ‒ фыркнула старушка. ‒ Вон какие здоровые лбы!

‒ Может, угостите нас своей фирменной запеканкой на завтрак? ‒ подмигнул Тилль.

‒ Даже не знаю, ‒ ответила хозяйка и улыбнулась. ‒ Это которая с ромом?

‒ Который-который!

***

Центральная площадь была забита до отказа. Студенты, не рискнувшие присоединиться ни к одной из команд, пришли поглазеть на смельчаков. Они возбуждённо галдели, плотным кольцом обступив участников предстоящего соревнования.

Рэй с любопытством смотрел по сторонам. Он успел насчитать двенадцать отрядов. Его внимание привлекла загадочная компания из трёх человек. Они держались обособленно и стояли чуть поодаль, скрываясь за плотными капюшонами своих мантий и, как юноша ни старался, так и не смог разглядеть их лица.

Впереди, ближе всего к хранителю Лапласа, стоял отряд под руководством Локса. Рин уже успела всё разузнать и сообщила ребятам, что в его группе восемь человек, трое из которых ‒ священники.

‒ Единственная команда, к которой согласились присоединиться эти отшельники.

Блондинка хмыкнула и, спохватившись, добавила:

‒ Кроме нашей, конечно. Прости, Ева.

«Неудивительно, ‒ подумал Рэй. ‒ Наверняка этот засранец пригрозил им гневом своего папаши».

Их отряд присоединился к очереди последним. Тюр, Нори и Рэй были одеты в поношенные балахоны, которые, хоть и выглядели дряхлыми, зато отлично защищали от пронизывающего ветра. Великан то и дело нервно вздыхал, поправляя болтающийся за плечами огромный рюкзак. Ева облачилась в тёмный монашеский наряд, а Рин, наоборот, выбрала расшитую бело-золотую мантию, притягивающую любопытные взгляды.

‒ Выпендрёжница, ‒ хмыкнул Нори, едва увидев подругу.

Блондинка в ответ лишь махнула тугой косой, слегка шлёпнув ей шутника по плечу.

Друзья по-прежнему оставались отщепенцами: никто не приближался к ним, предпочитая рассматривать разношёрстную компанию издалека.

Когда Эсселт Генц прокашлялся и заговорил, все обсуждения мгновенно смолкли.

‒ Приветствую вас, дорогие студенты! Сегодня начинается испытание, победу в котором одержат сильнейшие из наших смельчаков ‒ Марафон Первых! Участники, я искренне желаю каждому из вас удачи. Как вы знаете, не так уж и редко многое зависит именно от неё.

Волшебник взмахнул рукой, разрезая пространство. Воздух забурлил, и, блеснув бело-голубым светом, на площади открылся разлом. Великий архонт одобрительно кивнул, и команды медленно двинулись к порталу.

Когда очередь дошла до них, Рэй почувствовал на себе чей-то пристальный взгляд. Он посмотрел на Эсселта Генца ‒ тот внимательно слушал доклад Шагрина, который контролировал состав каждого отряда. Юноша обернулся и увидел Дариуса. Парень чувствовал исходившую от паладина тёмную энергию, буквально прожигавшую его насквозь.

‒ Всё в порядке? Нам пора, ‒ Ева положила ладонь на спину Рэя.

Разлившееся по телу тепло разом успокоило разволновавшегося юношу.

‒ Да, пойдём, ‒ он улыбнулся в ответ.

Тюр подтолкнул зазевавшегося Нори, и команда исчезла с площади. Эсселт Генц снова взмахнул рукой. Мерцающий разлом медленно затянулся. Толпа студентов, делая ставки на победителей и обсуждая возможный ход соревнования, стала медленно расходиться по своим делам.

***

На этот раз переход оказался гораздо более приятным. Рэй провалился сквозь плотную завесу прохладного тумана и очутился на лесной опушке. Быстро осмотревшись, ребята сгруппировались в круг спиной друг к другу, как и тренировались перед началом марафона. Нори схватился за рукояти огнестрелов, висевших на поясе. Рин перекинула на плечо косу и сжала в кулаке лезвие маленького кинжала. Тюр неловко выставил вперёд свою огромную дубину, а Рэй, осторожно подтолкнув Еву в центр круга, поднял щит-наруч и проверил ножны.

Все насторожились, однако никто из команды не заметил ничего подозрительного. В лесу царило неестественное молчание, так что барабанные перепонки заныли от оглушающей тишины.

‒ Почему так… ‒ с подозрением прошептал Нори, но осёкся на полуслове.

Откуда-то издалека до друзей стали доноситься едва различимые голоса. Смутный шёпот, стенания и плач. Высокий голос женщины, разрывающейся от горя. Зовущий на помощь ребёнок. Грубый бас, наговаривающий невнятные молитвы.

Чем больше Рэй вслушивался, тем сильнее расплывалась картинка перед глазами. Земля неожиданно ушла у него из-под ног. Парень пошатнулся и опёрся на чьё-то маленькое, но твёрдое плечо.

‒ Соберись, ‒ велела Рин и, не дожидаясь остальных, двинулась вперёд.

Нори похлопал юношу по спине и последовал за блондинкой.

‒ Давай, дружище, ‒ бросил он. ‒ Нам нельзя останавливаться.

‒ И лучше не молчать, ‒ добавила Ева.

Рэй переглянулся с застывшим от изумления Тюром.

‒ Ладно, идём.

Через полчаса непрерывной ходьбы по глухим дебрям пейзаж совсем не изменился. Вокруг не было ни души. И хотя друзьям удалось различить старые кроличьи следы, несколько раз пересекавшие их путь, в остальном казалось, будто лес вымер. С тех пор, как ребята ушли в глубь чащи, странные голоса смолкли. Рэй повернулся к идущей рядом Еве:

‒ Что это за место?

‒ Лес Утраченных голосов, ‒ пояснила девушка. ‒ Много столетий назад, ещё до прихода имперской власти, здесь обитали лесные духи. В эпоху объединительных войн люди добрались сюда, истребив местных жителей. Всех, до единого.

Проходя мимо очередного дерева, Ева прикоснулась к стволу рукой. На мгновение сквозь кору проступило искажённое от боли лицо неведомого существа. Рэй отпрыгнул в сторону, но монахиня остановила его, схватив за рукав. Создание не было живым. Девушка убрала ладонь, и видение исчезло.

‒ Магия священников позволяет увидеть истинный облик зачарованного леса, ‒ едва слышно сказала Ева.

Рэй ужаснулся:

‒ Здесь повсюду смерть…

‒ Не совсем… Духи не способны окончательно покинуть мир и обрести покой. Они навсегда остаются заточёнными в том месте, которое когда-то служило им домом. Однако будь осторожен. Местные обитатели не живы, но и мертвыми их не назовёшь. Чувствуя жизнь, они тянутся к ней, желая снова ощутить на себе её дыхание.

‒ Что ж, получается, нам нельзя останавливаться? Да и как бороться с врагом, который и злодеем-то, по сути, не является?

Ева грустно улыбнулась, но промолчала.

‒ Ребята, не отставайте, ‒ раздался впереди голос Рин. ‒ Хорошо бы найти место для ночлега до того, как наступят сумерки.

‒ Будем искать возвышенность? ‒ деловито поинтересовался Нори.

‒ Надеюсь, она здесь есть, ‒ отозвалась блондинка.

Странно было видеть их вместе, спокойно и без ругани ведущих свою команду вперёд. Смелая воительница и опытный путешественник внезапно нашли общий язык. Они без конца что-то обсуждали вполголоса, решая, как лучше идти и где разбить лагерь.

Пока друзья углублялись в чащу, лес молча наблюдал за прибывшими гостями. Ни одна тварь, ныне живущая или давно погибшая, не обнаруживала перед ними своего присутствия.

***

Шум в главной зале постепенно стихал. Закончив последние приготовления, отряд храмовников во главе с капелланом двинулся к границам зачарованного леса.

Тилль и Дорн, как самые опытные представители гарнизона Лапласа, остались на страже академии. Первый отвечал за безопасность главных врат и пригорода, а второй отдавал распоряжения страже центральной башни.

‒ Вы пятеро распределитесь по прилегающей территории, ‒ приказал Дорн. ‒ В ближайшие дни занятий не будет, так что ученики, предоставленные сами себе, останутся в своих покоях. И всё же особо любознательные сорванцы попробуют вас развлечь, так что держите ухо в остро.

‒ Какой грамотный руководитель! Сразу видно, не первый год работает со студентами, ‒ неожиданно появившийся в холле Эсселт Генц довольно всплеснул руками.

‒ Дорн, вы молодец, ‒ добавил он, узнав темноволосого храмовника.

Рыцарь поклонился и отошёл в сторону, пропуская великого архонта в главный зал, где его уже ожидал высший преподавательский состав.

Собравшиеся что-то громко обсуждали, то и дело перебивая друг друга.

‒ В этот раз не стоит изгаляться, ‒ фыркнула сухая женщина с длинным носом.

‒ Соглашусь с вами, Мона. Опыт прошлых лет показал, что поколение мельчает, ‒ поджав губы, булькнул низкий мужчина в смешном тюрбане.

‒ И что с того, профессор? ‒ прогремел Шагрин, отчего стоявшие поблизости преподаватели вздрогнули и попятились. ‒ Мы тут из кожи вон лезем не для того, чтобы растить слабаков? Марафон Первых ‒ это ИС-ПЫ-ТА-НИ-Е, а не детские игрушки. Участники прекрасно знают, на что идут.

Джун горячо закивала:

‒ Согласна. К тому же, в этом году есть несколько ребят, которые, на мой взгляд, подают большие надежды. Нам стоит присмотреться к ним и не снижать планку.

‒ Дорогая Джун, ‒ выступила вперёд Мона.

Её надменный взгляд нисколько не изменился с тех пор, как девушка закончила своё обучение в Лапласе, где у них сложились не самые дружеские отношения ‒ паладину ни в какую не давалось черчение.

‒ Похвально, что за год преподавания вы уже успели так навострить своё зрение и с первого взгляда видите в студентах скрытый потенциал. Однако всё же позвольте своим более опытным коллегам, которые попали сюда не по протекции старшего брата сразу после выпуска, решать столь серьёзные вопросы.

Джун стушевалась. В глазах запрыгали фиолетовые искорки…

‒ Друзья мои, прошу вас прекратить всякие споры, ‒ раздался голос Эсселта Генца.

Старый волшебник уже расположился в украшенном сапфирами кресле с мягкой спинкой из синего бархата.

Седовласый профессор в тонких очках приветственно поклонился великому архонту и сообщил:

‒ Хранитель, высший преподавательский состав прибыл в главную залу, чтобы обеспечить процесс, именуемый Наблюдением.

Маг улыбнулся и пригладил бороду. По стоявшему чуть поодаль от него тёмному зеркалу пробежали лёгкие волны. Перед Эсселтом Генцем возникла гексограмма. Затем появилась ещё одна, и ещё, пока всё пространство вокруг хранителя не заполнилось мерным голубоватым свечением. Великий архонт легко повёл в воздухе рукой, нарисовав целый ряд рунических символов и печатей. В центре каждой гексограммы материализовались капли воды, которые стали растекаться по их поверхности, образуя некое подобие зеркал. Изображение внутри них было переменчивым, словно отражение в реке. Глаза волшебника вспыхнули синим огнём. Тёмное зеркало почернело и забурлило, из него потянулись туманные, извивающиеся нити. Каждая, словно наощупь, искала свой портал и забиралась в него.

Зал наполнился шёпотом, приглушёнными стонами, воплями и смешками. Джун передёрнула плечами и сделала едва заметный шаг в сторону своего наставника. Десятки чёрных, красных и жёлтых глаз жадно стремились к отражениям студентов, пробирающихся по глухим дебрям зачарованного леса. Мимо девушки проплыла эфемерная фигура, показавшаяся ей крупнее остальных. На мгновение встретившись с ней взглядом, зверь исчез в дальней гексограмме.

‒ Ха-ха! Хранитель, а вы умеете удивить! ‒ довольно рыкнул Шагрин.

‒ Что ж, теперь, можем начинать, ‒ объявил Эсселт Генц, когда все тени достигли предназначенных им позиций.

‒ Мы готовы, погружайтесь, ‒ с готовностью ответил профессор в очках.

Старый волшебник откинулся на спинку кресла, опустил руки на подлокотники и сосредоточился на отражениях. В ближайшие семь дней и ночей он не собирался произносить ни слова ‒ великий архонт приступил к Наблюдению. Преподаватели заняли свои места, чтобы охранять покой хранителя и следить за событиями, которые в скором времени должны будут развернуться прямо перед ними. Марафон начался.

***

С заходом солнца Рин и Нори объявили привал и велели команде устраиваться на ночлег. Продвигаясь вглубь леса, друзья не встретили и намёка на желанные кристаллы. Лес не спешил раскрывать путникам свои секреты.

Тюр скинул с плеч увесистый рюкзак, и ребята поставили на небольшой поляне высокий шатёр, внутри которого расстелили тёплые спальники из телячьей кожи. Пока мужская половина отряда занималась обустройством лагеря, сёстры Браун собрали хворост для костра и подогрели растопленный снег в медном котелке.

‒ Как замечательно, что госпожа Со приготовила для нас вяленое мясо и сухари, ‒ пропыхтел Тюр, с большим удовольствием уплетая свой ужин.

‒ Шаглашна, ‒ потягивая горячий травяной отвар, коротко кивнула Рин.

‒ За весь день ни единой души, ‒ задумчиво протянул Нори, обращаясь куда-то в пустоту. ‒ Ерунда какая-то.

‒ Кстати, ‒ встрепенулась воительница, ‒ я не увидела следов присутствия остальных групп. Да и энергии кристаллов совсем не чувствую. Ева, что думаешь?

Монахиня внимательно разглядывала тёмные заросли. Казалось, девушка ни на минуту не расслаблялась, стараясь уловить малейший всплеск магии.

‒ Также, ‒ она с сожалением покачала головой. ‒ Абсолютная пустота.

‒ Друзья, нам стоит дождаться утра, ‒ успокоил Тюр. ‒ В любом случае, передвигаться ночью довольно рискованно.

Ребята согласились и стали готовиться ко сну. Рэй и Ева вызвались на первое дежурство. Укутавшись в тёплые меховые накидки, они натянули капюшоны и поплотнее придвинулись друг к другу у костра. Некоторое время никто не произносил ни слова. Наконец, когда из шатра раздался дражный храп, Ева тихонько хихикнула и прошептала:

‒ Так странно. Ты заметил? Место совсем другое, а звёзды такие же, как в нашей обсерватории.

Рэй обернулся. Девушка смотрела вверх, любуясь россыпью далёких светил.

‒ Ну, конечно. Небо же везде одинаковое, ‒ парень пожал плечами.

‒ Наверное, ты прав, ‒ согласилась монахиня. ‒ Только сейчас, вглядываясь в эти звёзды, я чувствую кое-что странное.

‒ Что?

‒ В академии, когда тебя окружает большое количество студентов и преподавателей, ты будто ощущаешь себя более значимым… А здесь… ‒ девушка поёжилась. ‒ Словно чувствуешь всё гораздо острее. Кажется, если жизнь в одну минуту оборвётся, то от меня не останется и следа. Вот я была, а вот меня уже нет. Мир этого не заметит.

‒ Для меня это вовсе не так, ‒ возразил Рэй, сбрасывая капюшон. ‒ Я замечу. То есть… Я имел в виду… В общем, никакой смерти! Будем жить.

Ева улыбнулась и слегка боднула парня плечом. По телу юноши пробежали мурашки. Он отчего-то покраснел и отвел взгляд.

‒ Скажи, ‒ немного помолчав, тихо произнесла девушка. ‒ Ты никогда не хотел сбежать? Куда-то далеко-далеко, в те места, где о тебе никто бы не знал.

Рэй в задумчивости крутил в руках подаренный ему кинжал.

‒ Ты же знаешь, я очень рано покинул дом и большую часть сознательной жизни провёл в Мирталисе. Там точно никому не было до меня никакого дела. И, уж поверь мне, это не имело ничего общего с приключениями, ‒ грустно усмехнулся он.

‒ Почему же… почему ты ушёл из дома? ‒ осторожно спросила монахиня.

Она внимательно вглядывалась в лицо парня, пытаясь уловить его чувства.

‒ Для крестьянских детей это обычное дело, ‒ вздохнув, ответил он. ‒ Некоторым везёт больше ‒ их отдают в подмастерья. Но у моего отца не было лишних денег даже на такое обучение. Да и особыми талантами я, как выяснилось, не обладал.

‒ А как же мама? Она тебя отпустила?

От неожиданности юноша выронил кинжал. Он старался говорить спокойно, однако голос предательски надломился:

‒ Мама?..

‒ Рэй, если не хочешь, то давай лучше…

‒ Незадолго до моего ухода в нашем доме случился пожар, ‒ подкидывая в костёр хворост, вполголоса сказал парень. ‒ Пока отец выводил сестёр во двор, я увидел, что кто-то залез в комнату через лопнувшее окно. И побежал обратно. Хотел посмотреть, что за вор решился заглянуть в нашу бедную горящую хижину. Когда родители обнаружили, что на улице меня нет, мама бросилась внутрь. Она успела вытолкнуть меня в то злосчастное окно за мгновение до того, как рухнула крыша.

Юноша опустил голову. Картины ужасной ночи одна за другой всплывали перед глазами. Крики отца, плач сестер, треск огня и грохот падающих балок.

‒ А что случилось с тем вором? Он тоже погиб?

‒ Там никого не было, ‒ прошептал парень, глядя в пустоту. ‒ Мне просто показалось. Я тогда подумал, что этот незнакомец и стал причиной пожара. Но никого не нашли. Из-за меня мама… Её не стало.

Ева положила ладонь на плечо Рэя. Тёплый поток золотистой энергии заструился по всему его телу, заставляя ужасные воспоминания померкнуть и отступить. Взгляд парня прояснился. Он повернулся к девушке.

‒ Будь осторожнее. Неупокоенные духи леса тянутся к сильным проявлениям чувств, ‒монахиня, указала вдаль.

Юноша присмотрелся. За границей поляны тьма как-то странно сгустилась. Ему померещилось несколько движущихся теней.

‒ Какое неуютное местечко, ‒ Рэй поёжился. Его пробрала дрожь.

‒ События, которые произошли здесь много лет назад, не прошли бесследно. Несчастным душам не остаётся ничего, кроме поглощения чужих эмоций и воспоминаний ‒ плохих или хороших. Чтобы обезопасить студентов, хранитель оградил лес барьером, скрывающим его от посторонних глаз, ‒ поделилась Ева.

‒ И именно здесь он решил провести испытание для первокурсников, ‒ фыркнул парень. ‒ А старик-то у нас с фантазией, ничего не скажешь.

Девушка прыснула, прикрыв рот ладонью. Юноша улыбнулся в ответ.

‒ Рэй, я хочу, чтобы ты знал, что не один. Я понимаю, что такое потерять семью… ‒ монахиня слегка понизила голос. ‒ Когда родители погибли, нам с Рин пришлось научиться жить с нашей утратой. Но это вовсе не значит, что мы перестали тосковать по ним. Я часто вспоминаю те времена, когда мы жили вместе…

‒ Интересно, что бы сказали наши родители, увидев, какие мы сейчас, ‒ парень откинулся назад и уставился в небо.

‒ Уверена, твоя мама гордилась бы тобой, ‒ уверенно сказала Ева.

Юноша усмехнулся. Немного подумав, он вдруг решительно произнёс:

‒ Хочу, чтобы ты тоже кое-что знала. Если ты однажды решишь изменить судьбу… отказаться от жизни священника… Если соберешься сбежать от всего этого… Я бы хотел разделить этот путь с тобой.

Голубые глаза удивлённо распахнулись.

‒ А как же твоя мечта стать защитником империи?

Рэй смущённо почесал затылок:

‒ Ну, знаешь… Я ведь могу для начала посмотреть мир? Набраться опыта там, всякое такое…

От нахлынувших эмоций он закрутился на месте и, неожиданно для самого себя, повернувшись, носом к носу столкнулся с Евой. Испуганно ойкнув и покраснев, ребята отодвинулись друг от друга.

‒ Спасибо за предложение, ‒ едва слышно прошелестела монахиня.

‒ Угу, ‒ буркнул Рэй.

В это мгновение Нори с кряхтением вывалился из палатки. Рин, пнувшая гнома, легко выпорхнула следом.

‒ Вставай уже, гном-храпун, ‒ проворчала она. ‒ Наша очередь заступать на дежурство.

‒ Это ты храпела, красотка, ‒ заявил Нори, зевая и почёсывая бок. ‒ Я уж подумал разбудить тебя поцелуем. Или придушить.

Блондинка запустила в него сапогами.

‒ Благодарю, ‒ заспанно улыбнулся гном, на лету поймав свою обувь.

Он потянулся и пошёл к костру, чтобы подкинуть немного веток.

‒ Эти призрачные голоса и во сне меня достали. Всё шептали какую-то ересь про огонь, пожаловался шутник.

‒ Согласна, ‒ отозвалась разминавшаяся неподалёку Рин. ‒ Давненько мне не снились кошмары.

‒ Что ж, придётся болтать всю ночь напролёт, чтобы злобные духи нам больше не докучали, ‒ подмигнул Нори.

Блондинка устало покачала головой, но не возразила. Ей тоже не хотелось оставаться здесь наедине со своими мыслями.

‒ Ребята, идите, ‒ велела она. ‒ Вам нужно хорошенько отдохнуть. И будьте осторожны: Тюр, оказывается, сильно ворочается во сне. Чуть плечо мне не отдавил.

‒ Он просто пытался устранить источник храпа, ‒ поддел подругу гном.

‒ Тогда очень странно, что ты ещё жив, ‒ парировала та.

‒ Смотри-ка, дружище, она совершенствует свои навыки, ‒ рассмеялся Рэй, глядя на обескураженного товарища. ‒ Берегись, Нори!

Парень пропустил Еву вперёд и забрался внутрь шатра. Друзья расположились по обе стороны от мирно посапывавшего великана. В спальнике было тепло, и Рэй быстро заснул. Ни дурные видения, ни странный шёпот не беспокоили его ‒ магия священников сработала без промашек, на время залечив вновь открывшуюся старую рану.

Однако забытье длилось недолго. Откуда-то издалека до юноши стали доноситься голоса, с каждой секундой набиравшие силу. Вскоре крики, стоны и рёв буквально заполнили собой всё пространство.

«Кто это? Что случилось?» ‒ парень пытался разглядеть кричавших, но его окружал лишь непроглядный мрак.

Пытаясь спастись, Рэй прижал ладони к ушам и зажмурился. В это же мгновение наступила полная тишина. Когда парень открыл глаза, невыносимый жар опалил его лицо. Юноша отшатнулся. Он находился в своей родной гостиной, где они с семьей провели бесчисленное множество тёплых вечеров. И сейчас его дом горел. Яркое пламя стремительно пожирало метр за метром: старое папино кресло, маленький покосившийся стол, ковёр, сотканный из цветных лоскутков. Рэй вновь почувствовал себя маленьким, беззащитным ребёнком. Руки затряслись, ресницы намокли, по спине покатились холодные капли пота. В этот миг по комнате скользнула тень и над застывшим от страха юношей нависла фигура мужчины. Парень тщетно силился разглядеть его лицо ‒ плотный, едкий дым скрывал незнакомца. Рэй мог видеть лишь его блестящие чёрные глаза, ничем не напоминавшие человеческие. Они являлись ему в самые тяжелые моменты жизни. В каждом кошмаре юношу преследовал этот леденящий кровь взгляд.

Вытянув вперёд ладонь, незнакомец произнёс слова, значение и даже звучание которых Рэй никак не мог распознать. Рука мужчины вспыхнула, и пожар моментально распространился вокруг. Однако пламя оказалось белым. Парень успел подумать о том, что где-то он уже видел подобное… Юноша силился вспомнить, но мысли предательски ускользали от него. Внезапно в плотной дымовой завесе раздался оглушительный женский крик.

‒ Мама! ‒ Рэй бросился вперёд и очнулся.

Рин и Ева усердно трясли его. Задыхаясь, парень одним прыжком вскочил на ноги. Пот валил с него градом, и рубашка промокла насквозь. Опешивший Тюр наблюдал за другом, забившись в угол шатра.

‒ Что случилось? ‒ принимая от Рин полотенце, спросил юноша.

‒ Мы будили тебя минут десять, не меньше, ‒ Ева протянула ему сухую одежду.

‒ Честно признаться, мне тоже весьма неспокойно спалось, ‒ пролепетал Тюр. ‒ Всё время просыпался и проверял, как вы, друзья. Но произошедшее с тобой, Рэй, гораздо больше напоминало кошмар наяву.

‒ Надоели уже эти дурацкие голоса, ‒ Рин обхватила себя за плечи. ‒ С ума меня сводят.

Даже она выглядела слегка испуганной. Ребята промолчали. Каждый старался забыть о том, что видел ночью. Тишину нарушил буквально влетевший в шатёр Нори.

‒ Вы должны это увидеть! ‒ завопил он.

‒ Что там? ‒ встрепенулся Рэй.

‒ Живей за мной, ‒ велел гном и исчез снаружи.

Схватив оружие, друзья выскочили из шатра и в изумлении уставились на небо. Чуть западнее, буквально в паре километров над землей светились три огромные гексограммы. Из них плотным потоком струились сияющие лучи синей энергии.

Рэй прислушался, перевёл взгляд на Нори и понял, что не ошибся. Вдалеке были слышны крики.

‒ Энергия хранителя, ‒ сощурилась Рин. ‒ Значит, кто-то попал в беду.

Медлить было нельзя. Ева набросила на шатёр лёгкое защитное заклинание, и вся команда устремилась на запад. Через несколько минут, тяжело дыша, отряд добрался до широкого перелеска. Рэй, вышедший из рощи первым, принял боевую стойку: выставил вперёд меч, а другой рукой схватился за кинжал. Нори подоспел справа. Гном держал огнестрел наготове и внимательно оглядывал местность. Рин помедлила, что-то высматривая среди деревьев.

‒ Ничего себе, ‒ Нори указал куда-то вперёд.

На поляне в нескольких местах снег почернел будто после удара молнии. На оголившейся земле виднелись отпечатки рун пяти огромных гексограмм.

‒ Так вот, как великий архонт возвращает всех обратно, ‒ догадался Рэй.

‒ Возвращает? ‒ хмыкнул гном. ‒ Больше похоже на то, что он их просто испепелил.

‒ У нас метки пространственного перемещения, дубина, ‒ встряла Рин.

Блондинка подошла к ближайшей отметине, присела и стала внимательно разглядывать магические следы.

‒ Вот старик даёт, ‒ восхищенно произнесла девушка, ковыряя землю пальцем.

Друзья разбрелись по поляне, изучая местность. Рэй увидел цепочку странных следов, ведшую к деревьям на противоположной стороне. Он было пошёл по ним, но тут же замер как вкопанный. Из-за толстого ствола поваленного дуба на него с интересом смотрела пара жёлтых глаз. Существо было невысокого роста, с торчащими из пасти клыками и заостренными ушами. Юноша заметил его не сразу ‒ грязно-зеленый оттенок кожи позволял твари долгое время благополучно сливаться с пейзажем. Обнаружив себя, создание гортанно зарычало. Рядом с ним появилась ещё одна оскаленная морда. За ней ещё и ещё. Парень насчитал не меньше дюжины монстров.

Догадавшись, кто перед ним, Рэй стремглав рванул обратно к друзьям.

‒ Назад! Все в круг! Живо! ‒ скомандовал он.

‒ Что за… ‒ начал Нори, однако быстро заметил причину паники.

Тюр легко подхватил Еву и, поставив монахиню в центр, занял оборону.

‒ Ловушка? ‒ нахмурилась Рин.

‒ Так точно, ‒ подтвердил Рэй. ‒ Мы сглупили.

Не прошло и минуты, как перелесок заполонили шорохи, рычание и хруст ломающихся под ногами веток. Теперь тварей было около тридцати. Рыча и подначивая друг друга, существа медленно продвигались навстречу противникам, выставив вперёд ржавые изогнутые клинки, изрядно потрёпанные копья и топоры с мелкими зазубринами.

‒ Г-гоблины, ‒ прошептала Ева.

‒ А почему у них оружие такое старое? Ну и рухлядь, ‒ скривилась Рин.

‒ Хвала небесам, что это наша единственная проблема, ‒ молниеносно отреагировал Нори.

‒ Какой план? ‒ не обращая внимания на колкости, воительница повернулась к Рэю.

Парень лихорадочно размышлял: «Гоблины очень трусливы. Пока не собрались в достаточном количестве, даже не рискнули показаться нам. На лекциях магистр Джун говорила, что эти твари уступают по своей физической силе тем же оркам и троллям… Они не станут лезть на рожон, а будут атаковать исподтишка».

Юноша также заметил, что чудовища, несмотря на большое численное превосходство, не спешили брать их маленький отряд в кольцо. Причина заключалась в стоявшем позади Тюре. Размеры великана на каком-то животном уровне заставляли низкорослых монстров держаться от него подальше.

Наконец Рэй скомандовал:

‒ Нори справа, Рин слева, Тюр, держи оборону сзади. Медленно отступаем к лесу, не нарушая построения. Гоблинов слишком много. Нам нельзя попасть в окружение.

‒ Отступаем? Ну уж нет, ‒ возмутилась блондинка и, ослепленная жаждой битвы, бросилась в атаку.

‒ А ну стой! ‒ заорал Нори. ‒ Сдурела?

Но девушка уже прыгнула вперёд и, набирая силу магической брони, ударила кулаком о землю. На поверхности появились трещины. Несколько чудовищ рухнули, не устояв на ногах. Воительница ворвалась в самую гущу. Размахивая мечом, один монстр зашёл сзади. Рин качнула головой и, схватив себя за косу, с легкостью резанула по горлу противника. Снег окрасился густой зелёной жижей. Следующему она размозжила голову ударом золотистой брони. Трое решили напасть с разных сторон. Девушка отразила выпад копьём, перехватила оружие и проткнула первого гоблина. Второго сильным пинком отбросила на несколько метров назад. Однако блондинка не уследила за третьим противником и, поскользнувшись, опустилась на колено. Ржавое лезвие сверкнуло в воздухе. Испуганно вытаращив глаза, Рин судорожно вдохнула…

Нори парировал атаку.

‒ Повторюсь… Совсем сдурела?

Между ними, оседая на землю, ревела разрубленная надвое туша. Девушка уставилась на оружие в руках гнома.

‒ Вот над чем ты так долго работал! ‒ подоспевший Рэй откинул подальше визжащего гоблина.

Подняв щит-наруч, парень увел очередной удар в сторону и точным движением полоснул противника по горлу кинжалом. Тварь повалилась на спину и слабо застонала.

‒ Честно говоря, я ещё не закончил, ‒ признался гном. ‒ Да вот неожиданно пришлось воспользоваться. Кое-кому же не терпится помереть, да?

Он рывком поднял на ноги Рин, но та, как завороженная, не отрывала взгляда от оружия. Черная секира с широким сдвоенным лезвием крепилась к ребристой металлической рукояти. Казалось, она была великовата для Нори. Заметив удивлённые взгляды, гном поспешно объяснил:

‒ Мифрил, ребята. Эта малышка гораздо легче, чем вам может показаться. Как раз мой размер!

Он улыбнулся и ловко отсёк лапу подскочившему к нему гоблину.

‒ Видали? ‒ хмыкнул полурослик.

‒ А для чего странная выемка на рукояти? ‒ поинтересовался бившийся рядом Рэй.

‒ Позже узнаешь, ‒ пропыхтел в ответ гном. ‒ Сейчас я немного занят.

Следующая волна монстров неумолимо наступала из-за деревьев. Они буквально давили друзей числом. Нори, используя широкое лезвие секиры в качестве щита, поднял левую руку и выстрелил, поразив сразу нескольких тварей. Рэй не мешкал. Взмах, и головы противников покатились по снегу. Рин, перемещая магическую броню с руки на руку, отбрасывала наступавших. Однако этого было недостаточно. Гоблины медленно, но верно окружали их небольшой отряд.

‒ Рэй… ‒ прошипела взмокшая от напряжения воительница.

‒ Знаю! Группируемся! Сейчас что-нибудь придумаю.

Выставив щит-наруч, юноша принял часть давления на себя. «Как бы нам использовать силу Тюра… Здоровяк только машет руками в разные стороны, а надо, чтобы… ‒ соображал парень. ‒ Вот оно! Есть!» Внезапная догадка осенила его.

‒ Тюр! ‒ крикнул Рэй. ‒ По моей команде прижми дубину к земле и рубани со всей силы!

‒ За…

‒ Отставить вопросы! ‒ завопил Нори. ‒ Делай, что говорят, иначе нам отсюда не выбраться!

‒ П-понял! ‒ великан послушно кивнул и дрожащей рукой поправил очки.

Рэй огляделся. Момент был подходящий.

‒ Готовимся! Три, два… Давай! ‒ скомандовал он.

Тюр зажмурился и махнул дубиной. Ударная волна сбила с ног первые ряды атакующих гоблинов, взметая вверх целые сугробы. Рин, пошатнувшись, одной рукой схватилась за локоть Рэя.

Нори присвистнул и запрыгнул в образовавшуюся брешь, энергично размахивая секирой. Юноша последовал за ним. Он ловко управлялся с мечом, нанося врагам смертоносные выпады. Рин не отставала: рыча от напряжения, она без остановки атаковала противников, но те раз за разом восстанавливали позиции. Твари чувствовали, как силы оставляют их соперников. При таком раскладе победа гоблинов была не за горами.

Наконец монстрам удалось взять команду в окружение. Они довольно быстро нашли слабое место неповоротливого великана: град многочисленных ударов заставил Тюра уйти в глухую оборону. К счастью, его толстую кожу было не так-то просто проткнуть, поэтому серьёзного урона ему не нанесли, хотя и лишили здоровяка возможности принимать участие в битве. Броня Рин совсем ослабла и теперь едва мерцала на кончиках пальцев. Обессилевший Нори привалился к стволу ближайшего дерева и, тяжело дыша, отпихивал напиравших на него существ. Рэй чувствовал, как его мышцы наливаются свинцом. Сколько бы тварей он не убил, их место неизменно занимали новые. Юноша посмотрел на небо.

«Видит ли нас сейчас Эсселт Генц? Как долго он будет ждать, прежде чем сжалиться и забрать наш отряд в замок?» ‒ с досадой подумал парень и оглянулся на друзей. Возможно, сейчас это было бы наилучшим выходом ‒ просто вернуться в Лаплас.

В этот момент Ева подняла вверх правую руку.

‒ Люкс фидей! ‒ крикнула монахиня.

Из раскрытой ладони вырвался ослепительный свет, на секунду озаривший весь перелесок. Когда зрение вернулось к Рэю, он увидел, как сбитые с толку гоблины в панике покидают поле боя. У оставшихся лежать на земле монстров были выжжены глаза. Обугленные тела дымились, источая жуткую вонь.

«Точно! ‒ юноша с запоздалым раскаянием хлопнул себя по лбу. ‒ Мастер Джун же говорила, что эти чудовища боятся яркого света».

‒ А пораньше никак? ‒ простонал Нори, сползая вниз по стволу.

Ева виновато спрятала изуродованные руки в карманы длинной мантии:

‒ К сожалению, на сильные заклинания требуется некоторое время. И хоть мы постоянно практикуемся, пока… мне трудно быстро призвать свет. Простите, ребята.

Неодобрительно взглянув на гнома, Рэй покачал головой. Тот в ответ лишь развёл руками и устало закрыл глаза. Парень подошёл к монахине и успокаивающе похлопал её по плечу:

‒ Все хорошо. Благодаря тебе мы смогли отбиться.

‒ И не только! ‒ прокричала Рин, наполовину забравшись в огромное дупло. ‒ Я заметила его свечение, ещё когда мы осматривали местность.

Счастливо улыбаясь, блондинка продемонстрировала друзьям свою добычу ‒ она держала в руках переливающийся бледно-голубым светом камень.

‒ Это он? Правда, он? ‒ засипел со своего места Нори.

‒ Подтверждаю. Это определенно кристалл, ‒ поправив очки, заключил Тюр и осторожно снял Рин с дерева.

На мгновение все замолчали. Изрядно потрёпанные, с мелкими кровоточащими ссадинами, пятеро обессиленных ребят переглянулись и дружно расхохотались. Так искренне и отчаянно, что зачарованный лес испуганно замер, прислушиваясь к отголоскам давно забытого счастья.

Глава 3. Хозяин предгорий

‒ Хранитель не выходит из состояния наблюдения уже четвертые сутки, ‒ поделился переживаниями профессор в смешном тюрбане.

‒ Знаю, господин Климонт, знаю, ‒ отозвалась полноватая старушка в пурпурной мантии. ‒ Меня это тоже весьма и весьма беспокоит. Конечно, он великий архонт… Но нельзя же так изводить себя в столь почтенном возрасте!

‒ Тише, господа! ‒ шикнула профессор Мона. ‒ Не отвлекайте хранителя своей пустой болтовнёй.

Преподаватели сконфуженно замолкли и отошли в сторону: зная язвительный характер волшебницы, никто из них не хотел вступать в конфликт. Джун, издалека наблюдавшая за перепалкой, раздражённо закатила глаза. Она старалась не обращать внимание на профессора черчения, но это давалось ей с великим трудом. Девушка ещё раз удивилась, как у Эсселта Генца так долго получалось сохранять полное спокойствие и сосредоточиться на наблюдении за всеми командами в целом и за каждым её участником в отдельности. Она встряхнула головой, отбросила назад копну вьющихся тёмных волос и стала искать среди всех отражений лишь одно, больше всех интересовавшее Джун с самого начала Марафона.

‒ Год от года убеждаюсь в том, что хранитель ‒ действительно великий волшебник, ‒ пророкотал стоявший рядом Шагрин.

Паладин был единственным, кто оставался на посту все эти дни, не прерываясь на сон и еду. Стража в большой зале менялась каждые восемь часов для поддержания внимательности и боеготовности тех, кто дежурил возле хранителя, погружённого в процесс Наблюдения. Долгие годы службы в многочисленных легионах империи, несомненно, закалили дух и тело сурового воина, однако Джун была уверена, что здесь имело место что-то ещё. Обычный человек не смог бы так долго продержаться в ясном уме без еды, воды и отдыха.

‒ Не зря его считают сильнейшим заклинателем среди двенадцати, ‒ согласилась девушка и тут же обернулась, неосознанно ища глазами брата.

Мастер теней периодически появлялся в главной зале, но с сестрой не заговаривал. А Джун так и не решилась подойти к нему и довольствовалась рассматриванием Дариуса издалека. Взгляд его, как и всегда, был холодно-равнодушен, хотя девушке показалось, что даже ему в этом испытании кое-кто приглянулся. И она не ошиблась.

‒ Твои любимчики недурно себя проявили, ‒ Шагрин прервал её размышления.

‒ Они не мои… ‒ начала было Джун, однако, заметив насмешливый взгляд паладина, быстро сдалась. ‒ Ладно, ничего от вас не скроешь.

‒ Нечего и пытаться, ‒ хохотнул покрытый витиеватыми надписями мужчина.

‒ Кто у нас остался? ‒ девушка решила перевести разговор на менее щекотливую тему. ‒ Из двенадцати отрядов, отправившихся на Марафон, три уже выбыли во время схватки с гоблинами. Ещё две команды не выдержали влияния местных духов и с помощью меток призвали хранителя.

‒ Слабаки, ‒ фыркнул Шагрин. ‒ Всего две группы сумели добыть кристаллы. Одна под руководством Ариадны Браун, вторая ‒ под командованием Икара Локса.

Джун поджала губы. Хоть Эсселт Генц и не выдвигал никаких ограничений по поводу того, как именно отряды должны добыть необходимые им кристаллы, девушка категорически не одобряла методы, которыми пользовался молодой Локс. Она знала, что Шагрин, внешне оставаясь беспристрастным, полностью разделяет её мнение.

‒ Время не на их стороне, ‒ подметил наставник.

‒ Впереди ещё три дня, ‒ мягко возразила Джун.

‒ Возможно. Но твои ребята сильно измотаны. Лес слишком велик и опасен, и даже такой искусный священник, как госпожа Браун, не способен уловить вибрации кристалла на непомерно большом расстоянии. К тому же, она почти все свои силы тратит на защиту друзей от влияния неупокоенных духов. Какая грустная жертва… А тут ещё такое невезение.

‒ Что вы имеете в виду?

‒ Ты только посмотри, куда они направляются, ‒ Шагрин кивнул на карту расположения участников.

‒ Предгорья?

‒ Именно, ‒ хмыкнул паладин. ‒ Если хранитель решился выпустить ту тварь, то я ни за что не пропущу грядущее представление! Битва обещает быть впечатляющей.

Мужчина с пугающим энтузиазмом говорил о предстоящем испытании. Джун скрестила руки на груди, инстинктивно пытаясь унять начавшуюся в пальцах дрожь.

В это время Дариус, укрывшись во мраке верхней галереи большой залы, с любопытством наблюдал за отрядом, который с первых дней Марафона не сдвинулся с места, разбив лагерь у края зачарованной рощи. Единственная команда, самолично разобравшаяся с одним из своих участников. Прошлой ночью великий архонт переместил несчастного сразу в лазарет. Нанесённые ему раны не были смертельными, отчего задумка группы казалась мастеру теней ещё более многообещающей.

‒ Как интересно… Если они все же смогут победить, то у меня появится неплохая возможность испытать новое оружие в деле, ‒ мужчина потянулся рукой в глубь мантии и дотронулся до рукояти серповидного клинка, при каждом прикосновении источавшего едкий черный дым.

***

‒ Красотка, давай обещанную передышку, ‒ пропыхтел Нори и, воткнув секиру в сугроб, сбросил с плеч рюкзак.

‒ Смотрите-ка, наш коротышка совсем измотан, ‒ попыталась съехидничать Рин, однако сразу же остановилась и с облегчением вздохнула. Она опустилась на землю и вытянула гудевшие от долгой ходьбы ноги.

Рэй помог Еве присесть на припорошенную снегом корягу. Девушка выглядела неважно: огромные синяки под глазами, неестественно бледная кожа. «Мало нам тяжелого пути сквозь непроходимый лес, так ещё и эти сводящие с ума голоса! ‒ злился юноша. ‒ Конечно, ей непросто идти наравне с нами…» Хотя в его голове зрела неприятная мысль о том, что дело не только в физической подготовке. При малейшем прикосновении Евы парню становилось легче и спокойнее ‒ шёпот в голове утихал, наводящие ужас видения пропадали. Он заметил, что и остальные члены команды заметно веселели, если монахиня находилась рядом с ними. «Сколько же сил она тратит на то, чтобы поддерживать свою магию…» ‒ Рэй с досадой покачал головой, наблюдая за тем, как Ева старается не задремать, время от времени встряхивая поникшей головой.

Радость от найденного два дня назад кристалла давно сошла на нет. Еда постепенно заканчивалась, промокшая от ежедневных снегопадов одежда не успевала как следует высохнуть, и друзья не имели ни малейшего представления о том, куда им двигаться дальше. Никто из ребят не ощущал всплесков магии, которые должен источать зачарованный камень.

‒ Что за ерунда… ‒ в который раз заныл Нори. ‒ Ни единой зацепки… Бродим здесь как эти самые заблудшие души!

‒ А как же следы гексограмм, которые мы видели вчера? ‒ попытался приободрить товарища Тюр.

‒ А толку-то? Никаких следов борьбы. Эти команды, скорее всего, просто сдались. И сейчас я их хорошо понимаю, ‒ потерявшая надежду Рин присоединилась к сетованиям гнома.

‒ Итак, мы не можем найти след ближайшего кристалла, а местные духи потихоньку сводят нас с ума, ‒ вслух размышлял Рэй.

‒ Дружище, да ты мастер подведения итогов, ‒ съязвил Нори и, перевернувшись, раздражённо боднул ногой снег. ‒ Из-за воя этих тварей, я не сплю уже которые сутки!

Ева продолжала молчать, тупо уставившись в землю. Рэй понимал, что она пытается восстановить силы и помочь своим друзьям, однако короткого привала для отдыха явно было недостаточно.

Юноша прокашлялся:

‒ Я не об этом. Если за всё это время мы столкнулись лишь с одной группой гоблинов, значит, хранитель разместил их в непосредственной близости от зачарованных камней. Так?

‒ Получается, ‒ отозвалась Рин. ‒ И весьма удачно, что этих чудовищ в качестве пищи интересуют только участники марафона.

‒ И всё же единственный шанс обнаружить монстров и найти кристалл ‒ это почувствовать его магию.

Воительница с сожалением взглянула на истощенную Еву:

‒ Сестре нужен отдых. В таком состоянии она не сможет обнаружить магические потоки.

‒ Я мог бы её нести… ‒ нерешительно предложил Тюр.

‒ Давай-ка не болтай ерунды, ‒ неожиданно рассвирепела блондинка. ‒ От тебя и во время боя-то совсем не было толку! Вздумал свалиться на полпути?

‒ Рин…‒ попытался осадить девушку Рэй.

‒ А что? Разве я не права? Да в нём целая гора мышц, а только и смог, что устроить для всех снегопад.

Тюр не ответил. Великан снял очки, достал из кармана свежий платок и принялся тереть линзы, треснувшие во время стычки с гоблинами.

‒ Давно ли ты забыла, что сама натворила в этом бою? ‒ поинтересовался Нори.

Рин открыла было рот, но быстро передумала и отвернулась. Несколько минут друзья сидели в тишине.

‒ Я просто хотела сказать, что сестра много сил тратит на сдерживание голодных духов. Думаете, другие команды просто так покинули этот лес? Это мы такие сильные и выносливые остались? Не смешите. Вон, чья это заслуга, ‒ девушка кивнула на Еву, до сих пор сидевшую неподвижно и не вступавшую в разговор.

Никто не стал возражать Рин. Ребята знали, что она говорит правду. Каждый раз, когда к ним подходила монахиня, улыбалась, ласково похлопывала по плечу, становилось легче переносить проделки местных обитателей.

‒ Решено, ‒ наконец объявил Рэй. ‒ Мы должны покинуть марафон.

‒ Дружище, ты с ума сошёл, ‒ вскинулся Нори.

‒ Сестре, конечно, тяжело, Рэй… ‒ нахмурилась Рин. ‒ Но, может, нам удастся добыть ещё хотя бы один…

‒ Даже не думайте сдаваться, ‒ раздался решительный голос.

Ева по-прежнему выглядела слабой и истощённой, однако глаза её горели непоколебимой решимостью.

‒ Но как же… ‒ запротестовал юноша.

‒ Я уловила слабую магическую вибрацию около часа назад, ‒ перебила его монахиня. ‒ Кажется, неподалёку проходит граница леса. Если доберёмся до неё, удастся немного отдохнуть и восстановить силы. И я смогу найти кристалл.

‒ Я согласен, ‒ Нори вскочил на ноги и воодушевленно взмахнул секирой. ‒ Указывай направление.

Ева прикрыла глаза и выставила вперёд руку, пытаясь уловить тонкие потоки магии:

‒ Туда, ‒ вымученно улыбнулась она. ‒ Северо-запад.

Не теряя времени, отряд двинулся вперёд, из последних сил продираясь сквозь голые ветви деревьев и торчавшие из-под земли корневища. Проходя мимо Тюра, Нори крепко боднул здоровяка локтем в бок:

‒ Держись, дружище. Без тебя нам точно не справиться.

Великан коротко кивнул и, пыхтя, взвалил на плечи огромный рюкзак. Он предпочёл держаться позади друзей, чтобы лишний раз не доставлять никому неудобств.

***

‒ Неверно. Переделай с самого начала и покажи мне ещё раз, ‒ сидящий за столом мужчина явно был не в восторге.

Кипа сваленных кое-как бумаг то и дело норовила убежать со стола или вылететь вместе с ветром в открытое настежь окно. Протерев очки в тонкой оправе, Тристан Криспо закатал рукава. От долгого напряжения вены на его руках вздулись. Мужчина был худ и бледен, однако его взгляд, сосредоточенный и строгий, выдавал в нём человека образованного и увлечённого своим делом.

‒ Конечно, отец, ‒ пролепетал малыш.

Тюру едва исполнилось два года, но ростом он уже доходил своему родителю до пояса. Мальчик хорошо говорил, мог строить длинные фразы и сложные предложения и даже умел читать и писать. Такой стремительный рост не был чем-то особенным для представителей расы, к которой принадлежала его мать, а вот незаурядные способности к обучению полувеликан явно унаследовал от своего отца.

Взяв испещрённые замечаниями прописи для каллиграфии, Тюр вернулся в свою комнату и, неплотно прикрыв массивную дверь, уселся за крепкий дубовый столик, который ему уже был не по размеру. Высший элльдийский ‒ общепринятый язык Авалона ‒ давался мальчику гораздо хуже древних, давно ушедших в небытие наречий, которые он изучал самостоятельно, тайком от отца просматривая старые фолианты, много лет пылящиеся без дела на дальних полках домашней библиотеки. Маленький великан полюбил свои одинокие занятия. Ему даже казалось, что книги сами разговаривают с ним, увлечённо рассказывая истории, которые они бережно хранили на протяжении долгого времени. Однако теперь, когда маленький великан оказался так далеко от дома, приходилось заниматься ненавистной практикой чистописания. Он покрутил уставшей кистью и, аккуратно окунув перо в расписную чернильницу, вздохнул. Тихо отодвинул в сторону пропись, положил голову на стол и принялся наблюдать за работавшим в кабинете отцом.

Тристан Криспо, окружённый горой пергаментных свитков и рукописей, внимательно изучал каждую из них. Взгляд его перебегал со строки на строку. Погружённый в чтение, учёный не замечал ничего вокруг. В такие моменты Тюр восхищался отцом. Он хотел во всём на него походить. В столь юном возрасте малыш уже прекрасно понимал, насколько они далеки друг от друга, и оттого в сердце его росла и ширилась тяжёлая, гнетущая тоска. Мальчик был очень одинок.

О матери он ничего не знал, кроме того, что она была из древнего рода великанов. Глядя на отца, который ростом превосходил всех людей, когда-либо заглядывавших в их пустой особняк, Тюр поначалу думал, что Тристан Криспо и сам не принадлежит к человеческой расе. Однако уже через пару лет полувеликан перерос своего родителя, и все сомнения насчет его происхождения быстро отпали.

С возрастом у мальчика появлялось всё больше вопросов, касающихся его происхождения, но в силу своего робкого характера он не решался расспрашивать об этом отца, и потому тайно подслушивал разговоры с редкими в их доме гостями. Слегка захмелев, глава семьи Криспо частенько пускался в рассказы о своих путешествиях. Говорил он и о великанах.

Так, будучи ещё совсем ребёнком, Тюр узнал, что гиганты стареют гораздо быстрее людей и лишь немногие представители древней расы доживают до сорока, считаясь при этом седовласыми старцами. И что большинство его сородичей не слишком умны и говорят на примитивном языке старой Идеи ‒ стране атлантов, давно сгинувшей в пучине времён. Мальчик гордился, что, в отличие от обычных великанов, оказался весьма способным к наукам. И всё же новость о том, что он в своём росте едва ли дотянет до соплеменников, поначалу слегка расстроила наивного малыша.

Наладить тёплые отношения с главой дома Криспо Тюру никак не удавалось. Тот с пелёнок отдал сына на попечение пожилой няни ‒ большего их семья позволить себе не могла. Когда полувеликан впервые назвал Тристана отцом, он в полной мере осознал значение слова «отвращение». Лицо мужчины исказилось от неприязни. Не дослушав вопрос, учёный вышел из комнаты, оставив мальчика растерянно стоять в пустой пыльной зале. Хотя Тюру тогда почудилось, что он был один на всём белом свете.

С тех пор маленький великан обращался к родителю только по делу, не проявляя излишнего любопытства и не пытаясь заводить разговоров о прошлом. Несмотря на горький опыт, привычку называть Тристана отцом он не оставил ‒ казалось, все другие слова только ухудшат и без того холодные отношения. Постепенно в голову Тюра закрадывалась мысль о том, что учёный вовсе не рад был забрать себе сына и растить его в качестве наследника семьи Криспо, но даже с этим мальчик смирился. Он был бесконечно благодарен человеку, который, хоть и не проявлял ни грамма нежности, всё же заботился о своём ребёнке и никогда не обижал.

Наблюдая за корпящим над бумагами отцом, Тюр не заметил, как задремал. Сквозь сон он почувствовал окутавшее плечи приятное тепло ‒ кто-то накрыл его старым вязаным пледом и… кажется, чья-то большая тёплая рука погладила маленького великана по голове.

***

‒ О чём задумался, здоровяк? ‒ Нори с любопытством смотрел на товарища.

‒ Ни о чём, ‒ Тюр встряхнул головой, сбрасывая остатки грёз. ‒ Вспомнилось кое-что.

‒ Скучаешь по дому? ‒ заботливо поинтересовалась Ева.

Гигант покачал головой:

‒ Скорее, беспокоюсь об отце.

‒ Вот победим в Марафоне, ‒ размечтался гном, ‒ поедешь к своему родителю и стиснешь его в своих могучих объятьях. Ха-ха! Ты же у нас вон какой детина.

Рин недоверчиво вскинула брови:

‒ Детина?

‒ Ну, да сколько ему там лет… Эй, Тюр, не зевай! Сколько годиков нашему малышу?

‒ Мне семь, ‒ тихо ответил великан.

‒– Что?! ‒ разом ахнули сёстры.

‒ Что я и говорил: по вашим меркам он ребенок, ‒ удовлетворённо пояснил Нори. ‒ Образованные люди знают, что великаны не самый живучий народ. Хотя, есть вероятность, что наш товарищ будет более устойчивым к течению времени.

‒ Надо же, ‒ удивлённо протянула Ева. ‒ Тюр, а ты и не говорил нам, что так… эм… юн.

Девушка выглядела слегка расстроенной, ведь была знакома с гигантом дольше остальных, но до сих пор не поинтересовалась, сколько ему лет.

‒ Нори прав, ‒ подтвердил Тюр. ‒ Великаны взрослеют гораздо быстрее людей. Соответственно, живут меньше и умирают… раньше.

‒ Что поделать, природа любит мелких, ‒ гном гордо приосанился. ‒ Мы ‒ долгожители среди народов.

‒ Да, да, да, ‒ язвительно процедила ему в ухо подошедшая Рин. ‒ Прямо так и вижу, как природа благоволит коротышке и даёт ему поменьше мозгов ‒ чтобы жить веселее было.

‒ И всё равно я оказался поумнее некоторых, ‒ беззлобно парировал Нори. Он слишком часто побеждал в их словесных перепалках, так что редкие нападки блондинки его только забавляли.

‒ Все свои знания я приобрел, путешествуя на вот этих двоих, ‒ гном задрал плащ, демонстрируя ноги в широких сапогах, ‒ поэтому мне ни к чему лекции красавицы Джун. А вы, дорогуша, ходите и просвещайтесь.

‒ Все у тебя красавицы, ‒ буркнула Рин.

Гном вопросительно захлопал глазами, и воительница, мгновенно осознав свою оплошность, зарделась и попыталась перевести тему:

‒ Мне, например, вообще наплевать, сколько лет Тюру. Вовсе не это сейчас должно иметь значение.

Шедший немного позади великан прикусил губу и поправил съехавшие очки. Он понимал, почему Рин стала совершенно по-другому относиться к нему в последнее время. Девушка в первую очередь ценила умение прикрыть спину товарища во время боя, и поэтому не простила товарищу оплошности во время схватки с гоблинами. Здоровяк подумал, что обижаться было бы глупо. Всё, чем он мог помочь друзьям ‒ это нести тяжёлый рюкзак и не мешаться под ногами, как бы парадоксально это не прозвучало.

Рэй, шедший в колонне первым, резко остановился, заставив весь отряд испуганно замереть:

‒ Это что ещё за…

Перед ребятами предстала леденящая кровь картина. Огромное иссохшее дерево, скрутившись, застыло в приступе смертельной агонии. Но не это было самым поразительным. Из ствола выступало лицо существа, искажённое гримасой боли и ужаса. Раскинув в стороны корявые ветви, мёртвое дерево напоминало изувеченный крест, отчего друзьям стало не по себе.

Подавив подступившую панику, Рэй решился подойти ближе.

‒ Оно совсем иссохло, ‒ сказал юноша, проведя ладонью по усеянной струпьями коре. ‒ Как будто вот-вот рассыплется в прах.

К парню бесстрашно приблизилась Ева и, сосредоточившись, направила поток струящейся магической энергии в кончики пальцев. Рэй, памятуя о предыдущем опыте, сделал шаг назад. Он не желал находиться слишком близко, когда страдающий дух пробудится ото сна. Однако ничего не произошло. Монахиня удивилась и дотронулась до ствола.

‒ Как странно. Здесь нет ни капли магии. Пустота.

‒ Думаю, с остальными деревьями будет то же самое, ‒ Рин указала вперёд.

Следуя за воительницей, команда вышла из леса. На границе каменных предгорий ребята обнаружили ещё несколько раскидистых деревьев, внутри которых были навечно погребены неведомые существа. Лица, искажённые болью и отчаянием, заставляли друзей отворачиваться, словно они увидели нечто, не предназначенное для их глаз.

Пейзаж здесь разительно отличался от того, который они привыкли видеть последние несколько дней. То тут, то там виднелись разбросанные по земле валуны. Вдалеке вилась узкая тропинка, по всей видимости ведущая к вершине невысокой горы.

Нори поёжился:

‒ Как-то здесь…

‒ Мёртво, ‒ закончила за гнома Рин.

‒ Не то слово.

‒ Всё вокруг буквально выпито досуха, ‒ с горечью сказала Ева, убирая руку с валуна. ‒ Взгляните. Даже сама земля как будто обессилела.

‒ В любом случае, нам стоит забраться повыше, ‒ Рин указала на горную тропу. ‒ Нужно осмотреться.

Внутреннее чутьё Рэя буквально кричало, что им необходимо как можно скорее покинуть это страшное место. Переглянувшись с Нори и Тюром, юноша убедился, что они полностью разделяют его опасения. Однако другого плана не было, и, собравшись с духом, ребята двинулись в путь.

Крутой подъём дался друзьям гораздо тяжелее, чем они рассчитывали. Участники команды были измотаны долгой дорогой, к тому же из-за спешки и слишком коротких привалов они даже пропустили приём пищи. Когда Ева несколько раз оступилась и едва не покатилась вниз, Рэй переместился в конец колонны, чтобы при необходимости подстраховать выбившуюся из сил подругу.