Рождество душ

На огромном эллипсе земного шара существует множество уникальных мест, поражающих своей необузданной дикостью природной красоты, с причудливыми явлениями экзотичности. Иной раз нам заведомо снятся сны об их посещении, и, возможно, ранее мы там неоднократно бывали в другой ипостасии. Мне такие сны приходили в малом возрасте, где я топаю вдоль дороги, собирая дикую клубнику, с мимо проезжающими танками и бронетранспортерами. Как оказалось, я действительно там была раньше, просто воспоминания исказились в больном воображении ребенка на момент военных конфликтов, извратив чудесные годы, проведенные на озере в обществе любимой бабушки. Сейчас для меня этот всеми забытый островок является благословением во взрослую жизнь. Хотя, в прошлом это местечко было немноголюдным, а найти приют на ночлег было крайне непросто.

При вспоминании событий давностей, в моей душе рождается едва уловимая улыбка от видения той детской наивности в отважной смелости с непринужденностью при открытии чего-то незнакомого, пугающего, но вместе с тем, до невероятности удивительного.

Озеро Тамбукан всегда славилось молвой о своем чудодейственном эффекте лечения, за этим же самым потрясающим эффектом приезжали и мы с бабулей. Там я познакомилась с тем, как спят сороконожки под телом человека, с общественной баней, но самое интересное – с местной солью. Почва под ногами, вода, воздух и все вокруг было пропитано ею до самого дна сущности жизни.

Отмывались от солевой грязи в общественной бане всей толпой разом и без особого разбора. На тот момент времени мне было около девяти лет, и как это обычно полагается, моя бабуля усердно прятала своё дитя за огромным тазиком в проходной зоне к парилке от моего же безудержного интереса к людям обоих полов. Ну, а в приоритете-то было совсем другое – смыть разъедающие кожу пот с грязью, а также усталость от жаркого повседневного зноя. В этом месте, летом, было не до увлечений, народ просто рвался до глотка свежей воды и влажного воздуха в спасительных помещениях.

Чудесное волшебство этой местности как раз в этом и состоит: чтобы в течение дня как можно больше впитать в себя соль из грязи и вод соленого источника, а впоследствии, дать ей пройти через себя и вывести все непотребство. Мне моя судьба подарила интересную возможность стать невольным свидетелем излечения обреченных людей, которых привозили на инвалидных колясках, вносимых в сам источник на руках, но, как только им стоило искупаться в этом озере, эти беспомощные калеки, как это ни было странно, выползали на берег уже на своих двоих стопах, цепляясь отчаянно за почву и вползая на сиденья с колесиками. С нами также случалось нечто подобное, и я до сих пор свободно живу с травмой позвоночника, впрочем, как и моя бабуля, прожившая полжизни с коленкой, собранной по запчастям, удивительным образом гарцуя по предгорьям Кавказского хребта, после посещения данного источника.

Я не занимаюсь рекламой или пропагандой данного места, скорее наоборот: мне всегда было жутко дико делиться воспоминаниями об этом и слишком тяжело расстаться с бесценным таинством волшебства чудных мгновений, проведенных в те дивные времена.

На сегодняшний день Тамбукан стал более активной туристической местностью, чему я искренне рада и немного удивлена. Гораздо позже, уже будучи взрослой, я возвращалась в эти края и познакомилась вновь с этой местностью, а также с интересными новыми отношениями среди людей в новом формате времени. Собственно, историей про отношения одного ящера с сороконожкой есть необходимость поделиться, начиная с выхода на автостраду неприкаянной полуденной пуночки, еще не подозревающей кем она является на самом деле.

Местный автобус проезжает по Будёновской трассе мимо поворота на хутор Тамбукан и село Этоко с остановкой для высадки всех желающих посетить данный уголок ежедневно. Как и в детстве, меня высадили на степной простор в полуденный зной. Немногие попутчики, ехавшие со мной, жаждали здесь остановиться. Со стороны я выглядела необычайно одинокой в своем выборе, но полностью свободной от иллюзий на чужой счет.

Сильные порывы ветра сбивали меня с ног, вырывая сумки из тонких запястьев рук, но мои намерения были более чем очевидны: в том, что я заглянула сюда не на часок и не по ошибке. Можно было, конечно, и на маршрутке доехать к самому центру, но я до сих пор слишком влюблена в просторы этого места, чтобы размениваться на скорость в нетерпении. Необходимость насладиться каждым кусочком воспоминаний о каждом клочке земли вело меня сюда, маня тайнами нераскрытых чудес. Асфальтовая дорога быстро заканчивалась, уступая черед запыленной проезжей тропе, по которой мне предстояло прогуляться на своем пути к временному пристанищу. Мимо меня пронеслось такси, подняв за собой клубы пыли, окутывая ими с головы до пят невольных прохожих. Быстро прокашлявшись, я двинулась дальше по пути к адресу, в котором заблаговременно сняла домик на несколько дней моего отпуска. По пути мне встречались знакомые места, деревья и давние мои подружки – сороконожки, шныряющие вместе с ящерицами под камнями вдоль тропы. Наконец, добравшись до своего поворота, я смогла выдохнуть, опустить увесистую сумку и вдоволь напиться чистой воды. Знакомое дерево со скудной и обветшалой кроной безнадежно пыталось скрыть меня в своей тени. В небе изредка пролетали ласточки с призывными криками к дождю. А я довольствовалась покоем и тишиной этих краев, от всей души наслаждаясь своим состоянием, насколько это было возможно.

Добравшись до места моего будущего пристанища и постучав в ворота, разбудив громким звуком эха округу, мне в ответ аукнулся властный голос хозяйки:

– Зачем ворота сносить? Мы давно не в каменном веке живем, можно же позвонить?

Калитка ворот распахнулась, представив взору добротную даму двора, средних лет, с впечатляющей внешностью, смерившую меня своим оценивающим взором с вершины необъятного пьедестала.

– Здравствуйте! С чем пожаловали?

– Доброго дня! Меня Майя зовут. Я бронировала у вас домик с сегодняшнего дня.

– Ах, это вы? Тогда заходите и проходите скорее во двор. Все уже готово, ваша комната ожидает вас, и в ней уже можно свободно располагаться. Как добрались? Что-то я не слышала звуков такси? Вы не заблудились?

– Все в порядке. Я вышла на трассе и просто прогулялась по пути, - смущенно подавляя своё недоумение от рьяного вмешательства в ход моих жизненных событий, стараясь не выдавать своей неприязни к новой знакомой, я спокойно и ровно дышала, разглядывая последнюю, стараясь ошарашено не пялиться и не прятаться от её испытующего взгляда.

– Зачем было себя так напрягать, да еще и с таким баулом на руках? Успеете еще нагуляться за две недели по нашим трущобам!

– Возможно, и так.- Широко зевнув и демонстрируя усталость, я продолжала стараться не вовлекаться в заигрывания домоправительницы и продвигалась через двор мимо будки.

– Проходите смелее, пес цепной, на своих не бросается! - Крикнула мне от входных дверей хозяйка апартаментов. - Постепенно вы друг к другу привыкните. Видите, ваш домик слева, под деревом, в тени, как обещала. В соседние домики тоже на днях приедут жильцы, так что у нас появится компания для совместного времяпровождения. Также вы можете отдыхать в укрытии под виноградником с небольшим бассейном. Вот ваши ключи, держите! Сейчас двери и окна помещений открыты для проветривании. Располагайтесь, а я вернусь через пару минут и принесу документы на оформление.

– Хорошо, жду.

Небольшой старый домик в стиле аля-времянка состоял из большой просторной кухни-гостиной с дверью в спальню к санузлу, последний был в приоритете у данного захолустья испокон веков. Скромное убранство в виде столика в компании стульев с небольшим диванчиком скрашивали гостевой интерьер. Спальня была маленькой, на одного человека, и без особых излишеств: только тумбочка с зеркалом, а вместо шкафа на стенах присутствовали крючки для вешалок. Окна дома выходили по бокам кухни во двор и в палисадник с видом на проезжую часть улицы. В помещениях летали заморенные мухи, уставшие не менее моего от жары и удушливого воздуха. Я жутко мечтала познакомиться с душем, а также освободиться от потной и пыльной одежды после дороги.

Вернулась хозяйка, мы подписали бумаги, сверив все данные по документам, разойдясь по своим делам, с обещанием быть на связи в случае необходимости. Ближе к вечерку, слушая тишину под прохладным ветерком и отдыхая от длительного пути с перелетом, я очнулась от звонкого приветственного лая собаки с громогласным голосом хозяйки, возбужденно грохочущем по телефону. Вспомнив о том, что собиралась сходить в разведку старыми проселочными тропами к озеру, я переоделась из махрового полотенца в свободное летнее платье-халат, также накинув уличные сланцы, быстренько направилась к исполнению задуманного. Пёс задорно помахал мне хвостом, и, взаимно пожелав ему удачи, я отписалась по телефону хозяйке, что скоро вернусь. Неспешно гуляя по улицам, занимаясь поисками знакомой мне бани, я лелеяла надежду найти постоялый двор из памятных времен моего детства.

Ближе к вечеру жизнь становилась более оживленной. Постепенно на улицы выползали не только старики со скамейками, а также утки, гуси и даже дряхлый осёл, давно уже не вьючный и просто дремавший в тени деревьев. Почему-то именно его я вспомнила первым, или мне просто вспомнился тот самый ишак из моих детских лет с большой тележкой нагруженной персиковыми косточками. Позади слышались голоса небольшой компании, смаковавшей последние новости на селе, и яркий стрекот цикад в придорожной траве.

Распрощавшись с постаревшим другом и поблагодарив его за встречу, я направилась дальше вглубь домов по направлению к озеру, солевой запах которого разносил по округе ветер. С собой у меня была бутылочка питьевой воды, привезенной заранее с устья Усы, и несколько салфеток в кармане на крайний случай. Неотвратимое желание походить по солевой грязи, почувствовать её тепло не покидало меня с момента приезда, и моя душа безудержно стремилась к этой встрече. Естественно, при столь скромном освещении я не заметила, как влезла в неё обоими шлепанцами, сойдя с проложенной тропинки. Сбросив сланцы, я полностью влезла в эту благодать, с наслаждением аккуратно ступая по поверхности и просто бродя в неизвестном направлении, разглядывая черную завораживающую массу жижи под ногами при свете телефонного фонарика. Набродившись всласть и вернувшись обратно по своим следам на тропу, я искала лавочку либо камень, куда можно было бы присесть и обтереть остатки грязи с ног. Облюбовав близлежащий ствол поваленного дерева, а также внимательно его рассмотрев на предмет всякого рода живности, я разложила свою обувку и занялась усердно чисткой. К особо пугливым я себя не отношу, но в данной ситуации неожиданный шорох и голос на другом конце бревна меня откровенно застал врасплох.

– Вы с таким удовольствием это делаете. Простите, что напугал, не смог удержаться, - под навесом ночного мрака, из-под кроны листьев деревьев, проглядывался едва уловимый силуэт человека.

– Доброго вечера. Что именно делаю? - Я довольно сильно напряглась в явном недоумении с тапочком в руках и чувствовала, что попала в какой-то станый капкан непредвиденных мною событий, но, постепенно приходя в себя от внезапного шока новоявленного знакомства, поторапливалась как можно быстрее распрощаться с этим нежданным попутчиком в кустах.

– Доброго. Я наблюдал за тем, как вы бродите по этой грязи. Честно, мне не понять, чего такого вы в этом находите, но вот то, что вам это нравится – меня приводит в искреннее изумление от наблюдения за вашим исполнением данного процесса.

Зная малоприятные последствия мимолетных знакомств и потенциальную активность мужского населения южных регионов, я довольно стремительно собралась в обратный путь, решительно обулась, резко поднявшись к марш-броску до своего нового местопребывания. Мое напряжение не осталось незамеченным.

– Не суетитесь. Обувайтесь спокойно, я уже ухожу. Счастливо! - Странный голос растворился во тьме вместе с его чудным обладателем, рассеяв иллюзии и сомнения на свой счет.

Так и не разглядев толком любителя подглядывать за ночными бродяжками, я все же кое-как обулась и вернулась к своему домику, позвонив предварительно хозяйке и предупреждая о возвращении. Входная калитка на магнитном замке к моему приходу уже была открыта, а в большом доме был слышен шум посиделок. Стандартный обряд местного населения – промыть косточки всем приезжим – неискореним, как ни крути.

Вообще, в процессе чтения отзывов по сдаче комнат и аренды домиков на данной территории, конкретно у данного владельца, я сразу же обратила внимание на предупреждающие моменты по вымогательству в области отключения воды с целью наживы за счёт дополнительной оплаты за бассейн и предоставление отдельного питания страждущим в лице хозяйки. Меня это сначала позабавило, но предупреждения были приняты к сведению, а на деле пришлось смекать на ходу. В моем домике не присутствовало емкостей для воды, кастрюльки и чайник были худыми, на что я обратила внимание сразу при кипячении воды. Зная о таких хитромудростях со стороны арендодателей, я привезла с собой небольшой электрический чайник и пакет плотных надувных шаров. Слава Богу, были блюдца с тарелками, уже – счастье. Набрав себе с вечера воды, и принимая душ в очередной раз, я анализировала свои дальнейшие планы на будущий день, закончив с пустыми волнениями, улеглась спать.

На следующее утро, с наслаждением искупавшись и попив чайку с кашками, я приступила к запланированным действиям по знакомству с местностью и походу к старым достопримечательностям, не теряя при этом надежду все же найти тот дворик с индюшатами, старый магазинчик и заодно поздороваться с озером соли. Собрав летнюю сумку с закусками на день и водой, я накинув футболку с кепкой, втиснула себя в узкие, бесстыжие шорты для сплетен, и направилась покорять сельские достопримечательности спозаранку.

Храп хозяйки наравне с лаем собаки оставался далеко позади меня. Счастливая от чувства переполняющей свободы, я летела на встречу приключениям. Ранние пташки чирикали и кукарекали мне навстречу, благословляя к новому дню. То тут, то там попадались вишня с черешней, и я, как в детстве, ловила их губами с веток, развешивая по ушам, сплетая в гирлянды на ходу.

Обойти три улицы и два переулка для меня не составляло труда, а при свете дня это можно было сделать гораздо проще. Проболтавшись четыре с половиной часа по всем закоулкам с переулками, а также посетив местный памятник погибшим воинам с домом культуры и образовательными центрами, я в итоге сдалась под лучами испепеляющего солнца, рухнув на близлежащее бревно абсолютно без сил. Присмотревшись повнимательней, куда меня занесло, и поняв, что я нахожусь как раз перед озером, буквально, в нескольких шагах от его грязевой береговой массы в самом соку, где над бревном свисала крона старой кураги, а в её тени дремал тот самый древний ослик из моего детства. Мне даже почудилось, что это он со мной вчерашней ночью разговаривал, а не человек. Посмеявшись над собой от души, мною было принято решение взять передышку и подкрепиться. Осмотревшись на сытый желудок и при свете белого дня вокруг того места, где я сидела, неожиданно услышала кулдыканье индюка за неприметным старым забором, а за ним – тот самый дворик с дорожкой выложенной квадратной старой плиткой в геральдических лилиях. Я готова была петь и танцевать от счастья, как ребенок, но, придя в себя и собравшись духом, потихоньку позвала хозяйку двора. Ответа сразу не последовало, только старый скрип петель и беспокойное курлыканье были мне ответом. Аккуратно сняв хилую щеколду на калитке, я решилась пройти на площадку перед домом, над которым все так же щедро густыми зарослями нависала акация. По правой стороне участка размещались кое-какие новые вспомогательные помещения, истинного назначения о коих я не имела представления, только слышала исходящий оттуда звук плеска воды и какое-то движение. Не рискнув идти в данном направлении, я двинулась в сторону главного входа в дом. Зайдя по стареньким ступенькам к дверям и замявшись на пороге, я уже собралась уйти прочь, как дверь открылась, а седовласая статная женщина с задорной улыбкой и смешливыми глазами обратилась ко мне:

– Заблудилась, деточка, иль воды напиться зашла?

Шквал эмоций накрыл меня с головой. Я узнала этот игривый голос и светлые зеленые глаза – это была та самая тетушка Роза. От неожиданности я готова была смеяться и плакать одновременно, но выдохнув и досчитав до трех, стараясь вспомнить заранее подготовленные слова, которые напрочь вылетели из моей головы, я тупо стояла с вылупленными глазами. Теплый смех старушки немного привел меня в себя.

– Солнышко, поди, напекло, да? Проходи в дом, милая. Побудешь гостьей чуток, а то ко мне редко кто заглядывает?

– Да-да, спасибо! Простите, а меня зовут Майя, - заикаясь на ходу, я теребила ручку своей сумки.

– Уже лучше. А меня бабушка Роза. Сейчас чайком побалуемся c пирожками, сразу в себя придешь. Давно ты здесь живешь или на поправку здоровья приехала? Что-то я раньше тебя здесь не привечала.

– Я вчера приехала в отпуск отдохнуть и на лечение тоже. А сколько лет вашему ослику?

– Какому из них? - престарелая веселая женщина задорно улыбалась, игриво искрила ясным взором. Да, шучу, я так, деточка! - Ухмыльнувшись и подливая чайку своей гостье хозяйка продолжила, - Тому, что к дереву привязан, больше сорока, мы с ним одного поля ягоды.

– Простите, а кто другой?

– За что же, милая? Это моя оплошность. Не сказала я тебе, что у меня постоялец. Он с востока, а я всех азиатов за глаза осликами кличу.

– Аха-ха-ха-ха! До слез насмешили меня, матушка!

– Вот уже порозовее стала, а то одни глазищи на пол-лица. Ты чаек-то пей, лапочка, он с ромашкой.

– Спасибо. А я тоже могу вас кое-чем угостить. У меня с собою бананы с шоколадкой есть. Вот, берите.

– О! Это добрый гостинец, не грех и побаловаться. Клади на блюдце с пирожками и не стесняйся, кушай. А заодно рассказывай, чего нового там в мире делается, да где остановилась?

– Я остановилась на постой у Лейлы рядом с почтой. За новостями как-то не слежу. Президент всё тот же, Кремль стоит, Мавзолей на месте, Храмы открыты как обычно. Сама я с Воркуты приехала спину лечить, давно здесь не была, решилась вспомнить детские годы и почтить память прошлого.

– Северянкой, значит, будешь, и как оно нынче там, за тайгой? Давно таких здесь не было. А с Лейлой смотри, аккуратней. Если обидит, не мешкай и приходи ко мне. Надолго ты сюда, девочка?

– Вообще-то хотела на две недели, как все былые места отыщу, так и вернусь. Про Лейлу уже наслышана и держу ухо в остро. Чукча знает, чукча плавал. За приложение отдельное спасибо.

– Сколько тебе годиков-то было, девочка? Когда ты в прошлый раз здесь была и с кем?

– Я была с бабушкой Нюрой, мне было около девяти лет, когда мы у вас на постой останавливались. Вот ослика первого и нашла вчера поздним вечером. А сегодня дом разглядела, вас по голосу узнала, да и по глазам вспомнила. Только раньше ваши волосы были ярко-рыжего цвета, и во дворе не было построек. Вместо них розы отцветали, да фасоль на огороде росла.

– С тех пор тридцать с лишним лет минуло. Сколько постояльцев с тех лет ушло, всех не припомнить. А что ещё с того времени найти хочешь?

– Бани тут были общественные. Мы туда ходили по вторникам и четвергам.

– Ой! Теперь ты меня от души насмешила. В наши общественные бани? Это ж кто такой смелый был, что с малым дитём-то туда ходить. Дай-ка подумать, мне даже интересно стало. Ну-ка, ещё расскажи что-либо о себе памятное, может, и я вспомню.

– Неудобно уже как-то. А, ладно, была ни была! - и весело улыбнувшись я открылась всей душой навстречу неизвесности. - В те времена на этой самой тропинке полтележки персиковых косточек я уплела за полдня в один присест, вы сильно обе перепугались, делали мне экстренное промывание желудка. Ещё в тот период одного мужчину привозили на озеро, а затем он сам из него выходил. Да, и бабуля моя по шею в грязь залазила в неглиже, только в озеро не ходила и меня туда не пускала.

– Наверное, вспомнила я одну мордвинку, Анну Елисеевну из Сибири, с большими булками, что за по пятнадцать копеек. И тебя я вспомнила, с бантиками в вишнёвый горошек. Ты так много косточек больше не ешь, а то худо будет. Береги себя, деточка. Лучше пирожки вот кушай и не стесняйся заходить иной раз меня повеселить на досуге.

– А как же постоялец, не помешаю я вам?

– Ой, уморила ты меня! Вроде взрослая, а всё как дитя малое. Он от жары из купели в бане не выходит. Каждый день плещется, только к вечеру выползая на бревно в тенек. Слабенькие какие-то они пошли, всего боятся, да как девицы, чуть что, сразу прячутся.

– Может, он беглый?

– Вряд ли. От поклонниц он прячется. Смазлив, зараза, никакого спасу от него нет. Воды себе натаскать нормально и то не может. Избаловали девки мужика! Ох, что же будет с Родиной и с нами?

– А откуда же он, этот неженка-то? Вроде все граждане бывшего союза вкалывать умеют, только успевай отскакивать. Редкость, еж ли хиленького-то на заработки отправят. Какой с него прок?

– Видать, так тоже бывает. Не люблю пень на плетень разводить, не нашего это ума дело. А про баньку расскажу: закрыли её лет десять назад. Само здание стоит в начале села, плющом поросло, потому и не видать. - Призадумавшись на несколько секунд бабушака внимательно разглядывая меня влруг предложила: - Послушай, а ведь мне помощь твоя нужна будет при случае: до магазина сходить на хутор через трассу, в тот самый, где тебе вафельки с панамкой покупали. Сахарку или гостинцев с чаем вкусным купить сможешь? А то этого мальчишку лишний раз за калитку осла завести во двор не допросишься. Оставил скотину вчера ночевать на улице.

– Конечно, смогу и не раз еще загляну при случае. Ну, мне пора. Я еще до соленой воды дойти хотела, да в грязи ножки подержать. Завтра постараюсь заглянуть сразу после магазинчика. Пряников принесу, как раньше, к чаю.– Надо же, все помнишь. Действительно, пряники хоть и жесткие были, но все же не такие приторные, как вафли. Ладно, мне тоже надо делами позаниматься. Рада была видеть тебя, деточка. Обнимаю. Доброго пути и до встречи.

– Спасибо! До завтра!

Бабушка Роза проводила меня до калитки, а я, в свою очередь, распрощавшись с ней, сбросив свои вещи на бревне, ушла мерить грязь, здороваясь с источником жизни и долголетия.

Утро нового дня не предвещало ни облачка, приветливо освещая путь и улыбаясь всему живому. В легком ситцевом платье, с соломенной шляпкой набекрень, порхая, как бабочка над полем, и кружась в танце, я напевала в такт знакомую мелодию. Путь до хутора, в магазин, пролегал как раз рядом с тем местом, где, предположительно, была заброшенная баня, заросшая плющом, а в мои планы на сегодня входило провести обследование данного места. Увидев его при подходе к выезду на трассу, передо мной встал вопрос преодоления непроходимого спуска через кусты репейника и зарослей крапивы. Чтобы хоть как-то защитить свои ноги от травы, мне пришлось обвязать длинные подолы платья вокруг ног; знала бы заранее, что так случится, оделась бы в джинсы. Теперь уже ничего не поделаешь, спускаясь, я собрала весь репей на платье, долго стряхивая его обратно, обратив внимание на болезненные ожоги от крапивы в нескольких местах ног и рук, но ничего смертельного в этом не было. Цель достигнута, и вот я перед этим странным сооружением. Обходя его вокруг и снимая видео на телефон, я внимательно наблюдала за испуганными насекомыми, взбудораженными моим появлением в их тайной обители. В самом конце длинного одноэтажного здания, под покровом плюща, были заметны выбитые на бетонной стене буквы с названием бани. Здесь пахло старьём и затхлостью прошлых лет, моя ностальгия испарялась с печальностью надежд увидеть здесь что-либо невероятное из забытого прошлого. Необходимо было двигаться дальше, а впереди меня ждал путь через хутор и трассу к запланированным покупкам за вкусняшками. Выбраться из этой низины оказалось сложнее, чем спуск, и я стала искать пути обхода, попутно вспоминая о наличии здесь каких-либо ступеней, о которых я ранее не припоминала, которые нашлись в заросших кустах дикой малины. Это было уже посложнее крапивы, я остановилась перед выбором: либо порезы, либо ожоги, но меня окликнул знакомый мужской голос.

– Что вы там делаете в этом змеином логове? Выбирайтесь скорей оттуда и внимательней смотрите под ноги.

Сверху, на возвышенности стоял передо мной постоялец тётушки Розы, всё в тех же кальсонах, но в крутых солнечных очках и модной кепке, сверкающую стразами. От страха, что меня могут покусать змеи, я рванула через кусты с малиной со всей дури и за секунды преодолела препятствия, напрочь позабыв об опасностях.

– Ну вы даёте! Я же сказал смотреть под ноги, а вы всё сделали наоборот. Посмотрите на себя, у вас идёт кровь, и платье всё испорчено.

– Не страшно, самое опасное уже позади, а всё остальное поправимо. Что вы здесь делаете в такую рань? Вам мало своей бани или соскучились по местным достопримечательностям?

– Аха-ха-ха-ха! Возьмите платок, вам необходимо смыть кровь с пореза на руке и продезинфицировать остальные участки кожи. Дайте я вас осмотрю, чтобы убедиться в отсутствии укусов.

– Ладно, но вы мне не ответили?

– Я вчера слышал ваш разговор с Розой и решил сам прогуляться к магазину. Есть у вас вода с собой?

– Да, сейчас найду, в сумочке. Где-то еще были влажные салфетки к тому же. Мне необходимо на что-то опереться для того, чтобы перевязать порез на лодыжке.

– Можете на мою руку, в отличие от змей, я не кусаюсь. Надо купить перекись и йод на всякий случай. Раны вроде неглубокие, но обработать стоит.

– Почему вы всегда подкрадываетесь незаметно и ходите в дедушкином нижнем белье по всей округе? С чего вы вдруг решили, что здесь водятся змеи? Только напугали меня зря, как я пойду в этом виде через весь хутор? Ай, больно же!

– Я выдернул из вашего запястья шип, вы его не заметили. Дайте мне салфетку, необходимо остановить кровь, сейчас наш с вами внешний вид менее всего имеет значение, на первом плане безопасность здоровья. Пойдёмте, надеюсь удастся найти аптеку.

– Вы что, доктор? Откуда вы всё знаете-то?

– Меня зовут Шин, и я не всё знаю, просто научен на своем опыте. О наличии змей убедился, гуляя здесь вчерашней ночью, поэтому и пришел сюда с утра убедиться в том, что вы не полезли к ним в гнездо.

– Ладно, простите. Я была не права. Меня зовут Майя. Спасибо за помощь. Надо торопиться, скоро магазин откроют.

– Все в порядке, проехали. Двигайтесь шустрее, еще надо успеть перейти трассу, пока машин нет. Вдвоем это будет сделать проще.

– Хорошо, постараюсь не отставать. А где моя шляпа?

– Осталась в малиннике, купите себе новую, как только дойдем до магазина с аптекой.

– Блин, так жалко. Она мне нравилась. Странное имя у вас, точно не узбекское и не татарское. Откуда вы?

– Это не важно. Как ваша рука? Дайте мне на неё посмотреть? Не бойтесь, все не так страшно.

– Все еще кровит, и лодыжка тоже. У меня где-то тоже был носовой платок. Вот он, нашла.

– Стойте и не дергайтесь, я сам вас перевяжу. Старайтесь идти, не сильно опираясь на левую лодыжку, иначе кровь сильнее пойдет с порезов. Я уже вижу вывеску магазина за углом. Главное, чтобы он был открыт и работал.

– Сейчас половина девятого утра, в худшем случае я могу вызвать скорую. Не стоит из-за меня так волноваться.

– Он открыт, в него люди заходят, а табличка аптеки висит при входе, идемте.

– Здорово! Это же гипермаркет, в нем должно быть всё. Удивительно, что он есть в таком захолустье. Можно будет прикупить себе что-нибудь новенькое.

– Искренне на это надеюсь, хоть и до городского гипермаркета ему далеко, но все же шанс найти необходимое имеется.

– Вау! Как здесь круто и кондиционеры работают. Я буду тут жить, не возвращаясь обратно в свою келью с мухами. Кстати, надо будет купить от них липкую ленту.

– Мне тоже, я в первую очередь за ней шел, а также за средством защиты от комаров и заживляющей мазью от укусов. У вас тоже не совсем обычное русское имя. Это свойственно для людей с севера?

– Вряд ли это связано с территорией севера. Бабушка меня так назвала за характерные манеры индейца. А вот и перекись с йодом, наверное, необходимо взять, а также бинты и пластыри для перевязки.

– Уже взял, пойдем за всем остальным. В магазине есть скамейка, на ней нормально сделаем перевязку.

– Ага, иду.

– Давай салфетки и оставшуюся воду сюда. Снимай пока повязку с руки, я ногу перевяжу.

– Сняла, всё ещё кровит. Теперь я долго не смогу ходить на озеро, соль разъест, да и загноиться может. О танцульках на сегодняшний вечер можно забыть.

– Это ты про сегодняшний вечер танцев в доме культуры? Почему же нет? Можно и сходить, только змей к себе старайся близко не подпускать, и всё будет в порядке.

– Не поняла, это ты сейчас о чём? Откуда сам знаешь об этом мероприятии?

– О местных жителях. Я не глухой. Не стоит их дразнить, приезжих они не любят. Деньги любят, а самих людей – нет.

– Верно, я тоже это заметила. Каким образом ты познакомился с Розой и тут оказался?

– Она моя дальняя родственница – сестра бабушки по матери. Раньше мы часто сюда в гости приезжали. Теперь я наведаюсь к ней раз в год. Близкие её давно разъехались, живут в разных странах. Некогда им тут прозябать.

– А тебе, значит, есть чем здесь заняться? Из всех остальных краёв уже выгнали?

– Готово. Руку сюда давай. Болтаешь много, и не твоего ума это дело, чем мне тут заниматься.

– Как это ново. Тебя случайно не в зоопарке воспитывали, для диких зверей? Ты страшный и злой грубиян. Закончим на этом. Спасибо, сама дальше разберусь. Счастливо!

–Хм, и тебе не хворать.

Встав и развернувшись на все сто восемьдесят градусов, я с гордо поднятой головой пошла искать себе новую шляпу и пряники. Набрав всякой вкуснятины с различными соками, вспомнила, что мне нужны солнечные очки и липучки от мух. Шляпку я себе не нашла, зато удовлетворилась шикарной косынкой с новыми очками и вкусным мороженым для поднятия настроения, которое слопала в один присест по дороге обратно. Негативное впечатление от утренних событий сняло как рукой, и я с удовольствием принялась готовить себе обед в своем чайнике. Сварив пару купленных яиц и разогрев готовую вареную картошку, я принялась восстанавливать силы, параллельно размышляя о предстоящем диалоге с Лейлой о продлении дальнейшего проживания у неё. Хозяйка не заставила себя долго ждать и заявилась ко мне, как только я закончила мыть посуду, с громким стуком в дверь. Оказывается, сегодня утром приехала семья в соседний домик, и необходимость обхаживать меня в дальнейшем отпала, как и в моей компании при походе на танцы в дом культуры. С меня свалился камень с плеч. Фурию сдуло ветром мгновенно после получения денежных средств, а я просто уснула и проспала до самого вечера. Мухи мне больше не мешали, и всё остальное тоже. Выспавшись, я не знала, чем себя занять. Наблюдая за активными сборами новых семейных постояльцев и детский смех веселящихся в бассейне с водой ребятишек, мне стало скучно. Решив постирать платье, зашив его предварительно с горем пополам, я принялась было смотреть любимую фантастику, но мне она не заходила. Поужинав, я решилась немного прогуляться по улицам перед ночным сном. Напялив на себя летний спортивный костюм из хлопка, скрывающий следы порезов с перевязками, помахав верному псу, я вышла дышать прохладным вечерним воздухом. На улицах картина была всё та же, за исключением навязчивой громыхающей музыки в центре села, и я невольно пошла глянуть на сие представление. Местный народ устраивал гулянье в доме культуры на всю катушку. Большая пьянка в тандеме с танцами была в самом разгаре. Немного натерев мозоль в новых кроссовках, мне пришлось остановиться и присесть на скамью недалеко от самого мероприятия. Люблю наблюдать за последствиями представлений такого плана. Танцы происходили на открытой площадке перед главным входом, а с моего места были прекрасно видны все участники массового гулянья. Слышны были звуки от хлопков пробок шампанского и чьи-то поздравления, кто-то с кем-то ругался, группа женского коллектива во главе с Лейлой в компании новоприбывших постояльцев, вытворяли танцевальные кульбиты кто на что горазд. От постороннего звука рядом со мной я вздрогнула с непривычки.

– Нравится?

– Что нравится?

– Наблюдать со стороны. Почему не танцуешь с ними?

– Больше люблю слушать и наблюдать.

– А я уж было решил, что тебя не взяли с собой и заменили другими.

– Так и есть. Мне так спокойней, не люблю участвовать в массовых попойках, результат всегда малоприятный, а музыку послушать можно и здесь. Тебя каким ветром сюда занесло, Шин?

– Тоже, решил посмотреть и послушать музыку. В дедушкиных кальсонах я как-то не вписываюсь в общую атмосферу настроения праздника. Да и ты, как я погляжу не совсем в нужном формате стиля.

– Охо-хо-хо! Согласна. Все же, кое-что из этого полезного получить можно.

– Например?

– Послушать последние новости в селе, мнения о себе, чтобы быть во всеоружии относительно планов и намерений окружающих тебя людей.

– Сплетни, что ли?

– Не всегда и не обязательно. Как правило, по окончании праздника можно понаблюдать за действиями этих людей и услышать скрытое от наших ушей в других диалогах. Например, как ты в момент нашего общения с Розой.

– Сдаюсь, был неправ и повелся на заманчивое любопытство. Признаю, для меня услышанная информация действительно была полезной. А что хочешь услышать здесь ты?

– Эх, пока не знаю. Есть у меня некая тревога на счёт проживания у Лейлы, не могу избавиться от навязчивой идеи, что нахожусь не там, где мне следует быть. Поэтому пришла послушать их мнения о себе.

– На сколько дней ты у неё оплатила проживание? И сколько из них осталось до окончания твоего отпуска?

– Тебе-то к чему эта информация? Ты что, за мной следишь?

– Нет, мне это ни к чему. Я через два дня уеду по делам, вернусь только через месяц, так что, при случае, можешь переехать к Розе. Мешать твоему уединению никто не будет.

– Серьезно? А с чего ты решил, что я нуждаюсь в последнем?

– Это наглядно и очевидно. Ты не ищешь празднеств и точно не за курортным романом сюда из такой дали добиралась. Я же слышал весь ваш разговор. А так у тебя будет тот самый отдых и в компании человека, с которым провела свои давние дни в детстве. Кстати, Роза тебя сегодня ждала и очень расстроилась тем, что ты не пришла. Приходи к нам завтра, я постараюсь вам не мешать и не подслушивать.

– Интересно, куда же это ты денешься в таком случае? Будешь змей по всей округе жарить и стравливать друг с другом?

– Мне до них нет дела. Рискну поплавать в озере, как в былые времена.

– Ого! А что мешало это сделать сразу? Наглые приезжие дамочки в моём лице?

– Для этого их должна быть как минимум сотня, а в озере, я просто боялся утонуть.

– Что за бред? В солёном озере это невозможно. Оно же по плотности легче воды.

– Сама-то пробовала? Что-то я не заметил в тебе особого рвения к плаванию. Завтра можно вместе это сделать, если хочешь?

– Хорошо, я приду завтра в обед. Я не боюсь плавать, но дико брезгливая. Сопроводить к озеру смогу – для подстраховки.

– Было бы неплохо. Так что насчёт переезда?

– Обсудим при следующей встрече. Мне необходимо переспать с этой мыслью и поговорить с Розой. Смотри, похоже, веселье закончилось. Музыка больше не играет, все собираются расходиться.

– Нам тоже пора. Тебя проводить или сама дойдёшь?

– Ну, я клятвенно тебе обещаю не ходить домой через баню и внимательно смотреть под ноги. Ах, да, а как же сплетни?

– Аха-ха-ха! Хорошо, договорились. Долго тут не засиживайся в одиночку, незачем греть уши впустую. Пока!

– Ладно. Видишь встаю уже. Доброй ночи!

Постояв еще пару минут в тишине и наблюдая за происходящим на танцполе, я тихим сапом поплелась к дому. Толпа гуляк позади меня горланила песни на все лады и пускалась в еще более странные пляски, чем на танцплощадке. Несколько дворовых псов, поднятых этими песнопениями, печально подвывали своим собратьям, поднимая в цепной реакции всю ближайшую местность и в соседних поселениях тоже. Отбросив все сомнения прочь, я быстренько преодолела свой маршрут к дому и спокойно приготовилась ко сну, но заявившиеся постояльцы вместе с хозяйкой полностью нарушили мои начинания на этом поприще, устроив грандиозную пьянку до утра с караоке посреди двора. Угомонилась вся эта орда только к утру, полностью одурев от избытка счастья в крови при искусственном запуске адреналина. Закрыв все окна от смрадной вони, пьяного угара с блевотиной, неспешно сменив повязки и обработав ранки, я, разогнав назойливых мух, наконец, заснула с чувством полного достоинства наедине с собой.